Годард явно жалеть подопечных не собирался, через сорок минут Лоренс просто лежит на земле, ощущая крайнюю опустошенность. Конечно, он мог бы и отказаться от тренировки, она все-таки для Элин проводилась, а не для него, но словно решил поддержать эльфийку в тяжелом деле. Сама Элин сидит, прислонившись к ограде, глаза закрыты, а волосы спутаны.

Наставник понял, что на большее ученики не способны, поэтому уже как пять минут ушел по другим делам. Лоренс с трудом поднимается и подходит к эльфке:

— Эй, пойдем поедим. Я вообще собирался перекусить, но неожиданно втянулся в тренировку.

Элин открывает глаза и кивает. Чтобы восстановить силы, плотный завтрак будет лучше всего. Лоренс подает руку и помогает подняться на ноги. Вместе они моют руки, шею и лицо в ведре с водой.

— Я обычно ем с Элизабет. — Вспоминает эльфийка.

— Бальт её утром видел. Что-то мне подсказывает, она сейчас вся в делах и ей не до завтрака. Пойдем, я видел в богатом квартале дорогой трактир. — Лоренс берет спутницу за руку и начинает идти к выходу из центральной крепости города. Элин послушно идет следом, не решившись возражать или не имея на то желания.

— Сегодня поменялись местами, — вдруг произносит эльфка.

— Ась?

— Вчера я вела тебя за собой, так как Ива вдруг убежала в город. Пришлось всем идти за ней.

— В самом деле? Я точно ничего странного не говорил? — На ходу оборачивается юноша.

— Ну… Ты признался в любви Элизабет и даже позвал замуж. — Хихикнула Элин, а Лоренс встал как вкопанный.

— Правда? Надо полагать, я получил отказ?

— Хм, дай подумать… — Девочка-подросток даже закрывает глаза, чтобы точнее вспомнить слова подруги. — Кстати, прямого отказа не было, она лишь сказала, что не может дать ответ.

— О, значит, у меня еще есть шансы. — Лоренс теперь идет куда бодрее.

— То есть, ты правда влюбился в Элизабет? — Элин выглядит немного смущенной.

— Я вообще влюбчивый и обожаю женщин, особенно красивых. — Без тени стеснения признается Лоренс.

— Ну еще бы, — замечает Элин.

Они уже на месте, «Золотой мед» с рассвета открыл двери для обеспеченных посетителей. С кухни доносится аромат выпекаемого хлеба, перед которым голодному человеку не устоять. Лоренс усадил спутницу за стол и взял на себя всю работу по заказу и доставке еды. Вскоре на столе оказываются несколько ломтей свежеиспеченного хлеба, жаренные сосиски, яйца и свежее молоко.

— Думаешь, у меня нет шансов? — Лоренс возвращается к прерванному разговору.

— Не знаю. Я не видела, чтобы Элизабет интересовалась этим. Она много учится и тренируется, посещает заседания королевского совета и путешествует по стране с различными заданиями от короля или епископа.

— Короче, делает то, чем обычно занимаются мужчины. Она достаточно влиятельна, известна и независима, чтобы только этим отваживать потенциальных женихов. — Делает заключение Лоренс.

— Да? — Элин, кажется, не поняла мысль.

— Ну смотри. О союзе с семейством Викар мечтает, наверное, каждый аристократический род, но Элизабет не вписывается в принятые за основу семейные ценности, она в любом случае будет умнее и авторитетнее своего мужа, что многие считают абсурдом. Таковы нравы общества.

— Никогда не думала в таком ключе. То есть ей подойдет только тот, кто будет поддерживать её, а не пытаться контролировать или превзойти? У эльфов такого нет.

— А что у эльфов? Расскажи про свой народ, — оживляется Лоренс.

— Ну, эльфы живут невероятно долго по сравнению с людьми, поэтому задумываются о семье довольно поздно. Некоторые решают создать семью после пятисот лет, а кто-то и после тысячи. Думаю, мой народ не испытывает такого же влечения к противоположному полу, как люди. Наверное, поэтому у нас мало детей.

— Если бы я столько жил, то действительно мог бы заниматься любимыми делами, не заботясь о том, что умру в тридцать от лихорадки без потомства. А тебе кто-нибудь нравится? — Задает Лоренс неожиданный вопрос.

— А… Не знаю даже. Нет, наверно. — Элин отводит взгляд.

— Раз уж ты живешь среди людей, то можешь начать походить на нас. Если представить, что ты человек, то тебе я могу уже дать лет пятнадцать. Для государства ты уже дееспособный гражданин.

— По меркам эльфов я еще ребенок. Но если сравнивать с людьми, то я и вправду расту очень быстро. Я не думаю, что со мной кто-то захочет водиться. На меня больше показывают пальцем или обсуждают всякое. — Эльфка почему-то совсем поникла, даже есть перестала.

— Всякое? — Лоренс же наоборот сидит с набитым ртом.

— А ты не знал? Убийца предыдущего короля, Равнодушный Охотник, был моим опекуном. — Очень тихо произносит Элин. — Многие во мне видят в первую очередь дочь вампира.

— А мой отец проиграл однажды наш дом в карты, так что я целую зиму жил в конюшне. — Пожимает плечами собеседник. — Так выпьем за наших нерадивых отцов.

Элин с улыбкой чокается кружкой с молоком.

— Знаешь, ты об этом вчера уже говорил.

— Да героново проклятье, надеюсь, я не отстрелял вчера весь запас своих волнительных историй. — Лоренс хватается за голову.

— Вот только Сареф не был нерадивым. — Качает головой Элин. — Он спас меня, помог освоиться в Порт-Айзервице, дарил множество подарков и познакомил с Элизабет.

— И тем обиднее, что он оказался такой задницей… Кстати, а правда, что он был авантюристом?

— Да, — кивает эльфийка, — я познакомилась со многими интересными людьми, и даже жила у одной авантюристки. Она вернулась к ремеслу, поэтому сейчас я живу только у Элизабет. Я уже очень давно не приходила в гильдию. Не хочу чувствовать на себе их взгляды. Настолько, что даже не вернула в гильдию вот это.

Элин достает из поясной сумки дощечку из темного дерева, на которой расходятся линии в причудливых петлях.

— Элизабет сказала, что это как-то связано с делами гильдии авантюристов, но я то время даже разбираться не захотела.

— Святой запор, ты не знаешь, что это? — Лоренс чуть не подавился едой. — Это же контракт! Я был знаком с парочкой авантюристов из мест, откуда родом. Они говорили, что самые лучшие и перспективные авантюристы получают такие контракты с духовным существом. Это что-то вроде питомца или помощника. Как твой Морок.

— В самом деле? — Широко раскрывает глаза Элин. — Я думала, что это просто какой-то волшебный предмет. Когда жрецы проверяли вещи, полученные от Сарефа, они никак не прокомментировали эту дощечку.

— Я не знаю, откуда гильдия берет контракты, но они, как правило, подписывают их с очень сильными духовными существами. Ты не думаешь, что Сареф специально оставил это тебе? Возможно, тебе это поможет куда лучше, чем ему?

— Может быть. Но я не знаю, как это работает. Совсем не похоже на «сердце» Морока. — Подросток внимательно водит взглядом по линиям.

— Спроси Элизабет. — Пожимает плечами юноша.

— Не хочу её отвлекать от работы. — Качает головой Элин.

— Я, увы, обделен как магией, так и большими познаниями в ней. Бальтазар и Ива при рождении явно всё вкачали в физические характеристики, так что тоже не помощники. — Рассуждает Лоренс, откинувшись на спинку стула. — Тогда давай спросим в гильдии, всё же просто.

— А вдруг они отберут её?

— Лишено смысла. Мои знакомые говорили мне, что каждый контракт уникален, его не получится переписать на другого авантюриста.

— Но тогда, — хмурится Элин, — этот контракт заключен на Сарефа, и я в любом случае не смогу им воспользоваться.

— Действительно, — бьет себя по лбу Лоренс. — И не продашь такую вещь, хм… Знаешь, что говорил мой учитель? «Не опускай рук, пока не попробуешь». Пойдем, я поделюсь с тобой своей удачей.

Юноша тянет эльфку за собой прямиком в столичный филиал гильдии авантюристов.

— Ты так говоришь, словно удача является каким-то ресурсом, которым можно поделиться. — Говорит Элин во время прогулки. Со стороны может показаться, что она борется сама с собой: не хочет показываться в гильдии, но и боится упустить возможность.

— А разве нет? Всё в мире можно посчитать и измерить. Даже удачу. Видела, как мне повезло с нифангом? — Собеседник уверенно шагает по улице.

— Кгм, но разве ты заранее не знал, как его нейтрализовать, а после провернул аферу со ставками, чтобы навариться на чужом неверии в твою победу? — Вспоминает Элин вчерашнее.

— Блин, я и это выболтнул! Вот мы и на месте. Готова?

— Нет.

— Отлично, тогда заходим.

Парочка стоит у входа в главный филиал гильдии. Вход охраняют три вооруженных авантюриста, но Элин узнают, поэтому впускают без лишних вопросов. Лоренс же ослепительно улыбался, пока шел прямиком к стойкам распорядителей. Утром в здании гильдии оказывается не так много авантюристов, юноша чувствует, как напряженная рука Элин заметно расслабляется.

Пепельноволосая девушка за стойкой поднимает взгляд и улыбается.

— Элин! Ты так давно не заходила. Как твои дела?

— Здравствуйте, Катрин. У меня всё хорошо, спасибо. И как дела у Фриды?

— Ушла в составе отряда к восточному побережью. Вернется через неделю-полторы. А кто это с тобой?

— Лоренс Троуст, к вашим услугам, миледи. — Кланяется юноша.

— Какая я вам миледи, — отмахивается Катрин. — Вы пришли по какому-то вопросу?

— Именно так. — Кивает Лоренс. — Хотим узнать про эту вещь.

Элин кладет на стойку деревянную дощечку. Во взгляде распорядителя словно загорается понимание, а голова чуть кивает.

— Ясно. Это… его?

— Да, — тихо отвечает Элин.

— Мы подписали контракт с ним и духовным существом незадолго до тех событий. Если он оставил его тебе, то пусть у тебя и остается. Гильдия контракт уже не сможет переиспользовать.

— То есть, его нельзя переоформить на Элин? — Уточняет Лоренс.

— Всё верно. Это мог бы сделать чародей, если бы получилось вернуть состояние контракта до момента подписания. Но насколько мне известно, это довольно сложная магия.

— А как авантюристы вызывают духовное существо?

— Маги, которые работают на гильдию, рассказывают об одном способе, что подходит для всех контрактов. Владелец контакта касается предмета и произносит формулу clairesheith. — Катрин, видимо, не видит никакой проблемы в раскрытии этой информации, раз призывом может воспользоваться только хозяин контракта.

— Элин, ну-ка попробуй.

Эльфка осторожно кладет ладонь на дощечку.

— К… Клэр-шейт? — Осторожно выговаривает девчонка и резко отдергивает руку из-за того, что линии на предмете внезапно загораются. Но стоило Элин убрать руку, как магический свет потухает.

— Не может быть… — Бормочет под нос Катрин. — Он, похоже, действительно поколдовал над контрактом…