— Принцесса Прайд! Сейчас окажем первую помощь, не двигайтесь!

Гнев поднимался из глубин моей беспомощности и разочарования в самом себе — настолько сильный, что, казалось, грудь вот-вот сгорит дотла.

Это худший исход.

Я… не смог защитить принцессу Прайд.

Если бы я оставался рядом, этого бы не произошло. Даже с Калламом всё могло быть иначе… …чёрт.

Нет, я не должен сейчас об этом думать.

Только мельком взглянув на незащищённую и израненную ногу принцессы Прайд — ту, что осталась без брони после того, как я принял её от Валя, — я почувствовал, как в груди всё выгорает дотла.

Даже рыцари, которых я привёл с собой, замерли от потрясения. Я изо всех сил старался не дать своему отчаянию передаться остальным. Но кроме принцессы Прайд я уже ни о чём думать не мог.

— Принцесса Прайд! Болит только левая нога?!

Каллам обратился к принцессе Прайд. Четверо членов Седьмого отряда — рыцари, специализирующиеся на оказании первой помощи, — лечили рану с помощью своих особых способностей, как он и просил. Судя по жуткому углу, под которым была согнута её нога, она была сломана. Тонкая, хрупкая конечность распухла почти вдвое. Благодаря способностям рыцарей отёк начал понемногу спадать, но боль, без сомнения, никуда не делась.

После небольшой паузы принцесса Прайд с трудом открыла рот и ответила:

— …Я ещё… подвернула правую ногу. Простите…

Мир перед глазами потемнел. Я непроизвольно сильнее сжал принцессу Прайд в объятиях, едва сдерживая дрожь в руках. Пока Каллам в спешке снимал доспех с её правой ноги, по моим щекам стекали холодные капли пота.

Обе ноги — повреждены.

А это значит, что сейчас принцесса Прайд не может даже стоять самостоятельно. Лечение особой способностью может ослабить боль, но на восстановление потребуется время. Сделать так, чтобы она смогла ходить в ближайшие минуты, — абсолютно невозможно. Когда доспех с правой ноги был снят, стало видно, что сустав распух. Она не выглядела сломанной, как левая нога, но была красной и воспалённой. Один из рыцарей, наблюдавших рядом, срочно позвал ещё одного рыцаря со способностью к исцелению.

— Седрик…

Тяжело дыша, принцесса Прайд произнесла имя принца Седрика. Все рыцари одновременно обернулись к нему и расступились, освобождая дорогу. Видимо, когда я звал рыцарей, принц Седрик пришёл сюда в их сопровождении. Окружённый рыцарями, он с тяжёлой поступью двинулся вперёд. Его лицо выражало чувство вины, как будто всё происходящее — исключительно его вина. От этого у меня перехватило дыхание. На самом деле, вся ответственность лежит на мне… и на Калламе. Это результат нашей халатности, как королевских гвардейцев.

Даже издалека было видно, как слегка дрожат ноги принца Седрика. Он встал рядом с Калламом, который был возле меня и принцессы Прайд. Увидев её ноги с близкого расстояния, Седрик невольно отшатнулся. Его тело слегка отпрянуло, но глаза не могли оторваться от распухших ног принцессы Прайд.

— …Всё в порядке. Жизни ничего не угрожает. И ноги… со мной останутся, — с усилием улыбнулась принцесса Прайд.

На мгновение я подумал, что лечение начало действовать, но потом я заметил , как пот стекает по её лицу, пока она терпит боль.

Судя по выражению лица, Седрик тоже всё понял. Его лицо болезненно исказилось, и он не смог вымолвить ни слова. Когда он не ответил, принцесса Прайд утратила улыбку, тревожно глянув на него, и мягко наклонила голову, чтобы взглянуть ему в глаза, а после произнесла:

— …Прости.

…Её голос был едва слышен.

Я… и принц Седрик, широко распахнули глаза от удивления и уставились на принцессу Прайд.

Каллам сделал шаг назад, чтобы не мешать их разговору, и начал отдавать указания рыцарям. Он быстро организовал перевязку, и одновременно выстроил оборону на случай нападения врага. На фоне этих голосов принцесса Прайд продолжила говорить, прячась среди них:

— …Я же обещала… что буду защищать…

Слова, словно исповедь, сорвались с уст принцессы Прайд — человека, который должен сейчас испытывать сильную боль. У меня сжалось сердце. Принцесса Прайд осторожно протянула к Седрику руку, коснувшись кончиками пальцев его щеки. Её глаза, наполненные слезами, смотрели прямо на него.

…В этот момент я услышал, как Седрик со скрежетом сжал зубы.

— Ч-что ты… что ты такое говоришь?! Это же… это всё из-за меня‼︎ Я… я должен был… Вместо меня, — еле слышно пробормотал он себе под нос. Его кулаки дрожали, лицо исказилось, и он вновь замолк опустив голову.

— Это не твоя вина. …Даже если бы тебя не было рядом, я всё равно, выскочила вперёд.

Уголки губ принцессы Прайд подёргиваются, когда она пытается изобразить улыбку. Было больно смотреть на то, как она из последних сил держится, заставляя себя терпеть. Хотелось умолять её замолчать, потому что видеть её в таком состоянии было невыносимо. Как бы она ни пыталась выглядеть спокойно, нам, окружающим, было видно, насколько ей тяжело.

— …Седрик.

Принцесса Прайд, видя, как принц Седрик вновь замолчал, дрожа плечами, тяжело поднимает руку от его щеки к голове. Осторожно кладёт её ему на макушку, поглаживая. Принц, не поднимая взгляда, всё так же упрямо смотрит в пол, и принцесса Прайд мягко обращается к нему:

— …Всё будет хорошо. Этот мир добрее к тебе, чем ты думаешь.

Эти слова заставили Седрика поднять голову. В этот момент слёзы, скопившиеся в уголках его глаз, вырвались наружу. Его широко распахнутые глаза покраснели, губы шевелились, будто он пытался что-то сказать, но изо рта вырывалось лишь хриплое дыхание.

Увидев это, принцесса Прайд выдавливает слабую, но теперь уже более искреннюю улыбку. Глядя на её левую ногу, можно заметить, что покраснение значительно спало.

— Настоящий ты обязательно сможешь защитить ещё множество дорогих тебе людей.

Принцесса Прайд слегка приподнялась. Это движение затронуло ногу, и её лицо на мгновение исказилось от боли. Но она не обратила на это внимания — теперь она обеими руками обхватила Седрика за щёки, касаясь их лишь кончиками пальцев.

— Ведь ты — гордость двух таких замечательных королей. Их младший брат.

Глаза Седрика… широко распахнулись. Внутри них, как в костре, заколыхались огоньки. И тут же из глаз хлынули слёзы — в десятки раз сильнее прежнего. Они текли по щекам, проникали в промежутки между плотно стиснутыми зубами. Он не моргал — только продолжал смотреть, пока слёзы лились непрерывным потоком.

— …х… …

Принцесса Прайд снова мягко гладит его по голове. Повторяя “всё хорошо, всё хорошо”. Настолько нежным и утешающим было её присутствие, что она практически светилась.

Пот застыл на её лбу. Приподнявшись чуть выше, принцесса Прайд наконец обращает взгляд к своей ноге. Почти всё покраснение прошло. Она пошевелила ногой, покраснение на которой сошло. Видимо, при движении возникла боль, и она тихо застонала — в тот же момент один из рыцарей, проводивших лечение, громко воскликнул:

— Нельзя двигать ногу!

Затем её правая, менее пострадавшая нога была зафиксирована бинтами.

— Вот видите, уже всё в порядке! Если не шевелить — боли почти нет.

— Спасибо вам, — принцесса Прайд поблагодарила рыцаря и облегчённо выдохнула. Затем вновь улыбнулась, как бы утешая Седрика. …Но даже тогда его слёзы не прекращались.

— Капитан Алан, я вам не слишком тяжёла?

Принцесса Прайд нарочито бодрым тоном обратилась ко мне, словно пытаясь разрядить обстановку.

— Совсем нет! Очень лёгкая! — голос у меня сорвался сам по себе.

— Вот и хорошо, — мягко улыбнулась принцесса Прайд.

…Хотя её ноги по-прежнему беспомощно свисали.

Затем она попыталась левой рукой снять доспех с правой, нахмурив лоб в замешательстве.

— …Простите, капитан Каллам… Не могли бы вы помочь мне снять доспех с правой руки?

Принцесса Прайд виновато улыбнулась и протянула руку Калламу, который как раз подошёл проверить её состояние. Он коротко кивнул и быстро принялся снимать доспех.

Мы с Калламом тут же поняли, что она собирается сделать.

Я отвёл взгляд к её левой ноги — лечение, похоже, подошло к завершению. Рыцарь уже начал бинтовать её, фиксируя.

— Фьюююю!!!

Вдруг раздался пронзительный свист. Принцесса Прайд поднесла пальцы ко рту и свистнула в небо.

…Чтобы позвать принца Стейла.