В ночной степи небо раскинулось словно покрывало, бесчисленные звезды мерцают, а Луна заливает серебряным светом, придавая мраку степи особенную, неповторимую красоту. Легкий ветерок тихо обдувает неподвижные травы, и их шуршание нарушает безмолвное дыхание степи. Ароматы степных цветов наполняют воздух, переплетаясь с запахом свежести и травы, и кажется, что дышать становится настоящим удовольствием. Тишину изредка нарушают пение проснувшихся птиц, а где-то вдалеке раздается волчий вой, добавляющий еще больше таинственности этому пространству. Далекий горизонт степи погружен в густую темноту, но в этом мраке едва различимы неуловимые движения. Свет звезд словно разлит по краям и вершинам степи, придавая ощущение бескрайности и чудесного покоя, будто сама природа уснула в своем величии. Девушка, глубоко вдохнув, остановилась на равнине и опустилась на траву. Ее душа слилась с красотой этой ночи, и в сердце воцарился покой, погружая в глубокие раздумья. В последнее время многие уже заметили изменения в принцессе, но по их мнению, наследница вела себя подобающе, словно повзрослевшая. Лишь одна Манзура знала, что её на самом деле тревожило.

— Судя по тому, что вы здесь сидите, вы, вероятно, не могли заснуть, — прозвучал глубокий голос. Девушка узнала этот голос — она слышала его сегодня и вот уже второй раз он прерывал её мысли.

— Похоже, так и есть. А вы почему не спите?

— Мне нравится смотреть на звезды, — ответил голос.

— Поздравляю вас с новым назначением, главный военачальник! — Манзура посмотрела на Маркасо.

— Благодарю, принцесса! — ответил он, садясь рядом.

— Я и не знала, что у Галеса есть такой сын как вы.

— Можете просто обращаться на «ты».

— Хорошо, Маркасо. Так почему же ты скрывался до этого?

— Я вовсе не скрывался, принцесса. Я чаще всего находился в дальних походах, по приказу хана, далеко от родных земель.

— Понятно.

— А я много слышал о вас: о ваших подвигах и о вашей красоте. Должен признать, вы действительно та, у кого ум и красота идут рука об руку.

— Спасибо! Похоже, что и ты достойный своего нового титула.

Их разговор под ночным небом прервала детская паника. Вдалеке они заметили, как к ним бежит ребёнок, словно с трудом дыша от усталости. Оба поднялись на ноги.

— Эгейльд? Всё в порядке? Что случилось? — Маркасо задал вопрос, как только мальчик добежал до них, но тот, тяжело дыша, не сразу смог ответить.

— Моя мать... Брат, Мидиицы увели мою мать!

— Что?! Как? — спросила Манзура, услышав это. Лишь тогда мальчик заметил, что перед ним принцесса, и, поклонившись, продолжил:

— Это моя вина, ваше высочество, — сказал он, сдерживая слёзы. Манзура, пытаясь успокоить его, положила руку ему на плечо и сказала:

— Тише тише, соберись и расскажи нам, что случилось. Мы вернём твою мать!

— Расскажи, Эгейльд, — тихо добавил Маркасо, присев на уровень мальчика.

— Я услышал вой волков и пошел посмотреть на них. Я не знал что мама побежала за мной. А потом я увидел всадников, они окружили ее. Я так испугался, что не смог ничего сделать, — маленький мальчик заплакал. Главнокомандующий крепко обнял его, и только тогда ребёнок немного успокоился.

— Маркасо, отведи мальчика домой, а я верну его мать! — сказала Манзура, собирая волосы в узел.

— Я не могу отпустить вас одну! — возразил Маркасо, бросив взгляд в карие глаза принцессы, а затем вновь посмотрел на мальчика. — Ты найдешь дорогу домой?

— Да, брат, — кивнул Эгейльд.