Väter und Kinder

Отцы и Дети

Наконец-то собравшись с мыслями, и, предварительно рассмотрев все возможные варианты развития диалога, я зашёл внутрь, толкнув толстую дубовую дверь от себя. Зайдя в светлый кабинет, быстрым движением руки на своей спиной я закрыл дверь, и, взглянул на отцы. Его взгляд был направлен куда-то в сторону, и, на секунду, выглядел потупленным и каким-то взволнованным и озабоченным, но, как только он услышал что кто-то зашёл в кабинет, он принял достойное положение, его лицо сразу же стало серьёзным, а взгляд, острым и проницательным, как у орла. Он слегка прокашлялся, его выражение лица стало чуть более мягким, как только он понял, кто перед ним стоит. Поправив свою красную кепку на голове, мой отец указал на кресло, и сказал:

— Доброе утро, пожалуйста, присаживайся.

Не особо долго раздумывая на предложением, я сделал несколько шагов вперёд и занял место в удобном кресле зелёного цвета, я подметил данное изменение, хотя отец всегда предпочитал классическую Саксонскую палитру из красного и чёрного. Беглым взглядом я осмотрел комнату, на предмет других изменений, похоже, что шторы, тоже были изменены, они тоже были зелёного цвета без особых декораций в виде позолоченных элементов, как полагается императорскому стилю. Снова взглянув на отца, я заметил что он не начинает разговор, на его лице читается какое-то сомнение и волнение, что довольно необычно, учитывая его постоянный и непоколебимый характер. Я решил слегка помочь, и, сделать первый ход, начав разговор:

— Доброе, вижу, отец, вы решили сменить обстановку?

Фердинанд слегка замялся, но тут же просветлел, отвечая серьёзным тоном, будто его спросили вполне серьёзный вопрос:

— Да, действительно, старая мебель уже давно никуда не годилась, поэтому было принято решение сменить её на новую, импортную.

Я не особо отреагировал на подобный ответ, отвечать точно и по дело было в его стиле, после подобного ответа он снова перешёл в своё состояние ступора, и, потупил взгляд. Похоже ему было сложно что-то сформулировать и сказать, значит, это была точно не тема о женитьбе, войне или политике. Буквально несколько секунд спустя он нахмурился и что-то пробубнил про себя, по всей видимости, он просто собрался с мыслями чтобы сказать что-то через силу, отец часто молчал по темам в которых он не разбирался, или, о которых не хотел говорить. Но, в данной ситуации, ему нужно говорить, так как он находится один-на-один со мной. Тяжело вздохнув, он наконец-то сказал:

— Краусс, ты уже взрослый мужчина и... Я хочу чтобы ты... Нет, не важно...

Отец снов тяжело вздохнул, массируя свои виски, ему явно тяжело сформулировать какую-то фразу, поэтому я решаю сделать второй шаг, предположив о чём идёт речь:

— Взять дела нашей страны в свои руки? Вы сами понимаете, папа, пока вы живы и в состоянии управлять страной, я всего лишь буду Принцем Саксонии. Но если вам нужна помощь, я буду рад разобраться с некоторыми делами лично, я уверен что народ относится ко мне с достаточным уважением, и, будет рад, если я начну решать проблемы. Например, я слышал что в Арбайтскрафте начались проблемы со здравоохранением, и, люди хотят чтобы власти обратили внимание, думаю, если я займусь данной проблемой, люди поддержат нас, и поймут, что нам не всё равно, хорошего имиджа - много не бывает.

Отец перестал массировать виски, внимательно слушая моё высказывание. Он положил рук на стол, его лицо стало более задумчивым, он выглядит куда более уверенно когда размышляет над чем-то, почесав усы указательным пальцем правой руки, он ответил, более спокойным и уверенным тоном:

— Разумно... А ведь-

Отец над чем-то задумался очень сильно, отчего и замер на месте на пару моментов, его глаза слегка расширились и он ударил себя по лбу, будто вспомни что-то важное. Он тут же вздохнул и объяснил, виноватым голосом:

— Gottverdammt, я ведь и забыл совсем! У тебя ведь буквально два назад было день рождение, а я даже не приготовил подарка... Точнее, он уже готов, только... Он в одном из цехов Арбайтскрафте... В любом случае я хотел его оттуда забрать когда бы мои руки дошли...

Отец ещё раз прокашлялся, и, встал со своего кресла, рука, находящаяся внутри его внутреннего кармана мундира и поднятый подбородок, говорили о том, что он собирается сделать важное заявление:

— Сынок, тебе уже пора вылететь из родного гнезда и расправить крылья гордого орла. Как будущему императору Саксонии, твоё первое поручение будет осмотр главного завода в городе Арбайтскрафте, и, заодно, получить специальную доставку, предназначенную для тебя в общем-то...

Последнее предложение он сказал с лёгкой неловкостью, всё ещё смущаясь из-за забытого дня рождения сына. Отец снова сел в кресло и вздохнул, собираясь с мыслями, он слега приоткрыл рот, будто собираясь что-то сказать, но резко передумав, отмахивается рукой и говорит:

— Поговорим позже... А пока, можешь идти во двор, машина скоро будет там.

Я взглянул на отца слегка грустным взглядом, мне было очевидно что на его душе было что-то тяжёлое и неподъёмное, чем он хотел поделится со мной, но почему-то не мог выдавить это из себя. Зная его более двадцати лет, я понимаю, что пытаться вытащить это из него просто невозможно, и, лучше не стоит. Я лишь киваю головой и говорю:

— Javol. Я не подведу, отец.

Я встаю с кресло и отдаю честь. Развернувшись, я ухожу из кабинета, аккуратно закрывая дверь за собой. Ну что же, хоть отец много чего не договорил, но хотя бы появилась возможность покинуть дворец и посмотреть на что-то, кроме дворца.

Я сложил руки за спиной, медленно идя по коридору с опущенной головой. О чём же мог не договорить отец? Неужели он забыл про мой день рождения на целых два дня, с его пунктуальностью это очень странно... Идя по коридору, я отчётливо мог слышать множество звуков, один из которых мне слышался очень отчётливо. Быстрый и ритмичный стук тяжёлых ботфорт, даже по этому звуку я мог понять что это были дорогие кавалерийские ботфорты компании "Крайсшчау", их носят исключительно богатые люди, либо же, Элитные Гренадёры, я поднял голову, и, первое что я увидел, был синий мундир, поверх которого красовалась блестящая стальная кираса в виде лодочного дна с "Железным Крестом" у основания воротника, будто бы медаль. Выше, я увидел чёрную металлическую маску с узкими треугольными прорезями для глаз, и кивер, на котором красовалось большое синее перо, под которым был небольшой круглый золотой диск с изображением черепа с кивером и двумя перекрещенными гранатами-палками, это сразу же выдавало Гренадёра. Гренадёры это Старая Гвардия Императора, которая прошла не через одну войну. Они прекрасно знают как нужно воевать, чтобы противник бежал в страхе, ужасе, и, если получится, без пары лишних конечностей, а ещё лучше, если он будет ползти. Гренадёры были самым воплощением смерти во плоти, именно из Гренадёров состоит Императорская Гвардия, которая охраняет дворец и некоторые важные объекты в стране.

Завидев меня, Гренадёр встал по стойке смирно, положив длинное противотанковое ружьё на плечо, стволом вверх. С громким ударом ноги о землю он отдаёт честь, даже не говоря ни слова, можно было понять что этот человек был полностью лоялен к Императорской семье и проявляет особое уважение. Меня всегда поражало то, как человек, прошедший через ад, оставался столь преданным и стойким. Я совершенно не удивлён что армия Саксонии считается лучшей в мире, она по-настоящему воспитывает мужчин из мальчишек. А ведь и все мои предки, и мой отец, и мой дед, и прадед... Все они когда-то были солдатами, и именно там, они заработали своё уважение и авторитет, как великие полководцы и мудрые лидеры. А ведь и мне всегда было интересно, каково обычным солдатам? И какой же я буду Великий Император, если я буду знаменит лишь тем, что буду отсиживаться во дворце пока обычный народ будет погибать в окопах? Это совершенно неприемлемо!

Я также встал по стойке смирно, и, отдал честь Гренадёру, ведь он один из множества людей, которые защищают эту страну от невежества с Востока. После этого, я сказал ему:

— Благодарю вас за верную службу Саксонии!

Гренадёр ничего не ответил, он лишь встал по стойке смирно, быстрым и отточенным движением забросил винтовку за спину, будто бы пёрышко. Он кивнул и отправился маршировать далее. Очень хорошо зная историю, общие порядки и культуру Гренадёров, кивок означает очень многое. Если Гренадёр кивает, значит он проявляет глубокое уважение к человеку, а словами, как и своими умениями они не разбрасываются. Как только Гренадёр прошёл мимо меня, я слегка улыбнулся, ведь далеко не к каждому человеку во дворце Гренадёры проявляют подобное уважение.

Довольно вздохнув я решил постоять на месте, и, просто насладится моментом. Но, к сожалению, буквально пару моментов спустя, я услышал торопливые, мелкие, и, довольно трусливые, шаги мелких туфель. Я развернулся, и увидел дворецкого. Короткие, почти отсутствующие и зализанные на правую сторону волосы, тонкие усы, длинный и крючковатый нос, длинный чёрный фрак, круглое, словно глобус пузо и непропорционально длинные и тонкие ноги. Хоть и выглядел дворецкий Генрих не очень лицеприятно, но он довольно умный и образованный человек, который прекрасно всё знает и может многое рассказать, особенно о сплетнях, которые любят распускать придворные дамы. Он слегка поклонился мне и сказал:

— Герр Штальвальд, автомобиль уже ожидает у входа. А также я бы хотел спросить вас... Фрау Симидзу Акэйн желает встретится с вами...

Последнее предложение Генрих произнёс с некоторой опаской, что было странно. Хотя факт того, что самый молодой Адмирал- "Подождите", я сказал себе, и сказал Генриху:

— Подождите, а что самый молодой Адмирал Англисии, а точнее... Женщина Адмирал, делает у дворца Штальвальдов, разве границы между Саксонией и Англисией не были закрыты на год из-за ограничений иммиграции и эмбарго?

Генрих достал небольшой платок из внутреннего кармана своего фрака, протирая свой высокий лоб. Аккуратно сложив платок, и, спрятав его в кармане, он сложил руки в замок и тихо сказал:

— Д-да, я знаю... Но, фрау Симидзу хочет поговорить с вами лично, говорит это важно... Поэтому и попросила меня передать вам это...

Генрих достал небольшой конверт из всё того же внутреннего кармана фрака, в котором недавно был его платок. Слегка опустив взгляд, он протянул его мне. Взяв конверт, я аккуратно открыл его и достал оттуда письмо, которое было написано особым почерком, которым обладали лишь выходцы с Сарашимы, острый и угловатый, которым они обычно пишут свои символы. Но текст был на Англисийском, к счастью, моё образование и природный дар позволили мне выучить данный язык ещё в детстве, поэтому я владею им как родным. Наконец-то собравшись с мыслями, я начинаю читать его:

"Дорогой Принц Краусс Штальвальд, я, Акэйн Симидзу, желаю с вами встретится для личной беседы, будет лучше если мы встретимся за пределами дворца. Я понимаю, насколько абсурдно звучит данное предложение, но я очень сильно желаю с вами встретится и обсудить некоторые важные детали, которые вы обязаны знать. Только вы, и никто другой."

Дочитав письмо, я кладу его обратно в конверт и прячу во внутреннем кармане своего фрака. Затем, я перевожу свой взгляд на всё ещё нервничающего Генриха, который, по его виду, тоже хотел бы знать что в нём было написано. Я прервал тишину, спросив того:

— И где она хочет встретится?

Генрих, услышав вопрос, тут же поднял взгляд и слегка заикнувшись ответил:

— Она хочет встретится с вами в одной из небольших забегаловок по этому адресу...

Генрих передаёт небольшую бумажку, написанную всё таким же почерком, на ней написан следующий адрес: "Центрум, Бернауре-Штрассен, "Бездомная Пуля"." Я немного удивился подобному выбору места, ведь "Бездомная Пуля", небольшая таверна, которая известна тем, что её посещают исключительно мужчины, и, в основном, ветераны старой закалки, которые собираются там чтобы посмеяться и обсудить все темы в мире. Иногда, там бывают вполне цивильные дискуссии, иногда полноценные бои десять на десять, или все-против-всех, не даром в ближайшем полицейском участке, офицеры правопорядка выглядят покалеченными жизнью, и толпой пьяных солдат каждую пятницу.

Я киваю, пряча записку с адресом в тот же карман, что и конверт с письмом. Генрих сразу же поднимает свой взгляд и говорит:

— Герр Штальвальд, автомобиль уже ожидает вас...

Он слегка улыбается, отходя в сторону и руками указывая направление, "предлагая" мне пройти в направлении выхода. Я киваю, и, уверенным шагом направляюсь к выходу. На дворе ещё зима, поэтому, перед тем как выйти, накидываю на себя длинное, чёрное пальто, которое подаёт мне Генрих, и, надеваю цилиндр, который точно такого же цвета что и пальто. Поправив цилиндр, я выхожу в открытые двери, спускаясь по заснеженным ступеням дворца. Вид действительно красивый, лёгкий снег падает на землю, а импортный автомобиль класса Люкс с личным водителем Императорской семьи уже ждёт прямо передо мной.

Спустившись вниз по лестнице, водитель, который стоял рядом с автомобилем, открыл для меня заднюю дверь автомобиля "Hurrikán", Рукухерской компании, которая делает одни из лучших автомобилей в мире, лишь немногие могут позволить себе подобный автомобиль и его обслуживание. Сев на пассажирское место, я просто стал смотреть в окно, размышляя о том, что мне предстоит сегодня сделать...

А пока, автомобиль неспешно тронулся с места и отправился из дворца в столицу, город Ахен.

Легковой автомобиль класса Люкс, "Hurrikán", от компании "Kecses Fogaskerekek".

Оригинальный прототип - испанский Hispano-Suiza J12