После возвращения из императорского дворца меня захлестнули противоречивые чувства. Подаренный камень не давал покоя: казалось, мне вручили не просто безделушку, а признание в любви.

Нет, будь это обычное признание, было бы проще. Я бы просто отказала. Но принять драгоценность, наполненную маной самого кронпринца… это нечто куда более весомое, чем пустые слова.

«Неужели я и впрямь ему н-нравлюсь?»

Эта догадка давно скреблась где-то на задворках сознания, но я гнала её прочь, считая абсурдной. Однако теперь сомнений не осталось. Стоило мне допустить эту мысль, как все поступки принца предстали в ином свете. Адриана, которая до мельчайших деталей воплотила его вкусы, приняв облик, точь-в-точь как у меня. Его нелепая афера с «исчезнувшей» магией — всё ради того, чтобы подольше не расставаться. И тот поцелуй… С ошеломленным лицом он сам прижался к моим губам. Тогда он оправдывался ранами и шоком, но если бы он этого не хотел, он бы ни за что так не поступил.

Я считала его ребенком, а то мимолетное касание — чепухой. Но теперь всё это выглядело крайне подозрительно. Даже самый недогадливый человек на моем месте почуял бы неладное.

«Неужели принц в меня влюбился? Но он же ненавидел Серави. Или он только притворялся, а на самом деле…?»

Нет, бред какой-то. Я попыталась развить эту теорию, но она рассыпалась в прах. Если я ему нравлюсь, то с каких пор? В начале он меня терпеть не мог. Или нет? Или да?.. Голова сейчас взорвется.

Поняв, что в одиночку я на этот вопрос не отвечу, я решила лечь спать, как вдруг вспомнила про заявление об отставке, которое так и не вручила. Я полезла во внутренний карман, но…

— …А?

Пусто. Белый конверт, который точно был там, бесследно исчез. Выронила где-то? Что ж, не велика беда, напишу новое. Не особо переживая, я провалилась в сон.

* * *

Настало утро последнего дня моего долгого месячного отпуска. Если завтра я подам в отставку, моя трудовая деятельность завершится, так что сегодня — в последний выходной — нужно было отдохнуть как следует. План на день: утром — торжество в честь Дня Основания, днем — прогулка по праздничному городу с вице-командующим.

Второй пункт меня не особо волновал, а вот первый вызывал легкое воодушевление. Наконец-то выпал шанс почувствовать себя настоящей аристократкой. Пусть даже всё, что от меня требовалось — это сидеть на почетном месте и слушать речи.

Я не собиралась выделяться, но слуги с самого утра задались целью превратить меня в произведение искусства. Я-то думала собраться за десять минут, как обычно, но горничные бесцеремонно вытащили сонную меня из постели, час мариновали в ванне и насильно втиснули в ослепительно белое платье — безумно красивое, но абсолютно непрактичное.

На мой закономерный вопрос: «Зачем такие крайности?», горничная, усердно пудрившая моё застывшее лицо, ответила, что выход в свет — это тонкая борьба за власть и демонстрация величия рода. Раз уж я герцогиня, я обязана быть прекрасней всех. Она заявила, что вложит в этот образ всё своё мастерство, и велела мне просто не мешать — глаза её при этом горели фанатичным огнем.

В итоге, после четырех часов превращения в куклу, я была выжата как лимон еще до выхода из дома. Но результат превзошел ожидания: все, кто меня видел, замирали в восхищении. Я неловко почесала щеку. Даже для моей толстокожести это было чересчур…

Я посмотрела на свое отражение. Моё лицо и раньше казалось мне симпатичным, но при полном параде… это была красота, способная затмить солнце. Образ отличался от того, что обычно выбирала Серави, но, учитывая её аристократические черты, этот стиль подходил ей куда больше.

«Если бы я раньше так наряжалась, может, леди Серави и удалось бы соблазнить принца. Хотя теперь уже поздно».

Серебристые волосы лунным водопадом спадали до талии, глубокие фиолетовые глаза сияли спокойствием и статью. От меня исходила чарующая, почти опасная аура, заставлявшая людей медлить, прежде чем подойти.

Перед выходом я долго думала, что делать с камнем кронпринца, и решила взять его с собой. Раз уж вещь бесценная, я надела её на шею как кулон, чтобы не потерять. Увидев это, горничная нахмурилась и предложила другой вариант:

— Этот камень… не очень подходит к белому платью. Лучше наденьте сапфир…

— Хм…

Я посмотрела на красный кристалл. В нем билась мана дракона, а цвет в точности повторял оттенок Драконьего Ока принца Рейвена. Камень был прекрасен, но от него веяло угрозой. Видя, что я не спешу снимать ожерелье, горничная добавила с явной неохотой:

— Трудно сказать почему, но, по-моему, вам лучше не надевать этот камень…

— Ну-у…

Раз уж горничная, которая никогда со мной не спорила, зашла так далеко, значит, в камне и впрямь была заключена какая-то неведомая сила. Оглядевшись, я заметила, что у окружающих слуг такой вид, будто их слегка подташнивает.

— …….

При этом я сама не чувствовала никакого дискомфорта. Неужели этот камень признает только меня? Я перевела взгляд с предложенного сапфира на свой «рубин». Да, красный к белому — спорное решение. Но… я просто покачала головой, отказываясь менять украшение.

* * *

День Основания — один из главных праздников империи, наряду с днем рождения императора и Новым годом. В этот день даже ленивые аристократы, бьющие баклуши триста дней в году, вынуждены работать. В мире с сильной монархией их «работа» чисто символическая: торговать лицом на официальных мероприятиях. Что-то вроде живых талисманов.

Военная мощь кронпринца в любом случае весила больше, чем голоса знати, так что это говорило само за себя. Аристократию до сих пор не разогнали лишь потому, что у нынешнего императора не хватало на это духу. Впрочем, через пару лет, если верить финалу новеллы, принц, взойдя на трон, проведет чистки и построит утопию равенства и демократии. Половину дворян казнят, половина уцелеет.

И герцогский дом Принеус, к которому я принадлежу…

— О боже, неужели это леди Серави?

Я очнулась от своих раздумий. Ко мне приближалась группа дам. Судя по нарядам — знатные особы. Ну что ж, началось. Сейчас начнется та самая «тонкая игра» и обмен колкостями, которыми славятся дворянские посиделки. Какая же придворная жизнь без интриг? Леди Серави явно нажила себе кучу врагов, так что любви от них ждать не стоит.

Впрочем, в плане язвительности я им не уступлю. Пусть нападают с любой стороны — я готова была отбрить каждую. С такими мыслями я ждала атаки, но внезапно одна из дам бросилась мне на шею.

— Почему ты пропала?! Я так соскучилась!

— …Простите?

Пока я хлопала глазами, дамы окружили меня, наперебой засыпая ласковыми упреками.

— Серьезно! Мы так ждали подробностей твоих любовных похождений! А ты совсем не появляешься на банкетах! — Она шутливо и кокетливо хлопнула меня по плечу.

«А? Атмосфера совсем не та, что я ожидала…»

— До нас дошли слухи, что ты недавно устроила побег с Его Высочеством! Я от любопытства ночами не спала! Думала, вы сразу к графу рванете… А вестей всё не было, я так расстроилась!

— А тот талисман на взаимную любовь, что ты мне дала — он сработал! Он настоящий!

— …….

Я чувствовала, что они относятся ко мне с огромной симпатией и доверием. У Серави была репутация злодейки во внешнем мире, но среди светских дам она, похоже, пользовалась завидным успехом. Судя по их словам, Серави обычно развлекала их романтическими историями, раздавала талисманы на удачу и гадала на цветах. Неожиданная популярность. Кажется, у этой девочки была сторона, о которой я и не подозревала. А я-то считала её просто безнадежным ребенком…

— Так вот, в тот раз…

— Так ты была здесь.

Среди гомона голосов, наперебой рассказывающих последние новости, сзади раздался до боли знакомый голос.