Тайрон сжал зубы, борясь с ещё одной волной изнеможения. Его глаза ощущались остро, будто бы растёртые песком, и каждая часть его естества ныла. В частности его пальцы страдали больше всего. Каждый сустав отдавался болью, и пока он двигал руками, колючее ощущение излучалось изнутри наружу. Растирание пальцев почти что делало хуже, как если бы для него было невозможно потянуться внутрь плоти, чтобы исправить то, что было нарушено.

Это заняло у него десять часов постоянной работы, однако его скелетная армия была готова настолько, насколько могла. Треснувшие кости были восстановлены, костяные нити сшиты заново, а колчаны с вылепленными костяными стрелами пополнены. Он даже потрудился отобрать и вылепить кости для создания специального набора костяной брони.

Приготовившись так, как только мог, он был готов настигнуть брешь.

Йор, прошлой ночью вытащил его зад из огня, исчезла. По горизонту ползло раннее утреннее солнце, так что он не увидит её до окончания дня.

Он не знал и не мог заставить себя переживать, что она сделала с Маршалами. Попытка минимизировать вызываемый им ущерб кажется лишь привлекала к нему больше угрозы, и к данному моменту у него не было лишних сил, чтобы волноваться о ком-то ещё. Приблизиться к бреши, изучить её, затем дать своему другу упокой. Это то, что ему было необходимо сделать.

"Похоже ты наконец собрался с силами," отметил Дов.

Тайрон оглянулся на раскиданные по полу пещеры припасы. Отброшенные кости, что были слишком повреждёнными для починки, наполовину вылепленные попытки, что он отбросил, как неудачные, и несколько страниц, вырванные из блокнота и в отвращении скомканные.

"Уж скорее я на грани нервного срыва," пророкотал он.

Срань господня, мне нужно выпить.

Глоток воды из его бурдюка обжёг его осушенное горло. Слишком много работы с заклинаниями, недостаточно отдыха для его голоса. Ошибка новичка, которую не одобрила бы его мать.

Самый важный инструмент Мага - это его голос, Тайрон. Не посох, даже не руки, даже не ум. Если ты не сможешь придать словам силы голоса, то самый острый в мире разум будет ни на что не годен. Тренируй его, заботься о нём, оберегай его. Если Маг не может говорить, то он беспомощный, как младенец.

Беори очень много работала, улучшая свою голосовую выносливость и объём лёгких. В один момент она даже занялась пением, хотя была абсолютно ужасна в этом. Ни у Тайрона, ни у его отца, Магнина, не было духу, чтобы отметить это. Самый сильный боевой маг провинции точно мог держать ноту, только никогда ту самую.

"Да не об этом я, пацан. В твоём взгляде будто бы появилось немного стали. Кажется спасение твоей задницы придало тебе доброй порции напитка Возьми Яйца в Кулак."

"Такой напиток вообще есть?"

"Мой самый знаменитый коктейль."

Тайрон некоторое время смотрел на черепушку, в его голове закручивались мысли и эмоции. И наконец он пожал плечами и криво улыбнулся.

"Думаю, я просто слишком уставший, чтобы заботиться об этом."

"Отлично. Хорошее состояние. В конце концов важно не путешествие, а место назначения! А теперь давай по коням и взглянем на брешь. Должно быть интересное зрелище. А затем я смогу наконец умереть, а ты сможешь не подвергаться домогательствам от духа в черепе."

Несмотря на его шутливый тон, слова Дова чуть не заставили юного Мага прослезиться. Его друг заслуживал упокоя, это несомненно было правдой. Сделав то, что он сделал, Тайрон оказал своему другу жестокую несправедливость, и он сильно запоздал с тем, чтобы исправить содеянное.

"Не думаю, что я когда-либо благодарил тебя как следует. Ты сделал так много для меня, ещё даже до своей смерти, а я был эгоистичен, заставляя тебя задержаться подольше. Спасибо тебе, Дов. Спасибо за всё."

Фиолетовый свет, излучающийся внутри глазниц черепа, замерцал.

"Не пускай тут сопли, Тайрон. Я никогда не был хорош в подобном. Я был счастлив тебе помочь. То, что с тобой произошло, с твоим Пробуждением и всем прочим, это была несправедливая чушь, и ты заслужил намного большего. Удержание меня внутри своего собственного черепа, месяцами, чуть менее простительно, но я понимаю, почему ты это сделал. Я даже прощаю тебя. А теперь, хватит этого бреда, мы, Устранители, чёрт тебя подери, счастливы лишь когда убиваем срань из другого царства. Пошли порезвимся."

Тайрон кивнул и потёр своё горло, прежде чем отхлебнул ещё воды. Несколько часов и его голос вернётся в норму, однако выйти они могут раньше.

По крайней мере он мог бросаться магикеческими стрелами, не издавая слов.

Дов был забран со своего камня и привязан к поясу Тайрона, за ним последовал меч, что его отец дал ему. Состояние у него уже далеко не такое же отличное, как было прежде. Оружие действительно применялось за последние несколько месяцев.

И в конце он привязал его рюкзак к своей спине. Внутри хранились все его самые важные припасы, и он не позволит себе снова быть разлучённым с ними. Конфетка мага, используемая им прошлой ночью, на самом деле была последней, однако его еда, записи и вода были всем, что он попросту не мог позволить себе потерять.

И когда он вышел из пещеры, его незамедлительно окружили скелеты. Находясь внутри этой защитной оболочки из костей и щитов, он обследовал местность.

Температура продолжала падать, и иней уже покрывал камни и клочья травы, усеивающие склон. Деревья, продолжающие цепляться за камень, с пробившимися вглубь горы корнями, могут не пережить этот новый мороз, что сделает склон ещё более оголённым.

Пик всё так же был далеко далеко сверху, в месте, в котором правили лёд и снег, с невероятно высоко возвышающимися каменными утёсами, что будто бы царапали сами небеса.

К счастью брешь не была там. Если его предположение верно, сама брешь была сформирована грубо говоря в трёх километрах от места, где он устроил лагерь. Без вырезанных в склоне дорог это был трудный путь, однако он не был бы особо трудным, если бы не постоянный поток порождений бреши.

И пока он восстанавливал энергию и чинил прислужников, вся нежить была оттянута ко входу в пещеру. Вне всяких сомнений это означало, что множество монстров проходило вниз по склону в деревню, однако это был необходимый шаг. После победы над одной сильной волной, другая не должна была появиться за ночь. А если и появилась, он в любом случае не был в достаточно хорошем состоянии, чтобы сражаться с ней.

Он потопал ногами в ботинках, разогревая их, проверил ещё раз пряжки и ремни, а затем изучил свою костяную броню.

Слишком много раз его ловили без неё. Сказать по правде, ему не особо нравилось это заклинание. Покрывание себя костями скончавшихся людей не приносило приятных ощущений, как и проецирование образа, которого он отчаянно хотел избежать, бессердечного убийцы, однако он нуждался в защите, и сейчас больше, чем когда-либо.

Проведённые им модификации слегка помогли. Кости не выступали так далеко, сделанное им формирование позволяло огибаться вокруг его фигуры. И было не так уж просто сказать, из чего сделана броня, более очевидные по форме кости были расплющены и расширены, чтобы покрыть больше области.

Будучи полностью оснащённым, он начал своё возвышение на гору.

Он почти моментально столкнулся с первыми порождениями бреши. Быстро уничтоженные залпом стрел похожие на кабанов порождения рухнули на землю, и Тайрон не потрудился забрать ядра. Его рюкзак уже содержал тканевый мешок, раздувшийся от них. Добавление ещё большего веса его рюкзаку не будет нести особую пользу для него.

Он пошёл дальше вверх по склону, резкий холодный ветер дул с вершин и в его глаза. Единственное, что он мог слышать, это ветер и хруст земли под его ногами.

Образования камня заставляли ветер свистеть пронзительный воем, что становился лишь громче, пока Тайрон поднимался. Спустя час пути на ветру начали лететь льдинки, жалящие его лицо. Он поднял руку, защищая свои глаза, продолжая проходить дальше.

Внезапно появились порождения, монстры стаей бежали вниз по склону, пылая от ярости. И как только увидали его, они рванули, жаждая сожрать и уничтожить.

Тайрон бросил вперёд магикеческие стрелы, пока его скелеты вставали на позиции. Если он позволит его прислужникам встречать это наступление в лоб, то его нежить будет вынуждена сильно потреблять его магику, чтобы держаться, так что он сменил тактику.

Щиты развернулись, чтобы отражать монстров, нежели биться с ними в лоб, пока его лучники истребляли первых нападающих. Кабаны имели мощные мускулы, хотя всё равно были маленькими по стандартам порождений, и такие же глупые, как все слабые порождения бреши. Поражённые стрелами рухнули на склон, сначала ударившись мордами, а затем перевернувшись на спину. Монстры позади них моментально споткнулись о них, добавляя волокиты. И когда они наконец нахлынули на его стену щитов, звери потеряли большую часть скорости и были с лёгкостью отброшены в сторону.

Чтобы как можно скорее окончить битву, он позволил своим ревенантам вступить в бой.

Освещаемые изнутри призрачным фиолетовым светом, четвёрка нежити решительно вышла вперёд. И хотя трое из них в прошлой жизни были чуть лучше бандитов, они всё равно были сильнее его обычных скелетов.

Бывший Устранитель был по-настоящему ценным. Могучие удары прорубали слабых порождений, как если бы их там не было. Он дорого обходился в магике, однако это вполне устраивало Тайрона, сохранялась остальная часть его малой орды, и он мог восстановить энергию до следующего сражения.

Уничтожив монстров, они снова выдвинулись вперёд.

И когда переступил грань, он чуть не забыл, что произошло. Моментальная смена восприятия, настоящее становилось размытым, реальность искажалась по краям. В его нутре было закручивающееся ощущение, тянущее его память, как если бы змея разворачивалась в его животе.

"Это..."

"Ещё как, блять. Это разрываемые земли. Рядом с нами вне всяких сомнений настоящая брешь. Сохраняй рассудок и не забывай, как сильно может заговниться твоё восприятие."

В такой близости к бреши время и пространство растягивались и сжимались. Ощущения были, мягко говоря, неприятными. Склон перед ним стал ещё более оголённым, чем прежде. Драгоценные несколько деревьев и кучка кустов оставались, и ветер жалил ещё сильнее прежнего.

Крак.

Сзади донёсся характерный звук, похожий на трещащий под ногами лёд, и Тайрон обернулся, чтобы увидеть вышедшее из-за камня гуманоидное порождение.

Его руки пришли в движение, а слова мгновенно потекли, пока он формировал символы, необходимые для формирования его магики. Стрелы полетели по воздуху, врезавшись в монстра, за которыми последовала волна магики смерти, пока Тайрон выпускал Хватку Смерти.

Мгновением позднее порождение настигли скелеты, вгоняя в него своё оружие, только чтобы в следующий миг своё лицо показало другое порождение.

"Здесь наверху всё будет дико, пацан. Поток монстров через брешь никогда не прекращается, не забывай об этом. Рви и метай. Пробиваемся вперёд, оглядываемся, затем валим нахер отсюда. Понял?"

"Понял."

Этот ледяной монстр был уничтожен грубой силой, так как Тайрон больше не стремился сохранять свою энергию, это же относилось и к следующему порождению. Каким-то образом у него всё равно было чувство, будто число порождений должно уменьшаться, пока он бился с ними, но знал, что это не так. После каждой победы он так быстро, как мог, прорывался дальше, стараясь закрепляться на месте.

Будучи столь сосредоточенным на сражении, на управлении своими прислужниками и контроле своей магики, Тайрон не заметил вначале, что мог увидеть, пока Дов не заорал ему.

"Вверх посмотри, бестолочь!"

Тайрон бросил взгляд вверх по склону, и вот она... брешь.

Вместе с покрытым инеем мамонтом, из чьей морды торчали бивни, сформированные изо льда.