Я была смущена тем, что они купили мне одежду, пока я спала.

Более того, их предположения о финансовом положении храма были совершенно не верными.

Все дети в храме знали, что ящики стола в комнате Данкески были наполнены золотыми монетами.

«Стоит ли мне рассказать об этом?»

Опасения о храме или особняке были бессмысленны. Пока я размышляла стоит мне намекнуть им или нет, из моего носа снова потекла кровь.

Я хотела вытереть её рукавом, но Эдвин внезапно крикнул:

– Платок!

– Да!

Я очнулась и вытерла нос светло-жёлтым платком, который сжимала в руке.

К счастью, кровотечение было не таким сильным, как раньше. Всё выглядело так, будто скоро кровь остановится. Но герцог недовольно цокнул.

– Тц, ты говорил, что больше крови из носа не будет.

– Откуда мне было знать, что юная мисс воспользуется силой сразу после пробуждения?

Небрежно ответил Гордон и подошёл ко мне.

– Отойдите на минутку, пожалуйста.

Смело оттолкнув от меня герцога, он занял его место. Гордон достал инструменты из кармана пальто.

При нём имелись стетаскоп, палочка и ножницы.

– Ну-с, приступим. Раскрой ноздри и широко открой рот.

– Эмм, ладно.

Хоть, я не могла знать, что он делает, я старательно следовала его инструкциям.

Несмотря на свою эксцентричность, Гордон считался лучшим врачом своего времени. Пусть, он и закончил алкоголиком из-за вины за смерть Джошуа...

В моей прошлой жизни Гордон недолюбливал меня. Я была леди этого дома, потому мы часто пересекались.

«Если Джошуа не умрёт, этот горшок не станет алкоголиком, верно?»

Я странно смотрела на него, вспоминая факты из прошлой жизни. Гордон заглядывал мне в ноздри и горло с палкой, а потом отступил и сказал с мрачным лицом:

– Ты довольно противная. Можешь закрыть рот и нос.

– Ух...

Он вынул палку из моего рта и мрачно декларировал:

– Простое переутомление. Это может произойти ещё раз, если будешь сильно напрягаться.

– Тогда приготовь ей лекарство для восполнения энергии.

– У неё есть способность залечивать раны практически мгновенно. О каком лекарстве вы говорите? Она должна уметь исцелять себя сама.

Гордон открыто проигнорировал приказ герцога, и было ясно, что я ему не понравилась.

Травы и лекарства в этом мире были редкими и дорогими. Было бы пустой тратой прописывать их простой сироте.

Я понимала это, я уже испытывала подобное в своей прошлой жизни. Но я не могла этого вынести.

– Я не умею делать это.

– ...?

– Невозможно исцелить себя своей же энергией. Даже дети из приюта это знают.

После моего ответа в комнате повисло молчание. Это были общеизвествестные знания, самые основы, усвоенные во время обучения жизненной силе в храме. Но Гордон, эксцентричный скептик, не считал, что какой-то простолюдинке это известно.

Конечно, я знала этот факт.

– Верно. Это самые базовые знания.

– ...

– Ты довольно умна.

Герцог открыто высмеял мои слова, предназначавшиеся для Гордона.

– Лекарство.

– Да.

– Я прошу о Релиус Леф. Самое эффективное лекарство для восстановления энергии.

– Откуда ты о нём знаешь!? О, неважно.

Я прекрасно знала, что находится в сундучке Гордона.

– Если я собираюсь продолжать лечить принца Джошуа, то мне нужно заботиться о своём теле. И начну я с коллекции дедушки.

Переговоры для нас троих закончились. И тогда...

– Кстати, могу я спросить, как ты узнала о проблемах с сердцем у молодого господина?

...Наконец мне задали неизбежный вопрос. К счастью, я смогла выиграть немного времени, чтобы придумать оправдание.

Я уверенно сказала ранее придуманные мной слова:

– Я узнала об этом из книг. Из-за моей способности я часто читала про медицину.

В моей прошлой жизни Диана часто носила с собой такие книги. Но я не была прилежна в учёбе и не любила читать.

– Сердце создано для перекачивания крови по телу. Принц Джошуа часто царапается и тогда на его сердце оказывается большая нагрузка.

– ...

– Я думаю, нам надо проверить принца Джошуа в других местах.

В комнате повисла холодная тишина. Были ли они шокированы тем, что маленький ребёнок не сосредоточился исключительно на ранах и проблемах с гемостазом?

П.П.: гемостаз – если кратко, способность организма останавливать кровь.

Внезапно Эдвин приоткрыл глаза и спросил:

– Ты...

– ...

– Умеешь читать?

Вот что их шокировало. Я стиснула зубы.

– Немного.

– Уже?

Эдвин заколебался, выражение его лица было озадаченным.

– Конечно! Я будущий гений!

Казалось невероятным, что пятилетний ребёнок уже может читать медицинские книги.

Часть меня боялась, что я поймаюсь на лжи, поэтому я была раздражена.

«Неужели я выгляжу настолько глупо? Я даже пыталась готовиться к вступительным экзаменам в колледж в Южной Корее!»

Но конечно же я так и не поступила.

– ...Похоже, лечения ран было недостаточно.

К счастью, Гордон смог отвлечь всеобщее внимание от меня. Я моргнула большими глазами.

– Вы знали?

– Я считал, что такая возможность существует.

Почему они не предприняли действий раньше, если знали? На этот вопрос ответили его следующие слова.

– Но поскольку господин Джошуа ещё молод, мы считали первоочередной задачей максимально восстановить его способность к самоисцелению.

– А.

Я кивнула в знак согласия. Это тоже может быть разумным объяснением. В этом возрасте сердце ребёнка очень крепкое и не так легко устаёт.

Оно как кролик-энерджайзер, который может играть целый день без проблем. Поэтому они думали, что оно сможет выдержать такую нагрузку.

Ошибка Гордона в том, что он не понимал, что эта болезнь – не просто вопрос самоизлечения.

Я отвернулась и посмотрела на Эдвина, а точнее на оранжевое пятнышко на левой стороне его груди.

«Он узнал, что это наследственное заболевание лишь после смерти Джошуа и в срочном порядке привёз меня сюда».

В моей предыдущей жизни мы встретились лишь после того, как я потеряла свои силы, поэтому я не знала, что с ним что-то не так. Даже в оригинальной работе об этом ничего не упоминалось.

Зачем они потратили целое состояние, чтобы привезти меня и приставить к Эдвину, если у меня не было никаких способностей?

Они помнили, что моя способность оказала влияние на болезнь Джошуа.

Я поняла причину их внезапной поддержки в прошлом. Но остались вопросы.

«Но почему у Эдвина не было никаких симптомов, в отличие от Джошуа?»

– Прошу прощения за мою некомпетентность, Ваша Светлость.

На мгновение задумавшись, Гордон склонил голову с выражением вины на лице.

– Ещё не поздно что-то сделать.

Герцог положил руку ему на плечо.

– Бельзе.

Я тихо ответила на зовущий меня голос.

– Да, Ваша Светлость.

– Мне искренне жаль, что из-за меня ты пролежала в постели весь день, но... Можем ли мы и впредь доверять тебе Джошуа?

Наконец, слова, которые я так хотела услышать, прозвучали. Я сильно боялась, что меня выгонят, но сейчас я испытывала облегчение.

Если бы прошлая я услышала эти слова, её бы сердце сжалось от зависти к любимому Джошуа.

Я завидовала и ненавидела всех детей, которых любили родители. Но теперь я понимаю. Иногда, есть вещи, которые не предназначены для меня, с этим нужно просто смириться.

– Да!

Я сдержала подступившие слёзы и с решительностью закричала:

– Если вы доверитесь мне, я приложу все силы, чтобы исцелить принца Джошуа!

Джошуа, Эдвин, герцог. В этой жизни я защищу их любой ценой.

Герцог серьёзно кивнул в ответ на мои слова.

– Хорошо. Тогда, начиная с завтрашнего дня, ты будешь работать с Гордоном...

– Но есть одна проблема.

Гордон внезапно встал между нами и обратился к герцогу:

– Я не уверен, что этот ребёнок выдержит лечение молодого господина.

– Что ты имеешь в виду?

– Когда она потеряла сознание, я попытался проверить её пульс, но так и не услышал его.

– Пульс?

– Да.

Слова Гордона заставили меня напрячься.

«Оно не вернулось?..»

Не может быть. Моё сердце должно было прийти в норму.

Заявление Гордона оказалось совершенно неожиданным.

– Другими словами я не слышу сердцебиение этого ребёнка. Такое бывает у детей со слабым сердцем.

– Слабое сердце?

– Да. Приказать этому ребёнку лечить молодого господина всё равно, что попросить отдать её сердце ему.

– ...

– Даже без этого, использование её целительной силы потребляет много энергии. Выдержит ли она?

– Нет, нет! Я не слабачка!

В своём недоумении, я возмущённо выпалила это, прервав беседу взрослых.

– Не ври. Мы можем легко это выяснить, спросив у приюта, к которому ты относишься.

При поступлении в детский дом дети проходят медосмотр в целях профилактики распространения инфекционных заболеваний.

Так что найти документы про меня, было не так уж сложно... Но это было неважно.

Догадки Гордона были совершенно ошибочными.

«У меня не слабое сердце. У меня его вообще нет!»

Но я не могла сказать этого, поэтому пришлось яростно отрицать.

– Я абсолютно здорова! Пульс у детей сложно найти!

– ...

– Так в книжках написано!

Внутри я кричала, а снаружи пыталась сделать тон голоса убедительным.

«Настал день, когда я назвала себя ребёнком».

Это было так унизительно, что хотелось умереть.

– Хорошо.

Однако это эффективно заставило Гордона замолчать. Я была обычной сиротой, которую лишь поверхностно обследовали на предмет серьёзных проблем.

Но им не нужно было это знать.

– Спросите в храме или в приюте! Все подтвердят, что нет здоровее ребёнка, чем я!

Гордон заколебался. Я воспользовалась возможностью и быстро перевела тему.

– А тебе следует провериться! Эди... То есть молодой господин, вам нужно провериться!

– Мне?

Эдвин с недоумением указал на себя, когда в него полетела искра.

– Да. Ваш брат болен, а значит есть вероятность, что вы тоже больны. Вы никогда не узнаете, принц Эдвин...

– У меня всё в порядке. Я проверяюсь каждый год, никаких нарушений нет.

Я сделала вид, что не услышала его и пристально посмотрела на Гордона.

Я сказала достаточно, чтобы вызвать подозрения о наследственном заболевании.

– ...На всякий случай Его Светлости и принцу Эдвину надо пройти детальное обследование сердца.

Моя умелая смена темы была хорошо принята. Гордон засиял. Возможно, Эдвин не любил медосмотры, потому что ответил он кисло:

– Мы делаем это каждый год.

– Этот год ещё не начался.

– Я совершенно здоров.

– Ваша Светлость, разве вы не пропустили медосмотр в прошлом году?

Подслушивая их разговор, я размышляла.

У них были ежегодные проверки и у Эдвина не было никаких признаков болезни. Это совпадало с прошлой жизнью.

Даже в моей предыдущей жизни у Эдвина никогда не было симптомов, похожих на болезнь Джошуа.

Оранжевое пятно в груди никогда не доставляло ему неудобств.

Но я была в замешательстве. Если тело Эдвина вернулось в исходное состояние с регрессией, то...

«Где моё сердце?»