Уже был поздний вечер, и неудивительно, что стемнело.

Конечно, внутренние часы Александра работали не идеально, особенно в другом мире. Но ошибка в наносекунду не так страшна.

Делать здесь больше нечего, и волшебник пошёл к воротам.

И только тогда заметил, что похож на новогоднюю ёлку.

Да, превращение в светлячка помогло ему в подземельях.

Только в городе это смотрелось странно.

Но он и так был очень странный, как любой пришелец, поэтому решил не менять.

У ворот Александр прекрасно понял, чего Таппер жаловался на охрану.

В будке дрых дядька за сорок.

Нет, не думайте, что всё в порядке.

Как уже догадался Александр, это мир условного начала двадцатого века.

А что это значит?

— Рота, подъём!

Тут нет камер.

Вскрикнув, охранник подскочил на стуле и с грохотом свалился.

— Спать хорошо… Но…

От собственных слов Александр вздрогнул.

Он мигом оглянулся и продолжил смотреть на поднимающегося охранника.

— Ты… Ты кто такой?!

— Новый хозяин твоей жопы. Вставай и охраняй, раз охранник.

— Кто?

Вместо слов Александр положил серебряную монету на раму сторожки.

Это послужило действенным стимулом.

До охранника тут же дошло, кто, зачем и что нужно делать.

Сонный тот выскочил на морозный ночной воздух и, схватив монету, встал по стойке смирно.

— Вас понял! Буду охранять со всей строгостью!

— Вольно.

Улыбнувшись, Александр уже собирался уходить, увидев ворота… Точнее их состояние, остановился.

— Какой идиот запер ворота золотой цепью?! Ещё такой чистоты?! Это же необожжённая глина!

— Эм… Простите, господин владелец. У завода не хватало денег. Только золото…

— И как ты ожидаешь, я… А!

Александр ударил кулаком о ладонь.

Это сходилось с тем, что он заплатил серебром, хоть сам того не понял.

Серебро — отличный металл в психологии.

В каком бы мире он ни платил, серебро почти всегда имело ценность.

«Вот оно, значит, как… Учитывая… Ага, история алюминия».

Кивнув, Александр щёлкнул пальцами.

Тут же цепь, как прокажённая, начала чернеть, пока полностью не изменилась.

К тому же ворота оставляли желать лучшего.

Почти все прутья срезаны, а остатки проржавели.

Сквозь ворота мог пройти любой взрослый.

Но это ненадолго.

Вместе с цепью ворота отращивали потерянные прутья, а уцелевшие обросли тонкими шипами.

— Теперь… Ну-у, не идеально…

Осмотрелся он.

Забор почти развалился и держался только на воле Таппера, но дырок несколько нашлось бы.

— Зато тут не пройдут… Бывай. Цепь тяжёлая, если что.

Александр не стал задерживаться и прошел сквозь прутья, шокировав охранника, тут же бросившегося в будку.

Волшебник вышел на широкую улицу, явно когда-то главную.

На другой стороне можно было увидеть трёх – пятиэтажные жилые здания.

«Как помрачнело. Надо найти ночлег… Хотя-а, зачем он мне…»

С этими мыслями он ещё как следует осмотрелся, но ничего интересного не приметил.

«А инфу откуда брать? Книжные, наверно, закрылись. Ладно, гляну одним глазком… Вот бы там не было авасюристов».

Александр направился по центральной дороге.

Улица была хорошо освещена уличными фонарями, стоящими почти вплотную к рассаженным вдоль дороги деревьям.

Фонари, как заметил Александр, не свойственные времени.

Вместо огня под колпаками стояли прозрачные чаши со светящейся тёплой жидкостью.

Шел он в течении получаса, пока не увидел небольшое заведение.

Там, как и во многих, горел свет, но была особенность.

Слышалась музыка и смех людей.

Похоже, это было кабаре.

Навряд ли там предлагали ночные номера, но Александру интересно, как вообще?

С небольшой целью он направился внутрь, став невидимым.

Всё оказалось, в рамках Александра, ожидаемо.

Девки плясали, парни приставали.

Кто-то был знатен. Пил элегантно.

А кто-то рабочий гасил уже не первую пинту пива.

Кто-то в пьяном угаре повторял танцы со сцены.

Молодой бармен невозмутимо натирал стакан.

Вход караулил крупный мужчина с ружьём.

Но Александр шёл сюда с определённой целью.

Александр сразу направился к бармену.

Бармен возрастом на шестнадцать – семнадцать лет, с обычным лицом.

Цвет волос, близкий к седине, входил в необходимые рамки мира, поэтому Александра он не раздражал.

Подойдя, волшебник не сразу вышел из невидимости.

Сначала сел и кинул появившуюся пробку за спину бармена, чтобы тот отвернулся.

Бить-бряц.

С хлопком пробка пробила одну из бутылок.

Бутылочная пробка вылетела и ударила об полку сверху.

Следом вниз полетели все дорогие напитки.

А бармен продолжал натирать стакан.

Бармен вообще, похоже, покинул сей бренный мир или ушел в астрал. Слишком уж он невозмутимо натирал сосуд.

Музыкант тут же прекратил брякать.

Пьяные прекратили танцевать.

Даже охранник, которому, казалось, наплевать на всё, смотрел, будто обливался слезами капитала.

Сам бармен обливался не первым слоем алкоголя, но продолжал натирать этот бедный стакан.

Александр просто завис.

Ну а как ему было реагировать?

Человек, над которым он хотел слегка посмеяться, невозмутимо застыл.

Волшебник даже решил заглянуть в голову юноши, но зря.

Боль, сильная, словно его сбил поезд, прошлась по всему рассудку.

«Ебан! Сука! АЙ!»

Он ощущал, словно попал в ураган, где кожа сдиралась с него живьём.

И это было абсолютно не нормой.

«А-ай! Это… Хм…»

Немедленно его взгляд сменился с насмешливого на задумчивый, уперевшись в сырого бармена.

Юноша при этом продолжал натирать стакан.

Вскоре, когда от алкоголя на полке почти не осталось, из ближайшей двери вылетел полноватый мужчина с моноклем.

Он сразу побежал к бармену и дал ему знатный подзатыльник, поваливший незадачливого молодого человека на пол, но тот, как солдат с винтовкой, не выпустил стакан из рук.

Юноша пришел в себя и посмотрел на толстяка растерянными глазами.

И да, он до сих пор не заметил, что сидит в луже алкоголя.

— Всё! Это последний раз!

Мужчина хмурился настолько сильно, что смял бровью монокль, оказавшийся, к раздражению Александра, без стекла.

— Ч-что я сделал?

— Ничего!

От ярости толстяк схватил одну из бутылок и метнул её в юношу, даже не проверив, битая она или нет.

— А?

— Б! Вали!

— Н-но…

— Жан, выкинь его!

Услышав это, мальчишка тут же вскочил.

— А мои вещи!

— Во-о-о-он!

То было последнее слово, и толстяк ушёл, откуда пришёл.

Юноша боролся, но его очень быстро скрутил охранник и выкинул за дверь.

Он приземлился лицом вниз, чудом не сломав нос.

Крайне редкие прохожие, естественно, его игнорировали, и, зная, как разило от него алкоголем, это вполне логично.

— Чёрт… Чёрт. Чё-о-о-о-о-о-орт!

Лишившись последних сил, он развалился на брусчатке, ожидая, когда его переедет карета или автомобиль.

— Хех. Оскара сейчас или позже дать? Только вот драки не хватило, поэтому ни-ни.

Внезапный комментарий прозвучал прямо из подворотни, удивив юношу.

Оттуда вышел, естественно, Александр.

— Чего орёшь? Хотя я тебя понимаю… Нет… Да? Падение мира можно считать с этим? Хм…

Тема была не из приятных, поэтому он продолжил говорить на изначальную…

Внезапно волшебник… посмотрел куда-то и, хмыкнув, продолжил:

— Правда, я поражаюсь твоей гвардейской преданности. Даже не выпустил из рук.

«Что?»

Удивившись, юноша и посмотрел на свои руки.

Стакан последнего клиента.

Он сказал, что его судьба изменится после сегодняшнего дня, но он не совсем понимал, что он имел в виду.

На это Александр бесцеремонно оборвал поток мыслей:

— Это про меня?..

— Вас?

Сказав это, юноша даже не догадался, что до этого не говорил вслух.

Волшебник же, сообразив, в ярости топнул ногой!

— Бл!.. Секунду.

Махнув рукой, вместе с лютой дрожью пространства он ненадолго испарился и появился вновь.

Чистая рубашка теперь была измазана в крови.

— Одного урода зах… заглушил.

С щелчком вся кровь исчезла.

— Ладно… Короче, будешь моим учеником. Примечание! Я самый сильный волшебник в этом мире… Ну так что?

Следом Александр протянул ему руку.

— Вы… Слишком самомнительный, «самый сильный волшебник».

— Не самомнение, а факт. И тут… это… Как ты собираешься отнимать от нуля?

Тут волшебник снова ненадолго задумался, но лишь ненадолго.

— Ладно. Другой подход. Ты хочешь, чтобы я вызвал кого-то на турнир, состязание... или, может, мне сровнять с землёй пару стран?

Тут же над его рукой расцвела живая картина какой-то деревни, чьи жители плавились заживо, пока на фоне цвёл пятнистый гриб.

— Хотя это неинтересно, всё всегда по одному сценарию.

Невольно юноша проглотил подступившую к горлу слюну.

Он понял, человек перед ним не в своём уме. А самое страшное, явно обладает силой.

— Так что? И да, я человек, спасибо, что заметил… Так, погоди! Я знаю, что ты хочешь! Стоять!

— Отказываюсь.

С удивительной проворностью молодой человек подскочил и стремглав помчался по улицам.

«Что за сумасшедший! Не пойду я с тобой. Я не настолько слабоумный!»

Но, пробежав часть улицы, он увидел Александра, покручивающего точно такой же гриб, как на картинке.

— Слушай, всё решено. Тут даже не я… Ну я, но не я.

Юноша проигнорировал, побежав дальше.

Он бежал, а рядом проносились люди, куртизанки, рабочие и богатеи. Он же продолжал бежать.

Александр появился снова, отпихнув мужчину с трубкой от окна.

— Ты уверен? Не хочешь стать моим учеником.

— Нет!

— Значит, да?! Отлично! Первый и важный совет… Эй!

Юноша продолжал бежать, и Александр появился прямо перед ним, повалив того.

— Так вот. Убегать даже от пространственного солдата очень глупо! Я вот не собирался тебя пока учить, но больно ты туп.

С этим он вынул гребешок и причесал гриб, оказавшийся пушистой плюшевой игрушкой.

— Но да. Хорошая пробежка помогает отчистить мысли… Только нам, Волшебникам, нет смысла бегать.

Он щелкнул пальцами, и игрушка исчезла, а его рука раздулась, словно он всю жизнь питался только протеином.

— Мышцы нарастить нам нет труда! Вступай в волшебников… Подскажешь рифму, чтобы кричалка была?

Юноша лишь странно смотрел на Александра.

— А, какой ты неинтересный. Короче, ты мой ученик и точка. Смирись.

— Вы… Вы не пространственный маг?!

— Эм… Ну до этого меня магом плоти звали… Там карета… Карету по асфальту раскатало.

— Но как…

— Я не маг. Маги – это низшее звено… Щас бы меня Мирдин с говном смешал… Волшебники немного другого толка ребятки. Так что, хочешь?

Александр вновь протянул ему руку, но мускулистую, готовую в любой момент порвать рубашку.

— Ч…что я смогу… Что у меня будет?

Улыбка тут же расцвела на губах Александра, но та была не добродушная, а азартная.

— Ну во-первых, могущество. Во-вторых, сила. В-третьих, мог… а, это уже было, тогда вот эта вещичка.

Поворотом руки Александр показал в мускулистой руке открытый медальон.

Внутри фотография женщины в дорогом платье и безумными глазами.

Но взглядом юноши волшебник видел, что тому они казались испуганными.

— Ну как?

Юноша ещё немного смотрел на фото, прежде чем кивнуть.

— Как клишировано, но что поделать, таков бзик.

Александр кинул парню медальон.

Тот его ловко поймал и спрятал в карман сырой формы бармена.

— Ну что, пошли найдём тебе ночлег?

Рука Александра вернулась в прежнее состояние и схватила юношу за плечо.

Тут же они перенеслись в небольшой прогнивший домик.

Обставлен просто, но в нем было всё необходимое для работы и проживания на заводе.

Да, это домик, в котором сейчас мирно спал Таппер.

Он посапывал, переворачиваясь с бока на бок, ему снилось что-то хорошее.

Александр тихо подошел к кровати и слегка наклонился.

— Э… Ержан, вставай.

Его рука нежно постукивала Таппера по боку.

— А-а-а… Кто?

Ещё не понимая, Таппер приподнял голову и неловко осматривался по сторонам.

— Кстати, молодой…

— Меня зовут Ярвуд.

— Ага. Твой ураган чуть меня не укокошил. Приходится ловить остаточные потоки… Поставь стакан на стол, или ты хочешь сделать его своим артефактом?

— Черт!

Ярвуд тут же швырнул треклятый стакан в стену.

От треска Таппер резко вскочил, чуть не ударившись об голову Александра.

Он резко вспотел и был сильно побледневшим, что не мудрено.

Кто не испугается, когда сначала тебя нежно хлопают по бочку, словно мама, а потом кто-то ругается и бьёт стекло в менее двух метрах от тебя.

Удивительно, что он не закричал.

— Спокойно…

— Что?! Кто здесь?!

— Я лишь спрошу, где тут находится какой-нибудь дом на продажу, цена не важна, после этого дрыхни дальше. Ну так, где тут продаётся дом?

— Господин Александр… Ближайший дом на продажу находиться в трёх километрах. Это круп…

— Тс-с-с-с… Как я сказал. Цена неважна, помнишь? Ну бывай.

Он подошёл к алкогольному юноше, который был в плохом расположении духа.

Ухватив его, они тут же исчезли.