— А, телефон садится.

Так и не сумев отказаться, Ёсихико сел на переднее пассажирское сиденье миниатюрного грузовичка. Он достал смартфон, чтобы посмотреть время, и столкнулся с неприятным фактом. Утром в телефоне оставалась примерно половина заряда, сейчас — уже меньше двадцати процентов. Вот она, расплата за легкомысленный звонок Окунинуси-но-ками. Надо было закончить тот вызов без лишних слов.

— У меня есть в бардачке.

Было три часа дня. Движение возле станции стало уже достаточно напряжённым, но пробок пока не было. Тацуя говорил, не убирая руки с руля и продолжая следить за потоком.

Грузовичок с логотипом городской торговой палаты не мог похвастаться комфортом и удобными сидениями, зато с зеркала заднего вида свисал брелок с городским маскотом. Видимо, хозяин всё равно любил эту машину.

— Что есть?..

Ёсихико открыл бардачок, не зная, что там увидит. Внутри валялись листовки, карты и кабель для зарядки телефона от прикуривателя.

— А… Спасибо.

Поблагодарив Тацую, Ёсихико вставил кабель в разъём и подключил к телефону. Затем, не сдержавшись, усмехнулся.

— Чего такое? — глухо спросил Тацуя, но его вопрос ещё сильнее напомнил Ёсихико о школьных временах.

— Это ведь уже не в первый раз такое. Помнишь, как дал мне аптечку?

Как-то раз во втором классе старшей школы во время разминки перед матчем мяч ударил Ёсихико по среднему пальцу и сломал ноготь. Оказалось, что младшие члены команды забыли аптечку в машине. Тацуя увидел, как они побежали на стоянку, и принёс аптечку своей команды.

— У тебя был такой серьёзный вид, я думал, ты на меня накричишь. Как сейчас помню: палец болит, и тут жуткий Оно протягивает аптечку. Я чуть не запаниковал.

Как раз на той тренировке они и познакомились, и с тех пор иногда даже обменивались парой слов. Однако Киото всё-таки далековато от Вакаямы, да и крепкой дружбы у них не было. Ёсихико со временем ушёл из бейсбола, затем закончил школу. Краем уха он слышал, что Тацуя поступил в университет, даже не подав заявку в любимую профессиональную команду.

— Да, было дело, — Тацуя, ещё более серьёзный, чем раньше, слегка улыбнулся.

— Ты и сейчас в бейсбол играешь?

Если Тацуя работает в магазине, то вряд ли после окончания универа ушёл в профессиональный спорт, но это вовсе не означает, что он порвал с бейсболом окончательно. В Вакаяме точно есть любительские бейсбольные клубы.

— Нет… сейчас уже нет, — пробормотал Тацуя.

Его ответ слегка изумил Ёсихико и в то же время в очередной раз напомнил, что у каждого наступает возраст, когда за белым мячиком уже особенно не побегаешь. И уж Ёсихико с его больным коленом должен был знать об этом лучше всего.

— А ты, Хагивара?

— А? — машинально переспросил Ёсихико, не сразу поняв смысла вопроса. Только через секунду он догадался, что речь о бейсболе. — А-а! Я? Я тоже не играю. Точнее, не могу играть.

— Не можешь?

— Я играл за корпоративный клуб, но его расформировали, я ушёл из компании… и колено повредил. Мениск.

Ёсихико постучал по правому колену. Раньше он думал, что ни за что не сможет раскрыть свою тайну бывшим товарищам по спорту, но рассказать обо всём Тацуе оказалось на удивление легко. Безусловно, в старшей школе они были хорошими знакомыми, но возможно, уход из бейсбола сблизил их ещё сильнее.

— Колено, говоришь? — пробормотал Тацуя, понимающе кивая.

Как бывший спортсмен он понимал, что для бейсболиста это фатальная травма.

— Ты тоже ушёл из-за травмы? — спросил Ёсихико.

— Нет, — ответил Тацуя, не меняясь в лице. — Я закончил университет и решил, что настало время бросить.

— Ясно…

Отчасти Ёсихико казалось, что грех такому хорошему игроку бросать спорт, но каждому своё. Даже в командах-победителях чемпионатов Косиэна полно игроков, которые бросают бейсбол и уходят на офисные должности. Совсем немногие бейсболисты остаются в профессиональном спорте.

— Скажи, ты ведь соврал?

Слова Тацуи выдернули Ёсихико из раздумий.

— О чём ты? — опешив, переспросил он.

— Ты ведь соврал, что ищешь хозяйку кандзаси вместо больного родственника?

Когане, бесцеремонно сидевший на ногах Ёсихико и изучавший пейзаж, обернулся и посмотрел на лакея.

— А, ну, понимаешь…

Ёсихико попытался придумать отговорку, но в голову ничего не пришло. Да и не верил он, что сможет поддерживать придуманную легенду и дальше.

— Как догадался? — спросил Ёсихико, вздыхая.

Тацуя плавно повернул руль, входя в поворот, и невозмутимо ответил:

— У тебя глаза бегали. По тебе и раньше было видно, когда ты врёшь. Достаточно было посмотреть на тебя во время разминки, чтобы понять, какое у тебя настроение.

Тацуя остановился на светофоре и посмотрел на Ёсихико. Можно сказать, он остался таким же невежливым, но и Ёсихико тоже был хорош.

— Ты такое завернул, что начальник чуть было не засунул нос в твои дела. Он хороший человек, но иногда заходит слишком далеко.

После этих слов Ёсихико понял, почему Тацуя так охотно вывел его из магазина.

— Прости… Я сказал неправду, но не ради обмана, — признался Ёсихико и снова взял в руку смартфон. — Я действительно ищу хозяйку этой кандзаси.

Ёсихико снова показал Тацуе экран.

— Какая старая вещица.

— Да, она… принадлежит семье с богатой историей. Я думал спросить о ней в музее, но они сегодня закрыты. Поэтому решил выяснить, где здесь старые храмы.

— Интересные у тебя увлечения, — удивился Тацуя, не убирая руки с руля.

— Это у меня почти работа.

«Только мне за неё не платят», — мысленно проворчал Ёсихико. Кстати, боги не оплачивали даже его поездки. Правда, Ёсихико и не мог их попросить об этом.

— Вроде бы эта кандзаси откуда-то из этих краёв. Она тебе ничего не напоминает?

Амэномитинэ-но-микото говорил, что ему становится страшно при одной мысли о кандзаси. Если даже бог боится этой вещи, сам не зная почему, может, о ней среди местных ходят какие-то легенды?

— Нет… Но может, Ёдзи тебе скажет что-нибудь полезное.

— Ёдзи?

Кажется, начальник Тацуи упоминал это имя.

— Да, — Тацуя кивнул. — Ёдзи — это священник храма, в который мы сейчас едем.