— Отказываюсь. — стоя в кабинете Хирузена, и прочитав свиток с миссией, которую он хотел мне поручить, я нахмурился, отказываясь от неё. Как Джонин, я имею полное право отказаться от миссии ниже S ранга, даже если мне прикажет сам Хокаге. Это миссия В ранга, от которой прямо пахло...даже не так, от неё ВОНЯЛО подставой.

— Мальчик мой, с чего такой резкий отказ? — спросил Хирузен, стараясь держать свое улыбчивое старческое лицо, однако я видел, как он нахмурился.

— Вы вызвали меня во время выходного, едва ли не на последнем месяце тренировки с командой, и предлагаете мне миссию, что займёт по меньшей мере месяц? Найдите другого исполнителя, у меня нет на неё времени. У меня есть куча других обязанностей, с которыми нужно иметь дело. — положив свиток ему на стол, я просто покинул кабинет, не собираясь слушать лишних объяснений и попыток уговорить меня принять её. Как никак, последнюю неделю я заметил повышенное внимание к моей персоне от корешков, от которых я скрывался везде, где только мог, и даже тренировку своей команды я проводил там, где корень меня не мог найти.

Благо, что за учениками моими они не следили, и на том спасибо. Однако меня раздражал тот факт, что Хирузен, после долгих лет моего нейтрального, и даже можно сказать довольно дружелюбного отношения к нему, решил пойти у Данзо на поводу и подсунуть мне суицидальную миссию. Каким бы "добрым" дедушкой он ни был, но если старый бабуин рискнул предать моё доверие, то последствия для него будут плачевными.

Возвращаясь назад на территорию клана Хьюга, я успел заметить повышенную активность моих соседей, что что-то весело обсуждали. Пытаясь вспомнить, что такого весёлого могло произойти, мне в голову словно ударило молнией, когда я вспомнил одну вещь. Праздник в честь Хиаши и Хизаши. Они получили ранг Джонинов, и многие Хьюги, по большей части из главной ветви, праздновали этот день, в то время, как лишь небольшая часть побочной ветви праздновали вместе с Хизаши, который будет будущим Патриархом побочной ветви, а то есть, руководителем побочной ветви, к которой я отношусь.

Я лишь краем глаза понаблюдал за собиравшимись на празднике людьми, однако не решил идти к ним, ведь не имело значения, приду я или нет. Пускай было бы неплохо поздравить Хизаши, и наладить с ним более тесные отношения, чем есть сейчас, но мне ничего от этого не будет, как в политическом, так и в сугубо дружеском плане.

Убрав эти мысли подальше, я направился домой, где было крайне тихо с момента, как Цунаде ушла из деревни вместе с Аими. Натсуми-сан, конечно, приходила, чтобы проведать меня, но по большей части, она проводила время со своим мужем, который ушёл в отставку от бытия шиноби, и жила с ним в его доме. Я был рад за неё, так что не шёл навязывать себя ей, и просто дал ей насладиться жизнью, о которой она мечтала.

— Я дома... — силой привычки, я поприветсовал пустоту в доме, и не получив ответа, лишь грустно улыбнулся, и закрыв окна с дверями, сел в гостиную, продолжив писать очередную книгу из серии, которая получала больше всего продаж на рынке. Они, как и фильм, который сняли по книге, принесли мне большой доход, из-за чего я восстановил часть денег, что была потрачена на сделку с Цунаде.

На этой неделе не произошло чего-то интересного, за исключением, в этот раз нормальной, миссии В ранга для моей команды, которая прошла без стычек. Сопровождение большого каравана в столицу, но на нас не напали даже самые слабые бандиты, дорога была чиста, что не могло не радовать, но команда 11 была немного разочарована тем, что проверить свои новые навыки они не смогли.

Новых новостей и Скрытом Камне или Скрытом Облаке я не узнал, да и Скрытый Туман тоже не подавал признаков явной активности, что было крайне напряжно, но я старался не думать о худшем.

Сакумо Хатаке чувствует себя лучше с момента, как Какаши вернулся в Коноху с миссии, и благо, они смогли поговорить по душам, успокоив друг друга. На Сакумо все ещё косо смотрели, однако его это больше не волновало, он был словно на миссии под постоянным наблюдением, готовясь в любой момент помочь мне, если я дам сигнал, чему я был более, чем рад, ведь союзники мне не помешают.

К более интересным новостям...

Родился Итачи Учиха.

Мной была замечена Микото, которая уходила из больницы вместе со своим мужем, держа на руках маленького Итачи, завернутого в пеленки, пока он тянул к ней руки и улыбался. Это было зрелище, которое заставило меня застыть на месте на пару минут, пока я наблюдал, как они уходили к себе домой, явно намереваясь устроить праздник в чего его рождения.

В тот день, на меня нахлынула волна эмоций, которые ощущает человек, что встретил любимого актёра, однако, в дополнение к этому, я чувствовал печаль, так как знал историю этого недавно родившегося мальчика. Я понимал, что ад только начинается, что ещё не время так рано расслабиться, и следует работать более усердно, чтобы достичь тех целей, которые я себе поставил.

Сжимая кулаки, вспоминая все те преграды, которые в будущем могут меня поджидать, я мог лишь прикусить губу, и уйти на тренировки к Старейшине, чтобы избавиться от гнетущего чувства бессилия, которое давило на меня каждый раз, как я вспоминал об опасностях этого мира.

***

Последний месяц, что был отведен на тренировку команды 11, подошёл к концу. Затишье, что было вызвано на войне после полного уничтожения самого защищённого укрепления Скрытого Камня, было окончено. Всё деревни, что были по самое колено в войне, вновь начали движение.

Команда 11, что ранее была под моим руководством, была отправлена на первую военную миссию, а я был отправлен в сторону границ Страны Огня и Страны Камня.

За этот последний месяц я понял одну вещь. Ярость не только топливо, что позволяет тебя двигаться вперёд, но и прекрасный катализатор, что помогает тебе развить свои силы с невероятной скоростью. Шестой хвост, который я ожидал получить лишь через пару месяцев, был получен за каких-то 15 дней адских тренировок, постоянного нахождения в режиме Мудреца, и ежедневного избиения от Старейшины, с которым я уже мог сражаться если не на равных, то близко к этому. Его опыт и чистая физическая сила превосходила мою, однако я брал его техникой, умениями и хитростью, получая в ответ не менее хитрые способы, которыми тот тренировал меня.

Лисий клан тоже продолжил свое развитие, однако больше, чем на 3 хвоста, они продвинуться пока не смогли, хотя и изучили множество техник и стратегий, общаясь с более опытными командами Лис.

Вспоминая разговор со своей командой перед тем, как они отправились на миссию, я не мог перестать волноваться, ведь пускай я и верил в их силы, и лично видел, как они разбирались с командами чунинов, но это война, здесь может произойти все, что угодно.

***

— Сенсей, неужели это конец? Вы больше не будете учить нас? — со слезами на глазах, Цуёко смотрела на меня, с глазами, в которых читалась мольба, и моё сердце пропустило удар. Я уже успел привязаться к своей команде, и прощаться с ними было крайне больно. — Пожалуйста, скажите, что это шутка!

— Да, сенсей, это же очередная ваша шутка, или проверка, как было на миссии! Это ведь шутка...правда? — взмолился Усаку, пока в его глазах на пару секунд активировался шаринган, вероятнее всего, в порыве эмоций.

— К сожалению, это правда. Как я говорил на первой встрече с вами, я должен был учить вас лишь полгода, которые подошли к концу. Теперь вы полноценная команда, во главе с Тааки, который получил ранг Чунина, став вашим капитаном во время миссий, — положив руку на голову Тааки, который опустил плечи, не произнося ни слова, держа стойкое выражение лица, я не мог не улыбнуться, стараясь держать фасад учителя, который ни за что не упадёт перед трудностями. Как минимум, я хотел дать им уверенность в том, что они получили моё одобрение за то, что стали сильнее. — Я верю, что вы будете работать вместе, и не бросите друг друга во время беды, и я буду надеяться, что вы вернётесь домой живыми.

Улыбнувшись шире, и присев на колено, я обхватил их всех, прижав всех троих к своей груди, заключив их в крепкие объятия. Они вернули мне сей жест, крепко обняв меня, тихо шепча слова благодарности за все, что я для них сделал. Я старался не смотреть им в глаза, чтобы не испытывать слишком сильный порыв чувств.

— Сенсей...мы ещё увидимся? — Тааки, самый молчаливый из группы, задал вопрос, подняв на меня взгляд, в котором читалась решительность выполнить поставленную им миссию, и вернуться домой, чтобы увидеть своих родных.

— Я надеюсь, что это будет возможно. Вы все для меня стали младшими братьями и сестрой, за которых я буду переживать, как за родных, — отпустив их, и опустив руку к сумке, что висела на ноге, я достал один из кунаев с меткой Летящего Бога Грома, и дал его Тааки, который с лёгкой дрожью в руках взял кунай, который я ему передал. — Если вы попадёте в худшую ситуацию, из которой вы не можете выбраться, и от этого зависит ваша жизнь, подай чакру ра печать, и я приду так быстро, как только смогу. Однако знай, ситуация должна быть действительно критическая, чтобы сделать это. — строго проинформировал я, и он, сделав серьёзное лицо, кивнул, убрав кунай в свою сумку.

Встав обратно на ноги, и выпрямив спину, я повернулся к ним спиной, и слегка вздохнул, готовясь отправиться на свою точку прибытия.

— Возможно, это будет мой последний приказ, как Джонина вашей команды. Команда 11, отправляйтесь на задание, завершите миссию, и вернитесь живыми. Выполнять!

— Есть! — с яркой улыбкой на лице, они отдали честь, и переглянувшись, исчезли, использовав телесное мерцание. Я ещё несколько секунд стоял, с лёгкой улыбкой на лице, и направился на задание.

***

Уже сейчас, я был близко к фронту, заметив разбросанные по большой территории лагеря шиноби Конохи, чтобы их не могли уничтожить одной мощной техникой. На расстоянии примерно 13 километров впереди, я видел лагеря шиноби Ивагакуре, из которых бегали шиноби, то отправляясь, то возвращаясь. Сейчас линия фронта была в состоянии разведки, ведь каждый лагерь собирал друг на друга информацию, чтобы иметь больше шансов атаковать.

Редко когда война шиноби переходила в открытые столкновения, война "стенка на стенку" крайне редкое явление, ведь шиноби на то и шиноби, что делают все быстро и тихо, а не открыто и громко. Саботаж, убийство командующих, важных лиц по типу советников или же самого Каге, что было ещё большей редкостью, отрезанием линий поставок и других видов тактик, которые стараются проводить вне любопытных глаз врагов. Атаковать в лоб крайне опасно и невыгодно, что и является причиной, почему значимых битв так мало.

Сейчас я не был под чьим либо командованием, за исключением Джирайи, который был лидером лагеря разведки, к которому меня назначили. В лагере было десяток Хьюг, сенсоров, стратегов и чисто боевых единиц на случай, если нужно отбить или устроить нападение, и Джирайя, как Саннин Конохи, руководил всеми нами. Элитные и обычные Джонины, чунины и генины были под его командованием.

Но что было изумительно, так это то, что среди всех Хьюг, что были в лагере, я был самым опытным, рангом выше остальных и имел больший радиус видимости своего Бьякугана, чем имел ещё большую стратегическую ценность. Хьюги, что были в лагере, видели максимум на 5 километров, ведь Хьюги слишком гордые, и не тренируют свой бьякуган, чтобы увеличить видимость, ведь "Как так можно, наш Кеккей Генкай лучший, он уже идеален"! Поэтому я был сразу отправлен к Джирайе, который с трудом меня вспомнил, однако не вдавался в детали или воспоминания, лишь дав мне задачу собрать информацию о вражеских силах, чем я и начал заниматься.

Наши лагеря были спрятаны в лесах, и их было крайне трудно заметить, а лагеря Ивагакуре были частично спрятаны под землёй, ведь на их территории не было леса, и были лишь скалы, которыми они и маскировали свои силы.

Благо, я мог видеть их, будучи в лагере, поэтому просто сидел в своей палатке, записывая все данные, которые видел, записывал передвижение шиноби, маршруты патруля, количество боевых единиц, их общую силу, и так продолжалось в течении недели, которую я собирал всю нужную информацию.

К сожалению, собрать информацию за пару дней звучит просто лишь на словах, и даже обладая таким мощным бьякуганом, и видя всю ситуацию, как на ладони, было недостаточно, чтобы детально разузнать все подробности, потому пока другие разбирались с проблемами на одном фронте, отражали нападения с других фронтов, и помогали собирать информацию, я мог только терпеть, и спокойно собирать настолько много информации, насколько это было возможно.

***

"Цуёко уже значительно устала, а Усаку потребуется время, чтобы восстановить потраченную чакру. Последние пару групп были слишком для нас, они застали нас в тот момент, когда мы все устали..." — Тааки мог только проклинать их удачу, ведь за последний месяц, за который они выполняли миссию разведки ближе к левому фронту, они столкнулись со множеством шиноби, что лишь заметив их нападали без предупреждения, заставляя команду 11 принимать бой, чтобы обезопасить себя.

Их задача звучит довольно просто, помочь в разведке лесов у левого фронта, и при обнаружении каких либо укреплений, больших групп шиноби или сильных противниках ранга Джонина или выше, отступить, и доложить об этом на ближайших постах Конохи.

Тааки понимал, что задача это не лёгкая, ведь их команда состояла из Стратега сенсора, Атакующего Хьюги с бьякуганом, что способен помочь в обнаружении, и главной атакующий силы в лице Усаку, который первым брал на себя огонь вражеских атак. Им не повезло трижды наткнуться на вражеских разведчиков, с которыми пришлось вступить в бой, а также их недавное столкновение с атакующим отрядом Ивагакуре, который Цуёко обнаружила заранее до их прибытия, что позволило подготовить ловушки и засаду, и даже с подготовлениями, убить группу из 10 чунинов подрывников было крайне тяжело, и Тааки с Усаку получили ранения, которые пришлось перевязать, пока они не найдут безопасную точку, чтобы Цуёко могла применить Мистическую Ладонь, и подлатать их раны.

Они нашли безопасное место, где могут восстановить свои силы, и применив технику, которой их научил сенсей, они закрыли за собой проход, углубив пещеру, и начали лечение.

Цуёко, потратив остатки своей чакры, смогла в достаточной мере подлатать ранения Усаку и Тааки, и отправилась спать, чтобы восстановить силы, а её сокомандники потребляли запечатанную в свитки пищу, чтобы пополнить силы и ускорить восстановление чакры, которую они потратили на бой. У Усаку болели глаза от времени, которое ему пришлось провести с активным шаринганом, а Тааки ощущал сильную головную боль от нужды использовать теневой паралич и теневое удушение, чтобы помочь Усаку и Цуёко против вражеских шиноби.

Они оба молчали, на тот случай, если где-то может оказаться враг, который их услышит с помощью техник, ведь они не могли поставить печать для глушения звука, ведь они излучают чакру, которую может почувствовать даже довольно средний по силе сенсор, и все, что они смогли сделать, это поставить печати для сокрытия чакры, чтобы их не обнаружили с такой лёгкостью. К сожалению, поставить обе печати одновременно было нельзя. Это, конечно, возможно, но одна печать будет взаимодействовать с первой, что уменьшит время работы печати сокрытия, что не даст им достаточно времени на восстановление.

В пещере было темно, а развести костёр они не могли, ведь дым от костра никуда не уйдёт, оставшись в стенах пещеры, что не является самой лучшей идеей, и все, что они смогли предпринять, чтобы иметь хоть какой либо свет, так это сымитировать газовую лампу, используя особые зажигательные пилюли, которые смогли заменить им газ, дав им пускай и слабый, но довольно долговечный источник света, чтобы их глаза не испытывали трудностей, когда они вернутся на поверхность.

Цуёко проснулась лишь спустя восемь часов, и восстановив резервы чакры, и позавтракав, она вновь проверила состояние Усаку и Тааки, заметив улучшение в их состоянии, и что их раны уже почти зажили, однако вновь воспользоваться Мистической Ладонью она не могла, ведь она потребляет много чакры, и на её уровне мастерства не сможет моментально залечить их раны, и лишь измотает себя, что не является эффективным в глазах Тааки.

Они стёрли следы своего присутсивя в пещере, и отправились дальше, стараясь не двигаться слишком быстро, предпочитая действовать осторожно по крайней мере до тех пор, пока их раны не заживут окончательно.

"Сенсей, надеюсь, вы в порядке..." — могла лишь надеяться команда 11, двигаясь вдоль Леса Страны Огня.

***

— Твоя информация подтверждена, благодарю тебя, — Джирайя принял мой отчёт о проделанной работе, получив тонну информации о вражеском лагере, пока его личная группа пошла в обход вражеских шиноби, решив проследить за их точками поставки. — Для тебя есть ещё одно задание. От моих разведчиков поступила информация о возможном передвижении элитной группы шиноби Кумогакуре. По нынешним данным, они шли по этому маршруту, — указав на карту, Джирайя провел пальцем по предполагаемому маршруту неизвестной группы. — И направляются в сторону центрального фронта. Вероятнее всего, это группа чистки, чтобы расчистить дорогу большой армии шиноби, чтобы перевернуть ход боя. Моя группа не смогла подобраться достаточно близко и узнать их личности, их обнаружили раньше. Справишься с ними?

— ... — подперев подбородок ладонью, я мог только с болью пытаться представить, как разобраться с таким отрядом. Элитный отряд любой скрытой деревни это не шутка, это очень, очень серьезная атакующая сила. Будь то группа элитных чунинов или Джонинов, но свои дело они знают, и если это отряд чистки, то боевая мощь у них на уровне не ниже А ранга. — Их примерное количество?

— Примерно 20-23 человека, — незамысловато ответил он, взглянув мне в глаза. — Примерный уровень токубетсу-джонинов и Джонинов, точно не меньше.

— Дайте уточнить... — начал я, массируя виски на голове, стараясь избавиться от головной боли, которую я начал испытывать. — Вы поручаете мне миссию, сложность которой не ниже S ранга, — начал я, представляя попытки в открытую сразиться с элитным отрядом Джонинов. — Мне, Джонину, в одиночку разобраться с элитным отрядом из 23 крайне опытных шиноби, — плавно перейдя от массирования висков до переносицы, я вздохнул. — Без подкрепления, без плана и информации. Я правильно понимаю? — когда я упомянул это, я заметил, как Джирайя едва заметно дёрнулся под моим взглядом, полным скепсиса, недоверия и лёгкой ненависти, что заставило меня понять, что не он выбрал мне эту миссию, его просто заставляют. — ...Я могу только попытаться, так что на успех не рассчитывайте, я не Бог Шиноби, я всего лишь Джонин клана Хьюга.

— ... — Джирайя не нашёл в себе смелости что либо сказать после того, как ему пришлось поручить подобную миссию. Он лишь передал мне свиток, и я вышел, сразу направившись на задание. Все мои вещи уже были со мной, и все, что от меня требовалось, так это прибыть на миссию.

"Джирайя, надеюсь, у тебя и правда не было выбора, кроме как дать мне эту миссию, и ты не просто так на меня её спихнул, пытаясь защитить свою шкуру, иначе я сделаю то, что сделал с тобой Нагато." — прошипев от раздражения, я продолжил путь на точку назначения.

***

Пару дней спустя, я прибыл на примерную точку, где должна пройти группа чистки. Сейчас была глубокая ночь, луны не было от слова совсем, так что было крайне темно, и если бы не помощь бьякугана, я бы мало, что увидел. Я остановился в двух километрах от лагеря, который мне удалось обнаружить. 23 человека на его территории, половина из них спит, половина стоит в патруле, чтобы на них не напали ночью. Сенсоры среди них если и есть, то они явно средней степени паршивости.

"Как же это напряжно. Если мне продолжат давать суицидальные миссии, придётся принимать меры." — с лёгким вздохом, я перерисовал карту лагеря, позиции шиноби, а также пути отступления, и когда план был готов...нет, я не пошёл в атаку, я, сложив печати, призвал свой свиток призыва лисьего клана. Развернув его, и прокусив палец, сложил печати призыва, капнув кровью на нужные мне части свитка.

Десяток облачков дыма заполонили небольшую поляну, на которой я стоял, и медленно рассеиваясь, они явили мне несколько отрядов лисьего клана, которые идеально подходили для нынешней задачи. Четыре элитных отряда, что всю свою жизнь занимались заказными убийствам и специализировались на скрытности. У всех них было общее название отряда, "Тьма", и это было крайне созвучно, ведь все свои убийства они выполняли ночью.

— Каковы будут указания? — вперёд вышел самый взрослый лис, который единственный из них, кто умел говорить. У него, как и у многих лисов, было 3 хвоста, что спокойно покачивались из стороны в сторону, пока десяток пар глаз смотрел на меня с ожиданием.

— В двух километрах на север находится элитный отряд шиноби, ваша задача оказать мне поддержку в их полном уничтожении. Количество 23 человека, половина из них спят, — положив на землю перед собой карту, я указал на неё. — Это карта лагеря, где указано местонахождение каждого человека. Подготовьтесь к заданию, и сообщите, когда будете готовы.

— Как прикажете. — ответил он, взяв карту хвостами, и направился к своим подчинённым, чтобы составить план. До этого, мне не приходилось полагаться на помощь лисьего клана в своих миссиях, однако сейчас я понимал, что их помощь будет лучшим, что у меня есть. Я не настолько самоуверен, чтобы в одиночку идти на элитные отряды. Я, возможно, и шиноби S ранга, но даже их можно убить, если задавить их числом, заставив их потратить всю свою выносливость. Я уверен, что против армии генинов, максимум чунинов, даже в одиночку могу выйти, но вот когда дело касается Джонинов, моя осторожность берет надо мной верх.

Пока я следил за положением дел во вражеском лагере, отряд "Тьма" продолжал строить планы, учитывая всю информацию, которую я смог для них собрать. Они бы и без неё справились, я в этом уверен, но так они смогут выполнить миссию быстрее, без шума и без лишних проблем, которые могут возникнуть при ночных убийствах.

Планироввание заняло 10 минут, которые я продолжал следить за лагерем, и когда все были готовы, мы прибыли на позицию. Каждый лис и лиса сидели на верхушке дерева, смотря на лагерь с высока. Они были слишком самоуверены, если думали, что в лесу будет безопасно. Они сражаются против шиноби Конохи, для которых лес - родной дом. Каждый лис переглянулся друг с другом, кивнув, а после, посмотрев на меня, они ждали сигнала.

"Хуу...ну что же," — вздохнув, я прикрыл глаза на пару секунд, собравшись с мыслями, и вновь открыл их, выпустив из-за спины шесть хвостов, и вновь почувствовав на голове лисьи уши, которые слышали каждую мышь, что пряталась в норках. — Отряд "Тьма", приступить к операции.

С этими словами, операция по уничтожению вражеского элитного отряда началась, и десятки лис, цвет меха которых сливался с ночной тьмой, ринулись вперёд, спрыгнув с деревьев, и направившись в лагерь.

***

Джонин деревни скрытого облака стоял на своём посту, передвигаясь от точки к точке, как его учили ещё в академии. Никогда нельзя стоять на месте, ведь в случае, если враги просто решат убить всех кунаями в лоб, будет крайне неприятно. Он не был единственным, кто был занят подобным, ведь половина лагеря сейчас была в патруле, ведь они уже узнали, что их местоположение, и возможно, даже маршрут, был найден, но они не могли взять и сменить свой маршрут, их армии просто не успеют получить новый приказ, если им придётся чистить новую дорогу. Все, что они могли делать, так это двигаться вперёд.

Ночь была довольно тихой, за исключением надоедливых сверчков, которые то и дело продолжали раздражать шиноби с чутким слухом, а полное отсутствие освещения от луны делало ситуацию довольно опасной, ведь не каждый шиноби был способен видеть в темноте. Конечно, полной тьмы не было, звезды ещё кое как освещали местность, и они даже могли видеть, но этой видимости, зачастую, было недостаточно.

Пока он двигался от точки к точке, он, как сенсор, постоянно был начеку, чтобы обнаружить вражеских шиноби, стоит им лишь немного использовать чакру, и все было спокойно, лишь изредка чакра его товарищей колебалась, когда те испытывали эмоции. Спящие Джонины и токубетсу-джонины тоже изредка подавали колебания чакры, которые были вызваны реакцией тела на раздражители, однако ничего нового не было.

Любой сенсор, что работает с такой командой, уже давно привык, что подобные случаи происходят, и подсознательно игнорируют их, но он присоединился к команде лишь недавно, и даже его ранг Джонина не сильно ему помогал успокоить свои нервы. Его чувства говорили о том, что что-то плохое вот вот произойдёт, а его нервозность от каждого колебания чакры их шиноби лишь набирала обороты.

Благо, что он не ощущал никаких новых источников чакры, ведь всего их было 22 штуки, не считая его самого, как и должно быть, и в радиусе километра было пусто. Но вот, опять произошло несколько колебаний чакры спящих шиноби, однако лишь из-за этого, шум поднимать было бессмысленно. Другие сенсоры просто поднимут его насмех, ведь над новичками часто шутят, чтобы те быстрее привыкли к их обществу, и работали более слаженно.

Пока он вновь сменил свой маршрут, и направился к самой дальней части лагеря, он вновь ощутил колебания чакры своих сокомандников, однако это произошло слишком синхронно, и это его насторожило. Он повернулся, и направился туда, чтобы проверить, что случилось, однако не обнаружил чего-то странного. Шиноби, что спали в небольших палатках, продолжали спать, и, как и у многих шиноби, даже услышать их дыхание было проблематично. Он лишь пожал плечами, чтобы избавиться от нервозности, и направился дальше.

Пару минут спустя, его шестое чувство било тревогу, ведь даже мельчайшие звуки, которые он слышал до этого, пропали. Он был за пределами лагеря, чтобы вдохнуть свежего воздуха и расслабить нервы, но когда он вернулся, то увидел то, что могло бы остаться в его воспоминаниях ещё надолго.

Шиноби, что патрулировали окрестности, лежали на земле, с перерезанными глотками или отделенными от тела головами, у некоторых из них шла пена изо рта, словно их отравили крайне сильным ядом, а когда он в панике проверил шиноби в палатке, он понял, что все из них мертвы, не было никого живого на всей территории лагеря. Даже бить тревогу было бессмысленно, никто его не услышит, и он может лишь дать врагу информацию о том, что кто-то ещё жив.

"Мне нужно дойти до какого либо из наших аванпостов, чтобы доложить об этом! Чёрт, миссия провалена, а я даже шороха не услышал! Это просто невозможно, чтобы 23 шиноби не смогли узнать о нападении!" — вопил он в мыслях, понимая, что он мог быть тем, кто лежит мёртвым сном, среди тел своих товарищей.

Однако когда он вышел из палатки, в которой проверил последнего шиноби, он застыл на месте, увидев то, что не хотел бы увидеть ни один человек даже в самых худших кошмарах.

На него смотрел десяток глаз, которые сверкали в темноте, отражая тусклый свет звёзд. На расстоянии двадцати метров перед ним сидело десяток лис, которые абсолютно не двигались, и даже их...несколько хвостов...не двигались, словно застыв во времени. Они напоминали кукол, и лишь их взгляд, который был сфокусирован на нём, был индикатором того, что они живые. Он хотел убежать, ведь что-то подсказывало ему, что они станут его концом, но стоило ему двинуть единственным мускулом, как он был окружён всеми лисами, которым даже секунды не потребовалось на то, чтобы окружить его.

Его охватил самый настоящий ужас, который сковал его по пятам, когда он ощутил убийственное намерение от всех лис, что окружали его, сверля его взглядом.

И именно тогда, он услышал шаги, которые шли сбоку. Он мог лишь немного повернуть голову, сфокусировав взгляд на того, кто, вероятнее всего, был тем, кто руководил атакой. Человек, за спиной которого было 6 хвостов, на голове которого были лисьи уши, а в его глазах читалось желание прикончить всех, кто его раздражал. Это было сродни увидеть дьявола, ведь он испытывал страх, лишь увидев этого человека, и, что хуже всего, он не ощущал от него ни доли чакры! Все живое испускает даже самые мизерные доли чакры, а он него не ощущалось ни капли! "Оно" должно быть мертво!

— Хорошо, что ты решил вернуться в лагерь. Было бы напряжно идти за тобой в лес, меня и так раздражает вся эта ситуация. — заговорил он, и судя по тону голоса, Джонин понял, что это лишь подросток, всего лишь 13-15 летний парень! Но жизнь шиноби научила его понимать, что возраст не имеет значения, если шиноби силен. Будь ты хоть 8 летним выпускником академии. Если у тебя достаточно силы, тебе открыты многие дороги.

Пока он анализировал ситуацию, в которой ему не повезло оказаться, парень прогулочным шагом, словно совсем не заинтересованный в том, что происходит вокруг, встал перед ним, смотря ему в глаза так, словно он видел саму его душу.

— Итак...что делать с тобой, овечка, что отбилась от стада? — он не делал абсолютно ничего, однако давление, которое он ощущал, было несравнимо даже с Третим Райкаге, который давал им задание. Лишь когда неизвестный стал впереди него, он смог увидеть то, что может спасти ему жизнь. Защитный протектор Конохи на лбу! Это шиноби Скрытого Листа!

— М-может, мы можем договориться? — его голос предательски дрогнул, и он проклинал себя за тупость, ведь в любых перегороворах, показ страха, слабости или нерешительности является концом. — Ты ведь шиноби Конохи, верно? Как расчёт обмена?

Даже в темноте, он мог наблюдать, как бровь парня приподнялась, а на его лице появилась легкая улыбка, словно его забавляла вся эта ситуация. Для него все это было лишь игрой, тем, что он не воспринимает всерьёз, и это пугало ещё больше.

— О? И что же ты хочешь предложить? Расскажи, может, тебе удастся меня заинтересовать. — его голос принял более мягкий тон, словно он общался с ребёнком, и это бесило, однако в ситуации, в которую он попал, он был не в праве что либо сказать. Одно лишнее движение, одна лишняя эмоция, и он станет не лучше тех, кто лежит на земле.

— У меня есть информация о самом сильном отряде, что собирается ударить по левому флангу страны огня, — начал он, заметив, как улыбка на лице шиноби Конохи пропала. Он резко стал серьёзен, и Джонин воспринял это как жест того, что он может продолжать. — Как насчёт обменять эту информацию на мою жизнь? — он понимал, что это секретная информация, однако даже если он её расскажет, и уйдёт живым, он может вернуться, рассказать об этом Третьему Райкаге, и все планы просто поменяются, а также они узнают о враге, который с лёгкостью разделался с элитным отрядом деревни.

— Хн, — хмыкнув, шиноби Конохи прикрыл глаза, и вновь открыл их, уже более серьёзно взглянув на него. — Хорошо. Если твоя информация окажется такой полезной, как я считаю, я позволю тебе уйти живым. — Джонин внутренне ликовал. Даже если этот ребёнок силён, обман сделает свое дело.

— Кумогакуре собирается отправить в бой сына Третьего Райкаге и Джинчуурики Восьмихвостого. Эй и Киллер Би, непобедимый дует будет отправлен, как подкрепление, чтобы открыть путь на левом фронте, — начал он, понимая, что пути назад нет. Какой бы секретной ни была информация, но эти двое ещё не были отправлены в бой, и будут отправлены только к завтрашнему дню. У него достаточно времени, чтобы вернуться в деревню. — Они будут там к завтрашнему дню.

— Вот как? — слегка наклонив голову, шиноби Конохи кивнул самому себе, и посмотрел в небо. — А теперь прочь, с глаз моих долой.

Услышав заветные слова, Джонин мог лишь внутренне улыбаться, радуясь своему успеху, и начал бежать так быстро, как только мог.

Он покинул лагерь, бежал по густым лесам Страны Огня, огибал деревья, прыгал по веткам и не останавливался ни на секунду...

...пока из его груди не стал видел хвост, который с лёгкостью пробил его жилет Джонина, укрепленное чакрой тело и грудную клетку насквозь. Джонин мог лишь в ужасе раскрыть глаза, и несколько раз кашлянуть кровью, пока из уголка его рта не начала сочиться алая кровь.

— Т-ты...

— Я сказал, что я позволю тебе уйти живым. Но кто сказал хоть слово о том, что тебя не убьют они? — послышался голос шиноби Конохи, в котором слышалась издевка, было ощущение, что он вот вот начнёт смеяться, однако даже если это и произошло, он этого не услышал.

В его ушах начало звенеть, кровь в жилах стала холодной, словно лёд, силы покидали его, а когда хвост, что пробил его насквозь, покинул его тело, он мог лишь упасть лицом в землю, без возможности даже вдохнуть. Он мог лишь бессильно хрипеть от боли, которая постепенно сходила на нет. Он понимал, что его конец настал. Он был слишком наивен, считая, что смог перехитрить юного шиноби, который держал его за хвост с самого начала. Проклиная себя, свою удачу, и свою недальновидность, он издал свой последний хрип, отправившись в загробный мир.

***

— Чёрт, — я выругался, стиснув зубы, и подняв голову к звёздам. — Чёрт! — ударив по стволу дерева, чтобы избавиться от бушующей внутри меня ярости, я вздохнул, пытаясь привести дыхание в порядок. — Эй и Би будут на левом фланге уже завтра. Даже если я успею предупредить Джирайю или кого либо ещё, они не успеют переправить шиноби на помощь! Там же моя команда! — ещё раз ударив по стволу дерева, я сломал его вершину, обрушив дерево на землю, и стараясь привести себя в порядок, сделал ещё несколько глубоких вдохов. — Фуух...Отряд "Тьма", задача выполнена, отправляйтесь домой и отдыхайте.

— Да! — командир отряда, что наблюдал за моей яростью, кивнул, и исчез в облаке дыма, как и остальные члены его отряда, отправленные домой обратным призывом. Я ещё раз глубоко вдохнул, и начал думать, что делать дальше.

— ...Нужно отправить клона, чтобы доложить о миссии. Самому отправиться на левый фронт, и перехватить Эя и Би... — в этот момент, я ощутил то, что боялся ощутить за всю длительность моих миссий. Я ощутил чакру, что была направлена на печать. Я создал водяного клона, и отправил его обратно к Джирайе, а сам, сосредоточившись на метке, что была крайне далеко от меня, приготовился к телепортации.

***

— Сзади! — Тааки и его команде вновь не повезло, однако в этот раз, они влипли по полной. Их обнаружил отряд Джонинов скрытого Облака, который не пойми откуда взялся и неизвестно куда направлялся. Они пытались сбежать сразу, как заметили их, однако они оказались недостаточно быстрыми.

Цуёко предупредила Усаку о Джонине, что атаковал его сзади, и тот лишь с огромным трудом успел блокировать катану своим кунаем, не намереваясь меряться силой. Он позволил катане соскользнуть с его куная, оттолкнувшись подальше от нападающего, удерживая их позицию. Их окружили, и убежать они были неспособны. Было видно, что Джонины просто играют с ними, пытаясь найти развлечение в трех детях, которых они встретили.

Тааки пытался найти выход из ситуации, любой возможный способ сбежать. Ужас охватил всю его команду, и ему было все тяжелее думать о возможном способе сбежать, когда его рука, которую он опустив в сумку, чтобы достать очередной кунай, коснулась куная, который дал ему Сенсей. Его мысли резко вернулись в порядок, он нашёл то, как можно спастись.

— Цуёко! — Усаку прикрыл её от очередного Джонина, что пошёл прямо на неё, и вогнал кунай ему под ребро, заставив того отступить, держась за место, где была печень.

— Чёртов щенок, ты переступил черту! — все Джонины, которые смотрели на "шоу" внезапно стали серьёзными, когда их товарищ получил ранение в печень. Они намеревались сначала запугать этих детей, а потом медленно их убить, но когда те решили оскалить клыки на них, те перестали играть с ними. Трое Джонинов пошли на Усаку, двое на Тааки, и двое на Цуёко.

Усаку применил Технику Пламени Дракона, отогнав от себя трёх Джонинов, а Цуёко отбросила нападающих воздушной ладонью, сломав им запястья ударной волной, пока Тааки мог лишь с трудом сдерживать обоих Джонинов своей тенью, пока те вырывались. Он не мог даже опустить руку, чтобы взять кунай Сенсея, и подать сигнал о помощи, ведь если он это сделает, эти двое Джонинов просто перережут ему глотку.

Команда 11 сражалась за свою жизнь уже около получаса, они все устали, а их запасы чакры близились ко дну, в то время, как Джонины, даже не думали уставать. Усаку пришлось вступить в ближний бой, так как запасы его чакры уже не позволяли ему применять техники, а Цуёко не хватало времени и чакры на постоянное использование Воздушной ладони. Им удавалось только с трудом удерживать Джонинов на небольшом расстоянии, чтобы их не убили, однако смерть ещё никогда не была к ним так близко.

Они могли сражаться с Джонинами скрытого облака лишь потому, что Сенсей крайне часто тренировал их в сражении с ним, и в сравнении с ним, эти Джонины казались крайне медленными, однако их было двое, и даже трое на одного, в то время, как их Сенсей был лишь один. Они не могли так же просто сражаться на несколько фронтов, как приходилось сражаться ему с ними тремя.

Парируя и блокируя удар за ударом, Усаку, что почти израсходовал всю чакру, старался использовать как можно меньше движений, чтобы успеть защитить себя и Цуёко, у которой проблем было больше, чем у него. Вражеские шиноби не использовали техники только потому, что могли задеть своих напарников, да и помочь друг другу они могли мало, ведь эти дети не давали им подойти слишком близко.

Тааки пытался всеми силами дотянуться до сумки с кунаями, пытаясь удержать свои цели в захвате, но с каждой секундой, они могли двигаться все больше и больше. Он также пытался помочь Цуёко и Усаку, отдавая им приказы по мере возможностей, что позволяло им удержать свои позиции.

Внезапно, один из Джонинов, что сражался с Цуёко, переключился на Усаку, чтобы избавиться от надоедливого Учихи, и пока он был отвлечен, направил лезвие своей катаны ему прямо в лицо, а точнее, прямо ему в глаза.

Усаку, который был слишком занят нападающими на него противниками, не успел вовремя заметить пополнение, и когда катана оказалась у него перед глазами, он ощутил ещё больший ужас.

Всем известно, что для клана Учиха и Хьюга, самая важная для них вещь, это их глаза. Они предпочтут умереть, чем лишиться своих глаз, и когда Усаку понял, что он вот вот лишиться того, чем он гордился, чем гордился весь клан Учиха, он испытал страх в разы хуже страха смерти.

Видя перед лицом лезвие катаны, которое продолжало двигаться к нему, словно в замедленной съёмке, он понимал, что с нынешними возможностями, он не может увернуться. Его тело было неспособно вовремя уйти от атаки, и именно тогда он ощутил изменения.

Его чакра взбушевалась, а мир стал ещё чётче, чем прежде. До этого казавшиеся быстрыми атаки стали медлительными, потребление чакры колоссально снизилось, и среагировав на изменения, Усаку, почувствовав новый прилив сил, изогнулся так сильно, как позволяло его тело, и со всей силы рубанул кунаем в своей руке, запитав его чакрой, и услышал треск кости Джонина, что напал на него, прежде, чем он увидел кровь, а также руку того, кто целился ему в глаза.

Рука отделилась от тела человека, который держал катану, и пока никто не успел сообразить, что произошло, Усаку выхватил катану из руки, что ещё не успела отлететь далеко, и отразил удар другого шиноби, что был слева от него, уйдя изокружения, и направившись к Тааки, который испытывал трудности. Цуёко смогла отправить своего противника в полёт, и получила возможность перегрупироваться, и поняв, куда направился Усаку, она пошла с ним.

Прыгнув над тенью Тааки, Усаку оказался на уровне с Джонинами, которых держал Тааки теневым параличом, и обезглавил одного из них, пока Цуёко ударила второго удерживаемого Джонина между глаз, направив чакру ему в мозг, и лишив его жизни одним лёгким движением.

Получив возможность двигаться без шанса умереть, Тааки выхватил кунай их сенсея, и направил чакру на печать, и в ту же секунду, как он это сделал, ему пришлось уворачиваться от молнии, которую выпустил Джонин скрытого Тумана. Усаку сразу взял на себя успевших прийти в чувство Джонинов, что пошли на них в атаку, а Цуёко стала перед ним, возведя стену из грязи, чтобы защитить его от ещё одной струи молнии, что была направлена в его сторону.

Им пришлось полностью уйти в защиту, ведь Джонины, наконец, поняли, что эти дети крайне опасны, и кто бы их так не тренировал точно не может быть человеком, ведь сделать из детей таких монстров, что убили двух Джонинов и серьёзно ранили ещё двоих...Даже их тренировки от Третьего Райкаге могут быть менее жестокими.

Когда все оставшиеся Джонины ушли на дистанцию, и применили самые разрушительные техники молнии, чтобы наконец убить этих детей, Команда 11 поняла, что они не могут защититься от такой масштабной атаки, ни у кого из них не хватит чакры, чтобы применить любой защитный метод, которому их обучили.

Когда они уже приготовились к смерти, зелёная вспышка осветила часть леса, в котором они сражались, и поднялся ветер, по силе сравнимый с ураганом, однако никто из команды 11 не был сдут со своих мест. Они прикрыли глаза, чтобы пыль не прилетела им глаза, и когда открыли их, увидели то, что никак не ожидали увидеть.

Это был тот, кто учил их, как сражаться, тот, кто показал им, как устроен мир шиноби, как легко можно умереть, и для чего именно они должны проходить все те адские тренировки, через которые они проходили каждый день. Их сенсей прибыл им на помощь, как и обещал, и его внешний вид оставил их в ступоре. За его спиной было 6 чёрных лисьих хвоста, на голове была пара лисьих ушей, а на лице были полосы в виде усов. Даже его белый, как молоко, бьякуган притерпел изменения. В центре его глаза появился чёрный зрачок, который вытянулся и теперь напоминал зрачки, которые можно увидеть у котов и лис, и не нужно было быть гением, чтобы понять, что в его глазах читалась ярость.

— Итак... — отвернувшись от своих учеников, Такаши Хьюга, Джонин деревни Скрытого Листа и Сенсей команды 11, осмотрел врагов, которые ощутили крайнее давление, которое было убийственным намерением, о котором знал каждый высокоранговый шиноби. Одно лишь его присутствие заставило холодный пот выступить у них на лбу. — Потанцуем, ничтожества?

Сказав это, он изчез в мгновение ока, оказавшись за спиной Джонинов, которые успели лишь перевести взгляд в сторону, прежде, чем каждый из них был отправлен в полет, пробив своим телом несколько крепких деревьев. Их кости трещали от каждого удара, кровь хлестала из открытых ран, вызванных переломами, а их чувство ориентации в пространстве дало сбой, ведь то, как часто они крутились, не позволяло им сосредоточиться.

Когда, казалось бы, они вот вот приземлятся, и смогут понять, что происходит, человек, что отправил их в полет, вновь оказался позади, и, казалось бы, обычным пинком, словно ударив мяч, отправил их в очередной продолжительный полёт, после которого они оказались высоко в небе, смотря на мир с высоты птичьего полёта. После того, как они достигли предела высоты после удара, они начали падать, и на полпути к земле, они вновь получили ускоряющий пинок, что отправил их в землю головой вперёд, и только после приземления, они получили то, о чем каждый из них начал молить после нескольких открытых переломов. Упав головой вниз, они получили перелом шеи, и отправились в загробный мир, испытав поистине адскую боль от трех ударов этого монстра.

Команда 11, что узрев очередную частичку силы, которой владеет их Сенсей, испытали страх. Они прекрасно знали, что их Сенсей силен и даже в некотором роде жесток, но это был первый раз, когда они увидели, чтобы их сенсей сражался, чтобы убить. Они представили, что было бы, если бы он сражался против них в полную силу, и могли только дрогнуть в страхе от подобной мысли. Даже Усаку, который внезапно стал видеть ещё лучше, не мог успеть уследить за их Сенсеем, который двигался слишком быстро, чтобы его увидеть.

Когда все закончилось, и Такаши спустился обратно на землю, он лишь вздохнул, а его лисьи черты внезапно пропали, явив себя в обычном виде, в котором команда 11 привыкла видеть его. Однако, несмотря на то, что это все ещё был их Сенсей, которого они знают и любят, им было сложно сдерживать страх.

***

Я мог лишь глянуть на них с легким сожалением, однако меня взбесили Джонины, что посмели навредить моей команде. Я лишь краем глаза взглянул на их состояние, и уже понял, как тяжело им пришлось за все время на войне. Нога Тааки была перевязана в нескольких местах, а одна его рука все ещё имела ранение, которое не зажило до конца.

Усаку также имел ранение руки, из-за чего ему приходилось сражаться одной рукой, а порез на его груди точно оставит после себя шрам.

Цуёко досталось меньше, однако её запястья были перебинтованы, что значило, что она перенапряглась при использовании Мягкого Кулака, и потянула связки, плюс многие синяки и ссадины, что тоже не очень приятно.

Взглянув же в глаза Усаку, я грустно улыбнулся, понимая, что он испытал страх похуже смерти, раз он так быстро пробудил третье томое в своём шарингане. Это было впечатляюще и грустно одновременно, ведь если ты видишь Учиху с шаринганом, ты понимаешь, что он испытал эмоции разного спектра, и лишь немногие из них были более менее позитивные.

— Вижу, вам тяжело досталось, — тепло улыбнувшись, я подошёл к ним, и приобнял их, позволив тем немного расслабиться, однако я все ещё чувствовал, как они напряжены. Винить их я не могу, они увидели меня в ярости, и увидели то, что не видели другие. — Пойдём, вам нужно отдохнуть.

Они лишь сдержанно кивнули, и я применил технику, чтобы отправить их спать, подхватив их на руки, и рванув куда подальше от места битвы.

Поиски подходящего места заняли какое-то время, и найдя его, я применил технику кротовой норы, закопав себя и команду 11 глубоко под землёй, скрыв нас за несколькими слоями печатей, чтобы они могли спокойно поспать.

"Когда они проснутся, у нас будет, о чем поговорить...и завтра, мне придётся встретиться с дуэтом Эй-Би." — перевязывая раны своих учеников, я нахмурился, понимая, что встречи не избежать. — "Ну что, пора встретиться с Четвёртым Райкаге и моим первым Джинчуурики в бою?"