И вот, движимая любопытством — или, скорее, внезапным порывом — я пришла в штаб-квартиру Клуба красавчиков-детективов, то есть, в художественный класс. Однако, оказавшись среди этих школьных знаменитостей, тут же поникла — я всегда легко впадала в беспокойство.

Из всех них выделялась одна совсем незнакомая мне фигура.

Президент?

Это… ничтожество?

Видимо, он был старше меня, так что, наверное, не стоило называть его ничтожеством, но мне казалось крайне странным, что эти четверо — Мичиру Фукурой, Нагахиро Сакигучи, Хёта Ашикага и Сосаку Юбива, кого даже я, совершенно несведущая в школьных сплетнях, просто не могла не знать, — подчинялись какому-то непонятному типу, чьё имя мне вообще ни о чём не говорило.

Я услышала его впервые.

Манабу Сотоин.

Он надменно откинулся передо мной на диване, скрестив ноги… Ну и самомнение должно быть, чтоб так важничать перед этой толпой!

Казалось, он, как и любой другой парень, должен был померкуть по сравнению со своими выдающимися товарищами… или я просто невежда, а этот Сотоин тоже был кем-то важным?

Однако, если судить без оглядки на высокомерное поведение, а лишь с точки зрения внешности, он ни в чём не уступал остальным. Да уж, «Клуб красавчиков-детективов» — действительно подходящее название, как бы эгоистично оно ни звучало.

Когда вы уже скрючитесь и морщинами покроетесь?

— Хм? Такое чувство, будто меня проклинают, — вдруг сказал Сотоин, оглядываясь. Его дедуктивные способности вызывали большие сомнения, но интуиция оказалась поразительно острой. Хотя, сомневаюсь, что мне можно «помочь» одной интуицией…

— Что ж, нет причин для беспокойства. Быть проклятым — удел красавцев. Ну, Доджима-кун, расскажи поподробнее. Что ты искала?

Я замешкалась.

Мне хотелось поставить его в неловкое положение, отыграться за надоедливость, но теперь ситуация была совсем не той, что на крыше — прежний пыл меня покинул.

Кроме Сотоина, ни на кого из них обиды я не держала. Разве что Фукурой с самого начала вёл себя грубо, но вымещать злость в том числе и на Юбиву было не самой лучшей идеей.

В итоге под раздачу попасть могла уже я.

Хотя, из всех пяти, лишь президент студсовета Сакигучи обращал на меня должное внимание: Сотоин высокомерно восседал на диване, а пугающий Юбива вообще находился здесь явно номинально и просто пялился в стену, будто она была гораздо интереснее меня.

По крайней мере, Фукурой соизволил посмотреть в мою сторону, хотя его взгляд очевидно говорил: «мы с ребятами чудесно проводили время, а потом пришла какая-то девчонка и всё испортила». Хотелось возразить, что я здесь не по своей воле, да и с таким отношением ему бы стоило остаться в начальной школе. Босоножка хотя бы слез со стола, но, видимо, не мог сидеть в нормальной позе или просто хотел похвастаться своими стройными ногами, так что лежал на диване, свесив их через спинку.

Я будто оказалась на напряжённом собеседовании.

— …

Чтобы скрыть напряжение, я потянулась к чашке чая, стоящей на столе — Сакигучи попросил Фукуроя заварить её для меня.

Я бы не поверила, что босс может разливать чай, если б не увидела это своими глазами. Да ещё и так умело.

В любом случае, отказываться было бы невежливо.

Может, Сакигучи и похвалил его мастерство, но, думаю, то была простая любезность. Весь чай-то на вкус примерно одинаковый.

И всё же, чтоб не испортить Фукурою настроение, я решила подыграть и сделала глоток…

— Тьфу!

Чай был настолько изумителен, что я тут же сплюнула, как только он коснулся моего языка.

— Эй, что такое? Не похоже на ту бурду, которую ты привыкла называть чаем? — невозмутимо вытирая стол, спросил Фукурой.

Прозвучало странно, но в целом он был прав: если это чай, тогда то, что я обычно пью, — грязь, напоминающая его по цвету.

Заставлять парня убирать за собой было унизительно, но в итоге я успокоилась. Неужели чай так подействовал?

Клуб красавчиков-детективов.

Я едва ли могла предположить, что из себя представляют люди, обращающиеся за помощью в настолько сомнительную организацию, но теперь стало ясно — кто бы мог подумать, что сам президент заманивает клиентов!

Не время плеваться чаем.

Раз уж я попала в их сети, назрел вопрос: как выбраться отсюда целой и невредимой?

Можно было бы просто покорно извиниться и уйти, однако одна эта мысль возмущала меня. Но ведь когда-то мне придётся вырасти. Стать взрослой. И в доказательство того, что сочтены дни моего девичьего детства (которое мне, по сути, так и удалось испытать), что смогу выжить в этом мире, я, по крайней мере, должна быть в состоянии склонить голову перед теми, кто мне неприятен. Такова жизнь.

— Эм, прошу про…

— Только взгляните на неё, ребята! Не правда ли её глаза сказочно красивы?! Смотрите! Смотрите так пристально, чтоб прожечь дыру! — воскликнул Сотоин.

Я проглотила остатки извинений, и, как только все, включая Юбиву, уставились на мои глаза, машинально опустила взгляд.

— Ха-ха-ха! Мы её засмущали! Что ж, в скромности тоже есть своя красота.

Вообще-то, я покраснела потому, что они меня взбесили. Но, очевидно, мою реакцию не правильно поняли.

Собравшись с духом, я подняла голову. Напряжённая улыбка почти распирала мои щёки. Будь что будет.

— А я ненавижу красивых людей! — вспылила я. — Не думайте, что вам всё сойдёт с рук только потому, что вы неплохо выглядите.

«Неплохо» — это, конечно, преуменьшение, но всё же! Пусть даже они были старше меня, а с Юбивой стоило обращаться особенно сдержанно, хоть он и был младше — я высказалась.

Я перекладывала вину на остальных четверых по ассоциации[1], но в конечном счёте с последствиями мириться придется именно мне.

Ведь, когда теряю терпение, меня уже не остановить.

Хоть я и жалела, что сорвалась, но в то же время почувствовала прилив сил и облегчение.

Ну и ладно, после такого меня точно выпрут из штаба Клуба красавчиков-детективов — то есть, из художественного класса — так что всё пошло по плану.

Ко всему прочему, моё детство резко оборвалось. Но я уже смирилась настолько, что безропотно приняла бы даже конец всей моей жизни.

Я уже была готова, к тому, что эти красавчики с задетой гордостью выгонят меня из класса, но их реакция полностью расходилась с моими представлениями.

Один за другим они начали заразительно хихикать. Даже молчаливый безэмоциональный Юбива приулыбнулся.

С одной стороны я почувствовала, будто узрела редкое сокровище, а с другой — будто меня подняли на смех, и не знала, как реагировать.

— Прошу прощения. Я засмеялся ненамеренно, просто… твои слова так банальны, — сказал президент студсовета, прикрывая рот ладонью.

Даже после извинений я так и не поняла, что здесь смешного. Банальны? Они совсем сбили меня с толку.

— Вот странная штука, — начал Фукурой, — кто ни придёт — парень или девушка — все как один говорят, что красота ничего не стоит.

— Точно! Но в конце концов они понимают ценность красоты! — с нарочито невинной улыбкой подметил Босоножка, всё ещё лежащий вверх ногами.

Пока я стояла, потеряв дар речи, Фукурой всё продолжал заваливать меня словами.

— Ты не улавливаешь. Доджима. Как если бы кто-то читал популярную мангу и сказал: «если б она вышла в Джампе[2], то не была бы такой популярной.»

Хулиган вообще не мог обойтись без издёвок?

— Доджима-кун, я хотел бы кое-что уточнить. Это может показаться мелочью, но, как и Бог, красота кроется в деталях. Я с гордостью приму «красивые» по отношению к нам, но, пожалуйста, возьми назад свою фразу про «выглядящих неплохо». Она выставляет нас надменными, согласись?

Я не могла понять к чему клонит Сотоин. Разве «выглядящий неплохо» и «красивый» — это разные вещи?

— Конечно! Первое правило Клуба красавчиков-детективов: «быть красивым».

— …

Первое? Значит, есть и второе, и третье правило?

Это уже начинало надоедать.

А вообще, дальше могло стать только интереснее.

Хотелось проверить заявление, что даже я, девушка, что ненавидит красивых людей, примет эту их «ценность красоты» к концу беседы.

Впрочем, может я уже отчаялась.

Даже начала думать, что моя обязанность — показать этим пятерым парням насколько мир может быть жесток, и что не всё будет так, как им хочется. Конечно, мне и самой придётся столкнуться с реальностью, хоть я давно растеряла всю рациональность.

Или может…

Их красота уже заворожила меня.

— Хорошо. Я принимаю вашу помощь.

— Мм. Ты что-то искала, так? — напомнил Сотоин и наклонился ко мне, сияя от счастья.

Чему он так радуется? Ну не похож этот человек на альтруиста.

— Хах, ну и чё посеяла? Кошелёк или пропуск найти не можешь? А может, любимый котик или пёсик в ужасе сбежал от тебя? — усмехнулся Фукурой.

Похоже, он намекал, что красавчики не берутся за пустяковые дела. Ну, за это мог и не волноваться.

— Я ищу звезду.

Я искала её вот уже десять лет.

[1] Guilt by association (вина по ассоциации) - это логическая ошибка, при которой человека обвиняют в совершении преступления не на основе прямых доказательств, а из-за его связи с другим человеком.

[2] Jump - линейка журналов, выпускающих мангу. Именно в них можно найти многие популярные тайтлы. Например, в линейке Weekly Shounen Jump выходят Ван Пис, Магическая битва, Моя геройская академия и др.