Выйти из аукционной башни удалось без труда, благодаря чарам люминанта. Маклаг Кроден вполне способен укрыть под оптическим искажением группу из четырех человек. Теперь кровавая баня в Манан’Феткула станет главной обсуждаемой новостью ближайшего времени. Среди гостей были влиятельные люди Рейнмарка, так что месть вполне возможна, если кто-то вообще сможет найти Сарефа и его команду.

Бывший первый чародей Петровитты очень быстрым шагом направляется к своему дому, где было решено переночевать. И он явно торопится не с места преступления, а хочет поскорее принять дозу курума, сжимаемую обеими руками. Если бы не базарная давка, то он скорее всего бежал бы со всех ног. Сареф замечает, что новый член команды в какой-то степени контролирует зависимость, ведь иначе мог бы прямо на торговой площади поджечь курительную смесь.

Умом он еще понимает, что так делать не стоит, ведь такая доза полностью вырубит, поэтому стоит находиться в относительно безопасном месте, а не под ногами сотен людей. Вскоре они доходят до старого трехэтажного дома, где проживает множество семей. Здесь на чердаке беглый маг снимает большую комнату. Уже внутри дома Маклаг взлетает по лестнице и плечом толкает дверь на чердак. Неожиданно просторное помещение завалено всяческими коробками, магическими инструментами и книгами. В некоторых местах стоят горшки, накапливающие дождевую воду из щелей в крыше.

— Поговорим завтра. — Бросает люминант и бросается на софу у стены, где трясущимися руками забивает курум в специальную трубку и поджигает.

— Что наркотики с людьми делают… Абсолютная деградация, а ведь он занимал почти что королевский пост. — Ухмыляется мэтр Иоганн. — По его учебникам в Альго преподавали магофизику оптических сред.

— Как и в Фернант Окула. — Вспоминает Сареф. — До завтрашнего утра придется посидеть здесь.

— Но ведь вампиры Кобальда нас здесь найдут, — возражает Рим. — Они точно в курсе, где живет Кроден.

— На то и расчет. Пускай сами придут к месту упокоения. — Юноша выглядывает из окна на улицу.

— О, поняла, — хищно лыбится вампирша.

— Организуем оборону? — Спрашивает Коул и оглядывает помещение. — Тут будет удобно, да. Но я для начала хочу плотно пообедать и поспать. В отличии от вас я не мог перекусить кем-то из убитых.

— Рим, сходи вместе с мэтром в ближайший кабак, в одиночку опасно передвигаться. — Говорит Сареф. — А я пока сделаю перестановку.

Когда спутники ушли, вампир начал двигать мебель таким образом, чтобы расчистить центр помещения. Шкафами и столами при необходимости можно будет забаррикадировать дверь и окна. До носа долетает сладковатый запах, Маклаг уже лежит без движения с трубкой во рту. Вряд ли сегодня очнется.

Мэтр Иоганн по-своему прав касательно состояния Кродена. Курум довольно известен в мире, и все его жертвы подвержены необратимым дегенеративным изменениям, что в первую очередь бьет по интеллекту и памяти, а для мага это очень важно. Конец недолгой жизни наркоманы проводят в бредовом состоянии с опухолями легких и отказом целого ряда внутренних органов.

И тем более удивительно состояние Маклага, чей внешний вид не такой уж ужасный для текущего уровня потребления курума. Сальные спутанные волосы уже имеют седые пряди, а лицо захватила небрежная щетина, на отощавшем лице почти что просвечивает череп, а бледностью кожи может соперничать с молодыми вампирами. «Хотя отсутствие намека на загар в жарком Рейнмарке может быть следствием частого нахождения дома или использования оптических чар. Покров невидимости вдобавок преломляет солнечные лучи таким образом, что они просто не достигают кожи», — тут в Сарефе просыпается любознательность.

За время учебы в столичной академии волшебства в Манарии юноша вряд ли успел охватить вниманием всю существующую магию, даже несмотря на то, что учился на предельных скоростях. Конечно, многое пришлось доучивать уже под присмотром Легиона, который много знает, а также имеет огромные библиотеки с редкими книгами и учебниками в тайных схронах. Но даже так любая магическая специализация по-настоящему раскрывается только в руках мастера, а это означает десятилетия тренировок, так что Сареф может сказать, что знает о чародействе мало.

Именно поэтому юноша не может сделать всё сам. Приходится собирать мастеров своего дела для получения требуемого результата. Особенно, если учесть полный застой в развитии себя через Систему. Возникает чувство, что уперся головой в потолок, больше не получается зарабатывать новые уровни и развивать характеристики. Возможно в начале пути это и было похоже на игру, то сейчас Система словно отказывается помогать в развитии. Снова нужен какой-то новый опыт, отличный от тренировок, учебы и схваток насмерть.

Сейчас остается лишь повышать уровень освоенности умений, развивать эрудицию и учить новые заклятья. А также искать артефакты, которые дают прямой бонус к характеристикам. Например, кольцо «Махинация хитрого ученика» уже давно бы пылилось в тайнике, так как бонус к росту освоенности умений перестал быть значимым, но прибавка Интеллекта на десять пунктов все еще нужна. Довольно странно, но такие предметы очень редкие и часто имеют свойство повышения характеристик в обход задумки изготовителя. Порой можно встретить в самых дерьмовых зачарованиях, вот только и бонус там такой же.

Сареф внимательно следил за каждым лотом на аукционе, так как встречаются интересные магические вещи, поэтому прихватил с собой золотое кольцо, повышающее Жизненную мощь на четыре пункта. С этого момента характеристика равна сорока пунктам и догоняет Физическую силу. Теперь здоровье и выносливость станут чуть выше. Правда, в отличии от компьютерных игр прошлой жизни никакой полоски или очков жизни нет, так что трудно сказать, что имеет в виду Система под «областью общего здоровья».

Пока напарники не вернулись, Сареф решает провести тренировку. Может показаться, что физические тренировки вампирам не нужны, но это не так. Как объяснил Легион, тела нечистокровных вампиров, то есть обращенных из жителей этого мира, вполне могут наращивать мышечную массу, силу и выносливость. А физиология чистокровных вампиров строится на совсем других процессах.

С резким выдохом Сареф бьет воздух и моментально меняет стойку, чтобы обрушить на невидимого врага сокрушительный удар ногой. Не теряя инерции, вампир переворачивается вдоль оси тела для нанесения удара второй ногой. Пружинящий прыжок, удар, отскок, еще удар. Сареф постепенно ускоряет скорость ударов, бьет в голову, корпус и по ногам. Плюс такого спарринга в том, что воображаемый оппонент может быть сколь угодно быстрым и бесконечно крепким.

На финал комбинации вампир активирует одну из техник «Школы Белого Пламени» и молниеносно ударяет воздух. Кулак доходит до точки, на которую способна достать рука, а ваза на полке шкафа в пяти метрах оглушительно взрывается. Без предварительного усиления потока циркуляции внутренней энергии прием выглядит не очень впечатляюще. Открывается дверь, и в комнату заглядывает любопытная Рим.

— Я подумала, ты тут с Маклагом дерешься.

— Просто тренировка. Вы быстро управились. — Сареф утирает пот со лба.

— Что? Маклаг впал в режим берсерка после принятия курума? — Спрашивает дошедший до конца лестницы мэтр Иоганн.

— Нет, я просто тренировался, — теперь уже чародею поясняет вампир и видит объемную корзинку с едой.

— Ну и славно. Я решил, что есть лучше буду здесь, а то вдруг пропущу что-то интересное. — Коул поясняет быстрое возвращение.

— Хей, Сареф. Давай кто кого? — Вампирица поднимает кулаки к лицу.

А вот плюс реального противника в том, что он может дать сдачу, и это заставляет думать о защите. Неосторожный рывок заканчивается тем, что Сареф летит навстречу полу с расквашенным носом. Приходится группироваться и кувыркаться в сторону, чтобы уйти от добивающего удара ногой. Рим, может, не выглядит угрожающей, но уроки Оружейной Часовни усвоила хорошо, а с вампирскими характеристиками может голыми руками убивать противников.

Пока что ни Сареф, ни Рим не подобрались к статусу старшего вампира. Девушка стала вампиром намного раньше, но вот Сареф получил бонусы от «Кровавого пира» и крови Легиона, так что должен опережать в марафоне к следующему расовому статусу. Именно благодаря покровителю уже удалось повысить лимит поглощенных душ до пяти. Теперь даже есть одно «вакантное место», но Сареф всегда осторожен во время охоты на разумных существ, чтобы случайно не поглотить бесполезную душу.

Высший вампир научил контролировать «Кровавый пир», но осторожность никогда не помешает. Даже при возможности поглощения какой-либо сильной души Сареф десять раз подумает, так как нужно учитывать совместимость с остальными. Раз уж поглощенная душа, память, знания, привычки и мировоззрение становятся родными для вампира, то стоит подбирать то, что не будет ломать уже полученное ранее. Конечно, пока лимит не превышен, Сареф сознательно может блокировать влияние на собственные ментальные модели, но уже сам не видит, где начинается граница истинного «Я» и приобретенного «Я».

Если следующая задача будет выполнена как надо, то есть шанс поднять силы еще выше. Пока Иоганн ел как в последний раз в жизни, вампиры без устали кружились по комнате. Ближе к ночи Сареф заканчивает с активацией охранных чар, а Иоганн наполняет энергией различные ловушки для непрошенных гостей.

— Теперь будем ждать? — Спрашивает Рим, сидя у разожженного камина.

— Будем. — Кивает Сареф. — Кстати, у меня для тебя кое-что есть.

Вампир достает из кармана серебряную подвеску, которую дополнительно успел прихватить во время ухода из аукционной башни. На тонкой цепочке висит круглый амулет, на котором ювелир изобразил стаю чаек над шумящим морем. На неискушенный взгляд украшение кажется очень дорогим, настолько тонкая и детализированная работа не каждому мастеру по плечу.

— Правда, мне? — Рим подскакивает с места с изумленной улыбкой и берет подвеску. Внимательно осматривает при свете огня, а потом неожиданно обнимает Сарефа до реберного хруста. — Спасибо! Это так круто!

— Твоей стремительной натуре подойдет куда лучше короны королевы Тибад. — Заключает Сареф.

— Да, наверное, ты прав. — Рим вешает цепочку на шею и от переизбытка чувств начинает носиться по комнате, чуть не снеся реторту, с помощью которой Иоганн занимается перегонкой купленных в алхимической лавке кристаллов с неизвестными для Сарефа свойствами. Даже Маклаг в забытье вдруг дернул ногой.

— Кхех, не думал, что вампирам важны подарки и украшения. — Замечает Коул, дымя трубкой.

— Вампиризм индивидуально меняет психику, но человеческое никогда не покинет душу. Воспитание, страхи и надежды могут лишь видоизмениться, но вряд ли исчезнут полностью. — Отвечает Сареф, почувствовав сигнал сторожевого заклятья.

— Значит, вампиры — те же люди с дополнительными клыками и жаждой крови?

— Зависит от точки зрения. — Выдает универсальную отмазку Сареф, видя как Рим замерла перед дверью. — Гости уже пришли.

— Да, я уже заметил. — Вздыхает Коул, готовясь худшему.