Приграничье западной провинции славилась крепкими ребятами. Законности здесь было немного, различные фермы и деревни гораздо чаще оставались на произвол судьбы, нежели нет. Когда три крепких работяги вышли из-за деревьев вокруг него, Тайрон быстро вскинул руки в воздух, стараясь выглядеть как можно более безобидным. Что было весьма просто, учитывая, что он был один и безоружен.

"Здрасьте," попытался он выдавить улыбку под неприятное чувство страха, разрастающееся внутри.

Эти трое не были особо заинтересованы в разговорах. Вместо этого они приблизились к нему с трёх сторон с приподнятыми руками. Ограбление не входило в его планы этой части путешествия, но не являлось в точности тем, что он считал несбыточным. Хотя он не ожидал что первый опыт подобного будет от рук фермеров. Они избили его, правда, учитывая всё, не особо сильно, прежде чем обшарить. Раздражённые, что не нашли ещё больше денег, они снова его избили, на этот раз сильнее, прежде чем оставили валяться в грязи.

Тайрон осторожно пересчитал свои рёбра, морщась, пока ощупывал больные места. Он не думал, что были переломы, возможно ему тут свезло. Наличие работы с физическим классом как у них означало много силы, возможно лишь его необычно высокое телосложение для столь низкого уровня спасло его от более плохих травм. Спустя десять минут отдыха и перевода духа он заставил себя подняться и оценить вред.

Большинство купленной им еды было уничтожено, хотя, что важно, не вода. Он сумел удержать бурдюк под собой пока они пускали в ход сапоги. Его лицо было в синяках, но по крайней мере он не потерял ни зуба. Он со стоном начал идти и сделал большой крюк, просто на случай если за ним продолжают наблюдать. Со временем он добрался обратно до места где закопал деньги и оставил двух своих прислужников.

Скелеты продолжали стоять на месте, как когда он их и оставил.

"Какие же вы двое полезные," проворчал он на них.

Они взирали на него всё с тем же постоянным огнём в глазах, что был при их рождении, будто бы осуждая его.

"Знаю, знаю," вздохнул он. "Сам так решил."

Мог бы он защититься с помощью прислужников? Может да, может нет. Раскрой он себя в качестве Некроманта, он бы незамедлительно вернул маршалов себе на хвост. Если бы они всё равно напали на него, он возможно был бы вынужден убить их, дабы выжить, чего он не желал делать. Он рискнул и потерпел неудачу.

"Ну что же," поморщился он, "давай некоторое время не будем спешить."

Он прервался.

"Мне нужно прекратить говорить со скелетами," сказал он.

С этого момента прогресс значительно замедлился. Из-за полученного по бедру пинка он шёл, сильно прихрамывая, не говоря о множестве больных мест, что вспыхивали, пока он двигался. Несмотря на боль, он прикладывал все силы, дабы сосредотачивать внимание на окружающем лесу, остерегаясь встречи с каким либо ещё любым порождением бреши. Каждое из обнаруженных им существ было опасностью и возможностью. Если только случайно не наткнётся на недавнее захоронение, он вряд ли заполучит в свои руки какие-либо останки, что можно было использовать для практики его фирменной магики, а это означало, что единственный способ увеличения уровня было сражение его скелетов.

Он был сильно искушён развернуться и попытаться выследить несколько приграничных фермеров, однако усердно старался подавить эту обиду. Это будет морально неправильно, он это знал, но ещё знал что скорее всего приведёт к своей смерти, если пойдёт туда обратно на штурм, ища неприятности. У него может и были славные видения шествия однажды во главе своей собственной армии нежити, но в настоящее время он был второго уровня.

"По великому замыслу," вспомнил он слова своего отца, "как только ты получаешь класс и вкачиваешь на нём несколько уровней, иногда даже раньше, но вслед за этим, в зависимости от класса, ты по своей сути можешь выбить дерьмо из любого, кто не пробудился. Даруемые ими способности действительно настолько хороши. Может есть несколько исключительных людей, поднявшие Фехтование до высокого уровня ко времени достижения восемнадцатилетия, что всё равно могут победить Мечника первого уровня, но подобные типы редки. "

"Почему бы мне тогда не тренировать свои навыки," спросил более юный Тайрон, жаждая заполучить мудрость его могущественного отца, пока тот был болтливым.

"Пустая трата времени," пожал плечами Магнин. "Связанные с твоим классом изученные после пробуждения навыки примерно в десять раз быстрее в сравнении с не-классовыми. Это помощь незримых в твоём пути. Ты мог бы потратить четыре года, практикуя клинок и достигнув пятого уровня в навыке, или мог бы сделать это за четыре месяца после получения класса. Детишки вроде тебя должны просто веселиться."

В тот момент он потянулся и взъерошил волосы своего ребёнка. Будучи его сыном, Тайрон болезненно осознавал, насколько его отцу было тяжело контролировать свою силу. С годами они потеряли немало мебели. И даже так, Тайрон ценил эти моменты.

"Но не забывай, новопробудившийся класс в более широком смысле остаётся куском срани."

Тайрон быстро оглянулся вокруг.

"Не переживай," ухмыльнулся Магнин, "твоя мать пошла по магазинам. А теперь слушай. Пока не достигнешь пятого уровня, у тебя не будет даже классовой черты, и твоя способности будут низкоуровневой сранью. Лишь достигнув двадцатого уровня и усовершенствовав свой класс, только тогда ты начнёшь иметь настоящую силу в своих закромах. До того момента ты лишь мелкая мошка. Вот почему существует академия Устранителей. Пробудившись, ты можешь отправиться туда, и они помогут тебе на ранних этапах, когда ты слишком слаб, чтобы особо что-то делать. Или ты можешь отправиться со мной и матерью, мы покажем тебе основы."

Тайрон улыбнулся от воспоминаний, даже пока пытался избежать раздражения синяков. Ему нужно было держать в уме, что он оставался 'куском срани', как выразился великий воин Магнин. Также у Тайрона не было возможности положиться на своих родителей или записаться в академию для помощи в прохождении этого периода слабости. Ему нужно было самостоятельно пробиваться к силе, что означало бытие маленькой мишенью, привлекая к себе как можно меньше внимания.

Как бы сильно ему не хотелось отплатить каким-то зажирелым рукастым фермерам.

Со временем он наткнулся на ручей и прервался на достаточно долгое время, чтобы омыть свои раны в холодной, мутной воде, попутно прошерстив свои волосы. Возможно это мало поможет его чистоте, однако по крайней мере он был способен подтвердить, что нигде под одеждой не текла кровь.

И таким образом прошло ещё два жалких дня его путешествия. Сон был почти что невозможен, учитывая травмы и нехватки мягких мест, чтобы прилечь. Он столкнулся с ещё несколькими порождениями бреши, отбившись от них скелетами, однако не вышел из заварушки невредимым. Не только он сам был ранен, но и скелеты начали копить повреждения. Ещё один самоцветный грызун, однако больше первого увиденного им, сумел вызвать трещину в левой ноге одного из его прислужников. Скелет всё равно был способен идти, пусть и медленнее, и всё же этого было достаточно, дабы поспевать за его собственной хромающей скоростью, проблемы возникли, когда он заметил гораздо большее потребление магики при движении, чем прежде.

Для сохранения прислужника рядом ему нужно было чаще останавливаться, или постоянно использовать конфетки мага, дабы поддерживать обязательный поток энергии. Он уже был близок к крепости, ну или по крайней мере должен был. Однако если звери, с которыми он сталкивается, продолжат становиться сильнее, ему потребуется вся помощь, которую он сможет достать. Он с неохотой поместил ещё один из наполненных магикой кристаллов под язык и всосал его, позволяя своему раненому прислужнику продолжать двигаться.

Он странным образом привязался к этим двум бездумным костяным существам. Они были первыми настоящими ступенями, которые он прошёл в своём пути Некроманта, и он всегда будет их помнить, даже если в будущем станет гораздо более искусным в поднятии своих прислужников. На самом деле ему нужно было стать более искусным. У него будут проблемы если он никогда не поднимет никого полезнее этих двух.

Когда наконец вырвался на край поляны, на которой расположена Крепость Устранителей, он был в беспорядке. Прошлым днём его охватил жар, предполагая, что возможно он понёс внутренние раны от избиений, и многим из его синяков ещё предстояло сойти. Его раненый скелет был потерян в сражении с ещё одним самоцветным грызуном, хотя он смог прикончить существо своим вторым скелетом и по крайней мере вернуть меч. И за несколько часов до выхода сюда он был вынужден пожертвовать одним оставшимся слугой, когда его нашло громадное порождение бреши, пока он ковылял между деревьев. Будучи большим, как бык, зверь являлся кошмаром из инкрустированной самоцветами плоти, которого, решил Тайрон, он не мог победить. Приказав своему скелету вступить с ним в бой, он развернулся и побежал изо всех своих сил в другом направлении, всё это время сердце стучало в его груди.

Потеря обоих своих прислужников была болезненным ударом, соединяющая их магическая связь оборвалась, пока они 'умирали', забирая часть часть потраченной им энергии с собой. Это было странно. Его слуги не чувствовали ни боли, ни страха, ни каких-либо эмоций. Они встретили свои смерти точно также, как встречали всё остальное, с холодным повиновением его воле.

Его две первых нежити, потеряны, вот так просто. Первая настоящая нежить. Зомби не считался.

К счастью существо не последовало за ним и вскоре после этого он добрался до места. Испытывая далеко не облегчение, а смиренное принятие насколько же слабым он в действительности был, оказавшись в открытом мире. То, что должно было быть коротким и простым путешествием, обернулось ограблением его и потерей обоих его прислужников относительно слабым существам из брешей.

Он подавил свою разрастающуюся горечь и попытался сосредоточить свой измождённый разум, пока ковылял в сторону крепости.

Опушколес, напомнил он себе, находился на окраине Тернового Леса. Надо найти убежище и попытаться не быть ограбленным. Опять.

Деревья были расчищены на более сотни метров от внешней стены, и Тайрону пришлось хромать некоторое расстояние в обход, прежде чем нашёл дорогу, ведущую к воротам. Было лишь две точки входа и выхода из Опушколеса, один вёл обратно к провинции, а другой прямиком в сторону разрываемых земель внутри самого леса. Были очевидны ворота, которые он предпочёл использовать. Из-за недавней опасности дорога была по больше части пустой, и он был рад встать в очень короткую очередь за лишь несколькими повозками, желающими получить вход, дабы продать хранящиеся внутри товары. Когда он наконец шагнул впереди очереди, то попытался изобразить на лице безобидную улыбку, пока приближался к двум дежурным стражникам.

В результате его усилий он выглядел скорее умалишённым, нежели весёлым. Капрал Северобег был шокирован видеть на приграничье столь потрёпанно выглядящего парня, не говоря уж о таком пугающем лице.

"Срань господня, парень," воскликнул он, "выглядишь, как смерть."

"Столкнулся по пути с порождением бреши," сказал Тайрон. "Я, эм, не в лучшем виде вышел из заварушки."

"Ну это очевидно," Северобег махнул своему партнёру разобраться со следующей повозкой в очереди. Инспекции требовали времени, а этот парень с виду и новорождённую лань не мог ранить. "Если не можешь справиться с несколькими слабыми зверями, то тебе правда не следует стремиться сюда."

"Я не думал что увижу так много в такой дали от крепости..."

Он пытался не звучать особо обвинительно, пока говорил, однако стражник всё равно заприметил.

"Верно, на этой неделе был прорыв. Думаю, были вызваны какие-то шишки из Устранителей для его подавления, пока не произошло что-нибудь слишком серьёзное. В любом случае, какие у тебя дела в Опушколесе?"

"Посещаю," Тайрон пытался пожать плечами, но укол боли оборвал его на середине движения. "Ищу работу," жалко закончил он.

Капрал Северобег оглядел его. Для этого пацана не могло пройти месяца-другого после его Пробуждения, и он уже пал до такого состояния.

"Ты способен заплатить за вход?" С сомнением спросил он.

Даже ещё больше он был удивлён, когда парниша без колебаний полез в то, что осталось от его плаща, и вытащил серебряный признак суверенности.

"Мои родители заплатили за поездку," пацан попытался улыбнуться, но безуспешно, "однако осталось у меня не так много. Я могу увидеться внутри с каким-нибудь целителем?"

На самом деле их было много. Излечение раненых являлось крупной отраслью в любой Крепости Устранителей.

"Ну ладно. За вход ты заплатил, позволь мне взять данные, а затем можешь пойти позаботиться о себе," вздохнул Северобег. Его обязанностью не было ставить под сомнение решение каждого искателя славы, что бежит в разрываемые земли на следующий день после Пробуждения. Его работой было взять их деньги и имена, чтобы перейти к следующему в очереди.

"Как тебя зовут?" Спросил он, приготовив чернила и доску.

"Эм..."

Тайрон явно на мгновение впал в ступор, забыв фальшивую личность, заготовленную им для себя. Он моргнул и попытался заставить двигаться свой вялый разум.

"Лукас... Алмсфилд."

"... Угумс. Впишу тебя как 'ищущий трудоустройство'... 'Лукас'. Если нужен целитель, но монет не так много, то предложу тебе направиться на Железную Площадь. Большинство более дешёвых мест расположено там."

"С-спасибо," промямлил Тайрон, прежде чем прошёл мимо стражника и через открытые ворота.

Капрал Северобег покачал своей головой, наблюдая, как пацан проходит внутрь Опушколеса. В это время года детишек вроде него было пруд пруди. Через два месяца большинство из них либо будут мертвы, либо сбегут домой, придя в чувство. Для тех же, кто мечтал быть Устранителем, но не мог оплатить поступление в заведение, побег в Крепость был единственной оставшейся дорогой для осуществления их мечт.

"Бедные родители," вздохнул он про себя, пока оборачивался обратно и махал следующему в очереди пройти вперёд.

Огромный груз упал с души Тайрона в тот момент как ворота пропали из поля зрения. Его самым большим страхом было что он не сможет добраться сюда раньше распространения сообщения о его побеге. Если бы это произошло, то шансы, что стражники потребовали бы заверенный статус перед позволением ему войти, взлетели бы ввысь. А так он был лишь ещё одним юнцом в дороге, которому было не место здесь. Измождённый и чувствуя усиливающуюся лихорадку, он прикладывал все силы, дабы не привлекать внимания, пока старался ориентироваться по беспорядочному городку вне Крепости. Он давным давно слышал от своей матери, что у каждой Крепости, даже самой негостеприимной, располагалось какое-то поселение. У устранителей были средства для прожигания, но не места. Что означало приход к ним торгашей и предлагающих услуги личностей, желающих урвать прибыль. С торговцами приходили наёмники, лавочники, трактиры, бордели и все остальные шестерёнки общества.

Когда он наконец спросил дорогу, ему указали необходимое направление. На Железную Площадь, названную так из-за ходящих туда Устранителей лишь железного ранга, за невозможностью позволить себе что получше. После того как аптекарь забинтовал и скормил какую-то плохо пахнущую смесь, дабы разобраться с его внутренним кровотечением, Тайрона вытолкнули обратно на улицу, чувствующего себя переплатившим и ещё более измождённым. Он тыкал и щупал свою раненую ногу, пытаясь остаться в сознании, пока проходил по узким улочкам. Он чуть не падал, когда наконец нашёл трактир, которым был доволен. Договорившись о ночлеге и заставив себя съесть несколько кусков хлеба с похлёбкой, он, шатаясь, поднялся наверх, нашёл свою комнату и рухнул на кровать, уснув раньше чем коснулся матрасов.

В течении следующих двенадцати часов он проснулся несколько раз, первый был из-за впивающейся в его бедро рукояти меча, так что он сонно разделся, прежде чем должным образом залез в кровать, во второй раз из-за жажды и отчаянного желания отлить. Со временем его глаза распахнулись и он пришёл в сознание. Ноющая боль пронизывала его тело, он чувствовал тошноту и голод одновременно, а его разум был всё ещё вялым из-за нехватки сна, однако у него было чувство, что лучше ему не станет, останься он ещё дольше в кровати. Он оглянулся в тесной комнате, которой оказался, с одним окном, маленькой тумбочкой и туалетным столиком, один стул с крохотным столом, и вздохнул. В обозримом будущем это лучшее, что он получит. Для того, кто провёл много ночей, высыпаясь на чердаке, он думал, что это не будет его тревожить, однако тогда у него всегда был выбор вернуться обратно в свой дом, реши он так сделать. Теперь же он довольствовался лишь этим, и по этой причине это его раздражало.

"Кончай с этим, Тайрон," обругал он себя. У него были более важные вещи для волнения, чем состояние его комнаты.

Его рюкзак оставался на полу, где он его и бросил, что было везением, так как, к его огорчению, прошлой ночью, войдя внутрь, он не запер дверь. Проклиная себя за глупость, он быстро проверил свои вещи и с облегчением обнаружил, что ничего не пропало. Если он и был за что-то благодарен, так это хорошая охрана в Опушколесе. Она должна была быть такой, если они хотели держать Устранителей в узде.

Со вздохом вставая, Тайрон припомнил свою прошлую неделю. Это стоило ему доброй порции его денег, обоих его прислужников и массивного удара по эго, однако эта первая, самая маленькая часть его путешествия была завершена. Далее будет лишь труднее. Ему нужно было растить свои навыки и способности, не позволяя никому узнать о них, и нужно было делать это прямо перед носом у властей. И всё же, здесь он имел доступ к двум наиболее необходимым ему вещам: порождениям бреши, чтобы сражаться, и... телам.

Ему потребуется много тел.