— Его Величество, император, передал частично свою власть наследному принцу. Это значит, что кронпринц также имеет власть над Атрихеном, — пробормотала Эмилла.

— Что ж, никогда не слышала, чтобы правитель отказывался от гарема. Пожалуйста, вернитесь позже, когда получите подтверждение.

Не дожидаясь ответа, Айрин прошла мимо Эмиллы с безразличным выражением лица. Ее хорошо балансирующее тело, сформированное годами тренировок, в сочетании с прямой осанкой и твердой походкой излучали ауру элегантности и авторитетности, обычно присутствующую у членов королевских семей. Она мгновенно покорила сердца служанок, ожидавших у ванны, и они смотрели на нее с благоговением.

Эмилла стиснула зубы и процедила:

— Если Вы будете действовать столь поспешно, то можете повлиять на судьбу своего королевства. Хорошо ли это будет? Вы собираетесь подобным образом бросить вызов императору?

«Считай приказы империи моими собственными и выполняй их».

Слова Эмиллы заставили Айрин вспомнить приказ короля, который зачитал ей Хелинк в тот день. Она думала, что отказалась от своей преданности рыцарству, когда пересекла границу, но, кажется, это было не так. Сжав кулаки и стиснув зубы, она подумала обо всех тех усилиях, что приложила за свою жизнь. «Я всегда была таким эмоциональным человеком? Я потратила время и силы впустую», подумала леди, и ее самооценка снова упала.

— Ладно, мое тело все равно больше ни для чего не годиться. Что я должна делать? — сказала Айрин бесцветным голосом, разжимая кулаки.

«Она — ничто. Богиня войны? Она просто заложница этой самой войны», мысленно усмехнулась Эмилла. Повернувшись к служанкам, которые ожидали распоряжений, она произнесла:

— Она из Теорина, где люди, как известно, варвары. Более того, она всегда находилась на полях сражений, окруженная лишь мужчинами…

Все случилось в одно мгновение: глаза Айрин сверкнул как заточенный меч, в ту же секунду она оказалась рядом с Эмиллой и прижала ее к стене. Правая рука сжала горло горничной, а в левой были ножницы для ногтей, приставленные острием к шее Эмиллы. Громкий звук упавшего подноса, на котором лежали ножницы, эхом разнесся по комнате. Эмилла совершила огромную ошибку — с пренебрежением отнеслась к людям Теорина, задев то единственное, что могло спровоцировать Айрин на ярость.

— Скажи это еще раз. Что? — зарычала Айрин.

— Я н-наследного принца… во дворце…

Люди в Атрихене не могли игнорировать слова Эмиллы, неважно насколько высоки были их чины. Но для Айрин это не имело значения.

— Я сказала повтори! Сейчас же скажи! — почти закричала Айрин.

— Агрх. Говорят люди из Теорина… варвары. Это имеет смысл. Я сказала что-то неправильно? Все бы подумали также, если бы услышали, что одинокая женщина находилась на поле битвы среди мужчин. Не думай, что к тебе это не относится, — задыхаясь, произнесла Эмилла. Она продолжала вести себя высокомерно, хотя в ее шее уже могла красоваться дырка. Эмилла, похоже, предполагала, что сила кронпринца принадлежит ей.

— Мои солдаты доверяли мне свои жизни и шли в бой без страха смерти! Как ты смеешь их оскорблять?

— Д-даже если королевство ждет кровопролитная расправа, ты смеешь… — Эмилла замолчала, не высказав остальные угрозы. Увидев, как Айрин отказалась отступить после того, как она подчеркнула свою принадлежность к замку Равелло, горничная решила поднять вопрос о королевстве.

«Отныне Ваши действия будут представлять королевство».

«Проклятье!», Айрин не могла не подчиниться приказу, который звучал у нее в голове, поэтому ослабила хватку и отступила назад. Ее достоинство, к которому ее королевство отнеслось без уважения, теперь было растоптано ее собственными ногами. Она отбросила в сторону ножницы, которыми могла в любой момент лишить Эмиллу жизни, и они вонзились острием в мраморную плиту пола.

— Ладно. Делай, что хочешь. Однако даже здесь должны быть законы, поэтому я не забуду того, что ты сказала, — произнесла Айрин.

Как только девушка отпустила ее, Эмилла упала на пол и громко закашлялась. Держась за горло, она выругалась про себя «Она просто заложница! Эта старая девственница не идет ни в какое сравнение с леди Деллой! Чем ей помогут законы? Я заставлю ее понять, какая непростая штука жизнь!»

После распоряжений Эмиллы, которые она процедила сквозь зубы, дрожащие служанки подошли к Айрин, чтобы начать приготовления. Они искупали ее, осмотрели полость рта и ногти, а затем одели в тонкую пижаму и платье.

— Сюда, — сказала Эмилла, после того, как убедилась, что все в порядке. Ее шея все еще была красной от следов хватки Айрин и бушующей в ней ярости.

Айрин вывели из ванной комнаты и повели по длинному коридору. Затем они поднялись на несколько лестничных пролетов прошли по другому, похожему на лабиринт, коридору, пока, наконец, не достигли самой дальней комнаты кронпринца в этом дворце. Мистер Джекли, главный камергер, и миссис Джин Грендель, старшая горничная дворца Равелло, ждали их у входа, чтобы поприветствовать.

— С этого момента я буду направлять тебя. Проходи, — сказала Джин. Они вошли в покои принца, после того, как отворилась тяжелая дверь. — Ты можешь подождать здесь.

Айрин безмолвно кивнула, села на кровать и стала ждать приход Каэля.