Далёкий край покрытый снег, место, где затихают музыка и столичные сплетни. Они утопают в тишине, которой живёт край. Даже прибывшие из далека, не в силах поменять здешних порядков, подчиняются им и внемлют голосу тишины. Здесь среди лесов, укутанных снегом и среди троп ведущих в вечность располагалось поместье графа Ареля. Он любил это место и лишь изредка неохотно покидал его по не зависящим от него причинам. Теперь вновь вкусив прелестную тишину, он самозабвенно сидел на веранде. Укрытый пледом, он пил чай и читал книгу под звуки прелестных песен, которые издавали маленькие птички. Ах как прекрасен этот мир! - думал он.

Недалеко в саду гуляла Хеталика. Завидев её, он поднялся и последовал за ней. Хеталика шла медленно, оставляя следы на свежем снегу и вдруг остановилась у огромного широкого дерева. Под деревом находилась скромная могила. Она представляла собой серый надгробный памятник с надписью: "Камилла Арель. 7235 - 7260".

- Что делаешь? - внезапно раздался голос графа. Он стоял в нескольких метрах от Хеталики опираясь на трость.

Хеталика взглянула на него, затем повернулась к могиле и ответила:

- Необычное место для могилы.

- Мы здесь познакомились. Она залезла на дерево, чтобы сорвать плоды, - с грустной улыбкой говорил граф. - А потом увидела меня, хотела спрятаться и упала. Прямо сюда, - он указал тростью на могилу. - Плоды упали и помялись, юбка порвалась, а по всему телу появились мелкие царапины, из которых начала вытекать кровь, - он хотел улыбнуться, но улыбка выходила очень горькой. Воспоминания были радостные, а действительность грустной. - Она сразу начала извиняться. Боялась меня. Ждала наказания, а я об этом даже не думал. У меня в мыслях было только как ей помочь. Прислугу просить нельзя было. Они бы сказали родителям. И я повёл её в свою комнату. Пройти незаметно было несложно. Мои окна выходили в сад. И вот я сижу, - он тяжело вздохнул, - на своей кровати, рядом сидит она и я мажу лекарством её руки. Из-под её порванной юбки выглядывают коленки, то же в царапинах. Она второй рукой их прикрыть пытается. Ах, как будто это было вчера! Быстро же время пролетело. Уже двадцать лет как её нет в живых. Подумать только!

- А вы, я так вижу, истинный романтик. Я только на письме могу так красиво изъясняться.

- Может быть. Надеюсь и тебе в жизни повстречается тот, о ком ты сможешь говорить так, как ты выразилась, красиво.

- Сомневаюсь.

- Почему же?

- Нравы изменились. Разве что, старичка себе найду, - она мягко улыбнулась.

- Старики любят рассуждать о нравах. В их понимании вся молодежь безнравственна, а они и их молодость образец для подражания. Я думаю, ничего не поменялось. Я бы рад увидеть другую молодёжь, но она такая же как раньше. Кто-то пьёт и развратничает, а кто-то убивает время за чтением книг и медитацией. Все разные и только старики хотят сгрести всех в одну кучу и вынести приговор. Один на всех.

- Любите же вы поворчать!

- Да, неужели! Я не думаю, что это ворчание. Всю свою жизнь я хотел что-то изменить, сделать общество гуманнее, образованнее, но вот я на пятом десятке вижу, что ничего не изменилось. Прошло двадцать лет и теперь те, кого поучали точно также поучают молодых, - бурно излив свою печаль, он успокоился и добавил: - Да, пожалуй, это ворчание! Но обещай мне, что ты всё изменишь!

- Почему же, я? Следующим императором будете вы, - она ткнула его пальцем в грудь, - и вы измените всё по своему усмотрению. Разве не так?

- Я думаю эта роль всё же достанется тебе. Я не смогу выжить в безжалостном мире политики. Я хочу жить здесь, - он вздохнул холодный свежий воздух.

- Ах, как вам не стыдно! - они направились к особняку. - Заставляете хрупкую девушку взвалить такой тяжкий груз на свои маленькие плечики, - саркастично заметила она и тут же разразилась в безудержном смехе.

Прошла неделя и, прохаживаясь по саду вновь, Хеталика заметила за широким деревом силуэт. Она отошла подальше от чужих глаз и встав среди деревьев сказала:

- Выходи уже. Как обстановка?

Между деревьев появился Анко. Он аккуратно прошёл среди веток, но белка прыгнула на одну из них, и голова Анко и без того белая покрылась слоем пушистого снега. Хеталика громко засмеялась. Он отряхнулся и немного смущённый сказал:

- Давно не виделись. Обстановка для воплощения плана в жизнь, самая благоприятная. Через три дня императорский совет. Все важные лица соберутся в одном месте.

- Значит готовься. Убьём всех, кроме одного. Нужно подумать кого оставить в живых. Сообщу ближе к ночи. Не стесняйся. Заходи.

- А как же граф?

- Ах, да! Пройдём. Я тебя представлю.

На этот раз граф расположился в своих покоях и читал книгу у окна, изредка поглядывая на улицу. Раздался стук в дверь.

- Войдите!

Хеталика резко открыла дверь и вошла, за ней вошёл Анко.

- Добрый день! Не помешала? - громко и весело спросила она.

- Нисколько, - ответил граф, немного опешив.

- Прошу любить и жаловать, мой дорогой друг Анко!

- Полагаю его нужно расположить в одной из комнат или же он останется в вашей?

- Он приехал на легке и уже сегодня вечером уедет обратно, поэтому может обойтись без комнаты.

- Хорошо. Проведи ему экскурсию, если потребуется. Обед будет в два, - закончив разговор он вернулся к чтению.

За обедом граф был молчалив, не задавал лишних вопросов и даже увиливал от ответов.

- Граф, неужели вам не интересно, кто же этот молодой человек?

- Нисколько.

- Да что вы! - мягко и спокойно говорила Хеталика. - А я знаете ли солгала в двух местах, назвав его молодым человеком.

Граф поднял удивлённый взгляд на Анко.

- Я заинтригован.

- Я тоже, - недовольно сказал Анко, глядя в глаза своей возлюбленной.

- Как не культурно врываться в чужой разговор! - холодно сказала Хеталика и вновь направила свой взгляд на графа.

- Я догадываюсь, что ваши планы включают проливание крови. Тебе нужны перемены и мне тоже, но я не хочу добиваться их столь ужасным способом! - твердо сказал граф. - Я надеюсь, ваши планы меня не включают.

- Как же они могут не включать вас? Вы ведь мой муж и наследник престола.

- Я сказал своё мнение.

Дальше трапеза проходила в тишине и лишь изредка порывы ветра её нарушали.

- Яд налейте всем кроме советника Сеневы, - говорила Хеталика тем же вечером.

- Ты зря начала тот разговор за обедом. Как бы чего не вышло.

- Не бойся, он нас не выдаст. Ему не нравятся мои методы, но цели у нас одинаковые.

Анко направился в столицу. Лунный свет мягко лился в комнаты и навевал тоску. Хеталика бродила по коридорам освещенным синим светом и не могла ни на чём остановить свой взгляд. Дверь в комнату графа была приоткрыта, и она увидела, как он окутанный мраком смотрит на картину. Дверь тихо скрипнула. Граф резко повернулся.

- Я думал наш разговор окончен! - сердито сказал граф.

- Чего вы так боитесь? Всю грязную работу возьму на себя я. Так в чём проблема? - она медленно приближалась к графу пока наконец не упёрлась в его кресло, пронзив его своим холодным взглядом.

- Неужели ты не понимаешь? - тихо ответил граф. - Теперь мы связаны браком. Для тебя я никто, но для остальных стану мишенью. Они не смогут мстить тебе, поэтому устремят свою злобу на меня, - он встал и указал на себя. - Себя мне не жаль. Я прожил достаточно, но они ведь могут покуситься на жизнь моего сына! Он самой ценное что есть в моей жизни. Он так молод. Я не могу допустить его смерти.

- Дорогой мой, неужели ты и впрямь думаешь, - она занесла руку за его ухо и медленным дьявольским голосом добавила, - что я не смогу защитить свою семью? Ещё немного и наверху появятся новые лица на замену старым. Тогда кто же будет тебе мстить?

- Ты так уверенно об этом говоришь, - он опустился на кресло и прикрыл глаза руками. - Ты слишком юна, чтобы понимать как жесток этот мир. Считаешь себя жестокой? - он ухмыльнулся. - Есть куда более страшные, беспринципные, хитрые люди чем ты.

- Да что ты! - обижено вскрикнула Хеталика. - Ты слишком труслив! - она отбежала к двери, взялась за ручку. - Вот увидишь я смогу сделать всё, что хочу и какие-то мелкие сошки мне не помешают, - громко хлопнув дверью, она ушла.

Так и кончился этот день. Один из самых громких дней в этом царстве тишины.