Я обернулась, чтобы взглянуть на Арсена. Он удивился, когда наши взгляды внезапно встретились, но поспешил притвориться, что это не так, прокашливаясь.

— Если это из-за меня... тебе не стоит беспокоиться. Потому что теперь мне плевать на болезнь. — Смело заявил мальчик.

Кажется, его очень взволновало моё положение и то, что лечение становилось весьма затруднительным.

— Но ты... не любишь принимать лекарства.

Арсен смутился, точно я попала в яблочко.

— Ну, это... это правда, но...

— И тебе не нравится переживать осложнения.

Конечно, никакому ребёнку не нравится лежать в лихорадке, но Арсен Йекхарт – особенный случай. Этот мальчишка привык лить слёзы даже из-за царапинки на ладони.

Естественно, он перестал так делать после того сеанса исцеления.

— ...Всё нормально, я уже привык. — Прямо выпалил волчонок.

Взрослые, Бетти и господин Херн, посмотрели на него с нескрываемым изумлением. Я тоже удивилась, так как совсем не ожидала подобных слов, уж тем более от Арсена.

Спустя некоторое время молодой господин Йекхарт вновь зашевелил губами, проговорив:

— К тому же... я не хочу, чтобы тебе каждый раз становилось плохо из-за меня.

— Но мне не плохо...? — Тут же ответила я, медленно моргнув.

Арсен беспокоился, что я могу навредить своему здоровью, перебарщивая с использованием своего целительного навыка, но никакой боли не было.

— Я не это имел в виду. Сказано же, не перетруждаться... значит не перетруждайся. — Проговорил он. — ...Иначе ты снова станешь птицей, нет нужды идти на это.

— Но разве ты не говорил, что моя птичья форма симпатичнее? — Спросила я, придвинувшись поближе к Арсену.

Этот мальчик так мило отзывался обо мне, когда волновался. Но стоило мне напомнить о его словах, как волчонок тут же покраснел и нахмурился.

— Д..да когда такое было!

— Только что.

Прямо перед приходом Бетти.

— Ты сказал, что мой человеческий облик слишком уродлив.

Арсен надул щёки, а затем, вскочив с места, прокричал:

— Конечно, птичья форма лучше! Н-но... и эта неплоха! Нет, не знаю. В любом случае, не беспокойся об этом, глупая! Поняла?

После этого он молнией вылетел из моей комнаты, я только проводила его ошеломлённым взглядом.

— Пфт.

Первым повисшую после этого тишину нарушил господин Херн. Он рассмеялся, и смех был таким неожиданным, что я впала в недоумение. Сначала доктор смеялся тихо, словно ветер, шелестящий листвой, но затем...

— Аха-ха-ха! Кажется, вы правда нравитесь молодому господину.

— А? — Бросила я, заглядывая ему в глаза?

— Подумать только, чтобы молодой господин действительно сказал нечто подобное... он же сильнее всех в мире ненавидит принимать лекарства. — Сказал мужчина, периодически прерываемый собственным смехом

Судя по всему, Арсен действительно совсем не оценил тот факт, что я пока не могу полностью контролировать свои способности.

Наблюдавшая за смеющимся лекарем Бетти, подошла ближе и взяла меня за руку, благодаря чему я тут же почувствовала окутавшее ладонь тепло.

— Как и сказал молодой господин, леди, вам не стоит переусердствовать.

— Но...

Я же приехала сюда, чтобы вылечить Арсена. Произнести желаемое, у меня, конечно, не было возможности, из-за чего пришлось поколебаться. Но горничная только улыбнулась, словно полностью меня понимала.

— Леди, вы тоже ребёнок. Надеюсь, вы не чувствуете себя слишком обременённой.

— ...

— Молодому господину наверняка будет тяжело видеть, как вы мучаетесь.

— Ум...

— К тому же он довольно бодр в последнее время! Всё благодаря вам, леди.

Но Бетти ещё не договорила.

— Не волнуйтесь. Отныне просто хорошо кушайте, спите и играйте, как и подобает детям!

Господин Херн, давно переставший смеяться, молча слушал девушку, но теперь кивнул.

— Да, не чувствуйте себя обременённой, леди. Сейчас молодой господин и без того чувствует себя намного лучше, чем раньше.

Я тоже кивнула.

— Хорошо, я поняла.

— Что-ж, тогда хорошенько отдохните, мы уходим.

Доктор собрал свои приспособления в чемоданчик и ушёл, а Бетти погладила меня по голове, добавив:

— Пора поспать, леди. Я разбужу вас перед полдником.

— А, Бетти, и.... — пришлось поднять голову, чтобы прошептать ей прямо на ухо, — большое тебе спасибо, правда.

Вот, что я хотела сказать. Ворох добрых слов стал для меня самым настоящим подарком. Горничная только улыбнулась мне в ответ.

— И вам, леди. Сладких снов.

После этих слов Бетти ушла.

ฅ

Когда я проснулась, уже наступил вечер. Когда же я уснула? Помнилось мне, что в момент ухода Бетти и господина Херна, был ещё день, но теперь за окном сгущались сумерки. Судя по всему, спала я довольно долго.

Горничная, конечно, говорила, что разбудит меня перед полдником. Но я, наверное, спала настолько крепко, что Бетти решила просто оставить меня в покое.

Подумать только, раньше я столько не спала... неужели всему виной моё превращение после затяжного пребывания в птичьей форме?

Я откинула уже успевшее нагреться за время моего отдыха одеяло. Жарко. Прикоснулась ко лбу, но тот, к счастью оказался не горячим, а значит жара не было.

Слегка покачиваясь, я подошла к зеркалу. Оглядела себя. Возможно из-за затянувшегося сна, глаза опухли, а щёки отекли. Неужели меня разбудила духота? Те же щёчки под моими ладонями оказались горячими.

Обмахнувшись веером, я почувствовала себя немного лучше, а затем приоткрыла окно, сквозь которое вскоре подул свежий вечерний бриз.

— О-о, думаю, можно жить дальше.

Я присела на подоконник и задумалась о прошедшем дне. Меня успокаивала Бетти, утверждая, что перетруждаться не нужно. То же самое попытался сделать Арсен, сказав, что может стерпеть боль. Даже всегда обходительный господин Херн убеждал меня, что перегрузки мне сейчас ни к чему.

Какие они милые. Я радостно улыбалась, думая о них. Уезжать и возвращаться в Раньеро совсем не хотелось.

Согласно волчьему обещанию Кендрика Йекхарта, он сделает всё, что только в его силах, чтобы защитить меня. Проблема только в том, что Кендрик не единственный глава этой семьи. У Йекхартов наверняка есть старейшины, как и у Раньеро.

Если я заставлю местных старейшин противостоять храму, тогда меня несомненно сошлют домой.

Думая об этом, я не прекращала вздыхать. С очередным глубоким вдохом и выдохом, я сомкнула ладони и попыталась использовать свою способность. Группка зелёных огоньков стала формировать дымку. Она напоминала мне о лесном бризе, колышущем листву. Однако вскоре вышла из-под контроля и “попыталась сбежать” от меня.

Именно поэтому я остановилась. Что с этой магией не так? Её состояние ничем не отличалось от того, что мне удалось увидеть при первом использовании навыка. Нет, наоборот, моя сила, казалось стала больше и необузданнее, чем раньше.

— Беда... — Пробормотала я, наблюдая как дрожит оставшаяся дымка.

Увиденное мною совсем не соответствовало норме. Может ли это быть связано с ранней линькой?

— Не могу.

Я спрыгнула с подоконника. Нельзя оставлять всё как есть. Исцеление Арсена станет возможным только если мне удастся взять под контроль свои способности. Только так меня не сошлют обратно в Раньеро. Именно поэтому нужно разобраться с этой ситуацией.

— ...Попрошу господина Кендрика о помощи.

В таких случаях лучше всегда просить взрослых помочь. Кендрик наверняка знает, почему мои силы настолько нестабильны. К тому же... раз я подслушала его разговор со священником, мне всё равно придётся с ним поговорить.

Хозяин особняка пообещал защищать меня, поэтому он не откажет.

«Но ничего, если я загляну к нему прямо сейчас?» — Подумала я, поднимая глаза на часы. — «К счастью, ещё только восемь вечера. Не слишком поздно».

Отлично, решение принято.

Я тут же распахнула дверь.

ฅ

Ох, как я нервничала. Сделала глубокий вдох и выдох. Сердце не находило себе места, ведь я впервые шла просить о чём-то.

Ещё раз вздохнув, я постучала в дверь кабинета.

Тук-тук

— Войдите. — Проговорил Кендрик изнутри.

Осторожно схватилась за ручку двери, провернула её, чтобы плавно приоткрыть. Я осторожно просунула голову в образовавшуюся в дверном проёме щель.

— Господин Кендрик... можно войти?

— Линси?

Мужчина посмотрел на меня с прищуром, а затем заговорил, указав на диван.

— Что привело тебя в такой час? Проходи, садись.

— Хорошо, спасибо.

Я послушно села на этот самый диван, прежде чем Кендрик успел ещё что-то сказать. Сложив бумаги, которые он рассматривал до моего прихода, глава семейства вновь посмотрел на меня.

— Что случилось, Линси?

— Ну, на самом деле... у меня есть к вам разговор и просьба.

— Просьба?

Кендрик приподнял брови.