Он чуть отстранился от Франчески и всмотрелся в её лицо. Затем прищурил глаза и, с бесстрастным выражением — как у невинного ребёнка, — пристально уставился на неё.

- Ты покраснела.

- Вот именно! Я же говорю, мне стыдно!

Казалось, лицо вот-вот вспыхнет пламенем. Леонардо осторожно коснулся кончиками пальцев её пылающего уха, словно проверяя.

- Это из-за меня?

- Э… да. Из-за тебя, Леонардо…

Когда она, краснея, взглянула на него с укоризной, Леонардо улыбнулся так, будто был совершенно счастлив.

- Моя милая Франческа.

- Ой…!

Он наклонился и нежно поцеловал её в щёку, а после снова крепко обнял девушку.

- Оказывается, ты тоже умеешь лгать.

- Леонардо…?

- Ты ведь говорила: “Я не исполню твоих желаний”. Помнишь, как отчётливо ты это заявляла?

Франческа вспомнила. В самом начале их знакомства, в академии, она сказала: «Маловероятно, что я исполню хоть одно твоё желание. Пожалуйста, заруби себе это на носу!»

Тогда Франческа опасалась, что Леонардо намерен лишь воспользоваться ею. Поэтому и сказала эти слова, которые, как оказалось, он хорошо запомнил.

- На самом деле это была большая ложь. …Всё это время ты исполняла мои желания.

Франческа не до конца понимала, что именно это значит для Леонардо, но сейчас она искренне хотела исполнить его желание. Поглаживая его голову, она тихо спросила:

- Тебе больше не одиноко?

Она всем сердцем надеялась, что это так. Пальцы коснулись мягких чёрных волос, и внутри стало удивительно спокойно. Щёки по-прежнему горели, но само чувство близости было приятно. И всё же Франческа понимала: слишком привязываться немного опасно. К тому же Леонардо, тесно прижавшись к ней, признался:

- Теперь мне ещё сильнее не хочется тебя отпускать, и чувство одиночества только возросло.

- Как же так, это совсем не то, о чём мы договаривались…!

Сокрушаясь, Франческа ещё какое-то время продолжала его успокаивать. Она даже не подозревала, что в этот момент Леонардо, обнимая её и опустив взгляд, о чём-то серьёзно размышлял.

* * *

София Патриция Раньери, глава дома Раньери, писала пером по бумаге в своём особняке в королевской столице.

- Вот видишь. Девица была довольно интересная.

Разговаривая с сидящим напротив молодым мужчиной, она продолжала подписывать нужные документы.

- Неудивительно, что она понравилась Альдини. Я бы хотела провести с ней больше времени, но сейчас придётся ограничиться этим. Скоро будет много работы.

Каждый из проектов, которые дом Раньери получал в результате этой истории, при правильном подходе можно было сделать ещё выгоднее и эффективнее.

- Но всё же… Раз уж весь этот переполох разразился в том лесу, не станет ли это проблемой для нашей репутации?

- Маркиз Савини взял всё на себя. Как ни посмотри, выходит, что нас использовали и втянули в неприятности, так что мы лишь пострадавшая сторона.

София закончила последнюю проверку, вытерла перо и положила его на стол.

- Однако такой человек, как Альдини, мог что-то и заподозрить.

- Да. После такой явной демонстрации твоей “беспомощности” вполне естественно подумать, что ты нарочно проигнорировала проблему.

София рассмеялась его дерзкому тону, закурила сигарету и глубоко затянулась.

- Скажи, ты когда-нибудь встречал эту девушку в Академии?

- Тровато? Нет.

- Понятно. Тогда в новом семестре постарайся установить с ней контакт.

- Что?

Он ответил откровенно раздражённо, но София не собиралась позволять ему возражать. У этого семнадцатилетнего юноши была такая же смуглая кожа, как у Софии, и золотистые волосы цвета мимозы. Он вырос, стал высоким и статным. Его резкие, холодные черты лица почти всегда выражали недовольство. Нахмуренные брови, грубоватая манера говорить — всё это могло бы показаться пугающим многим, но для Софии он оставался зелёным мальчишкой.

- Ты всерьёз решил ослушаться главу рода, маленький Дэвид?

- Отвали, чёртова тиранша.

Дэвид, младший брат Софии, сидел на диване, закинув ногу на ногу, и злобно смотрел на неё.

- Я буду делать только то, что сам захочу. Даже если это касается невесты Альдини — мне плевать.

(Ну что ж).

Опершись щекой на ладонь, покоившуюся на подлокотнике кресла, и слегка улыбнувшись накрашенными губами, София подумала:

(С нетерпением жду, что будет дальше.).

Конец второго тома.