— Я тоже люблю эти шоколадки! — Тони радостно поддерживает болтовню, удивляясь насколько же у них с Кристой много общего. — Особенно шоколадки с елки. У вас же есть шоколадные Дед Мороз, снегурочка? Когда они висят на елке, среди остальных игрушек. Ты каждый день ходишь мимо них, желая откусить кусочек, а тебе говорят, что только после нового года. И второго или третьего числа, когда разрешение получено, ты наконец-то снимаешь его с ветки, разворачиваешь обертку и откусываешь. Ужасный шоколад, но само впечатление от них, это ожидание и настроение делают свое дело, заставляя из года в год вешать их на елку и ждать подходящего времени, когда их можно будет наконец-то съесть.

— У нас это Санта Клаус и олени. Может быть у нас один и тот же шоколад? А еще, помню, когда мне подарили огромную коробку и я разворачивала ее, чтобы получить подарок, а там еще коробка, а внутри нее еще одна и так двадцать раз. Я сначала чувствовала радость, потом удивление, затем раздражение, и это все шло до тех пор, пока я не начала уже злиться. Хаха!

— Не, у меня такого не было. Обычно подарки дарятся в красивом подарочном пакетике, но я всегда хотела бы такой получить. Думаю, получит такую коробку — это весело.

Сет летит за ними на песочном облаке и, кажется, сходит с ума от их пустой болтовни.

— Еще как! А какие фильмы тебе нравятся? Я люблю романтику и фэнтези, а если их соединить, то это выше всех похвал! — Криста забегает чуть вперед и всматривается в горизонт.

— Я больше по ужастикам. Я обожаю, когда фильмы заставляют мурашки бегать по телу. Правда, я такого с детства не испытывала, поэтому сейчас ценю фильмы именно за их сюжеты, а это в основном, фантастика или история. — Тони хмурится. Она чувствует, что в песках что-то происходит.

Пустыня обволакивает ее ноги и ластится словно довольный кот, ожидая похвалу. Тони не особо понимает этого, но осознание правильности успокаивает. Она хозяин пустыни, а песок — это просто питомец, что с радостью выполнит все ее приказы. Сейчас пустыня радуется, она поет, и Тони слышит эту успокаивающую песню. Так странно.

— Что-то случилось? — Криста тянет к Тони руку, но от касания девушка отшатывается. Прикосновения страшно жгутся, особенно неожиданные. Криста обиженно хмурится. Она так и не узнала о главной проблеме девушки.

Тони, увлеченная необычной песней, вопросительно смотрит на Сета. Бог кивает, и Тони рассыпается, сливается с пустыней и наконец-то обретает понимание. Пустыня была голодна до жертв и крови, но недалеко, всего лишь в нескольких десятках километров ее наконец-то покормили. Пиршество было с целым представлением, поэтому пустыня даже простила крупное вмешательство в ее ландшафт, но жертвы… нет, это были не совсем живые люди.

Тони проваливается в стихию и видит: сотни людей, битва, в которой они не могут умереть, просто потому что они уже были мертвы. Нет, не так, они были не мертвыми, а после жестких, смертоносных атак становились не живыми. Тони разумом не понимает как такое возможно, ведь это одно и тоже, но принимает объяснения стихии как истинно-верное.

Жертва была хороша. Сильная. Стихия играет песком, жадно поглощая в свои недры все дары. Кроме одного человека, что ей не принадлежал. Интересно, кто это был? Тони хочет погрузиться глубже, чтобы узнать правду, но ее рывком вытаскивают и осаждают.

«Погрузишься в стихию глубже — умрешь».

Сет как всегда лаконичен. Тони находится на верхних слоях песка и собирает сознание в кучу. Пустыня так же ластится, но в этот раз Тони не отвечает взаимностью. Девушка собирает себя в человека и смотрит в глаза Кристы.

— Недалеко отсюда была битва аватаров. Один из них выжил.

— Нам нужно… добить выжившего. — Криста мнется. После возвращения эмоций и чувств она не могла с такой же уверенностью отнять чью-то жизнь.

Девушки переглядываются. Вот бы кто-то из них взял на себя ответственность и этот грех.

— Нас все равно осталось трое. — Тони боится своих слов. — Рано или поздно мы бы все равно встретились. Может лучше сделать это сейчас, пока враг ослаблен битвой?

— Этот аватар такой же, как и мы с тобой. — Криста хмурится и неуверенно зажевывает нижнюю губу.

— Ты не помогаешь! — Тони пинает песок и рассыпается.

Тони собирает себя бесформенным холмом, который подхватывает Кристу и быстро перемещает ее в сторону выжившего аватара. Аватар Локи падает на колени, пытаясь удержаться на этом песчаном холме.

— Я не пыталась тебя отговорить или выставить монстром. — Криста говорит тихо, поглаживает песок, не зная, достигнут слова адресата или нет. — Я просто так же, как и ты, боюсь.

Сет фыркает, но благоразумно молчит.

Спустя десять минут они добираются до места назначения.

— Но здесь же ничего нет! — И Криста права. На многие километры вокруг нет ничего, за что мог бы зацепиться взгляд.

— Оно внизу. Пустыня все поглотила. — Тони кладет руку на песок и задумчиво хмурится. Она чувствует движение.

— И как нам тогда сражаться если мы не видим нашего врага?

Тони едва успела превратить половину тела в песок, как из пустыни выпрыгнул человек с кинжалом в руке, «разрезая» ее точно пополам. Точнее, кинжал словно был приклеен к руке, но пальцы не обхватывали его, потому что на правой руке из пяти были только указательный и средний.

— Ты боишься нас! — Что есть силы кричит Криста, воздействуя на врага, но… Женщина улыбается и втыкает нож в Тони, сразу же разочарованно тцокая — Тони рассыпалась песком.

Женщина поворачивается к Кристе, и та бледнеет. Разве человек может выглядеть так?! Сразу видно, что женщина стала жертвой других людей или безжалостных, голодных животных: откусанные уши, обглоданные руки, отсутствующие пальцы, порванная одежда и виднеющиеся сквозь нее голые ребра. Ноги тоже вызывали только один вопрос: почему это все еще функционирует?

— Господи Боже… — Шепчет Криста и пятится назад. Сет заинтересованно разглядывает аватара.

— Гра-авит-тация.

Кристу впечатывает в песок, не давая возможности не то что пошевелить пальцем, но даже дыхание дается с трудом. Девушка материализует копье, надеясь, что на него сила действовать не будет, но оно острием падает вниз и исчезает в песке.

— Ха… сте-еклян-ный лес!

Песок раскаляется и превращается в жидкое стекло, но сразу остывает, вырастая в острые шипы. Криста чувствует, как ее оплетают песчаные нити, тонкие, невидимые чужим глазами, и приподнимают, минимизируя урон от шипов, оставляя на теле только кровавые точки. Пустыня задрожала, превращая песок под ногами аватара в зыбучий.

— Невидимость. Полет.— Женщина исчезает и Тони ее больше не чувствует.

Песок Тони снимает Кристу с шипов и ставит на нетронутый стеклом и гравитацией песок.

— Мне нужно немного подготовиться. Я такое еще ни разу не пробовала. — Произносит Тони, закрывая глаза. Криста хватает свое копье и встает в защищающую стойку.

Тони медитативно дышит. Она напитывает силой не просто нити песка, а отдельно каждую песчинку, поднимая их в воздух. Движения становятся видимыми.

— Вижу! — Криста безжалостно кидает копье в цель и попадает. — И это все?

— Еще одна! — Криста вновь атакует, уничтожая… клона? — Дождь? — Тони открывает глаза и видит, как тучи моментально затянули небо и спускают на них сплошной ливень. — Мой песок станет менее подвижным после такого!

— Она влияет на реальность. Как нам справиться? — Криста сжимает копье.

— Горячо! — Песок под ними разогрелся до опасной температуры.

Тони стягивает к себе как можно больше песка и поднимает их в воздух на площадке, похожей на большой гриб. Земля вновь задрожала, сначала поглощая песок внутрь трещины, а после выпуская из недр лаву. Интуиция девушки воет и Тони падает на бок, пропуская над собой удар… меча?

— Мы в ловушке. — Голос Кристы дрожит. — Под нами лава, сверху капает дождь.

— Хватит ныть! — Взорвалась Тони. — Мы еще не умерли.

Сет уважительно кивает и фыркает. Когда-то тем, кто ныл, была его аватар.

Ситуация становилась патовой. Тони не могла вечно защищать от атак их обоих, но и та девушка не могла атаковать их вечно. Их силы конечны.

Тони заковывает их в песчаный шар, создает такую же большую руку и выкидывает их с зоны адской лавы. Дождь идет почти по всей территории пустыни, но по крайне мере, лава не смогла растечься слишком далеко. Криста выбирается из шара и пытается придумать как им действовать сейчас.

— Мы могли бы кое-что попробовать. Я могу воздействовать на тебя, чтобы ты могла сражаться с этим аватаром.

— Нет! Я не лишусь своих чувств. Тем более сейчас это бесполезно!

— Бред. Мои силы сейчас…

— Замолчи! Ни за что. — Тони смахивает воду, что стекает со лба в глаза. — Мне нужно только вернуть ее с небес на землю. Я не могу сражаться в воздухе в такой ливень, но, если бы она оказалась на земле, можно было бы изменить абсолютно все.

— Мне кажется, или стало холоднее? — Криста растирает плечи и выдыхает облачко дыма.

— Как же все плохо.

— Мы не чувствуем холод. — Слова слетают с губ Кристы слишком уж легко.

Тони опускает голову, недовольная происходящим. Мысли крутятся в голове слишком быстро, идея за идеей проносятся и отсекаются. Шансов нет? Песок обволакивает их тела, создавая прочную защиту. Тони имитирует беспорядочную, отчаянную атаку, кричит в небо и использует мокрые снаряды, чтобы задеть хоть кого-то, но, конечно, промахивается. Холод и дождь делают свое дело, пока в конечном итоге их тела не покрываются льдом, сковывая и запечатывая внутри.

Аватар, опускается, становясь не на песок, но на лед. Алекс-Клэр не чувствует опасности от того, кто контролирует пустыню, ведь сейчас она скована льдом. Что делает другой аватар, кроме размахивания копьем, она так и не поняла. Алекс ничего не слышала.

«Следует убить их быстро. Вдруг что-то случится».

— Ле-едяная т-тюрьма!

Снизу, из запечанного льдом песка вырывается копье, а за ним быстрые нити еще не успевшего намокнуть песка. Девушка успевает увернуться от копья, но среагировать на живой песок не может. Ведомые мыслью своей хозяйки, иглы извиваются и ловко проходят сквозь горло и висок, отправляя аватара в мир вечного покоя. Кровь окропляет лед, который, без поддержки божественных сил, начинает быстро таять. Проявившийся труп падает, а еще живые девушки медленно выбираются из ледяной тюрьмы.

Тучи отдают солнцу его законное место, а то моментально высушивает обманчиво мертвые пески. Тони выбирается изо льда первой, помогая себе изнутри песком. Она сидит на коленях и глубоко дышит.

Да уж, командная игра на грани фола. Позволить себя запечатать просто ради возможности, которая могла и не случиться. Тони сыграла на предсказуемости, своеобразном клише, что аватар, если и не ступит на землю, чтобы закончить начатое, но опустится достаточно низко, чтобы девушка сквозь песок и лед почувствовала ее движение. Она плотно обхватывала чужое копье, выискивая момент, чтобы дать Кристе знак, и та пробила лед. Они выиграли эту битву чисто на удачном стечении обстоятельств.

Тони истерично смеется. Рядом падает Криста и касается ее плеча в утешении, но делает только хуже.

— Прости… — Тони отрицательно машет головой и просит вернуть чувствительность к холоду. Криста, кажется, недовольна этим, но послушно выполняет просьбу. Девушка сразу же начинает дрожать, почти не чувствуя конечностей и носа.

— Ну вот вы и остались всего лишь вдвоем. — Сет появляется рядом, разрушая некоторую интимность происходящего и эйфорию после боя. Бог щелкает пальцами, возвращая пустыне первозданный вид и хороня мертвого аватара под толщей песка. — Финальный бой, после которого появится победитель. Напомню, на кону любое желание.

Сет одет в классический черный костюм с белой рубашкой. Его длинные волосы завязаны в низкий хвост. Алые глаза не выражают абсолютно никаких эмоций, как и остальное лицо. Бог собран, холоден и показывает абсолютное беспристрастие к происходящему.

— Нам нужно биться друг против друга. — Криста неуверенно сжимает в руках копье и прижимает его к груди, но в следующую секунду неожиданно срывается с места, атакуя бывшую напарницу.

Что?

Тони растеряна, она все еще чувствует холод, усталость и привязанность к девушке.Предательство ядом растекается по венам, песок отбивает атаку, Тони отпрыгивает назад на безопасное расстояние. Почему? Почему Криста ее атакует? Разве они не смогли подружиться? Неужели финал игры является для девушки настолько приоритетным? Они могли бы что-то придумать. Могли ли?

— Ты с ума сошла?! — Песок пытается мягко обвить ноги Кристы, но та ловко и быстро перепрыгивает с места на место, не давая себя поймать.

— Мы должны драться! Мы должны довести дело до конца! — И вновь молниеносная атака. Тони уворачивается. Она не хочет драться. — Ах, да, совсем забыла. У нас же уговор. — Криста истерично смеется. — Я снимаю с тебя все свои наваждения.

Тони вздрагивает. Она продолжает уворачиваться, одновременно с этим прощупывая свои ощущения и спрашивая саму себя, точно ли все вернулось на круги своя? Голова становится легкой и каждый момент совместного время пребывания она теперь может подвергнуть сомнению. Только вот есть одно «но»: чувство любви, обожания, необоснованной страсти ушли, оставляя после себя нежность и теплоту.

Тони резко зажмуривается и пропускает удар в левую руку, кричит от боли и вновь увеличивает дистанцию, желая хотя бы привести мысли в порядок и подумать. Шум в ушах, каша в голове. Они же чужие друг другу люди, так почему против Кристы сражаться так сложно?

— Подожди! Может мы сможем что-то придумать! — Тони забивает рану песком и отчаянно дышит, отгоняя от себя грустные мысли, чтобы не заплакать от отчаяния.

— Придумать? Ты издеваешься? Разве мы можем «что-то придумать» против Богов? Хватит жить в мечтах, пора снять розовые очки и сражаться за свою жизнь! — Криста стоит на кончике копья, пока оружие поглощают зыбучие пески. Они уже сражались. Все идет так же, как в их первую встречу.

Тони прижимает голову к плечу и быстро анализирует свои чувства к человеку перед ней, что продолжает безостановочно говорить о бесполезных мечтах. Эмоции не берутся из ниоткуда и не могут так же быстро и легко исчезнуть в никуда. Криста заставила ее чувствовать доброту к ней, привязанность, нежность, любовь, но разве это было против мировоззрения Тони? Или же это остатки навязанных эмоций и чувств? Разве может она убить Кристу просто потому, что они стоят по разные стороны баррикад? Сердце девушки бьется отчаянно и быстро. Разум делится на две стороны и продолжает тянуть ее решение на себя.

Сражаться или сдаться?

Если Тони сдастся, то это будет означать ее смерть. Она закончит свой путь здесь, в пустыне, как и прошлый аватар, имя которого они даже не знали. Ее забудут так, словно она никогда и не существовала, словно все, что она чувствовала, ее мысли и эмоции — это пустой звук. Она, ее собственное Я закончится прям здесь. Но может, так будет лучше? Ее жизнь никогда не стоила и гроша, наполненная самоненавистью, самоистязание и ничего с этим неделанием. Тони жила жизнь раба, подчиняясь решениям взрослых, которые всегда знали, что для нее будет лучше. Она даже ничего не делала, чтобы исполнить свою мечту, выбраться из ржавой клетки и птицей взлететь в свободный, живой мир.

Руки опускаются вместе с атакующими Кристу песчаными руками.

«Умри не как собака, а хоть с каплей чести».

Сердце кольнуло, зрачки сузились до маленькой точки, вспомнив давние слова Сета. Как она могла забыть. Как она могла отбросить все, что произошло с ней за эти месяца? Она сражалась, выгрызала свою жизнь из цепких лап смерти. В тот момент, когда она осталась один на один с Аидой, первым аватаром на своем пути, Тони пообещала себе, что будет сражаться до последнего, до самого конца и не позволит себя так просто убить. Даже если ее жизнь ничего не стоит, даже будь она жалкой и ничтожной, Тони не отступит и не позволит другим ставить ее на колени.

Тони кричит и огромным выбросом энергии заставляет пустыню дрожать, пробуждая в себе новую грань силы Бога: из песка восстают десятки големов и приближаются в ужасе сжимающей в руках копье Кристе. Девушка дрожит от страха, но продолжает двигаться и защищать свою жизнь, уничтожая големов снова и снова.

Тони опадает на колени и дрожит, из глаз текут кровавые слезы, внутренности словно находятся в печке.

«Человечишка, ты скоро умрешь, если быстро не закончишь эту битву. Моя сила сожжет тебя заживо». — Сет продолжает наблюдать за боем сверху. Бог приятно удивлен, но внутри у него только печаль и горе. Глупые, глупые, беззащитные людишки.

Тони сжимается в комочек и плачет:

— Почему все должно закончиться именно так?

— Вставай, Тони. Вставай и борись. — Сет рядом, как всегда. Тони благодарна ему несмотря ни на что, а потому встает и вытирает рот от крови рукой. Ее глаза видят через кровавую призму, а легкие горят от каждого вздоха. Големы поймали Кристу, переломали ей руки и ноги, и сейчас тащат девушку к ней.

— Я проиграла. — Криста сплевывает кровь и вызывающе, но с ноткой страха впивается взглядом в слеповатые глаза девушки.

— Знаешь, я действительно не хочу убивать тебя. — Тони сквозь боль улыбается. Копье Кристы возникает в воздухе и атакует, но девушка одним движением руки отбивает его.

Ведь действительно, это так сложно. Тони делала все, чтобы стать Кристе другом, чтобы та не могла ее убить, чтобы они придумали что-то, чтобы они выжили, но как она могла так легко и просто отбросить эти чувства и попытаться убить ее?

— Хватит так себя вести! Убей меня уже! Ты победила. — Криста тяжело сглатывает.

Сила не действует на Тони, ведь это не специальность Кристы. Горе оседает внутри, боль и страх, вина и ответственность толкают принять решение, но что она может? Тони зажмуривается и болезненно сжимает виски. Приходит понимание. Если бы девушка хотела, если бы она использовала свои способности, то вызвав в Тони ненависть к себе, любовь к Кристе и страх к жизни, то Тони была бы уже мертва. Только вот аватар Локи сражалась с ней копьем, не словом. Почему? Неужели это ее форма уважения перед ней? Или… Может ли быть такое, что Криста хочет, чтобы ее убили? Она сама рассказывала, как уничтожала людей и аватаров на своем пути, когда была лишена эмоций и чувств. Может быть — это ее способ искупления?

Убить или умереть самой. Тони думает, сможет ли она сейчас решиться на убийство? Она не хочет решать, не хочет убивать, но и оставить все как есть тоже не может, потому что правила и Бог требуют немедленного решения.

«Зараза!»

Руки не поднимаются. Тони пытается подумать о практичности их мечт. Чья мечта была бы лучше для мира? Мир без войны или мир вообще без игры? Сразу всплывают плюсы и минусы обеих сторон.

«Почему я вообще думаю об этом?»

Тони хмурится и в один момент расслабляется, словно сбрасывая с себя все проблемы мира, осознавая и принимая одну простую вещь — она не хочет убивать. Это было ее изначальное решение, что она не будет убивать специально, но будет защищать свою жизнь до последнего. И вот встал вопрос о специальном, хладнокровном убийстве другого человека. Она не будет этого делать.

«Я же всегда была такой мямлей… И несмотря ни на что, я боролась до последнего. Научилась ли я ценить свою жизнь? Возможно? Нет? Пусть я и не могу выбрать себя, свою жизнь, свое будущее, но, по крайней мере, я горжусь собой, что в этот последний момент я не предаю себя. Я верна себе до самого конца. Спасибо, Сет, что прошел этот путь со мной до конца. Я благодарна тебе». — Тони поднимает руку вперед. Криста сжимается в руках голема, зажмуривается, ожидая смерть.

«Ты была моим лучшим аватаром, Тони. Ты самый упрямый, крепкий и сильный человек, которого я знал.». — Сет одобряюще кладет руки на плечи девушки и сжимает. Она морщится от боли и грустно улыбается.

— Знаешь, а ты мне все равно понравилась. Это были хорошие два дня в этом безумном мире. Спасибо тебе за все.

Тони кладет правую руку на грудь и дрожит. Сет рассказывал, что таким образом можно закончить свою жизнь, но как же это страшно. Какой уровень решимости должен быть у человека, чтобы хладнокровно вырвать из груди собственное сердце?

Она храбрая. Она сильная. Тони не убьет другого человека.

Хрясь!

Хлюп!

— Кха…

Криста слышит хруст и противное хлюпанье, но не чувствует боли. Девушка открывает глаза и в ужасе наблюдает страшную картину: Тони стоит и улыбается, держа в руках собственное сердце, с которого с кровью падает и песок.

— Знаешь, я думаю, что, этот мир, был бы, хорош… если бы… в нем не… было… войн…

Големы рассыпаются, сливаясь со своей стихией. Глаза Тони закрываются, сердце соскальзывает с ослабших пальцев на песок. Девушка умирает быстро и падает вперед. Криста, игнорируя боль в сломанных конечностях, кидается вперед и в шоке ловит мертвое тело.

— Почему?.. Я же сделала все так, чтобы ты… все должно было закончиться не так… — В голове тишина и предсмертный крик собственной души. Почему Тони не убила ее?!

— Поздравляю, ты победила в этой игре. — Сет не медлит и не дает победителю и минуты на подумать. В его руке маленький, но очень яркий огненный шарик чужой души. — Каково твое желание, смертная?

Его глаза сияют изнутри, а образ приобрел святой и божественный ореол. Он выглядел так, словно действительно мог исполнить любое желание. Абсолютно любое. Криста открывает рот, чтобы произнести свое желание, но замолкает, чувствуя тяжесть на руках и как ее грудь заливает чужая кровь. Взгляд падает на истекающее сердце, которое так легко покинуло тело. Тони не должна была умереть!

— Желание, человек.

Горло сдавливает. Заветное желание никак не может слететь с проклятых губ. Глаза наполняются влагой и болезненный крик разрезает одинокое небо пустыни.

— Желание!

— Я… Я… Я не могу!

— Желание. Сейчас же. Я не могу ждать тебя вечно. — Сет сжимает в руках бьющийся в истерике шарик души своего аватара.

— Я могу… Я могу попросить… Я хочу, чтобы ее и моя душа переродились в мире, в котором мы могли бы жить вместе и мирно. Без войн и боли. Пожалуйста… — Сформированное желание растворяется в воздухе, но быстро вытягивается Божественными пальцами и создается на руке самым настоящим магическим вихрем. Глаза Бога загораются, фигура плывет и границы тела и самого мира дрожат.

— Будет исполнено.

Душа покидает тело Кристы, чуть более тусклым горящим шариком оседая на руке Сета. Бог сжимает их в руке, прячет в своем измерении и выдыхает громко, совсем по-человечески, устало. Они реально закончили? Эта бессмысленная игра закончилась, а он проиграл во всех ставках, которые за эти несколько месяцев поставил. По ощущениям он проиграл все битвы, но выиграл войну, только потому что врагов, как и союзников не осталось. Сет смеется истерично, надрывно.

Он проиграл, снова, но какое же облегчение принесла ему эта игра. Принятие собственных ошибок и четкое осознание того, что ему стоит делать.

— Пора, Мои братья и сестры, закончить это все. Игра закончилась. Все в нашем мире заканчивается. Пора и Нам оставить этот мир.

Волосы Сета меняют свой цвет на белое солнце пустыни, возвращаясь к истинному оттенку. Руки становятся более тонкими, еще более изящными, брови шире, нос выше, а губы чуть полнее. Одежда меняется на приближенные к Древнему Египту, золото все больше покрывает его тело, и даже ноги обволакивают золотые змеи.

— Пора возвращаться домой.

Бог покинул эту планету, и мир облегченно вздохнул.