- Запись номер пять – двадцать девять лет до краха империи.

Эберкрай сидел за столом, черкая свои мысли на белой бумаге, пока слегка тускловатый свет лампы освещал стол и часть его лица, образуя на нем черно-белую маску из тени. Камера в его кабинете был сфокусирована на императоре и строках, что пишет его рука, а Джорелл и остальные смотрели на все это глазами следящей машины.

- Шестнадцать лет упорных стараний не принесли никаких плодов. Мы вдоль и поперек изучили возможности сферы, но не ее начинку. Как бы ученые ни старались, разгадка постоянно недосягаема для них, технология столь сложна, что часто заставляет ощущать себя приматом, которому дали в руки сложный механизм, и все, что ему остается, это лишь удивленно вертеть его в руках.

Не знаю, зачем пишу все это чернилами, на бумаге, когда проще было бы все сказать, но, есть в этом свой необъяснимый шарм, будто бы я пропускаю все эти слова через письмо, освобождая мозг и мысли, что становятся чище.

Нас теснят по всем фронтам, не редко в бой приходится вступать и мне самому, отвлекаясь от исследований, что могли бы спасти мой народ. Сейчас я все больше убеждаюсь, что нам не победить, чуда не произойдет, и раз мы не смогли ничего узнать за шестнадцать лет, то оставшегося нам не хватит однозначно. Все внутри меня говорит, «Это конец».

Вся проблема заключается в создании кристалла и его настройке на поглощение, к тому же, нам никак не удается разобраться с обезоруживающим импульсом, суть его происхождения величайшая тайна для нас вот уже полтора десятилетия.

- Бедняга, я даже сейчас чувствую все его отчаяние. Насколько нужно пылать ненавистью, чтобы полностью стереть с лица целую расу? – возмущению Джорелла не было предела, он даже будто бы осуждающе оглядел друзей, но быстро понял, что не прав.

Этот проклятый мир, пропитанный войной, ужасно раздражал его, с ним нужно было покончить. Конечно, Джо любил войну, этого у него было не отнять, таков уж он уродился, но природа наградила его разумом, способностью бороться с инстинктами, и он прекрасно понимал, что война – это хорошо для него, но мир – в миллионы раз лучше и прекрасней для всех.

- Хотелось бы мне свалить всю вину на ренианцев, но я был там, видел, с какой жестокостью расправлялись другие расы с латланцами, словно ими двигало лишь безумие и жажда крови… - с помрачневшим лицом сказал Илиан, вглядываясь в печально-задумчивое лицо императора, что застыл на остановившейся записи.

А в это время пришло время следующей записи из хронологического порядка.

- Запись номер шесть – десять лет до краха империи.

- Сегодня пала еще одна планета, а с ней и несколько миллионов латланцев, сейчас нас осталось чуть больше пятидесяти миллионов, жалкие крохи от некогда могучей империи с населением в несколько сотен миллиардов. Вся вселенная опустела от векового кровопролития. Я пишу эти строки, чтобы предупредить мир об опасности, когда все стабилизируется и миллиардный рев бушующих армий стихнет, чтобы отдать бразды правления голосу разума.

Месяц назад я обнаружил скрытую способность силы двух глаз – возможность взглянуть на мир прошлого через илуний. Это открытие незамедлительно понесло меня на ту планету, где мы нашли сферу, я был уверен, что там найду множество ответов. Впервые проблеск надежды показался в моей душе, но каково же было мое состояние, когда по прибытию туда, я и моя команда обнаружили, что в этой планете не осталось ни капли илуния. Без сомнения, кто-то выкачал его, и я уверен, что это дело тех, кто охранял артефакт. Видимо, их куда больше, чем мы думали. Возможно, тот, кто бился со мной, успел передать сигнал о том, что я владелец темно-зеленого и зеленого илуния, а те в свою очередь знали о моей скрытой способности и быстро подчистили все. Но ведь они не знали, что я на тот момент не раскрыл ее, или знали? Ведь если нет, то зачем им было подчищать планету, раз я побывал на ней и уже мог раскрыть все их тайны?

В одном я уверен точно, это иная раса, о которой никто из нас не слышал до этого дня. Мне не дано понять, почему они скрываются и так враждебны, не знаю, сколько их осталось еще и где их искать, но в одном я уверен точно – если дюжина владельцев шестнадцатого круга выйдет с этим артефактом под боком, то запросто поставит на колени всю вселенную. Хотелось бы мне знать, чего именно они выжидают и куда делась их остальная раса, но, это я оставлю потомкам. Сейчас мне необходимо быть с моим народом.

- Запись номер семь – шесть лет до краха империи.

Император Латлании выглядел очень устало, по нему было видно, что смерти он жаждет, как лекарство. Телом он был молод, но взглядом иссыхающего старца, а вместо привычных роскошных хором, в которых обычно писал Эберкрай, была простая каюта.

- В нашем подчинении осталось несколько сильно укрепленных планет, оборону которыми будет держать Дуирлан. Я возлагаю на него большие надежды, ибо только ему под силу удержать натиск врага столько, сколько необходимо. Сейчас я и наши лучшие умы отправляемся на отдаленную планету с примитивными обитателями на ней.

- Эй, Джо, похоже, он говорит о Земле, - воскликнул Мальдрус.

- Да, наверняка о ней.

«Существа на ней очень отдалено напоминают Люмитанцев, не знаю, как это может быть связано, да и времени думать об этом нет. Мы зовем эту планету «Колыбель жизни», ибо она идеальна для развития на ней множества различных форм. В ней я планирую создать архив, в который будет вложено абсолютно все – чертежи, знания, проекты, все технологии по каждому из направлений будут покоиться здесь и ждать своего часа. Но самое главное, это информация о таинственном враге, спрятавшемся в тени и ждущего своего часа. Записи об артефакте и о том, как важно не повторять ошибки прошлого. Саму чудо-сферу я заберу с собой, опасно оставлять ее на этой планете, ведь она может привлечь своих хозяев. Мне бы следовало не оставлять никаких данных тем, кто уничтожил нас, но как любящий родитель, я не могу бросить своих детей, какими бы плохими они ни были. Надеюсь, те, кто сейчас живет здесь, однажды смогут сыграть свою роль в будущем нашей вселенной».

Голограмма появилась вновь и обратилась к гостям, что были под сильным впечатлением от слов Эберкрая, особенно от того, как сильно тот любил их, даже не смотря на уничтожение его народа.

- Итак, вот вы и прослушали хронологическую цепочку, которую император Латлании оставил для вас. Теперь вы знаете, как из могучего планетарца он превратился в жалкое подобие себя, но все равно любил вас. Доступ к панели информации полностью открыт для вас. Там вы сможете найти все технологии некогда могучего народа. Теперь, когда вам известно предназначение этого места, что будете делать?

- Для начала, ответь нам, остались ли в мире выжившие латланцы? Может, небольшой горстке все же удалось затеряться во вселенной? – поинтересовался Джорелл, вглядываясь в молчаливого латланца.

- Нет, это исключено. А даже если бы они и были, то вам никогда бы не удалось узнать у меня об этом.

- Почему? Сейчас все иначе, мир скорбит о потере и сожалеет, о своем опрометчивом поступке.

- Хах. Как лицемерно это звучит. Уничтожить несколько сотен миллиардов, а затем сидеть с грустным лицом и говорить о том, как тебе жаль.

Защитник человечества тяжело выдохнул, понимая, что это и вправду слишком лицемерно.

- Раз мы узнали все, что хотел поведать нам император Эберкрай, тогда здесь нам больше делать нечего. Мы вернемся позже, за великими знаниями и технологиями, что покоятся здесь, а пока, пусть тишина еще немного украсит это нетронутое место.

- Неизведанная раса, таинственные артефакты, знания прошлого… В конце такого путешествия я смело смогу написать свои мемуары, которые разлетятся по всему миру и сделают меня сказочно богатым, и это при том, что даже банк грабить не придется, - Белиндор мечтательно начал поглаживать бороду, думая о беззаботных днях на берегу чего-нибудь соленого.

- Так, каков наш план теперь? – поинтересовался маликанец.

Четверо друзей переглянулись, думая о словах императора и вопроса голограммы, пока Джорелл уверенным голосом ни произнес следующее:

- Мы отправимся на поиски планеты, где отец Марендрайта нашел еще один артефакт, а затем Мальдрус пустит в ход свою силу. Будем надеяться, что илуний все еще остался на той планете.

- Да чтоб меня трахнул муликанец, если это не гениальный план! Джорелл, ты знаешь, как удивить старого доброго Мальдруса.

- Однако тебе придется вернуться на турнир. Не забывай, ты все еще его участник, - напомнил Илиан.

- Знаю, не забывал об этом ни на миг, но, приятно было выбраться на свою родную Землю.

- Тогда у каждого из нас есть своя работа, не будем ее откладывать. Мы отправимся на поиски планеты из дневника, а Джорелл обратно на планету-столицу, думаю, его отсутствие на предпоследнем бое обязательно заметят. И, Джо, поставь там за меня на коротышку, пусть порадуется, что хоть кто-то верит в него, - с этими словами Белиндор сунул в руку Джорелла небольшую пачку денег.

- Ты и вправду думаешь, что тому, кого называют Сокрушителем Миров, нужна твоя поддержка?

- Конечно, нет, но азарт превыше всего. Я не знаю, кто победит из этой парочки, но в любом случае тебя ожидает битва с очень сильным противником. Этот Аренлэйк, та еще темная лошадка, но от этого еще опаснее, вы в чем-то похожи, только ты куда более славный малый.

- Господа! – вдруг обратилась к ним голограмма.

Она подождала, когда те обернутся, а потом добавила:

- Здесь есть телепорт, можете выйти через него, чтобы снова не бурить бедную планету. И, удачи вам, надеюсь, вы сможете разгадать то, что не успел Эберкрай.

В другом конце зала, откуда пришли Джо и остальные, из пола поднялось две колоны, которые после быстрых преобразований трансформировались в телепорт. Голограмма императора провожала взглядом воинов, пока те один за другим входили в телепорт, перед этим прощаясь с искусственным интеллектом, благодаря того за помощь.

Джорелл остался последним, он сделал шаг в сторону луча, но остановился, повернувшись к императору, все еще стоявшим на вершине лестницы.

- Большое спасибо за все. Жаль, что мне не удалось застать величие вашей расы, но судя по записям, вы были великим народом.

- Не переживай о нас, мы уже давно исчезли, беспокойся о своей расе, ведь вам еще жить в том будущем, которое грядет, - Эберкрай тепло улыбнулся, словно был доволен, что Джорелл не поддался кровавому влиянию нынешней цивилизации.

- Хм. Сколько смотрю на голограмму, не могу отделаться от ощущения, что она словно живая, до чего же невероятные технологии.

***

(Примечание от автора – следующее действие происходит в один момент с тем, как Джорелл произнес последнюю фразу).

В пустоте неизвестности, посреди тишины и темноты, скрипнул механизм. Проткнутый множеством трубок для выкачивания илуния, закованный, словно животное, таинственный силуэт внезапно освободился от всех оков, встав на обе ноги. Механический зверь жалобно визгнул и растворился позади планетарца. Лишь негромкое дыхание теперь нарушало тишину, пока усталый, но не лишенный мужества и силы воли голос, произнес:

- Да… невероятные технологии. И в них была вся моя роль. Роль, хранителя наследия.

Два оттенка зеленого дымкой высвободились наружу, выбегая на свободу сквозь раскрывшиеся веки.