Задержка в расписании произошла не только из-за появления Перхарза, но и из-за неожиданной встречи с Хансом Хелио. Они заранее договорились с Оркинсами, но время ожидания давно вышло.

Тамон быстро пересобрал свою поклажу и поспешил в путь. Оставшиеся дела теперь были в руках его людей, а они всегда выполняли свою работу безупречно, так что поводов для беспокойства не было.

Топ-топ. Топ-топ.

Аша и Тамон мчались вперед. Казалось, если прибавить шагу, они успеют добраться до места до заката. Два часа они бежали молча, не сбавляя темпа, пока не остановились, чтобы утолить жажду.

Пока Аша поила лошадей, Тамон, искоса наблюдая за ней, задал вопрос:

«Ты уверена, что стоит отдавать этот кинжал ему вот так?»

Он говорил о том самом кинжале, который достал у торговца Краского осьминога.

«Ах, этот кинжал…» — Аша улыбнулась, вспоминая недавний разговор.

Она спросила Ханса, почему он здесь, и тот ответил, что прибыл по приказу Императора. Он и сам не знал, зачем Гилотти велел ему достать этот кинжал, но повеление было ясным. Если он вернется с пустыми руками, Император наверняка отправит его обратно…или воспользуется этим предлогом, чтобы дать Хансу новое, более жестокое поручение.

«Мне не важно. Леди Аша может оставить его себе. Если уж кому-то и попадать в неприятности, то лучше мне, а не вам.»

Но у Аши было другое мнение.

«Я все равно еду в Танатос, и хочу, чтобы он был там, когда я прибуду. Пусть кинжал останется на виду у Императора.»

Она знала, что, оказавшись в Императорском дворце, легко разузнает, где Гилотти его спрятал. А если он решит спрятать его слишком тщательно. Что ж, она найдет способ заставить его достать реликвию. Провоцировать Гилотти было одной из тех вещей, в которых она преуспела.

«Хотя я не уверена, что это действительно Меч Разгадки…Как он должен распознавать яд?»

Этот клинок не был символом исцеления, скорее — орудием убийства. Если Красный осьминог передал не тот артефакт, Ханс мог попасть в весьма щекотливое положение.

«Тогда я докажу это.» — спокойно сказал Тамон.

Он достал небольшую шкатулку, покрытую белоснежным мехом серебряного оленя. Аша невольно опустила взгляд, но, когда крышка открылась, тревога на её сердце мгновенно рассеялась.

«Это…?»

«Да. Это рог Перхарза.»

Ханс вскочил с места.

«Подождите…Перхарз появился?! Я не получал никаких докладов!»

«Конечно, не получал. Потому что я избавился от него, прежде чем кто-либо успел об этом узнать.»

Ханс был ошеломлен не столько появлением Перхарза, сколько тем, что один человек смог справиться с ним в одиночку — и без лишнего шума.

Тамон спокойно взял в руки рог. Даже мертвый, он оставался смертельно ядовитым, и его пальцы тут же начали темнеть.

«Тамон!» — Аша схватила его за руку.

«У нас ведь есть средство от яда. Почему бы не проверить его?»

Аша прикусила губу, сверкнув глазами. Тамон выдержал этот взгляд, но, наконец, вынужден был отпустить рог.

«Ты страшнее самого Перхарза.»

Рог с глухим стуком упал обратно в шкатулку. Аша облегченно выдохнула, но ядовитый след уже расползался по руке Тамона.

«Жжет…Чувствуется, будто горит.» — спокойно прокомментировал он.

Аша молча выхватила кинжал. Без сомнений, без колебаний — одним движением она полоснула по его зараженной коже.

Рана вышла глубокой, но Тамон лишь поморщился — ни стона, ни возгласа.

И тогда произошло чудо.

Из раны вспыхнул мягкий свет, начавший очищать ядовитую черноту. Вместе с ядом исчезала и сама рана. Свет разливался по ладони, пока не рассеялся совсем, и вместе с ним пропал след от самого смертоносного в мире яда.

«Значит, это действительно священный артефакт…»

Убедившись в силе кинжала, Тамон передал его Хансу. Тот молча принял его, погруженный в раздумья.

Когда Тамон вышел из комнаты, его тут же настиг тяжелый удар. Аша наступила ему на ногу изо всей силы.

«Никогда в жизни не встречала человека безрассуднее тебя!»

Она вскочила на лошадь, возмущенно сверкая глазами.

«И именно поэтому ты не можешь от меня избавиться.» — ухмыльнулся Тамон, легко перехватив её руку и коснувшись тыльной стороны её ладони губами. «Может, поцелуй в награду за исцеление?»

Он смотрел на нее без тени насмешки, и это тихое, серьезное выражение глаз заставило сердце Аши замереть.

[Он был прав.]

[Если бы не его безрассудство, он бы не украл умирающую Императрицу из-под носа Гилотти.]

[Не вдохнул бы в нее новую жизнь, не пробудил жажду мести.]

Он перевернул её мир.

Если бы не этот безрассудный мужчина, Розелин никогда бы не стала Аранросией Ашой.

Его лицо было таким привычно-дерзким.

Аша опустила взгляд, но, когда Тамон начал отступать, вдруг протянула руку, и подняла его подбородок.

Мгновение, которое промелькнуло, словно вспышка, чудо, которого не должно было быть.

Аша, оттолкнув ошеломленного Тамона, резко пришпорила лошадь и умчалась вперед, даже не оглянувшись.

Тамон, застигнутый врасплох, провел пальцами по губам, будто не веря в случившееся, а затем, очнувшись, бросился следом.

(Розелин поцеловала Тамона!)

***

«Аша!»

Они мчались без остановки, но, когда добрались до Оркинса, солнце уже скрылось за горизонтом.

Как оказалось, их ждали. Никто в лагере даже не думал ложиться спать, ведь заранее знали, что они прибудут только ночью.

Но первыми их встретили не взрослые.

Еще до того, как послышался стук копыт, навстречу выбежали Арсен и Ханна.

«Аша!»

Как только Аша спрыгнула с лошади, дети, не раздумывая, кинулись к ней.

«Прости.» — сказала она, чуть склонив голову. «Все затянулось дольше, чем я ожидала.»

«Мы в порядке! Просто отдыхали.» — поспешно ответила Ханна.

«Ты не ранена? Что случилось?» — Арсен топтался на месте, пытаясь разглядеть, нет ли у нее ран.

Аша, мягко улыбнувшись, позволила им осмотреть себя.

Тем временем из дома выбежали рыцари Платануса. Как только Тамон передал им лошадей и багаж, они тут же принялись за работу.

«Мне нужно обсудить кое-что с рыцарями.» — бросил Тамон и первым скрылся в хижине.

Аша отправилась в дом вместе с детьми.

«Я так рада, что ты не ранена, Аша.» — с облегчением сказала Ханна, крепко схватив её за рукав.

В глазах девочки светилась радость.

«Хорошо, что с тобой все в порядке.»

«Сегодня уже поздно.» — сказала Аша, стряхнув с плеч дорожную пыль. «Переночуем здесь, а утром отправимся дальше.»

«Если поедем сейчас, то все равно не сможем выспаться. А вы и так наверняка устали.»

«А мы два дня отсыпались!» — воскликнул Арсен, уже взявшийся за её сумки.

Ханна, словно заботливая хозяйка, взяла на себя роль провожатой.

Поселение состояло из просторной виллы и двух небольших хижин, пристроенных к ней, словно след в прошлом это был охотничий дом.

Аше отвели лучшую комнату.

«Я принесу горячей воды!» — весело сказала Ханна.

Её сияющие глаза и забота тронули Ашу.

С благодарностью она сняла дорожный плащ, когда вдруг заметила, что Ханна остановилась в дверях и смотрит на нее.

«Что такое?»

«Ничего…» — Ханна покачала головой, но затем вдруг улыбнулась и сказала:

«Аша, впереди тебя ждет нечто драгоценное.»

«Что?»

«Больше, гораздо больше, чем сейчас.»

С этими словами девочка повернулась к двери.

«Ханна?»

Аша резко подняла голову.

Ханна уже стояла на пороге, на границе между домом и улицей, и её золотистые глаза загадочно поблескивали в темноте.

Аша заколебалась, но все же спросила:

«Можно узнать, что ты имеешь в виду?»

Ханна лишь улыбнулась и покачала головой.

«Нет, Аша.»

Её голос был еще детским, но в нем звучала странная глубина.

«Пока нет.»

И, не сказав больше ни слова, Ханна закрыла дверь.

Аша так и осталась стоять, задумчиво глядя на место, где только что исчезла девочка.