Мальчик осторожно разлепил глаза. Они опухли и покраснели, ресницы слиплись, так что это принесло некий дискомфорт. Немного поморгав и восстановив зрение, он медленно сел.

Хейден прислушался.

В доме было тихо, с улицы так же не доносилось ни звука. Они с матерью жили вдалеке от центра шумного городка. Сегодня Рождество, да и видимо ещё рано. Сейчас все немногочисленные соседи или спят, или только садятся завтракать.

Свеча растаяла полностью и доверху наполнила подсвечник. Несколько капель воска, перелившись через край, растеклись по столу.

Хейден встал и подошёл к двери. Мальчик с опаской прильнул к ней ухом. В доме по-прежнему было тихо. Он облегчённо вздохнул.

— Нужно что-то делать. Я не могу сидеть здесь весь день. — пронеслось у мальчика в голове.

— Мама так и не пришла, с ней могло что-то случиться. Нет смысла надеяться на неё. Было бы неплохо, чем-то вооружиться. Хотя…я ведь ещё ребёнок…что я смогу сделать тому, под чьим весом аж скрипели ступени?..

Могло показаться, что мальчик храбрился, однако он даже думал автоматически, не говоря уж о действиях. В его восполенном, после ночного кошмара, мозгу засела до смехотворного глупая мысль о том, как он сейчас вбежит в комнату к маме и начнёт рассказывать о с позором бежавших похитителях детей, которых он героически прогнал этой ночью. А мать вновь нахмурится и отругает его за то, что сын в очередной раз рано её разбудил.

Лелея в голове эту тёплую сцену, Хейден обежал комнату взглядом, ища хоть какое-то, мало-мальское оружие. Не нашлось ничего пригодного, кроме старого металлического подсвечника. Предварительно вытряхнув весь воск, ребёнок покрепче сжал его в руке и направился к двери.

Он медленно повернул ключ.

Рука мальчика застыла в миллиметре от ручки. Даже столь малое расстояние было невероятно трудно преодолеть.

Однако, если он сейчас не сможет побороть свой страх, то о дальнейшем и говорить нечего. А мама потом со смехом будет пытаться отпереть дверь запасным ключом и плакали все ночные подвиги маленького героя.

Глубоко вздохнув и облизав пересохшие губы, Хейден осторожно открыл дверь.

Мальчик на цыпочках проскользнул в коридор. Первое, что бросалось в глаза — следы. Ночной гость не был лишь страшным сном, надежду на что ребёнок всё ещё держал глубоко в душе.

Пол, в местах где ступало ночное чудище, потрескался и кое-где проломился. Вдоль одной из стен мальчик заметил странные полосы. Подойдя ближе, Хейден вздрогнул.

— Это…

Это были отметины от когтей. Видимо, поднимаясь по лестнице, существо цеплялось за стену. Вот от чего шёл странный шум.

Мальчик вновь попытался убедить себя в том, что это был обычный грабитель, прекрасно понимая, что это не так.

Комната матери находилась на первом этаже.

Хейден поставил себе задачу добраться до неё как можно скорее и бодро зашагал по ступеням. Однако ноги подкашивались и не слушались. Лестница тонула во мраке и норовила скинуть мальчика. Наконец-то последняя ступень была преодолена, и он стремглав помчался к нужной комнате, забыв о всей осторожности.

Вот она. Заветная дверь. Дверь в мамину спальню.

Он бросился к ней и распахнул со всей силы.

— Ма…

Матери в комнате не было.

У Хейдена перехватило дыхание.

— Что?.. Как же так?..– тихо и очень удивлённо пронеслось у мальчика в голове.

Он шатаясь вошёл в комнату и не сразу заметил, что вступил в большую лужу, протянувшуюся до самой двери.

С потолка что-то капало.

Медленно подняв голову, мальчик увидел кошмарную картину.

В тени угла, под самым потолком, висело тело. Шея трупа была перетянута ремешком, за который он был повешен на гардине.

Глаза привыкли к полумраку. Хейден с ужасом понял, кто это был.

– Ма…ма…

Металлический подсвечник полетел на пол, вывалившись из ослабевших пальцев. Сделав пару шагов по направлению к телу, мальчик споткнулся о валяющийся стул и упал на колени, не отрывая взгляда от матери.

Лицо женщины посинело, разбухший язык вывалился, роняя слюни на бордовые губы. Растрёпанные волосы разметались по плечам, а тонкие, красивые, но окровавленные пальцы, свело в предсмертной судороге. Безжизненные, будто стеклянные глаза, так и остались смотреть куда-то вдаль.

Ребёнок судорожно всхлипнул.

Изо рта матери стекала слюна и тонкими струйками скатывалась по телу. Она смешивалась с ручейками крови, сочащимися из расцарапанной шеи, мочой и дерьмом. Всё это капало на пол, образовывая зловонную лужу.

Желудок болезненно скрутило. К горлу подкатил ком.

Слёз не было, был лишь пронизывающий до костей ужас, полностью отключивший мозг.

Хейдена вырвало у ног матери.

Мальчик пытался подавить тошноту, но не мог остановиться. Его буквально выворачивало наизнанку. Он безуспешно пытался руками зажать рот и бился головой об пол. Лишь когда желудок был полностью пуст, ребёнок смог отдышаться.

Хейден дополз до двери. Опираясь на косяк, он с трудом встал. Мальчика била мелкая дрожь. Его до сих пор мутило. В голове мелькала лишь одна мысль.

Бежать.

Бежать отсюда.

Бежать как можно быстрее.

Бежать не оборачиваясь.

Бежать как можно дальше.

Бежать лишь бы уйти от этого ужаса.