Поздней ночью, когда Рейтан пришёл в храм.

— ...

Белкиэль, поднявшись, посмотрел на Рейтана сложным взглядом. Его цвет лица вернулся, но на лице осталось легкое беспокойство.

— У меня есть несколько вопросов.

— Конечно?

— Перед этим позвольте сказать. Всё, что я говорю отныне, должно сохраниться в секрете.

— Да.

— Если эта история утечет наружу...

— ...

— Ваша шея слетит с плеч.

— Конечно, не волнуйтесь.

Над кроваво-красными глазами отражалась фигура Белкиэля. Даже после отправки Сеж обратно, Рейтан был в одиноких раздумьях. Но он так и не нашел ответы. Единственным человеком, который мог дать ответ, был Белкиэль. Так Рейтан и пришёл сюда.

— Как много вы знаете о нем? – спросил Рейтан холодным голосом. — Как вы узнали? Вы пришли в страну сразу после смерти Архимага.

Рейтан ясно помнил это из услышанных галлюцинаций. Они разговаривали между собой. Нужно было сообщить о печати и следить за ней. Подобно предыдущему архимагу и многим другим, Белкиэль смог бы формально стать преемником. Но он пришел лишь после смерти предыдущего.

— Вы помните, что я говорил о предках в прошлый раз?

— Да, я помню.

— Вероятно, это история, которая передавалась из поколение в поколение. Как старая легенда. Дедушка рассказал обо всем своему внуку, тот своему ребенку. К моему отцу эта история пришла точно так же.

— ...

— Обычно такие легенды и сказки переходят из уст в уста. Также помогли несколько дней рыскания по древним книгам и записям храма. Впрочем, я тоже не знал, было ли это правдой.

Это чистая ложь, но Рейтан не знал об этом. Белкиэль молча смотрел на него.

— Кто запечатал его там?

— Первый жрец храма.

— Имя этого жреца… Это Чарфина?

— Вы правы.

[Я люблю тебя, Рейтан.]

Внезапно до слуха донесся голос Чарфины, которую он видел во сне.

[Можешь пообещать мне? Даже если я скажу, что я не та Чарфина, которую ты знаешь, прости меня.]

Лицо выглядело сложным.

[Нет, Рейтан, пожалуйста...]

Даже плачущий голос...

— Почему?

Но почему?

— Почему ты это сделала?

Чарфина во сне повторяла свою речь снова и снова. Говорила, что любит, будто сама пыталась принять свое сердце. И Рейтан ничего не понимал.

— Ведь изначально это была женщина императора?

— Что?

— Они пришли к нему с какой-то целью, не так ли?

Рейтан колебался.

— Чтобы запечатать его.

[Не глупи. Ты хочешь вложить в запечатывающий камень меньше энергии?]

Белкиэль до сих пор ясно помнил слова, сказанные Итоном.

[Говорят, люди боятся меня из-за силы.]

[Это не то, чего нужно бояться, это то, за что нужно быть благодарным. Если бы ты не помог, они бы все были мертвы!]

В первые дни основания страны та не была такой сильной, как сейчас. Были вторжения и войны. Итон помог людям. Своими силами он остановил захватчиков, а иногда даже избавлялся от них. Разве люди не должны быть благодарны? Белкиэль считал это абсурдом.

Но у Итона была другая идея.

[Белкиэль, я не хочу, чтобы люди боялись меня ещё больше.]

[О чём ты говоришь?]

[Я буду жить с ними.]

[Ты в своём уме?]

[...]

— Жрец, который обманул его, вложил половину силы в запечатывающий камень.

— Половину?

— Да. Но это еще не все. Разделив силу Бога напополам, её забрали. Бог, у которого почти не осталось сил, ослаб. Священник запечатал его, ожидая этот момент. После она стала императрицей.

— Что?

— Предав Бога, жрец стал женщиной императора.

Глаза Рейтана дико затрепетали. Это знакомая история.

[Давным давно.]

Через мгновение туманный голос пронесся мимо ушей.

[Женщина, рождённая тем, кто предал Бога. Император угрожал её жизни. Мне ничего не оставалось, кроме как бежать, даже не обрезав пуповину.]

— Эта женщина…

Рейтан приоткрыл губы надтреснутым голосом:

— У неё были дети?

На мгновение Белкиэль замер.

— Убегая от погони императора, она пыталась спрятать ребенка?

— Я не знаю об этом.

Никто не знал, как все обернется в будущем, поэтому проще всего было не оставлять никаких зацепок об Итоне. Белкиэль солгал.

— ...

Глаза Рейтана, уставившись на него, дико дрожали. Несмотря на ложь, у Рейтана было чутье, что его догадка верна.

— После этого... Что случилось?

Император явно хотел убить её ребенка, так что Чарфину тоже не могли оставить в покое.

— Её убили.

Рейтан усмехнулся. На ум приходила лишь одна вещь. У всех детей императора светлые волосы. Это лишь доказывает долгоживущую династию. Или Рейтан лишь обманывается?

Итак, император узнал о ребенке и попытался убить его.

— Почему?

— ...

— Она стала императрицей, предав Бога. Но зачем?

— Я не знаю.

Белкиэль говорил медленно.

— Это было давно, поэтому я честно не знаю.

— ...

— Как вы и сказали, эта женщина предала даже Бога, поэтому ей, должно быть, было легче предать человека.

Лицо Белкиэля было таким же холодным, как и его голос. Да, изначально Чарфина была такой женщиной, так что неудивительно, что вскоре она предала императора.

Именно так думал Белкиэль.

— И вы тоже. Половина вашей крови принадлежит этой грязной женщине.

Что-то похожее на негодование промелькнуло в глаза Белкиэля, когда он посмотрел на Рейтана. Рейтан – потомок Чарфины. Прошло много времени, но так или иначе, она стояла в самом начале. Но другая половина крови…

...Белкиэль облизнул губы.

— Однако, – пробормотал Рейтан.

Что насчет тех воспоминаний?

Ужасные галлюцинации и кошмары. Почему они не перестают мучить его?

Между Белкиэлем и Рейтаном повисла тяжелая тишина. После столь долгого времени Рейтан нарушил молчание с ожесточенным выражением лица:

— Человек с черными волосами и красными глазами… Его имя – Рейтан?

— Да, – Белкиэль посмотрел на Рейтана и ответил.

— Тогда легенда… Все из-за этого?

Рейтан чувствовал, что нашел ответ. Но важная загадка до сих пор не разгадана. Какое, черт возьми, “он” имеет отношение к Рейтану? Если не имеет, то почему у них одинаковый цвет волос и одиноковый цвет глаз?

И почему воспоминания о “нем” продолжают всплывать в памяти?

Рейтан не знал. Один способ – разгадать загаду.

— Саркофаг пустовал.

…Я должен был найти его.

— Куда он делся? Так забавно, ведь я никогда не верил в Бога, – с ухмылкой спросил Рейтан.

На лицо Белкиэля упала темная тень.

— Ведь он… Умер?

— Не знаю, правильно ли говорить так, но он не умер, а вымер.

— Вымер?

— Он просто исчез, оставив пустое место.

— ...

— И куда он исчез?

Белкиэль не ответил. Он просто опустил голову и закусил губу. Рейтан было заметил это и понял, что Бог не исчез.

— Найдите его.

На мгновение серебристо-голубые глаза мелькнули.

— Я слышу галлюцинации.

— ...

— Среди них были слова императора, а также священница по имени Чарфина, о который вы говорили. Это определенно они. Думаю, это воспоминания.

[Я убью их всех…]

Белкиэль вспомнил, как Рейтан стонал, схватив пустой саркофаг. На кончиках его пальцев все это время сохранялось тепло.

— В конце концов, все началось с него. Значит, он хочет отомстить императорской семье, тогда… – Рейтан сжал кулаки. — Может быть, он собирается использовать меня.

— Использовать?

[Я не оставлю никого... Все вы блондины...]

Рейтан ясно помнил эти слова. Преданный Бог, должно быть, ненавидел женщину по имени Чарфина, как и отпрысков императорской семьи. Может быть, все просчитано с самого начала. Ребенок Чарфины сбежал, а её потомков преследовали и убивали.

[Глупый Император. Божья воля настигнет вас.]

[Я убью вас всех. Это Божья воля. Отомстить, убить и покончить со всем!]

То, что я родился с его внешностью… Может быть, меня просто пытаются использовать?

Тайна, которую невозможно разгадать.

Тогда Белкиэль спросил:

— О чём вы думаете?

— Я убью его.

— ...

— Безусловно.

Ужасная головная боль, нежелательный слуховые галлюцинации, кошмары – все это перестанет мучить меня.

Даже странное убийственное намерение по отношению к Сеж… Рейтан верит, что оно бесследно пропадет.

— Вот как? – сказал Белкиэль с пустым выражением лица.

Смотри, Итон. Это твой потомок. Потомок, который хочет увидеть конец твоей жизни.

Казалось, смех вырвался. Внезапно Белкиэль достиг кончиков пальцев Рейтана.

— У вас были и другие странные ощущение, не так ли?

— О чём вы говорите? – Рейтан, казалось, ничего не понимал.

Белкиэль, сузив глаза, снова заговорил.

— Извините, Ваше Величество, можете протянуть руку?

Рейтан кивнул и протянул руку. Белкиэль осторожно дотронулся до неё. Прогноз не был ошибочным. Он мог чувствовать магические силы за пределами большой руки. И очень мощную энергию, больше похожу на Сеж.

Возбужденные эмоции. Такие, что их невероятно тяжело выдержать.

Магическая сила, дремлющая глубоко внутри тела, пробудилась таким образом. Должно быть, потому что он ассимилировался с памятью Итона в тот момент, когда увидел саркофаг. Разница с Сеж заключалась в том, что Рейтан понятия не имел, как материализовать эту силу.

Однако…

У Итона все еще остались силы. Если Рейтан впитает их все, то все закончится. Однажды пробужденная сила никогда не уснет, а магическая сила Рейтана принадлежала богам. Рейтан может не выдержать. Кроме того, Белкиэля смущали его воспоминания о прошлом.

— Что случилось?

— Нет, ничего.

Рейтан заговорил с бесстрастным лицом:

— Я не хочу, чтобы он использовал меня. Нет, я не хочу иметь с ним ничего общего. Вы знаете, что я имею в виду.

— Конечно, я понимаю.

— Тогда нужно найти его.

— Значит, у вас галлюцинации. Они болезненные?

Рейтан не ответил. Белкиэль, казалось, на мгновение задумался, а затем тихо сказал:

— Если ваше величество пожелает, выхода нет.

Глаза Рейтана сузились от неожиданных слов.