— Как ты здесь оказалась? И как долго там стояла?..

После расставания с богами они выдвинулись к башенным воротам. Рэйси до сих пор выглядел ошарашенным и не верил, что видит родную сестру.

— Я пришла, когда Ёсихико говорил богу, что тот потерял голос не из-за упадка сил, а по другой причине… — тихо ответила Хонока.

Ёсихико и Когане держались позади на расстоянии, чтобы не мешать брату и сестре. Через башенные ворота прошёл экскурсовод с флажком, ведя за собой группу туристов.

— Ёсихико посоветовал… чтобы я всерьёз поговорила с тобой. И когда я услышала эти слова, то больше не могла сидеть на месте. Я села на Синкансэн, а затем… могла, конечно, подождать в Токио, но…

— Ты приехала одна?!

— Когда я пришла на станцию Киото, то встретила там знакомых, они мне помогли… — Хонока замялась, словно не хотела признаваться, но быстро раскололась: — Потратила все деньги, которые мне подарили на Новый год.

За прошедшие годы Хонока изменилась гораздо сильнее, чем представлял себе Рэйси. Она стала высокой красавицей на длинных ногах и со взрослым лицом. Но что самое поразительное — на этом лице читались эмоции.

— Знаешь… я хотела спросить тебя, брат… — Хонока посмотрела на Рэйси, слегка напрягаясь.

Рэйси увидел её глаза и невольно сглотнул. Неужели они всегда были настолько пронзительными?

Хонока сжала кулачки и глубоко вдохнула.

— Ты ненавидишь меня?

Эти три слова больно ужалили Рэйси в сердце.

— Поэтому ты сбежал из дома?

Хонока выглядела так, словно из последних сил пыталась не плакать. Ничего удивительного, этот вопрос был не из простых, и девушке наверняка не хотелось его задавать.

Но Рэйси заставил её.

Он вёл себя так, что любимой сестре пришлось произнести эти ужасные слова.

— Нет, Хонока, я…

Он хотел окутать её заботой и больше ничего.

— Я… хотел, чтобы ты улыбалась…

Он решил, что если Хонока грустит, пока он рядом, то им лучше жить вдали друг от друга. Но точно ли этот поступок можно назвать заботой?

Что, если он просто сбежал от сестры, потому что не выдержал тягот жизни рядом с ней?

— Но я ничем не мог тебе помочь, поэтому…

Он ведь и сам не знал, как обращаться с сестрой, обладающей необычными глазами.

— Неправда, — ясный голос Хоноки пронзил тоскливые мысли Рэйси. — Я помню, что когда в детстве плакала, ты всегда обнимал меня.

Рэйси всегда считал себя бесполезным, ведь он не был способен на что-либо кроме пустых объятий.

— Твои тёплые руки всегда успокаивали меня.

Оказалось, от него и не требовалось ничего другого.

— Хонока…

Рэйси моргнул, борясь со слезами. Он не мог позволить, чтобы сестра увидела его плачущим.

— Прости…

Но маска невозмутимого старшего брата треснула и разбилась, стоило Хоноке улыбнуться в ответ.