Мне снится сон. Я - большой кот. Я стою в очереди в какой-то конторе. И в моей, и в соседних очередях стоят другие животные. Откуда-то я знаю, что это - такие же оборотни, как и я. Очереди выстроились к столикам, за которыми сидели непримечательные люди в костюмах.

-Значит, вы у нас - лиса. Можете устроиться дегустатором колобков, - объяснили лисе в очереди справа от меня: - Следующий

-Вы - волк. Могу предложить работу по кусанию за бочок тех, кто ложится на краю, - услышал я объяснение слева.

-Пёс. Правильно? Могу предложить работу сторожем на складе, - объяснили чёрному лохматому псу, который стоял передо мной. Он махнул хвостом и уступил место мне.

-Вы у нас - большой кот. Предлагаю вам работу по ловле больших мышей, - сказал мне работник этой конторы.

И пока я пытался сообразить, что мне делать с услышанной информацией, по моим ушам ударила основная тема из "Миссия невыполнима".

Пару секунд я пытался сообразить откуда звучит музыка, потом пришло осознание, что это - мой будильник, и я окончательно проснулся.

***

Смахнув лапой телефон с табуретки рядом с кроватью, я кое-как поднялся и спрыгнул на пол: будильник продолжал играть из-под кровати. Выудив мобилу я когтем тыкнул в нужную кнопку.

На часах - половина шестого, а я снова превратился во сне. Кажется, за эти несколько дней я уже начал привыкать к пробуждение в зверином облике.

Сосредоточившись, я закрыл глаза и начал представлять себя человеком. Меньше, чем через минуту я ощути покалывания по всему телу. Когда покалывания прошли, и уже ощущал, что нахожусь в человеческом облике, я попытался встать. Попытался... На меня вдруг резко навалилась усталость, и я растянулся на полу. Что-то это мне напоминало... Вчера произошло точно так же, когда днём превращался в каракала. Возможно, мамино предположение верно, и днём мне легче превращаться в человека, а ночью - в зверя.

Кое-как, держась за кровать, я поднялся и побрёл умываться.

Когда я, пошатываясь, вышел из комнаты, то едва не столкнулся с мамой.

-О, Вась, уже сам проснулся? А я как раз шла тебя будить, если уж ты так просил. Погоди, что случилось? Ты на ногах еле держишься. Тебе плохо? Если что, то можешь в школу сегодня не идти: я всё объясню...

-Нет, мам. Всё нормально. Сейчас раскачаюсь. Ты, просто, права оказалось. По темноте в человека сложнее превращаться, - объяснил я короткими фразами, делая вдох и выдох буквально после каждого предложения.

-Да я вижу... - ответила мама, теребя моё кошачье ухо: - Ну, раз силы в себе найдёшь, то давай иди умывайся, а я пока кофе заваривать поставлю.

***

Умывшись, я пошёл одеть футболку и треники. Когда я уже был в большой комнате, из родительской спальни, мне наперерез вышел Барсик.

-Брррат, а у мяуня были на тебя такие надежды... А ты их не опррравдываешь... - промурчал он.

-Доброе утро, Барсик. Какие надежды и в чём я их не оправдываю?

-Надежды, что ты станешь прррравильным котом. А ты... Дррревняя котовья мурррдрррость есть: кто рррано встаёт, тот точно не кот. Вот и зачем ты так рррано встал?

-Ну, знаешь ли, мне вообще-то в школу надо... Я, может, и кот, но ещё и человек... - начал я, немного опешив: впервые, всё-таки, кот мне выдвигает предъявы и учит жизни (ну, может, и не впервые, но я это впервые понимаю)

-Да и вообще, Барсик. Сам-то ты уже тоже встал, - перешёл я в контратаку, собравшись с мыслями.

-А я ещё и не ложился. Я всю ночь дом сторррожил от мяушей, - ответил мне кот и пошёл в мою комнату, всем своим видом показывая, что не намерен дальше поддерживать диалог с таким непонятливым и не оправдывающим ожидания "лысым бррратом". Возможно, нужно будет ему сегодня в Москве купить какую-нибудь вкусняшку...

***

Где-то через час мы с мамой вышли из дома. Уши у меня, кстати, всё ещё были кошачьи, и я надеялся, что по дороге до школы они всё-таки станут человеческими: не хотелось бы мне, в первый же день демонстрировать всем свою потустороннюю природу. Ещё глаза, правда, всегда кошачьи. Но к глазам, ведь, обычно никто не приглядывается?

-Ладно, Вась, давай, пока идём, повторишь песню для сегодняшнего выступления, - предложила мама.

Конкурс строевой песни был обычным делом на 23-е февраля. Какие-то классы устраивали именно марш под строевую песню в бумажных пилотках (обычно - младшие классы; хотя, когда я учился в младших, наша учительница Светлана Евгеньевна подходила творчески к этому делу). А кто-то делал небольшую постановку. Вот и мы должны сегодня изображать солдат на привале. И распевку должен буду начинать именно я. Поэтому, я пожал плечами и начал эдакую репетицию.

- Запевайте песню звонкую,

Запевайте песню веселей -

Про свою родимую сторонку,

О могучей силушке своей!

***

Пару раз повторив песню, выслушав мамины замечания, и поговорив на отвлечённые темы, мы уже подходили к школе. Отчасти, я радовался, что мама выполнила мою просьбу, да ещё и отвлекала меня от всякой потусторонщины. Но, вот незадача, я прекрасно ощущал кошачьи уши. И, всё-таки, начал себя накручивать: "А почему уши не превращаются в человеческие? А вдруг это теперь навсегда? А как в школе к этому отнесутся?"

Когда мы уже были в десятке метров от забора школы, нас окликнула Светлана Евгеньевна, которая шла со своей дочкой-второклашкой со стороны посёлка. Посмотрев в их сторону, я, буквально, замер на месте. И было отчего: если мамину "ауру" я сейчас различал довольно смутно, то и у моей первой учительницы, и у её дочки "ауры" нельзя было не заметить. Их силуэты опоясывало чёткое (хоть и тусклое) рыжеватое свечение. Плюсом к этому, чуть ниже поясницы, "свечение" формировало что-то вроде пушистого хвоста. Я первый раз такое видел (хотя, сами "ауры" я только вчера увидел), но чётко понял, что такое может быть только у потусторонних.

-Василий, чего встал-то? Можно было, просто ход замедлить, - поинтересовалась мама, помахав Светлане Евгеньевне рукой.

-Они - не люди, - только и смог сказать я.

-Хочешь сказать, что они - потусторонние? - тихо спросила мама

Я кивнул. В это время к нам, как раз подошли Светлана Евгеньевна с дочкой.

-Всем привет. Лен, смотрю, ты - предсказательница: имя сыну выбрала очень подходящее, - с улыбкой заявила она, заглянув в мои глаза.

-Глаза - как у котика, - подтвердила её дочь

-А ты, Свет, получается в пятницу - тоже?.. - неловко поинтересовалась моя мама.

-Не в пятницу. Я - лиса во втором поколении, - с гордостью заявила Светлан Евгеньевна.

-В смысле - во втором поколении?

-В смысле - я человеком никогда и не была. Но об этом потом поговорим: я к вам сегодня с тортиком зайду. Ну, отпраздновать двадцать третье и превращение твоего сына. А в школе, лучше, об этом пока не особо распространяться.

-И это - правильно. А у меня - ещё и уши, - вмешался я в разговор.

-Ну-ка, Вась, сними шапку, - попросила меня учительница первая моя.

Не особо задумываясь (а о чём тут думать?), я сорвал шапку и пару раз дёрнул своими ушами.

-Рысь что ли? Или мейн-кун? - поинтересовалась Светлана Евгеньевна.

-Каракал. Ну, или степная рысь. Фотографии могу показать, - начала моя мама: - Но тут вопрос: как это в школе объяснять? Сама же говоришь, что лучше пока не распространяться.

-Ну, объяснять-то ничего не придётся: всё это - поправимо, - довольно неопределённо сказала Светлана Евгеньевна.

После этого, она сложила руки "лодочкой", и в этой "лодочке" загорелся огонёк, на который Светлана Евгеньевна сразу же подула. Огонёк не погас, как должно было бы быть, а, оторвавшись от рук, полетел в мою сторону, и исчез буквально в сантиметре от моего носа.

-Ну, вот и всё. Кошачьи уши скрыты, иллюзия человеческих создана. С глазами, правда, ничего сделать не могу: есть свои ограничения при создании иллюзий. Хватить всего этого должно часа на четыре, а за это время уши уже и сами примут обычный вид. Сейчас это - только видимость: на ощупь всё - по-прежнему, - объяснила она, доставая из сумочки зеркало и протягивая мне.

В отражении у меня были вполне человеческие уши, а кошачих не было даже видно.

-Светлана Евгеньевна, как вы так сделали? - удивлённо спросил я

-Магия иллюзий - в самой природе лисиц, - ответила она с улыбкой