--От лица Кирэя--

Я ходил в подсознании Акиры. Мир снов и прочей дребедени, вроде как, только немного за его пределами.

Ядро души. Оно изначально было красным, как кровь, но теперь, понемногу становилось лунным... Н-да. Я не могу сказать, что мне это нравится.

Внутренний мир Акиры был построен из моего.

Я огляделся.

Странно. Я думал, будет что-то более жуткое. А так, моё подсознание, это огромная гладь вязкой крови, по которой ходят какие-то безумные существа, и постоянно пытаются посмотреть на цвет твоей крови. Эй, это вроде мой внутренний мир, так что они меня атакуют? Сверху надо всем этим висит луна.

Я вздохнул. За последние два месяца я-таки научился уходить из тела Акиры, только вот не наружу, из тела, а наоборот, внутрь, в подсознание. Тут всё так хрупко и ново... Хоть и построено на моей базе.

У меня тоже всё было хрупко, то есть?

Ладно, уже всё равно. Я сосредоточился и вышел в тело из подсознания. Акира ел. Хм, да что за дрянь он вообще жрет... Это что, бомж?! Кокушибо блин, ты чего не следишь за этим придурком!..

Кокушибо сидит рядом, с кувшинчиком какой-то жидкости.

Ладно.

Я за эти два месяца даже уничтожил всю лишнюю кровь в его теле - и человеческую, и демоническую, осталось лишь стопроцентное содержание странной крови. Я знаю, что эта кровь как-то относиться к моим родителям и Голубой Паучьей Лилии... И сейчас я думаю, что Акира не должен гореть на солнце. Но он не рискует, ибо Кокушибо запретил ему.

Насчет Дыхания Луны... Я думаю, его нельзя будет совместить с Дыханием Крови, однако, некоторые приемы очень интересны. Это создание лунных полумесяцев, обладающих режущей силой, основано на микродвижениях клинка при ударе, создающих отклонения от основной режущей волны. К тому же, у Дыхания Луны таки оказалась ката передвижения, но, не очень быстрая - больше малозаметная. Примерно по скорости как четвертая ката Дыхания Воды, "удар волной" или "поток воды", вроде. А то какое бы это было Дыхание, если нет кат в движении? Стоять на месте - это конечно, мощно и круто, но против противников сильнее не прокатит.

***

--От лица Акиры--

-Акира. Восемь из двадцати пяти кат моего дыхания я освоил, будучи человеком. Ещё семнадцать - будучи демоном. И если ты сумел освоить первые две каты - это означает, что ты сможешь освоить хотя бы восемь, не требующих изменения формы клинка.

Я посмотрел на безэмоциональное - или строгое? - лицо сенсея и кивнул, решительно произнеся:

-Кокушибо-сенсей, я освою все двадцать пять кат!

-Не зарекайся и не говори о невозможном. Для остальных кат требуется моё искусство крови.

-Искусство крови?..

-Да.

Мы сейчас были на поляне, скрытой под сенью столетних деревьев. Пока день, нам нужно скрываться от солнца. Почему? Вот этого я не понимаю.

Сенсей встал в стойку и поднял клинок.

-Смотри. Это обычное Дыхание Луны.

Взмах.

"Дыхание луны, ката первая: Вечерняя святыня темной луны"

Размах создал множество дополнительных мелких хаотических порезов, помимо основного разреза. А еще этот удар лишил меня руки.

Боль - такое странное чувство...

Я восстановил руку и перевел взгляд на сенсея.

-Это была основа. И ты её освоил. А теперь, смотри на сочетание дыхания и искусства крови.

Клинок учителя, весь покрытый глазами(!) и сделанный из его же собственных костей, внезапно вырос, и на нем появилось несколько ответвлений. Теперь это была катана, из которой с тыльной стороны росло еще два острия, загибающихся кверху, к тому же, катана теперь достигала двух метров в длину и наверняка много весила.

Но сенсей, будто в его руках было перышко, а не это оружие уничтожения, размахнулся, выдыхая воздух.

"Дыхание луны, ката четырнадцатая: Бедствие — бессмертный гордый полумесяц"

Один взмах мечом. Я никогда не подумал бы, что это может быть настолько разрушительно. Всё, ВСЁ в радиусе метров тридцати оказалось изрезано и иссечено основным лунным разрезом и множеством лунных лезвий-полумесяцев, вместе с основным разрезом разлетевшихся в стороны.

Деревья, скрывающие нас от солнца, начали падать. Пришлось переместиться дальше, вглубь леса.

-Ты понял? Вот почему моё искусство меча умрет вместе со мной.

-Сенсей...

"Искусство демонической крови: Кровавая сталь"

Я, инстинктивно создавая из крови металл, покрыл свою катану искусством крови и увеличил в размерах, повторяя творение учителя. Теперь у меня в руках было монструозное нескольколезвийное катаноподбное приспособление для уничтожения. Только стальное.

Сенсей помолчал, глядя на мой клинок, затем кивнул и отвернулся.

-Это хорошо. Если ты сможешь освоить моё дыхание полностью, пробудишь метку и увидишь Прозрачный Мир....

Он обернулся и посмотрел на меня своими шестью глазами.

-Тогда у меня будет достойный противник.

У меня засияли глаза. Мы продолжили тренироваться.

***

--В это же время--

Гёкко и Хантенгу, Пятая и Четвертая Высшие Луны, напали на деревню кузнецов. Им противостояли Муичиро, Столп Тумана, Мицури, Столп Любви, Незуко и Танджиро, который был здесь ради починки своего клинка, затупленного в битве в квартале Красных Фонарей. Еще там был Шинадзугава Генья, брат убитого Столпа Ветра, и сражался он отчаянно, не жалея своей жизни, хоть и не владел никаким дыханием.

В итоге, Высших Лун одолели, хотя при этом и пожертвовали несколькими домами и жизнями кузнецов. Танджиро получил новый клинок, древний... Возможно, им пользовался аж создатель Дыхания Солнца и остальных, Ёриичи Цугикуни. Хаганезука подкачался и стал настолько сильным, что при его виде трепетал каждый. Когэрасу получила тяжелое ранение после нападения на деревню и теперь лежала, отдыхая.

Но самое главное событие, произошедшее там, было таким:

Незуко Камадо преодолела солнце.

И Кибуцуджи Музан почувствовал это.

-Хантенгу, великолепно... Осталось поглотить того, кто смог преодолеть это солнце, и я обрету полноценный иммунитет к солнцу, не ослабляясь, выходя под его лучи!..

Он тут же начал подготовку. Ведь не ломиться же ему напролом прямо к Охотникам? Это, конечно, должно сработать, учитывая силы Высших Лун, однако... Нельзя допустить и шанса провала. Однажды, мечники уже почти одолели Музана, и он не хотел, чтобы подобное повторилось вновь.

Алый клинок Ничирин. Это стало первой ненавистью Музана, когда солнце ушло на второй план. Ведь мечники, настолько искусные, что смогли освоить способ превращения своего клинка в алый, были опасностью даже для Музана, и он это знал. Ибо алый клинок замедлял регенерацию клеток, а если демону с помощью клинка Ничирин прервать связь между сердцем и мозгом, то он умрет. К этому Музан подготовился, и очень хорошо - у него самого было пять сердец и семь мозгов, а регенерация настолько быстра, что клинок не успевал отсекать конечности, как они уже регенерировались. Алый клинок же сильно замедлял регенерацию и потому создавал некоторый риск для Кибуцуджи Музана. В теории, его можно было убить алым клинком Ничирин, уничтожив все пять сердец и семь мозгов почти одновременно... Что когда-то почти сделал Ёриичи Цугикуни, создатель Дыханий и богоподобный гений фехтования.

Кибуцуджи Музан был единственным существом, способным убить демона, не используя солнце или клинок Ничирин. У него есть способность, позволяющая разрушать клетки демонов. Но, он видел нечто подобное у того странного демона, которого он нарёк Кирэй. Кирэй был в чем-то похож на него - он так же был демоном, обладающим способностью разрушать демонические клетки. И еще он не был создан из крови Музана.

Он был создан так же, как и сам Музан. Под действием какого-то эксперимента, в котором участвовала Голубая Паучья Лилия. Но их способности различались. Кирэй не горел на солнце, однако, он не был силен как демон, его могли убить обычным оружием, и регенерация у него не могла восстановить сердце и мозг, пока он не получил кровь Кибуцуджи. Регенерация же Кибуцуджи Музана же могла быть прервана только после его смерти, и то - не факт.

Кибуцуджи Музан думал.

Он ненавидел Охотников за Демонами. Это просто сборище безумцев. Быть убитым им, Кибуцуджи Музаном - это ведь как умереть от стихийного бедствия.

Это нормально.

Никто ведь не пытается уничтожить тайфуны? Ураганы, цунами? Ведь те уносят гораздо больше жизней, чем демоны. И люди никак не мстят им. А те кто пытается - истинные безумцы.

И Охотники за Демонами должны просто радоваться тому, что выжили. А не пытаться отомстить ему, Музану. На остальных демонов плевать, их пусть убивают. Они были нужны лишь для того, чтобы вывести иммунитет к солнцу.

Кто может уничтожить его? Совершенное, бессмертное существо?..

Раньше в голове всплывал лишь один образ. Ёриичи Цугикуни, создатель Дыханий. Но теперь... Теперь добавился ещё и этот сопляк.

-Танджиро Камадо!

Такие же волосы с багрово-красным оттенком. Такие же серьги ханафуда, висящие под ушами. Такой же стиль меча и взгляд, наполненный ненавистью к демонам.

Он был слаб, однако, слишком сильно напоминал Ёриичи.

Кибуцуджи Музан посмотрел на развалины дома, который он только что снес в порыве гнева. Отряхнул каплю крови, которая попала на его деловой костюм.

Сейчас в мире его интересовали лишь четыре вещи.

Танджиро Камадо - потому что похож на Ёриичи.

Акира - потому что кровь этого странного существа чем-то похожа на его собственную. И, судя по той особенности Казумы, его отца, он также не горел на солнце.

Незуко Камадо - поглотив её клетки, он обретёт полный, а не частичный иммунитет к солнцу.

И последняя вещь, которую он собирался сделать, хотя, уже и не так обязательно - уничтожение корпуса Охотников на Демонов. Потому что они все напоминают ему Ёриичи и в потенциале, один из них когда-нибудь сможет его убить. Однако, после того, как он поглотил кровь Кирэя и обрел иммунитет к солнцу, обнаружил, что его тяга к поеданию людей начала ослабевать. И, так как он очень давно перестал становиться сильнее от поедания плоти - достиг предела, - то в теории, мог бы уже прекратить это. Ведь бессмысленно так делать, если тебе от этого ничего не даётся?..

У него было время, чтобы обдумать своё решение. Он ведь бессмертный. Нет ничего, что бы он не мог сделать. И тем более спешить и поспешно кидаться к Охотникам, подвергая себя хоть и небольшому, но риску, не стоило вообще.

Кибуцуджи Музан решил сделать умнее.

Втереться в доверие и нанести неожиданный удар. Это было довольно просто. Чтобы победить противника, нужно думать, как он...

Музан поискал у себя клетки какого-нибудь Охотника.

За многие годы, демонами становились бессчетное количество людей. И некоторые из них были Охотниками на Демонов. Так же Музан мог просматривать память того демона, которого поглотил. Их память становилась его памятью.

-...Хм. Гора Фуджикасане? Последний отбор?.. Ясно. Но это будет лишь через девять месяцев, если судить по тому, что есть в памяти этого Охотника.

Музан присвоил себе его навыки.

-...Что же... Мне придется потратить немного времени, чтобы достигнуть желаемого... Но результат будет идеальным.

Кибуцуджи Музан зловеще улыбнулся. А затем приказал оставшимся трём Высшим Лунам - Аказе, Доуме и Кокушибо, - создавать как можно больше демонов.

-Можно будет даже возродить Низшие Луны...

***

--Спустя девять месяцев--

После того, как Незуко обрела иммунитет к солнцу, то все Охотники ждали немедленного нападения Музана. Они готовились изо дня в день, провели масштабную тренировку всех Охотников. Столпы могли в любой момент пробудить метку.

Но...

Ничего не произошло. Музан не пришел.

Шинобу Кочо, Столп Насекомого, и Тамаё, демон-лекарь, - двое гениальных алхимиков, - стали работать вместе, хоть Шинобу была в ярости от этого факта. Но так как Убуяшики всё согласовал, то Шинобу, Шинадзугаву, Обаная и прочих демононенавистников получилось урезонить.

Сам Убуяшики же умер от болезни, которая передавалась им всем по наследству. Организацию Охотников на Демонов возглавил его сын.

Незуко превратили в человека, и она постепенно оправлялась от демонических приключений. А затем она стала учиться дыханию, хотя Зеницу был категорически против. И даже Танджиро, целью которого было превратить свою сестру в человека и оберегать её, не смог и не стал отговаривать её от этого решения. Однако, он очень сильно о ней беспокоился...

-Пока в мире останутся демоны, он не сможет быть нормальным. Я хочу, чтобы люди засыпали, зная, что никто их не убьет, пока они спят. И ещё... - в глазах Незуко вспыхнуло яростное пламя, - я убью Кибуцуджи Музана!

Совместные усилия Шинобу и Тамаё принесли поразительные результаты. Было разработано множество ядов в разных формах, а также антидотов и препаратов превращения из демона в человека. Но одного из материалов - крови Незуко, было не так уж и много, и потому, препаратов "обратного обращения" разработали не так много, что бы постоянно их использовать. К тому же, демоны могли сопротивляться действию препарата и обращались обратно в человека только те, кто хотел этого всей душой. Еще был разработан препарат на основе крови Тамаё - "восстановление". Его принцип был таков - человека на пять минут усыпляло быстродействующее снотворное и в это время кровь Тамаё обращала его в демона. Порезы затягивались, конечности восстанавливались... Тут же запускался процесс "обратного обращения", и человек снова приходил в норму. Спустя десять минут после применения препарата, мечник снова в строю и готов сражаться с демонами.

Охотники обнаружили, что демоны во всех регионах значительно, в разы увеличили активность. В городах, деревнях, селах, лесах - их находили где угодно. Это приобрело такие масштабы, что правительство Японии заметило этот факт и даже намечаются поиски способа решения этой проблемы.

И на очередной Последний Отбор на горе Фуджикасане, горе, окруженной глицинией, пришло много охотников. Почти в четыре раза больше, чем обычно. Среди них были всякие люди - те, кто ненавидел демонов, те, кто искал способ заработка, те, кто жаждал битв... Множество мечников собралось здесь.

Освещаемые заходящим солнцем, на площадку старта испытания поднимались двое. Оба выглядели на семнадцать лет, парень и девушка. Хотя, окружающие сомневались насчет того, кто из них более красив... Хаори девушки было изукрашена красно-багровыми цветами на черном фоне, а у клинка - темная переплетка рукояти и такой же цвет ножен. Глубокие синие глаза, полностью черные блестящие волосы прически каре... И холодный сосредоточенный взгляд вперед.

Рядом с ней шагал парень, чьи пепельные волосы, на концах немного окрашенные в зеленый, были забраны в хвост. Его медово-зеленые глаза с любопытством блуждали по сторонам, а темно-фиолетовое хаори было разрисовано множеством хаотичных белых полумесяцев. Ножны также были фиолетовым, а оплетка рукояти клинка - белая с темными ромбами.

Девушка тихо произнесла, поднеся свои губы к его уху:

-Акира. Запомни, людей есть нельзя.

Парень кивнул и спросил, радуясь прерванной тишине, в которой они шли большинство времени отсюда, после прощания с Кокушибо:

-Дядя Кибуцу... Кхм, Каранэ-сан, а тебе нравится клинок? Я сам сделал...

-Мне не нравятся клинки.

Парень, погрустнев, глянул на девушку с выражением "ничего ты не понимаешь" и понурился, расстроившись. Та бросила на него ничего не выражающий взгляд, а затем осмотрела площадку, где собирались мечники перед испытанием.

-Похоже, это и вправду работает. С увеличением числа демонов увеличилось и число Охотников.

-Каранэ-сан, тут даже есть несколько мечников, поддерживающих полную концентрацию дыхания. - указал парень на нескольких из них.

Девушка, взглянув на него, практически заморозила взглядом.

-Заткнись. Мне не интересно.

-Но Каранэ-сан, тут так много людей. Я впервые вижу так много народа...

-...Ты можешь замолчать?

-Прости...

Тут раздался голос, и переведя взгляды туда, пара мечников увидели двух девочек-кукол с белыми и черными волосами.

-Приветствуем вас. Спасибо, что сегодня ночью пришли на "последний отбор".