— Мой сын часто приходит в комнату Ариэль, потому что все самые лучшие и красивые я покупаю ей. Джереми, возвращайся в свою комнату.

— Но это же моя…!

Джереми вышел из комнаты с расстроенным видом после того, как его рот снова закрыли, пока он говорил.

Люциан неторопливо оглядел комнату.

— Цвет комнаты довольно темный, для дамской.

— Ха-ха, это потому, что Ариэль не любит розовые тона и кружева.

Должно быть, потому, что Люциан уже видел, как Ариэль ахнула от изумления при виде мягких розовых туфель, он усмехнулся:

— Это не похоже на правду.

Сказав это, он огляделся и указал на несколько предметов в комнате.

— Вы подарили эту скульптуру, леди Ариэль?

— Ах, да. Я подарил её своей дочери после поездки…

На самом деле это был дорогой подарок, который он сделал своему сыну Джереми.

— Тогда я заберу её в моё поместье, поскольку она принадлежит ей, — радостно воскликнул Люциан.

Маркиз был в полном недоумении.

— А как насчет этой картины на стене? Она тоже принадлежит леди Ариэль?

— …Да.

На самом деле это была очень дорогая картина, которая стала успешным вкладом средств, ведь год за годом её цена росла. Маркиз рассчитывал, что когда Джереми вступит в право наследования дома, то эта картина стала бы принадлежать ему.

Но, поскольку он сказал, что эта комната принадлежит Ариэль, у него не было другого выбора, кроме как отказаться от этой картины.

Забрав все дорогие вещи из комнаты Джереми, Люциан выглянул в окно.

— А чья это игрушечная коляска снаружи? Она же не может принадлежать вашему сыну, верно? Ведь он уже взрослый.

Маркиз стиснул зубы и едва нашёл в себе силы для ответа:

— О… Конечно, она принадлежит моей дочери…

Вскоре, все вещи, которыми дорожил и хвастался Джереми, стали принадлежать Ариэль.

Люциан повернулся к Маркизу только после того, как приказал Далтону вынести все приглянувшиеся ему вещи. Но выражение его лица стало только более зловещим и лукавым, чем раньше.

— А разве вы не должны сделать подарок леди Ариэль, чтобы она могла вспоминать свою семью и не тосковать по дому? — сказав это, он оглядел маркиза с головы до пят.

По его взгляду было видно, что он смотрит на маркиза, как будто на кого-то ниже себя.

— Ожерелье, которое на вас надето, вполне подойдет.

Маркиз дотронулся и сжал в руке дорогое ожерелье с драгоценным камнем бронзового цвета. Это была одна из их фамильных реликвий семьи Маркиза.

— Э-это…

Вы ведь не хотите мне сказать, что не можете подарить семейную реликвию своей единственной драгоценной дочери, которая выходит замуж, не так ли? — Люциан говорил так, словно угрожал ему.

Маркиз закрыл глаза.

Он снова и снова повторял про себя слова «сапфировая шахта».

В конце концов, подумав об огромной прибыли, которую принесёт ему сапфировая шахта, он передал фамильное ожерелье Люциану.

С этими словами сын Великого Герцога покинул дом Маркиза. Далтон ехал в карете позади них, перевозя все имущество Джереми, которое теперь принадлежало Ариэль. Увидев их, Маркиз сжал губы, чтобы сдержать свой гнев.

— Когда вы планируете провести свадьбу?

— Сегодня.

— Как это: «Сегодня»?!

Как будто шок Маркиза не имел никакого значения, Люциан схватил Ариэль за талию и забрался в карету вслед за ней.

Люциан заговорил с дьявольской улыбкой на губах, только после того, как практически похитил Ариэль.

— С сегодняшнего дня она Ариэлла Ла Карт, а не Ариэлла Люсиллеон. Я надеюсь, что в следующий раз, когда мы встретимся, вы будете обращаться к моей жене, как к хозяйке дома Великого Герцога, Маркиз. Если вы этого не сделаете, я буду считать, что вы смотрите на семью Ла Карт свысока. — После этих слов он на секунду замолчал, а потом бодро добавил. — Ах да, вы не можете присутствовать на свадьбе. Я этого не допущу.

Его глаза и тон, когда он говорил это, были так страшны, что Маркиз даже не смог кивнуть ему в ответ.

Взгляд Люциана скользнул по слугам, вышедшим им навстречу. И, когда он это сделал, все они побледнели и опустили взгляд.

Обитатели дома маркиза не могли оторвать свой взгляд от своей обуви, пока карета, в которой ехали Люциан и Ариэль, полностью не скрылась из виду.

* * *

— Это действительно нормально? — осторожно спросила Ариэль в карете.

Люциан поднял глаза, полностью ослабив галстук.

— Что именно?

— Не позволять моему отцу приехать на свадьбу.

— Да, — коротко ответил он.

«Так ты можешь объяснить, почему это нормально? Не говори только то, что хочешь.»

Ариэль уставилась на него круглыми глазами. Люциан взглянул на неё и рассмеялся.

— Раньше ты даже не могла поднять на меня свой взгляд.

— Я… я собираюсь стать твоей женой прямо сейчас, так что…

Люциан бросил папку ей на колени, когда она произнесла неразумное извинение.

— Прочитай это.

Ариэль широко раскрыла глаза и опустила взгляд на папку.

Это был один из двух контрактов, которые Маркиз подписал ранее.

В контракте была указана информация о сапфировом руднике, который Люциан предоставил в качестве свадебного подарка.

У нее отвисла челюсть, когда она узнала о доходах этих шахт.

Это было что-то действительно очень ценное!

Внизу были две строчки:

[После подписания, Ариэль Ла Карт становится человеком, совершенно не связанным с семьей Люсиллеон.

С этого момента семья Люсиллеон не может ничего требовать от своей дочери.]

— Это же...

Ариэль удивленно посмотрела на Люциана.

— Он улыбнулся и взъерошил собственные волосы.

— А что, тебе это не нравится?

— Нет. Я счастлива, — тут же ответила она.

— Вот и хорошо. Так как ты теперь часть семьи Ла Карт.

Ариэль была искренне благодарна Люциану за это условие, которое он прописал в контракте.

Даже если это было для его семьи, а не для Ариэль.

— Спасибо.

Он просто кивнул, не отвечая.

С растрепанными волосами и расслабленным галстуком он действительно был похож на непослушного ребёнка. Как будто ангел восстает против Бога.

Теперь мысли Ариэль были сосредоточены на громадном грузовом экипаже позади того, в котором они ехали.

Это тоже была одна из работ Люциана. Он сказал, что возьмёт все вещи, которые она обычно использовала, чтобы помочь ей приспособиться в особняке Великого Герцога.

«Хотя на самом деле, там нет ни одной моей вещи.»

Ариэль положила руку на свое сердце, которое стало биться немного чаще.

«Возможно, он всё же будет заботиться обо мне…»

Как только она подумала об этом, она услышала, как Люциан приказывает Далтону.

— Дальтон, выбросите все эти вещи.

— …?

Люциан нахмурился, как будто он был раздражён, когда глаза Ариэль расширились от удивления.

Он зарычал и заговорил тихим голосом:

— Ты же не думала, что я принесу весь этот мусор в свой особняк, не так ли?

«…Как я и думала, мне не стоит ждать от него никакой заботы.»

* * *

Когда они вернулись в особняк, Сьюзен тепло поприветствовала Ариэль:

— Мисс, вы хорошо провели время?

— Да, — робко ответила Ариэль.

Она всегда чувствовала себя ребенком перед Сьюзен.

Люциан исчез в особняке, передав Ариэль на попечение горничной.

— Накорми ее хорошенько, — короткая и высокомерная команда.

Сьюзан обняла Ариэль за плечи и повела ее в гостиную.

— Вы не можете пойти сейчас в свою комнату, потому что она всё ещё готовится. Может вы голодны?

Когда они вернулись из дома Маркиза, было уже далеко за полдень.

Голод, который она не чувствовать раньше, потому что нервничала, теперь явственно ощущался.

— Немного.

— Сначала я помогу вам переодеться. В парадной одежде есть немного неудобно.

Сьюзан усадила Ариэль и принесла ей домашнюю одежду.

Платье было белое, с тремя розовыми вертикальными полосками, спускающимися вниз. На плечах были кремовые прямоугольники, а на талии — розовая атласная лента.

Сьюзан распустила волосы Ариэль, расчесала их и вплела ленту, которая была такого же цвета, что и платье.

— Боже мой, вы выглядите совсем как кукла.

«Платье довольно…»

Ариэль несколько раз прикоснулась к легкому домашнему платью, которое идеально сидело на ней, так, чтобы этого никто не заметил.

Светло-бежевое кружевное платье, которое было надето на ней до этого, казалось слишком дорогим, чтобы даже прикоснуться к нему, но это розовое платье было красивым и удобным. Она не устанет ходить в нём, даже, если будет ходить в нём долгое время.

— Вам очень идёт розовый цвет, потому что у вас такая светлая кожа. Я действительно хороша в выборе одежды для девочек, — сказав это, Сьюзен встала.

— Я сейчас же приготовлю что-нибудь вкусненькое. Вам нужно много есть. Ваше тело размером с семилетнего ребенка.

Вскоре Сьюзен вернулась с подносом, на котором стояла дымящаяся теплая еда.

Ариэль с трудом забралась на высокий стул, стоявший у стола. Затем Сьюзен положила ей на колени белую салфетку.

— Ого.

Глаза Ариэль расширились от удивления при виде еды.

Там была большая булка хлеба, в котором были орехи и сухофрукты, мармеладное варенье, которое имело сильный апельсиновый запах. А больше всего ее внимание привлекло огромное блюдо с курицей, приготовленное на среднем огне.

Находясь в доме Маркиза, она очень редко ела мясо. Каждый год, когда устраивалась большая вечеринка по случаю дня рождения Джереми, оставалось огромное количество еды. Это был единственный день, которое ей позволяли съесть мясо.

Сьюзен заговорила певучим голосом, протягивая Ариэль посуду.

— Как только вы закончите с трапезой, я дам вам огромную кружку горячего шоколада во второй половине дня.

«Горячий шоколад? А это ещё что такое?»

Ариэль покраснела от своего незнакомого до селе ей желания поесть, потому что раньше у неё было слишком много забот, чтобы чувствовать голод.

Сьюзан улыбнулась от удовольствия, когда Ариэль начала набивать свои щеки едой.

— Мы наготовили много еды, так что, пожалуйста, дайте мне знать, если захотите ещё.

Ариэль ела хлеб, варенье и курицу, пока не наелась досыта. Она чувствовала, что может съесть ещё хоть десять тарелок этой восхитительной еды.

Но, к сожалению, её маленький живот довольно быстро наполнился.

— Если вы закончили, пожалуйста, отдохните немного.

Сьюзен протянула Ариэль мягкую меховую подушку, прежде чем убрать со стола. Из-за ее полного желудка Ариэль начала дремать, положив голову на подушку.

«Как давно это было?»

— Эм, Мисс?

Ариэль проснулась от почтительного мужского голоса.

Когда она протерла сонные глаза и посмотрела на Далтона, тот уже стоял перед ней.

— Ммм, привет.

— Я знаю, что вы хотите спать, но сегодня у вас есть ещё одно важное дело.

— Какое?

Далтон неуверенно ответил:

— Сегодня… Свадебная церемония между вами и сыном Великого Герцога…

Ариэль дважды моргнула.

«Свадьба?»