Рука отправляет в рот последнюю ложку похлебки. Золотоволосый юноша с благостным видом смотрит на сидящих вокруг женщин из религиозной общины Террин, матери-богини всего сущего. В отличии от Церкви Герона здесь могут быть служительницами только женщины. Заповеди же бога солнца одобряют исключительно мужское жречество. Впрочем, это имеет вполне понятное историческое объяснение. Герон — воинственный бог, его служители должны быть готовы вступить в бой против врагов солнца. А Террин же по мнению последователей заботится о плодородии, деторождении и домашнем очаге.

Сидящие вокруг послушницы разного возраста: от подобранных на улице детей до старух-настоятельниц. Но несмотря на возраст, уровень образования и житейскую мудрость, каждая жрица слушает байки неожиданного гостя с открытым ртом. Лоренс пришел незваным, но был принят общиной с большим радушием.

— Кстати, настоятельница Атэна, — обращается Лоренс к бойкой старушке, руководящей общиной, — как вы уживаетесь с жрецами Герона? Я всегда считал, что вера в бога солнца единственно возможная в Манарии, а всё остальное — уже преступление.

— Так и есть, юноша. Поэтому наши общины не имеют храмов. Разумеется, епископ, окружные викарии и главы приходов знают о нас, но ничего делать не собираются. Мы верные последователи Герона, просто дополнительно верим в Террин. — Отвечает Атэна.

— Но разве это не странно? — Не унимается гость.

— На первый взгляд да. Но вера в Террин существовала еще до образования Церкви Герона. Целостность государства — вот что преследуется единоверием, но прошу никогда не произносить такого в присутствии жрецов. — Объясняет старая настоятельница. — С древних времен мы были повитухами, знахарками, советчицами. Несмотря на веру в двух богов, высшее священство признает нашу пользу для страны. Роды, уход за больными и старыми, травничество: мы берем на себя то, на что у жрецов может не хватать рук во время защиты от сил Зла.

— Теперь я, кажется, понимаю, — кивает собеседник.

— Женщины в миру имеют меньше прав и реже получают образование, но при этом имеют возможность собираться в собственном кругу и делиться чисто женскими проблемами и историями. Для многих это отдушина, а если мы будем помогать с детской смертностью, то государство только выиграет. Пока мы не отрицаем Герона и ни на что не претендуем, будем получать молчаливое благословение.

— Вы очень мудры, я с этой стороны никогда не смотрел. — Улыбается Лоренс

— Эту мудрость я впитала от предыдущей настоятельницы. — Возвращает улыбку Атэна. — И именно в общине я научилась читать и считать. А в деревнях, где нет храма, именно мы открываем школы с азами грамоты, арифметики и веры в Герона. Причем туда могут приходить и дети и взрослые любого пола.

— Это замечательно, да. — Кивает Лоренс.

— Лучше расскажите, что произошло в Фокрауте? Правда ли, что там проснулась гора?

Остальные послушницы в платках и длинных платьях стали слушать внимательнее. Все же им до Фокраута четыре дня пешего пути. Точнее, до того, что от него осталось.

— Да, настоятельница. Там проводились переговоры его величества короля Манарии и короля Стилмарка. А в процессе на нас напали вампиры. — После этих слов женщины вокруг начали шептаться.

— А что же случилось с его величеством? — Обеспокоенно спрашивает Атэна.

— Я видел, что они смогли спастись, но сам, к сожалению, отбился от делегации. Думаю, они скоро вернутся в королевство еще сильнее и мудрее, чем были раньше. — Отвечает Лоренс.

— Хвала Герону. — Вздыхает настоятельница, и то же повторяют шепотом остальные. Где-то за стенами общего дома большой деревни слышен стук копыт, словно множество всадников проезжают мимо.

— О, а это те, кого я ждал. — Лоренс встает из-за стола. — Большое спасибо за еду и кров.

— Не за что, юноша. Пусть Герон и Террин помогут тебе в войне против Тьмы. — Атэна благословляет Лоренса, хотя и не имеет права благословения от лица бога солнца.

Гость подхватывает меч, накидывает плащ с подпаленными краями и выходит на улицу. У колодца действительно собрался отряд, наполняющий фляги перед следующим марш-броском. Воины похожи на авантюристов с разным снаряжением, но имеют одинаковую деталь в виде нашивки с изображением черного и белого ворона. Отличительный герб Южной Компании Вестхета.

— Я ищу командира. Прибыл из Фокраута. — Лоренс громко обращается к толпе воинов, откуда выходит облысевший грузный человек в огромной кирасе.

— Ты из наших, что ли? — Командир подходит ближе. — Что там в Фокрауте?

— Нет, я из Громового отряда его величества. А в Фокраут ехать больше нет смысла. Там только разрушения и смерть, всё интересное закончилось.

— А это что такое? — Боец указывает на черное небо. Извержение вулкана тянется на многие километры.

— Гора с огнем проснулась. — Пожимает плечами юноша. — Бывает же.

— Да… — Басит командир и зовет еще кого-то. — Эй, Каннокс, мы опоздали, похоже.

Низенький человек в шляпе выплевывает травинку и усмехается.

— Да я прекрасно слышал. А что с магистром Венселлем? Королевский двор нанимал нас на розыск и передачу сообщения ему в Рейнмарке. Но в Стилграде мы разъехались в разные стороны. Я думал, переговоры со Стилмарком в самом разгаре.

— Вся выжившая делегация спаслась, а вот про Стилмарк ничего не знаю. Перед извержением город атаковали вампиры и довольно успешно.

— Переговоры, значит, не задались. — Задумчиво произносит Каннокс. — И куда теперь? Отправляемся к Порт-Айзервицу?

— Ага, — командир отряда с трудом залезает на могучего скакуна.

— Разрешите с вами, — просится Лоренс. — Только у меня нет коня.

— А давай, — разрешает Каннокс. — Садись за Клемецем. Мы все равно планируем продавать услуги королю.

Лоренс запрыгивает на вороного коня, лицо владельца которого скрыто под грубо сшитой маской. Вскоре отряд трогается с места, но уже в направлении округа Солнечного Синода.

— То есть, ваша компания хочет предложить услуги наемников? — Спрашивает попутчик у Каннокса, что выглядит как второй лидер в отряде.

— Да, у нас все-таки общая цель. Мы хотим изловить Равнодушного Охотника. — Совершенно не стесняясь признается собеседник на выезде из деревни.

— Ох, сложная цель. И опасная

— Да мы в курсе, но знаешь что, этот Сареф больше побеждает смекалкой, чем давит силой. В ответ мы приложим не меньшую хитрожопость.

— Поверю на слово. Вы можете стать той темной лошадкой, что выскочит из двора и затопчет насмерть, — смеется Лоренс.

— А то! Это прежде всего битва умов, а не мышц или магии. Я почти уверен, что Фокраут пал еще до того, как зашло солнце.

С этим Лоренсу трудно поспорить. Трудно сражаться с врагом, который вместо сбора армий совершает безумные диверсии и растворяется потом в сумерках.

Отряд быстрым галопом несется по королевству, чтобы через неделю быть уже на расстоянии полета стрелы от столицы. Если держаться больших трактов, то путь может занять куда больше времени, но наемники неплохо знают местность и постоянно съезжают с дороги на тропы и бездорожье, чтобы срезать десятки миль извивающегося тракта.

Постоянно к отряду прибиваются дополнительные участники Компании, а другие разъезжаются в стороны. По всей видимости это разведчики, которые пытаются охватить присутствием как можно большие расстояния. Но вряд ли Южная Компания имеет столько людей, чтобы обеспечить надзор за всем большим королевством.

У большого села под названием Сонантум отряд располагается на вечерний привал, чтобы с первыми лучами солнца продолжить путь к столице Манарии. Лоренс беспечно ходит между палаток и травит шутки обо всем на свете. Народ здесь собрался самый обычный, большинство из присутствующих с юношества ведут жизнь меча и дороги, кто-то даже был когда-то авантюристом.

При этом оказалось, что не все родом из Манарии. Как минимум дюжина бойцов прибыла из Вошельских княжеств и Вольницы Матиана Бэквока. Юноша с интересом слушает рассказы вояк о том, какой замечательный атаман Бэквок. Выходит так, что Матиан являлся младшим сыном одного из мелких князей. В какой-то момент с отцом поссорился, сбежал из дома и сколотил первую банду. Почти через тридцать лет вернулся в княжество и захватил власть вооруженным способом. Таким образом княжество потеряло прежнее название и стало именоваться Вольницей.

— Пусть Бэквока называют разбойником, но он справедливый лидер и отец народа. Шобы там другие не говорили! — С жаром доказывает один из Вольницы. — У нас простые законы без князьков, получивших всё по праву рождения. У нас даже последний бандит может получить прощение, работу и награду по заслугам. Но и за непослушание будь готов ответить!

Ночь прошла спокойно, и вот уже кони вновь спешат по дороге под громкие песни о прекрасной жизни вольного бойца. Как Лоренс понимает, в Компании Вестхета не очень любят подчиняться королям и князьям, поэтому гильдию авантюристов многие открыто презирают за поедание объедков с королевского стола. Максимум, на что могут рассчитывать самодержцы, выполнение приказа за звонкую монету. Но даже так Компания может порой сделать что-то по-своему. Например, спалить то, что не нужно было, или отпустить важного пленника за просто так.

При этом без снижения результативности поручаемых заданий. Если Компания перестанет быть полезной, то и заказов не будет, а это прямая дорога к разбою. Нельзя сказать, что они не приемлют его, та же Вольница часто грабила соседние княжества. Но на территории Манарии это равносильно смерти, так как большая и организованная банда разбойников сразу получит высокий класс опасности, значит, на зачистку придут почти все: от авантюристов и рыцарей до магов и адептов Оружейной Часовни. А если будет подозрение на связи с колдунами или монстрами, то подтянутся отряды охотников, а они по мнению Каннокса «со сверхъестественным не сюсюкаются и с нами не будут».

«Матиан Бэквок решил подойти по-умному, организовав частную наемническую гильдию», — думает Лоренс. — «И время подгадал правильное, сейчас король вряд ли будет привередливым в вопросе безопасности королевства. Порой лучше потратить сундук золота, чем потерять округ». А что из всего этого получится, Лоренс скоро увидит собственными глазами, если Метиох Айзервиц не задержится с возвращением.