Возможно, потому что Се Чи давно не появлялся дома, Кокос вёл себя с ним особенно ласково. Се Чи лениво гладил его по спине, и словно не замечал, что Джин Ми вернулась.

…Серьёзно? Кокос ведь только что выбежал встречать её! Как он мог не обратить на это внимания?

Он специально её игнорирует!

С этой мыслью Джин Ми презрительно усмехнулась и, недружелюбно глядя на него, спросила:

— Почему ты вернулся?

Се Чи только тогда поднял взгляд и с полным безразличием ответил:

— Это мой дом. Разве я не имею права сюда вернуться?

Джин Ми всё поняла:

— О, ты хочешь сказать, что выгоняешь меня?

Се Чи нахмурился. Он не имел понятия, как она сделала из этого такой вывод. Его рука, гладившая Кокоса, замерла на полпути.

— Я вовсе не это имел в виду.

— Неважно. Даже если ты это и имел в виду, я всё равно не собираюсь здесь оставаться.

Когда она только выписалась из больницы, у неё ещё были сомнения — не придётся ли после развода с Се Чи вернуться в дом семьи Мэн. Но теперь, когда она восстановила право на виллу в Цзиньхае и оставила себе там комнату, она чувствовала себя уверенно.

— Я, между прочим, не бездомная.

— Гав-гав, — подал голос Кокос, провожая её взглядом, пока она поднималась по лестнице. Казалось, он пытался её остановить. Джин Ми не обернулась. Тогда Кокос развернулся к Се Чи и снова залаял, словно пытаясь подтолкнуть его что-то сделать.

Но тот всё так же сидел на диване, не двигаясь, и даже не подумал встать.

— Гав! — Кокос не выдержал и лапой подтолкнул его в бок.

Стоящая рядом экономка, наблюдая за этой сценой, в тот же миг испытала целую бурю эмоций.

Даже собака лучше разбирается в человеческих отношениях, чем господин.

После того как Джин Ми поднялась наверх, она больше не спускалась. Вместо этого она попросила тётю Чжу принести ужин в комнату. Тётя Чжу переживала. Господин весь вечер ничего не ел и явно ждал возвращения госпожи. Почему же, едва увидевшись, они тут же поссорились?

Как говорится: «встреча после недолгой разлуки слаще медового месяца». Почему же в их случае эта пословица совсем не работает?

Бабушка Се Чи тоже волновалась за отношения внука и невестки, потому велела домработнице позвонить, узнать, как у них дела.

К сожалению, новости были неутешительные.

— Экономка Сюй сказала, что молодой господин и госпожа Мэн совсем не ладят. И госпожа вроде как заявила, что собирается съехать.

Услышав это, старая госпожа замолчала. Она-то думала, что Се Чи так спешил вернуться, чтобы наладить отношения, а в итоге всё обернулось вот так.

— Похоже, придётся мне самой что-то придумать.

Её внук, несомненно, преуспевал в бизнесе, но был совершенно неопытен в отношениях.

Если бы его дед с главой семьи Мэн не договорились заранее о браке, возможно, и жены у него сейчас вообще бы не было.

Придётся ей снова брать всё в свои руки.

На следующее утро Джин Ми снова рано уехала на съёмочную площадку, так и не встретившись с Се Чи. Сегодня как раз полицейская команда пришла в кампус с лекцией по борьбе с мошенничеством. Узнав, что рядом снимается съёмочная группа, они заодно заглянули туда и рассказали об основах защиты от мошенников.

Тот полицейский, что вёл лекцию, был молодым и симпатичным. Он сразу привлёк внимание студентов, те с энтузиазмом начали фотографировать его. Голос его показался Джин Ми знакомым, и только когда кто-то окликнул:

— Капитан Шэнь!

…она резко вспомнила, кто он такой.

Кажется, это был тот самый полицейский, который разговаривал с Се Чи в их комнате.

Шэнь Цюэ сегодня пришёл сюда по поручению начальства. Закончив выступление, он уже собирался уходить, как вдруг его окликнула женщина:

— Офицер Шэнь, извините за беспокойство.

Он обернулся и узнал её — это была актриса по имени Мэн Цань Жань.

— Госпожа Мэн, вы хотели проконсультироваться по вопросам мошенничества?

Джин Ми кивнула:

— У меня действительно есть несколько вопросов, по которым я хотела бы с вами посоветоваться. Но здесь не очень удобно… Можно я добавлю вас в контакты?

Шэнь Цюэ понимал, что знаменитости — фигуры публичные, и любое их слово может быть выдернуто из контекста. Потому и не удивился её осторожности.

— В таком случае, добавьте Сяо Лю. Она специалист по этой теме и куда компетентнее меня.

Говоря это, он уже повернул голову, собираясь позвать сопровождавшую его женщину-полицейского.

Но Джин Ми прервала его:

— Мой вопрос может решить только офицер Шэнь. Не волнуйтесь, я действительно просто хочу проконсультироваться и ни в коем случае не собираюсь вас преследовать.

Шэнь Цюэ на мгновение замолчал. В полицейском участке он считался самым красивым, но тут перед ним стояла настоящая красавица-знаменитость. И выглядела она куда более вероятной жертвой навязчивого внимания, чем он сам.

— Ладно.

В конце концов, он был народным полицейским.

Джин Ми добавила его контакт и тут же оставила его в покое, вернувшись к съёмкам. Увидев её возвращение, ассистентка Чжоу мысленно показала ей большой палец вверх.

Вокруг было полно желающих подойти и попросить у капитана Шэня контакт, но только их сестра Жань действительно решилась.

Только их сестра Жань могла такое провернуть!

Джин Ми получила контакт Шэнь Цюэ только ради одного: расспросить его о Дэн Чжэнь Вэне. Хотя не факт, что от него вообще что-то можно будет узнать, но раз уж так вышло — почему бы не спросить?

Во время перерыва она открыла чат с Шэнь Цюэ. Так как она не знала, как пишутся иероглифы имени «Дэн Чжэнь Вэнь», то решила отправить голосовое сообщение:

— Офицер Шэнь, здравствуйте. Я слышала, как вы недавно говорили с Се Чи о Дэн Чжэнь Вэне. Его ранение связано с Дэн Чжэнь Вэнем?

Она не знала, в курсе ли Шэнь Цюэ о её отношениях с Се Чи, но её слова наверняка убедят его.

Шэнь Цюэ и правда не знал, что жена Се Чи — это она. Они с Се Чи познакомились на почве расследования дела семьи Ван. Се Чи в последние годы занимался делом Дэн Чжэнь Вэня и даже передавал полиции ценные сведения.

Но если говорить об их личных отношениях, то близкими их не назовёшь. Се Чи, например, даже не позвал его на свадьбу.

Он никак не ожидал, что женой Се Чи окажется не кто иная, как прославившаяся в последнее время актриса Мэн Цань Жань.

В тот день их с Се Чи разговор слышала только его жена, которая как раз была тогда в ванной. Раз она сейчас так говорит — значит, той самой женой была именно она.

Просто в СМИ ведь ни разу не сообщалось, что Мэн Цань Жань замужем... Так что эти двое тайно женаты, верно?

Шэнь Цюэ, сам того не желая, откусил приличный кусок дыни.

Джин Ми была уверена, что офицер сейчас занят и не ответит сразу. Но он почти мгновенно прислал сообщение:

— Госпожа Мэн, это и есть тот вопрос, по поводу которого вы хотели проконсультироваться?

Джин Ми немного подумала и ответила:

— Я сильно переживаю из-за ранения Се Чи. Хочу уговорить его не лезть туда, куда не стоит, но он мне вообще ничего не рассказывает. Не ожидала, что сегодня случайно встречу офицера Шэня, вот и осмелилась поинтересоваться.

Шэнь Цюэ:

— Понимаю ваши чувства. Но он не говорит вам ничего ради вашей же безопасности. Делом Дэн Чжэнь Вэня занимается полиция. Посоветуйте Се Чи больше не вмешиваться, мы обязательно найдём этого человека.

Джин Ми знала, что и от него будет сложно добиться чего-то большего, чем от Чэнь Цзюэ. Но раз уж начала, то не хотела сдаваться. И потому спросила:

— А можно мне хотя бы увидеть, как он выглядит?

Шэнь Цюэ слегка удивился. Дэн Чжэнь Вэнь — опасный преступник. Но он уже много лет прячется за границей, и вероятность, что она когда-то его встретит, ничтожно мала. Знать, как он выглядит, особого смысла не имеет.

Или… она тоже, как Се Чи, хочет отправиться за границу, чтобы найти его?

— А зачем вам? — коротко спросил он.

Джин Ми уже начала испытывать головную боль от этого вопроса. Почему всем так важно знать, что она хочет делать? Она ничего не собиралась предпринимать! Ей просто нужно знать — тот ли это человек, который однажды ворвался в её дом!

— Возможно, я его уже встречала.

Шэнь Цюэ нахмурился, читая сообщение. Дэн Чжэнь Вэнь в бегах уже десять лет. Десять лет назад Мэн Цань Жань было лет одиннадцать или двенадцать. Как она могла с ним пересечься? Он же был одним из самых жестоких исполнителей семьи Ван, если он действовал, то только ради убийства. Как маленькая девочка могла с ним встретиться?

Он задал следующий вопрос:

— Он сбежал за границу десять лет назад. Когда и при каких обстоятельствах вы могли его видеть?

Джин Ми смело ответила:

— Покажите мне его, и я вам всё расскажу.

Шэнь Цюэ поднял брови. Она ещё и условия ставит?

Он припомнил, что когда-то в интернете говорили, будто Мэн Цань Жань училась за границей. Так что вероятность, что она действительно могла столкнуться с Дэн Чжэнь Вэнем, была. Но если она даже не знает, как тот выглядит, то с чего она решила, что видела именно его?

— Раз вы не знаете, как он выглядит, как же вы можете быть уверены, что видели именно Дэн Чжэнь Вэня? Он не только сделал пластическую операцию, но и не раз менял имя и личность. Вам не кажется, что ваши слова немного противоречивы?

Джин Ми: «…»

Ладно, недаром он полицейский…

И всё же — кое-что она всё-таки узнала. По крайней мере, теперь она точно знала, как пишется имя Дэн Чжэнь Вэнь.

Вооружившись этими иероглифами, она снова попыталась найти его в интернете, но по-прежнему ничего не нашла. Всё, что ей удалось найти — это обычные люди с таким же именем.

Шэнь Цюэ, видя, что она не отвечает, отложил телефон. Спустя какое-то время он нашёл в списке контактов имя Се Чи и отправил ему сообщение:

«Твоя жена только что расспрашивала меня о Дэн Чжэнь Вэне. Лучше тебе не лезть дальше в это дело, иначе можешь втянуть в него и близких.»

Се Чи сегодня появился на заседании совета директоров, и у каждого члена совета на лице отразилась своя особая реакция. Чэнь Цзюэ очень переживал, что с нынешним состоянием здоровья Се Чи будет не под силу справиться с членами совета директоров, но в итоге оказалось, что его решение прийти было совершенно правильным.

Его появление не только успокоило внутренние волнения в компании, но и стабилизировало курс акций.

Се Чи выглядел, как обычно, будто бы тот, кого всего несколько дней назад ранили, был вовсе не он.

Но Чэнь Цзюэ знал — его состояние всё ещё было далеко от полного восстановления. Он держался только на одном упрямстве!

Когда он вошёл в кабинет генерального директора, то сразу заметил, что Се Чи выглядит нехорошо. Подойдя ближе, он обеспокоенно спросил:

— Директор, что случилось? Вам плохо?

Губы Се Чи сжались в тонкую напряжённую линию. Только спустя какое-то время он заговорил:

— Мэн Цань Жань расспрашивала Шэнь Цюэ о Дэн Чжэнь Вэне.

— Что? — Чэнь Цзюэ опешил. — Госпожа Мэн всё ещё не оставила эту тему? Но как она вообще связалась с офицером Шэнем?

Он задал этот вопрос вслух, и лицо Се Чи при этом помрачнел ещё сильнее. Ранее он задал этот же вопрос Шэнь Цюэ и тот коротко ответил: «Она сама попросила мой WeChat».

— Шэнь Цюэ сегодня проводил лекцию по борьбе с мошенничеством в университете, где она снималась. Они случайно встретились.

— О… — кивнул Чэнь Цзюэ. — Значит, офицер Шэнь ей не рассказал?

— Да, — подтвердил Се Чи, но его лицо не прояснилось.

Почему Мэн Цань Жань так одержима Дэн Чжэнь Вэнем? К тому же Шэнь Цюэ упомянул, что она сказала, будто могла его видеть.

Эти слова явно не вяжутся между собой. Если она действительно не имеет никакой связи с Дэн Чжэнь Вэнем, то почему так упорно копается в этом?

А сама Джин Ми, не подозревая, что капитан Шэнь уже передал информацию Се Чи, радовалась, что снова удалось вовремя закончить съёмочный день.

Хотя их съёмочная группа и уступала другим в бюджете и размахе, зато у них был один неоспоримый плюс — они всегда уходили с работы вовремя!

Её хорошее настроение сохранялось до тех пор, пока она не вернулась домой и не увидела в гостиной незнакомого маленького мальчика.

Джин Ми застыла в дверях. На секунду даже подумала, что перепутала дом. Но Кокос всё ещё тёрся о её ноги. Как ни посмотри, казалось... что этот малыш явно ошибся адресом.

Она несколько раз окинула взглядом мальчика, сидевшего на диване. Тот, широко раскрыв невинные глаза, тоже с интересом смотрел на неё.

Этот малыш и так выглядел как сплошное умиление, а уж когда начал ещё и строить рожицы — Джин Ми просто не смогла устоять.

— Тётя Чжу? — позвала она, оборачиваясь. — Кто этот ребёнок?

Тётя Чжу и сама понятия не имела кто он. Все слуги гадали уже полдня.

— Его привезли сегодня днём. Старая госпожа велела присмотреть за ним, но не уточнила, чей он. Сказала только позаботиться о нём.

Глаза Джин Ми чуть дрогнули. Видя, как тётя Чжу, запинаясь, говорит эти слова, она догадалась, что и у неё самой, вероятно, полно догадок насчёт этого ребёнка. Джин Ми снова взглянула на мальчика и чем больше смотрела, тем сильнее он напоминал Се Чи.

…Чёрт. Неужели это внебрачный сын Се Чи?

И он уже такой большой!

Она ещё не решила, как реагировать на внезапно появившегося «сына», как во двор въехала машина Се Чи.

Джин Ми всё ещё стояла на том же месте, глядя на мальчика. Се Чи вошёл в гостиную и, увидев эту картину, на мгновение застыл в замешательстве.

Атмосфера в гостиной была немного напряженной. Брови Се Чи едва заметно дрогнули и, повернувшись к ней, он спросил:

— Откуда ты взяла этого ребёнка?

«…» Джин Ми ещё никогда не встречала такого — чтобы виноватый первым жаловался.

— Ха! Это разве не твой внебрачный ребёнок? Почему ты у меня спрашиваешь?

Брови Се Чи снова дрогнули, словно он не понимал её:

— Мой внебрачный ребёнок? С каких это пор у меня появился внебрачный ребёнок?

— Это у тебя надо спросить.

Пока они продолжали спорить, малыш на диване вдруг заговорил тонким и детским голоском:

— А вы мои мама и папа?

Оба застыли.

У Джин Ми в голове бешено закрутились мысли. Если ребёнок — внебрачный сын Се Чи, то логично, что он не узнал отца, но как он мог не узнать даже свою мать?

Чей это ребёнок?

— Надо вызвать полицию, — произнёс Се Чи, уже доставая телефон и набирая 110.

В этот самый момент раздался звонок от бабушки Се Чи.

Он на секунду замер, а потом ответил:

— Бабушка?

— А, сяо Чи. Ребёнок уже у вас?

Се Чи взглянул на ребёнка, послушно сидевшего на диване, и спросил бабушку:

— Мальчик, лет пяти?

— Да-да, это он. Вы уже познакомились? — в трубке послышался довольный голос. Се Чи включил громкую связь, словно пытаясь доказать кому-то, что ребёнок не его незаконнорождённый.

— Это ребёнок моей подруги. Меня попросили присмотреть за ним пару дней. Я подумала, что ребёнку будет скучно жить с такой старушкой, как я, в горах, поэтому отправила его к вам. Вы с Цань Жань молодые, да ещё и собака в доме есть, ребёнку точно понравится.

С этими словами Се Чи бросил взгляд на Джин Ми, затем отключил громкую связь и отошёл в сторону, продолжая говорить по телефону:

— Но он, кажется, совсем не знает своих родителей. Только что назвал нас мамой и папой.

— Ах… бедный ребёнок, — вздохнула бабушка. — Его родители развелись ещё до его рождения. Никто не хотел его воспитывать, вот он и жил с бабушкой и дедушкой. Его родители такие безответственные. Оба потом так ни разу и не навестили его. Как будто они его и не рожали.

Се Чи нахмурился:

— Если это так, зачем тогда было рожать?

— Тогда оба были совсем молоды, ни к чему не были готовы, а тут ещё и беременность. Во время беременности они не переставали ссориться, а к разводу срок был уже немаленький, — у пожилой женщины действительно были скрытые мотивы, когда она отправила ребёнка Се Чи и Джин Ми, но она не выдумывала. В своё время она тех двоих отчитала так, что мало не показалось: — Вы с Цань Жань не вздумайте так поступать. Если ребёнок появился — отвечайте за него!

Се Чи: «…»

Они даже до шага перед рождением ребёнка ещё не дошли.

— Разве у ребёнка нет других родственников? Почему он у нас оказался?

— Все только и твердят, что заняты и не хотят о нём заботиться. Ну а я, старая женщина, без дела сижу, вот и взялась.

«…» Всё стало ясно. Все эти слова — лишь отговорки. Бабушка нарочно подбросила им ребёнка.