Карета медленно катила по мощенным улицам столицы.

- Неужели это наконец произошло? - Хеталика радостно вдохнула воздух, выглянув из окна кареты. - Теперь я могу дышать по-настоящему свободно.

Анко, сидящий напротив слегка улыбнулся.

- С чего же начать? – спрашивала себя Хеталика. – Столькое предстоит сделать я вся в предвкушении. Думаю, сначала нужно взяться за образование… - она помедлила, - или всё же стоит начать с экономики?

- Боюсь, что придётся начать с армии, – тихо начал Анко. – Сейчас ваша армия грабит мою страну. Мне передали, что часть войска пошла против приказа императора и просто грабит местное население, к тому же у вас нет поддержки элит, как и у вашего мужа, поэтому было бы неплохо заручиться поддержкой армии.

С каждым словом Хеталика всё больше мрачнела. Мечты о реформах столкнулись с суровой реальностью. Она злобно прошептала:

- Вот жеж, и надо было отцу переться в этот Йорк снова. Всю армию сточил об него. Король Лиэра ослаб, вокруг него уже давно снуют коршуны. Не сегодня так завтра на трон взойдёт новый правитель. Кто тогда защитит страну?

- Вы неплохо осведомлены, однако, с чего бы ему нападать? Силария и Лиэр давние союзники, - уверено парировал Анко.

- Мы провели две войны с Йорком, - угрюмо начала Хеталика. – Обе в общей сложности длинной больше двух лет, с большими потерями. Империя слаба как никогда. Придётся отложить все мои планы и заняться этим, - недовольно заметила Хеталика.

Она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Хотелось плакать. Больше трёх лет она вынашивала планы реформ, вела секретные записи, вербовала людей и вот сейчас, когда она невообразимо близка к цели, ей вновь приходится отложить всё на неопределённый срок. Кроме того, её положение и положение её мужа ужасно шаткие. В голове роятся мысли «А что, если…?», «Что, если начать реформы, несмотря ни на что?», «Что, если попробовать как-то совместить наведение порядка в армии, укрепление своего положения и к примеру… может секуляризацию храмовых земель? Нет, ужасно опрометчиво делать это сейчас. Тогда налоговая реформа или… образование? Да, пожалуй, образование самое-то. При грамотном подходе не вызовет никаких общественных потрясений.»

Карета остановилась. Анко слегка коснулся её колена, чтобы вернуть из мира размышлений в реальность. Она уже стала было выходить, но тут Анко остановил её и шепнул:

- Не выдай себя улыбкой. Тебя не должны заподозрить иначе всё будет зря.

Дверь кареты открылась и из неё медленно и плавно вышла Хеталика. Золотые волосы сверкали на солнце, как и нежно-голубая мантия, только глаза бы лишенными блеска, вдумчивыми и грустными. Тут же подбежал дворецкий. Он взял Хеталику за руку и повел во дворец, по дороге рассказывая о произошедших потрясениях. Седой, худощавый и преданный своим хозяевам он с искренним сожалением говорил об утрате.

- Главный жрец утверждает, что это не он. Даже умалишенного из себя строит, но меня старика ему не провести, - старик сердито добавил. – Верно его на трон потянуло. Ведь ежели нет наследника, то он может трон занять. Так что вы мужа берегите, - остерегающе добавил он. – Наверняка предатель этот хотел и его убить. Так ведь вашего мужа там не было, вот и решил из себя сумасшедшего сделать, но вы ему не верьте, - старичок помахал указательным пальцем. – Ну вот и ваши покои. Есть ли приказания? – он резко изменился в лице, убрав излишние эмоции.

- Да, я хочу устроить чаепитие с женами погибших в тот день послезавтра в четыре часа дня, - грустно сказала она. – Нам нужно держаться вместе в такие непростые времена. К упокоению папеньки всё готово?

- Да, всё готово, но обычно такой обряд проводит главный жрец, - он несколько замялся.

- В таком случае, пусть до завтра выберут нового главного жреца, либо обряд проведёт кто-то с более низким статусом. Я не позволю, чтобы эта сволочь проводила папеньку в иной мир!

- Как скажете, - старик откланялся и собирался уходить, но Хеталика его остановила.

- Ах, да! Организуй мне встречу с руководителями женского пансиона близ столицы и военной академии на следующий день после похорон в одиннадцать часов утра.

Она вошла в свою комнату и долго молча сидела на кровати погруженная в размышления. Реформа образования была важнейшей и в то же время могла иметь непредсказуемые последствия. Сейчас рано было ставить грандиозные цели. Приоритетом было научить всех читать и писать, хотя и это казалось ужасно сложным в нынешних реалиях. У мужчин из знатных родов было два пути: жреческая академия, которая готовила не только будущих жрецов, но и чиновников, хотя обучение было не дешевым и некоторые предпочитали экономить, нанимая учителей на дом, второй путь военная академия, которая обучала будущих офицеров, она также обучала воинов из числа обычных граждан, в этом случае обучение было намного дешевле и короче. Вероятно, в ближайшем будущем Хеталике придётся вести конфронтацию со жречеством, в таком случае нужно отобрать у него возможность влиять на умы всех будущих служащих, но военная академия не подойдёт для такой цели, значить нужно создать что-то иное и совершенно новое. В случае с женщинами всё с одной стороны проще с другой сложнее. Сейчас большинство женщин просто не интересуется обучением это можно исправить, но будет сложнее.

План Хеталики был прост и одновременно невозможен. Она решила, что лучше всего создать одно огромное образовательное учреждение с двумя корпусами, для девочек и для мальчиков и сделать обязательным начальное образование для всех жителей столицы. С другой стороны, желание научиться читать будет подогреваться литературой в случае с дамами благородных родов и различными квотами в случае с бедняками. На словах звучит просто, но уже послезавтра в разговоре с амбассадорами образования вылезет множество вопросов.

Прошло около получаса размышлений, прежде чем она поняла, что так и не переоделась. Хеталика быстро встала переоделась в изношенную домашнюю рубашку и штаны. Сев за стол, она положила перед собой карту и вновь стала погружаться в размышления как вдруг стук в дверь.

- Можно войти? – из-за двери донёсся серьезный женский голос.

Хеталика не сразу его узнала, немного помедлив, она сказала:

- Войдите!

Дверь медленно со скрипом открылась, в комнату вошла Рада. Она быстро прошла к постели и, отодвинув часть лежавших там бумаг, села. В комнате воцарилось напряжённое молчание.

- Мы с тобой так давно не говорили. Как… - несколько секунд спустя начала Хеталика, желая разрядить обстановку, но Рада её быстро перебила

- Ты это устроила? – резко и чётко спросила она.

- О чём ты? – сердце забилось быстрее.

- Всех тех чиновников и отца отравили по твоему приказу?

Хеталика замялась.

- Не хочешь говорить, - спокойно продолжила Рада. – Значит план ещё не полностью осуществлён. Боишься, что я всё испорчу. Не беспокойся мой дар не обязывает меня говорить, если нужно я могу промолчать. Есть ли в мире, который ты создаёшь место для меня?

- Конечно, есть, - быстро последовал ответ.

- Тебе нужна будет моя помощь?

- Возможно. Ты любишь читать простые книги. Как думаешь, желание прочесть эти истории может побудить молодых девушек научиться читать?

Рада наклонила голову, закрыла лицо руками и прошептала:

- Наконец-то. Хоть кто-то мне не врёт.

- Ты ведь наняла служанку, чтобы не возникало проблем, - уже спокойнее сказала Хеталика.

- Да. Теперь ты и она единственные в этом дворце, кто мне не врёт, - она устало, чуть не плача добавила. – Хет, если бы ты только знала, как это мерзко слышать ложь. Мне кажется, что всё вокруг заполняется мерзким звенящим звуком. Я не хочу это слышать! Помоги мне!

Хеталика смотрела в пол не зная, что ответить. В конце концов она невнятно пробормотала:

- Прости. Ничем не могу помочь.

Несколько секунд молчания и Рада открыла лицо и уже более твердым голосом сказала:

- Пожалуй мне придётся пересмотреть своё окружение. Ах да, ты говорила что-то про литературу, - она подняла глаза на сестру. – У меня есть десятки самых разных историй, но я не знаю вызовут ли они интерес у молодых девушек. Если хочешь научить их читать, не проще ли ввести это в моду?

- Я никогда не ладила со сверстницами и уж тем более не умею задавать модные тенденции.

- Я могла бы встретиться с некоторыми, но зная то, сколько они лгут, думаю это станет большим испытанием. А зачем тебе это нужно?

- Образование сулит процветание. К тому же, сейчас родившись в бедности в ней и умираешь и наоборот. Чтобы это изменить нужно образование. Тогда каждый сможет найти себе место под солнцем.

- Неожиданно. Если бы не этот дар я бы усомнилась в благородности твоих намерений. К слову, после коронации ты ведь закончишь войну. Мы так долго не виделись с девочками, - она старалась вернуть своему голосу детские интонации. – Сделай так, чтобы они вернулись?

Хеталика закрыла глаза и, массируя переносицу, медленно повернулась к столу. Затем уставилась на карту.

- Я уже оповестила их о смерти отца. Как только улажу дела в столице отправлюсь в Йорк.

- Не думаешь, что опасно оставлять столицу? У тебя шаткое положение. Верховный жрец сейчас главный подозреваемый в деле отравления, но формально он второй претендент на трон.

- Не беспокойся об этом, - она изогнула губы в лёгкой улыбке и добавила. – Я заберу своих людей с собой и не смогу следить за ситуацией во дворце, поэтому ты остаёшься за старшую, - она встала и поставила руки на плечи сестре.

Рада молча вышла из комнаты и Хеталика вновь погрузилась в думы. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в кроваво-красный оттенок. Подумать только ровно год назад в этот день они выдвинулись из Йорка обратно на родину, вместе, впятером. Столько всего произошло за этот год. Простят ли они ей предательство. Ей жизненно необходима была поддержка сестёр, но встанут ли они теперь на её сторону? Год назад всё выглядело проще. Они казались ей препятствиями, а теперь… Её не столько волновала практическая сторона вопроса, сколько моральная. Не хотелось признавать, но всё же совесть грызла. Не столько за предательство, сколько за отравление. Сколько себя помнила, с самых ранних лет Снежана была всегда рядом. То тайком таскала книги ей из библиотеки, то приносила что-нибудь вкусное, даже крыс ловила для экспериментов. Хорошие были времена! В голове всё крутилась мысль: «Да как вообще я могла её отравить! Нужно всё исправить!» Она твердо решила во чтобы то ни стало попросить прощения.

Часы пробили шесть. В дверь постучали. До столичного иерофанта дошла весть о прибытии дочери императора в столицу, и он тут же решил нанести визит. Хеталика решила не спешить. Она знала – разговор предстоит не из приятных. Заранее понимая нарративы иерофанта и предполагая его настроение и просьбу, Хеталика решила не сдерживаться. Солнце уже почти зашло, её скулы стали острее, в глазах стала рождаться бездна, а волосы стали темнеть. Она решила соответствовать этому облику. Иерофанту было велено ожидать в тронном зале, и он ждал до самого заката. Одев готическое платье в пол, украсив веки причудливыми узорами и собрав длинные волосы высоко на затылке в пышный невесомый пучок, украшенный двумя длинными шпильками, увенчанными украшением в форме бабочек из полупрозрачных красных кристаллов свисающих со шпилек на коротких цепочках, она явилась в тронный зал. Слуг и охраны не было их заранее предупредили не мешать. Иерофант с трудом сдерживал недовольство пока Хеталика, медленно шла к трону, а затем вальяжно устроилась на нём. Кинув высокомерный взгляд на стоящего перед ней мужчину, она начала:

- Добрый вечер, друг мой. Что же привело тебя ко мне?

Иерофанта переполняло недовольство, уязвленное самолюбие жгло его изнутри. Тем не менее, приученный к смирению, он смог совладать с эмоциями.

- И вам доброго вечера. Прошу прощения, что вынудил вас принять меня в столь поздний час. Я…

- Пустяки, - перебила его Хеталика. – Это мне стоит извиниться. Я заставила вас ждать целый час.

- Ну что вы, не стоит, - он искривил губы в улыбке. - И всё же я хотел вас попросить об одолжении. Как вы знаете император и двенадцать его советников покинули нас, а верховного жреца, выжившего при этом, обвинили в произошедшем. Вы ведь понимаете, что такой великий человек не мог совершить такой подлости. Эти обвинения бессмысленны, и я хотел бы от лица всего жречества попросить вашей милости. Отпустите его. К тому же, его обязанность проводить вашего отца в мир мёртвых.

- Ой, а вы разве не слышали, - удивленно спросила Хеталика. – Похоронный обряд проведёте вы.

Иерофант медленно поднял глаза на лицо Хеталики и только теперь увидел её странный облик. В сумерках не было видно деталей, а несколько свечей в огромном зале не особо помогали, но эти бездонные пустые глаза его безумно напугали. Он слегка отшатнулся.

- К-как… я? – хриплым голосом выдавил из себя иерофант.

- Я написала, что вы либо должны выбрать нового верховного жреца, либо обряд проведёт жрец рангом ниже. Я полагаю – это будете именно вы.

- Но ведь…

- Поймите, - перебила его Хеталика. – Он единственный подозреваемый в этом деле. Закон предписывает казнить его сразу. Вспомните сколькие покушались на жизнь отца. Сейчас ведь даже их могилы не сыскать. А ведь он не просто покусился, он убил.

- Но… - начал было жрец.

- Я понимаю, что он не мог этого сделать, но поймите закон действует на всех. Ведь согласитесь выживи кто другой, его бы казнили сразу несмотря на чин и заслуги.

- Наверно вы правы, - тихо согласился жрец. – Если вы не против обряд проведу я в ранге иерофанта. Мы ведь не можем выбрать нового верховного жреца пока жив нынешний. Разрешите откланяться.

Ещё долго жрец не мог прийти в себя. Ему всюду чудились эти черные бездонные глаза.