Том 3. Клинок и Ублюдок: Возвращение Хратнира

Глава 1. Сломанный предмет

— Аву-у-у-у!!

Рыжеволосая девушка с воем набросилась на каменного дьявола. Её палаш со свистом рассёк воздух, разнеся тварь на куски камня. Клинок метался влево и вправо, не разбирая, попадает ли по цели, и с каждым ударом разбрасывал по погребальной камере гальку.

— И-и-ик...

— Чёрт! Да угомонись ты, дура! Нам же не пройти!

Очевидно, что такие хаотичные выпады создавали проблемы её товарищам — Берканане и Рарадже.

Мальчишка Рараджа сыпал проклятиями. Стоявшая рядом с ним Берканана, придерживая рукой треугольную шляпу, пыталась вжаться в себя. Учитывая её исполинские размеры, попытка была тщетной.

«Почему я до сих пор в авангарде?» — недоумевала она.

Убийца Драконов, покоившийся у неё на поясе, молчал с самой битвы против красного дракона. Теперь это был просто хороший меч, разве что немного острее прочих. Казалось, он полностью утратил свой боевой дух.

Как бы жалко это ни звучало, Берканана порой гладила навершие, гадая, не приснился ли ей тот бой. Сейчас она и представить себя не могла в роли убийцы драконов.

И всё же, если сравнивать...

— Ого...

— Гав!!

Гарбэйдж была в своей лучшей форме. Она с упоением размахивала палашом, разгоняя стаю монстров. В каком-то смысле, всё было как всегда, и тем не менее Берканана чувствовала, что в девушке теперь ещё больше энергии. В конце концов, Рараджа, который раньше мог держаться с ней наравне, сейчас отставал, отбиваясь кинжалом от ударов горгулий.

Гарбэйдж шла впереди, врезалась в толпы монстров, разбрасывала их и переходила к следующей группе. Девушка наслаждалась каждой секундой. По крайней мере, так казалось Берканане, когда она смотрела на оскаленную в улыбке пасть Гарбэйдж.

— Может, это потому, что она омылась в крови дракона? — вслух произнесла Берканана.

— Возможно, — пробормотал Иарумас. Он стоял в арьергарде, наблюдая за боем и положив руку на чёрный посох у бедра. Глубоко под чёрным плащом его глаза были сосредоточены не на трёх бойцах авангарда, а на углу погребальной камеры.

Берканана рефлекторно посмотрела в том же направлении. Её глаза расширились.

Существо было огромным. Козлоголовым. И оно неуклюже брело к ним.

— Новый враг, заходит с фланга, — предупредил Иарумас.

— Ч-что-о?!

«Малый демон?!»

— Берканана! — крикнул Рараджа, всё ещё окружённый горгульями. — Разберись с ним!

— Х-хорошо!

Её голос сорвался, но, несмотря на это, Берканана двинулась к демону. Ей самой казалось, что она движется быстро, но любому объективному наблюдателю её движения показались бы медлительными.

Выхватив вместо посоха Убийцу Драконов, она пропела слова истины:

— Стой, о душа, имя тебе сон!

Усыпляющий миазм заклинания КАТИНО окутал козлоголового демона, скрыв его из виду.

Да, Берканана выучила заклинания помимо ХАЛИТО, малого огня. Это было доказательством — хоть и крошечным, — что её битва с драконом не была простым сном.

И пусть КАТИНО было всего лишь заклинанием первого уровня, самой основой основ в подземелье, Берканана смотрела на вещи иначе. Для неё каждое заклинание было радостью. Они наполняли её любовью и гордостью настолько, что ей хотелось творить их при любой возможности.

«Сработай, сработай, сработай!..»

Даже малый демон — всё равно демон. Берканана впилась взглядом в тварь, мысленно заставляя свою магию пробить её сопротивление заклинаниям, хотя это усилие никак не влияло на результат.

На самом деле, ей, должно быть, просто повезло.

— ГАРГХЛ?!

— Я... смогла!..

Демон рухнул на колени, перестав быть угрозой. По крайней мере, до тех пор, пока не очнётся. Пока зверь был обездвижен, Гарбэйдж и Рараджа могли полностью сосредоточиться на горгульях.

Теперь Берканана понимала, почему другие авантюристы так пренебрежительно относились к магу, который не мог сотворить даже КАТИНО. Хоть она и расширила свой арсенал заклинаний, у неё не было желания менять отряд, хотя, вероятно, она могла бы.

— Отлично! — крикнул Рараджа.

— Хе-хе... — Берканана улыбнулась, но не из-за комплимента — это была ухмылка удовлетворения. Обычно её роль сводилась к отвлечению вражеского внимания, и ей приходилось вести себя скорее как воин. Но в этот раз она смогла выполнить свою работу мага.

Иарумасу редко приходилось обнажать чёрный жезл, давший ему прозвище — Берканана уже знала, что в жезле скрывается сабля с пугающе острым лезвием. Её цвет напомнил ей истории, которые она слышала на родине о разновидности лака, тёмного, как ночь. «Кажется, этот меч называется... Чёрный Лакированный? Хм, так же называется и меч-убийца гигантов из... Хирена, страны, что ещё дальше на восток, чем Алмару».

Когда Берканана спросила Иарумаса, не тот ли это меч из Хирена, он лишь ответил: «Хорошая шутка», — и с улыбкой всё отрицал. — «Будь это он, я бы сказал, что нет противника достойнее, чем ледяной гигант».

Наверное, это была шутка. Берканана слышала о таких гигантах только в мифах, которые рассказывала ей бабушка. С другой стороны, она и драконов с демонами не видела, пока не пришла в подземелье.

— А демоны вообще должны здесь появляться?.. — задумалась Берканана.

Горгульи тоже были демонами, но слабыми, незначительными. Они даже не могли принять форму без статуи, в которую вселялись. Малые демоны — другое дело. Несмотря на своё уничижительное название, они были достаточно сильны, чтобы проявлять себя в мире живых.

Может, экология подземелья всё ещё была нарушена после буйства огненного дракона, но...

— Хочешь об этом думать — пожалуйста, но только после того, как мы с ними разберёмся! — крикнул Рараджа, отчаянно уворачиваясь от каменного клюва.

— Ох, точно!..

Берканана неуклюже рванулась вперёд, затем издала вялый боевой клич и взмахнула Убийцей Драконов. Несмотря на недостаток энтузиазма, меч всё ещё был магическим, а главное, её огромное тело делало её заметной. Оно привлекало внимание. Не было причин, по которым горгульи не набросились бы на девушку, чья плоть колыхалась от каждого мощного взмаха зачарованного клинка.

— Ч-что... а-а-а-а-а?! Их тут целая куча?!

— Отлично! — крикнул Рараджа. — Продолжай их отвлекать, прямо как сейчас!

Теперь настала его очередь идти в наступление. Каменные уродцы — его клинок ни за что не пробил бы их. Когда-то Рараджа так и думал, но теперь...

— По сравнению с драконьей чешуёй они не такие уж и твёрдые!

Мальчик пригнулся, войдя в слепую зону горгульи, а затем прыгнул, крепко сжимая кинжал в руке. Цель намечена — уязвимое место, — затем один резкий выпад.

«Глаза же не могут быть твёрдыми, верно?!»

Это озарение было плодом опыта, который Рараджа обрёл, выживая — доказательством его роста.

И, к счастью, правый глаз твари оказался мягче драконьего.

— ГАГЛЛ?!

Глаз разлетелся вдребезги, когда кинжал Рараджи вонзился в глазницу. Из горгульи вырвался крик боли — он звучал, как бульканье в водосточной трубе.

— И-я-я-я-я!

И когда каменная глыба, ослепшая на один глаз, корчилась на полу погребальной камеры, разбить её оказалось под силу даже Берканане. Золотое кольцо на её пальце сверкнуло, когда она нанесла комично размашистый удар. В сочетании с массивностью её тела, удар обрушился почти с титанической силой.

— КЛИНК КЛАК?!

Раздался приятный треск, и каменный дьявол разлетелся на мелкие осколки. И вся эта мощь исходила от мага! Сколько воинов в мире позавидовали бы её благословенному телосложению? Однако сама Берканана находила свою внешность менее чем приятной. О, несправедливый мир.

— Гро-а-а-ар!!

Всё это не имело значения для крошечной тени, пронесшейся сквозь вихри пыли — для Гарбэйдж.

Девушка оставила остальных каменных тварей тявкающему и здоровячке — сама же нацелилась на голову спящего идиота. Всё её тело напряглось, как сжатая пружина, а затем она ринулась вперёд, раскручиваясь и танцуя со своим палашом. Клинок рассёк воздух, устремившись прямо в лоб козла.

— Глинг?!

Сталь лишь немного впилась в плоть, а затем, с пугающей лёгкостью, её палаш разлетелся на куски.

От избытка инерции Гарбэйдж пронеслась по полу с обломком меча в руке. Перед ней был демон, освободившийся от КАТИНО из-за нанесённого ему болезненного ушиба (урона).

Но концентрация (очки здоровья) Гарбэйдж оставалась в целости. С низким рычанием рыжеволосая девушка прыгнула вперёд с обломком клинка в руке.

— Аву-у-у-у!!

К ней потянулись когти, но Гарбэйдж проскользнула мимо них. Она подняла сломанный меч и ударила демона навершием. Вес этого навершия, достаточный, чтобы уравновесить лезвие палаша, обрушился с такой силой, что череп козла затрещал.

Но это было всё — такого удара было недостаточно, чтобы одолеть тварь из иного мира.

Демон раскинул четыре руки и начал произносить слова, не слышимые человеческому уху.

«Заклинание?!»

— Ох, нет!.. — простонала Берканана. Рараджа всё ещё был занят горгульями, а Гарбэйдж лишь рычала.

И тогда в дело вступил Иарумас.

— Умри!

Глазам Беркананы он предстал лишь разноцветным вихрем. В тот миг, когда раздался его голос, человек в чёрном плаще оказался перед демоном. С коротким выкриком из чёрного жезла вырвался белый клинок и очертил в подземелье четыре дуги.

— А-а-ахг-г-г?!

Демон взвизгнул. Четыре руки были отсечены от его туловища. Бушующая магическая энергия рассеялась.

Клинок Иарумаса тут же вернулся назад в жестоком обратном взмахе, и его плоскость ударила демона по горлу.

Сдавленный крик. Из пасти козла захлестала кровь.

— Будь у меня МОНТИНО, всё было бы иначе, — похвастался Иарумас. — Но без него приходится действовать так.

— Аву-у-у-у!!

Гарбэйдж подскочила и набросилась — её добивающая атака была беспощадной. Демон бился на земле, из четырёх обрубков хлестал ихор.

Её цель не изменилась с самого первого удара. Гарбэйдж набросилась на лоб козлоподобного демона. Сначала она рубанула по этому месту палашом, получив неглубокую рану в обмен на сломанный клинок. Затем она ударила по этому месту весом навершия.

— Гррраул!!

И теперь то же самое место получило ещё один удар её сломанным мечом. Затем ещё. И ещё. Её работа клинком, обычно похожая на танец, стала дикой, и она рубила с яростью бешеной собаки.

На пятом ударе голова существа раскололась, как дыня — серое вещество забрызгало погребальную камеру.

— Гав!

Покрытая ихором с головы до ног, Гарбэйдж, всё ещё не удовлетворённая, нанесла ещё несколько ударов. Козлоголовый демон, давно рухнувший на пол подземелья, беспорядочно дёргался. Звуки ударов с каждым разом становились всё более влажными.

Скоро его форма растворится в тумане, а душа вернётся в то пекло, из которого он выполз. Но до тех пор...

— Эй! — крикнул Рараджа. — Если ты там закончила, иди помоги мне!

— Т-точно!..

Вскоре после этого Берканана разнесла последнюю горгулью. В погребальной камере снова воцарилась гробовая тишина.

§

— У-у-у-у...

«Надо же, даже она бывает такой...»

Гарбэйдж тихо скулила, глядя на свой сломанный меч. Рараджа никогда не видел её такой удручённой — это было так не похоже на её обычное поведение.

«Она ведёт себя как-то по-детски...» Эта мысль наполнила Рараджу непередаваемым чувством неловкости. Вот если бы она, как обычно, пнула сундук, как раз когда он ковырялся в замке.

«Хотя нет, это тоже было бы проблемой...»

Рараджа вздохнул. Замок щёлкнул, и, когда он начал поднимать крышку, то почувствовал лёгкое сопротивление.

— Ты в порядке?..

— Гав...

Берканана присела на корточки рядом с девушкой, обрушив на неё свою огромную тень. Она попыталась заговорить с ней. Ни то, ни другое не помогло.

Рараджа бросил взгляд в сторону Иарумаса, борясь с проволокой на внутренней стороне крышки. Как обычно, тот молчал. Он лишь мрачно смотрел в их сторону, стоя у стены.

Рараджа прикусил губу и, сам того не желая, произнёс нравоучительным тоном: — Почему ты ничего не скажешь?

— О чём?

— О её палаше.

— А. — Иарумас небрежно кивнул, словно это не имело никакого значения. — Такое иногда случается.

— Правда? — спросил Рараджа.

— Именно. Например, когда пытаешься высвободить силу магического оружия, не до конца её понимая. — Иарумас тихо усмехнулся и легонько постучал по чёрной сабле, висевшей у него на поясе.

Рараджа нахмурился, вспомнив свой собственный опыт с Камнем Демона. — Я не это имел в виду... — пробормотал он. Но после этого замолчал. Ему не хотелось убеждать Иарумаса утешить Гарбэйдж, да и он сомневался, что она сама этого хотела.

Честно говоря, Рараджа не был уверен, что Иарумас вообще способен кого-то утешить.

«Спрашивать его было ошибкой с самого начала».

Поэтому, пока Рараджа думал, как перерезать проволоку, он сформулировал следующий вопрос. — Что будем делать дальше?

— Полагаю, возвращаться, — сказал Иарумас. — Наш боец авангарда остался без оружия.

— Нет. Я про её палаш.

— А-а. — Иарумас кивнул, его поведение ничуть не изменилось. — Что ж, либо купим замену... либо найдём альтернативу. — Под тёмным плащом выражение лица мужчины стало очень серьёзным. И всё же в его голосе проскальзывала нотка шутки. — И эта альтернатива вполне может оказаться в том сундуке. На тебе лежит большая ответственность.

— Я тут ни при чём! — Рараджа сердито цокнул языком и вернулся к обезвреживанию сундука.

Он выбрал плоское, похожее на напильник лезвие из новых инструментов, которые приобрёл у мистера Кэтлоба. Проволока в сундуке предназначалась для активации ловушки при поднятии крышки. Кто знает, выдернет ли эта проволока пробку из бутылки с ядовитым газом, выстрелит ли арбалетным болтом или вызовет взрыв.

«Как только я её перережу, она уже ничего не сделает».

Рараджа просунул свои хрупкие инструменты, которые никогда бы не выдержали суровых условий боя, в щель и принялся резать...

«Нет. Эта штука — не проволока».

Рараджа выдохнул, поняв, чего коснулось его лезвие.

Талисман. Как и проволока, он срабатывал при поднятии крышки, но была разница — талисман ломать нельзя.

«Из-за таких вот штук я никогда не могу расслабиться».

Оставив лезвие в щели под крышкой, Рараджа достал из набора инструментов несколько тонких щупов. Затем он осторожно отделил талисман от места соединения с крышкой и ящиком.

«Мне не нужны были твои лекции...»

Вскрытие ящика было работой Рараджи. Он всегда чувствовал за это ответственность.

Но сейчас ему казалось, что он был даже осторожнее обычного и сосредоточен как никогда. Ему это не нравилось. Его обычного мастерства было достаточно — даже без особой осторожности Рараджа вовремя заметил бы разницу между проволокой и талисманом.

В отличие от вихря мыслей в его голове, руки Рараджи работали с механической точностью. Он отклеил талисман, затем снова вдохнул. Осторожно он уронил талисман внутрь ящика. Его руки легли на крышку.

— Эй, я закончил.

— Смотрите! Он открыл, — беззаботно произнесла Берканана. — Может, внутри новый меч.

Гарбэйдж поднялась на ноги, всё ещё сжимая обломок клинка.

— Гав.

Она подбежала и тявкнула на Рараджу, требуя, чтобы он уже открывал.

Рараджа не обратил внимания на её поведение. Крышка с тяжёлым стуком откинулась в сторону, и сундук с сокровищами был открыт.

Когда они заглянули внутрь, погребальную камеру поглотила тишина.

Небольшое количество золотых монет. Свиток. Проклятый талисман, который Рараджа только что отклеил. Больше ничего.

Рараджа поморщился. — Это не моя вина, ясно?

— Тяв!!

Гарбэйдж со всей силы пнула его по голени.

§

— О, боже! — глаза сестры Айникки расширились.

Не проходило и дня, чтобы авантюристы не посещали Храм Канта. Они приходили, чтобы воскресить своих павших товарищей, даже если от тех остался лишь пепел. Те, кто искал чудес, приходили с пожертвованиями в руках, неся тела павших.

Однако в случае отряда Иарумаса, применимо было лишь последнее.

Их отряд состоял всего из четырёх человек. Оставалось два свободных места. Почему же тогда им не принести с собой несколько тел?

Ярумас, Таскающий Трупы. Хотя значение этого прозвища немного изменилось, мужчина всё ещё более или менее ему соответствовал.

— Вот поэтому сегодня только один человек, — сказал Иарумас, опустив свою ношу в мавзолее.

— Неудивительно... — Красивая седовласая эльфийка с удручённым видом покачала головой и exasperatedly вздохнула. — Уверена, вам следовало сегодня пойти с Гарбэйдж-самой.

— Мёртвым нечего делать в лавке Кэтлоба.

Пока Иарумас говорил, служители храма подошли и унесли мешок с телом, лежавший у его ног.

Когда Иарумас сказал «один человек», он, очевидно, имел в виду труп. Он и правда вернулся из подземелья раньше из-за трудностей у члена отряда. Можно ли считать это улучшением его обычного поведения?

«Нет. Он всё тот же, что и всегда...»

— Иарумас-сама, я очень надеюсь, что вы ещё раз задумаетесь о том, что значит жить лучшей жизнью.

— Когда авантюрист начинает размышлять, как жить правильно или как правильно зарабатывать деньги, вероятно, ему пора на покой.

— Мы говорим не об этом.

Монахиня, казалось, считала своей миссией исправить Иарумаса. Её длинные, тонкие уши сердито навострились, и она ткнула в его сторону красивым белым пальцем. — Сколько бы вы ни играли в отшельника, человек не остров.

— Ну, именно поэтому я и хочу собрать отряд из шести человек.

— Мы говорим не об этом.

«Ну вот, честное слово». Айн была готова надуть щёки, как маленькая девочка. Давно прошли те времена, когда эльфы и дварфы были долгожителями. Теперь продолжительность их жизни сократилась до человеческой. И всё же, эта монахиня, всё ещё обладавшая нечеловеческим очарованием, могла быть моложе, чем казалась.

Размышляя об этом, Иарумас развёл руками, пытаясь объясниться.

— Не надо так. Допустим, я бы на каждом шагу вмешивался и ставил девушку на ноги. В этом не было бы никакого смысла.

— Что ж... Возможно, в этом вы правы, — неохотно согласилась Айн. Вероятно, это был ложный аргумент, но в нём была хоть какая-то доля здравого смысла.

«Человек не остров; однако, если он не может идти сам, то какой смысл в жизни?»

— Иарумас-сама. Если они о чём-то вас попросят, пожалуйста, ответьте им.

— Если я смогу сделать это по-своему.

— Да, это вполне допустимо.

Сестра Айникки мудро кивнула, и уголки её губ приподнялись. Казалось, она была удовлетворена. Проповедь, вероятно, подошла к концу.

— И всё же, — сказала она, — меч Гарбэйдж-самы... сломался, да?

Иарумас кивнул. — С палашом она бы всё равно далеко не ушла. Возможно, пришло время для перемен.

— Жаль. Этот безымянный клинок мог бы считаться Убийцей Драконов, — пробормотала Айникки, вздохнув. — Однако... он сразил дракона, так что я уверена, этот меч прожил свою лучшую жизнь.

И для человека, и для меча, оплакиваемая смерть была признаком хорошо прожитой жизни. Схватка с драконом, без сомнения, приблизила конец меча, но сокращение жизни — это часть жизни.

Оружие Гарбэйдж выполнило свой долг, оставаясь верным своей хозяйке до самого конца.

Айникки сложила пальцы в крестное знамение, молясь, чтобы ныне покойный палаш был допущен в Град Божий. Она умоляла Кадорто даровать то же самое Иарумасу и его отряду.

Человек, за которого молились, молча дождался окончания и снова заговорил.

— Но, так или иначе, без оружия она не сможет ходить в походы.

— Так она пошла в лавку Кэтлоба-самы? — спросила сестра Айникки.

— С Рараджей и Беркананой в придачу, да, — подтвердил Иарумас кивком. — Там для неё должно что-то найтись.

— По крайней мере, замена.

— Да.

«Это нелегко, не так ли?» — красивые брови сестры Айникки задумчиво опустились. Есть поговорка — мастер не выбирает оружие. Однако и у этого должны быть свои пределы.

Подземное подземелье было царством мифов и легенд, превосходящих человеческое знание. Даже знаменитый клинок из внешнего мира был не более чем «мечом», попав в это место. Если авантюристы собирались противостоять легендарным монстрам, то и их оружие должно было быть легендарным. Спускаться в подземелье, полагаясь только на своё тело, было бы актом высокомерия... или чего-то ещё. Нельзя было привередничать, когда речь шла о вещах, помогающих в приключении.

«И тем не менее...»

Даже если нельзя привередничать, наличие чего-то полезного — это уже другой вопрос.

Какое оружие подойдёт Гарбэйдж? Подойдёт девушке, убившей дракона, и девушке, чьи ладони всё ещё помнят вес клинка, который она потеряла?

Жить лучшей жизнью. Умереть лучшей смертью. Эти вещи незаменимы.

Было бы неплохо, если бы на полках Кэтлоба случайно нашёлся клинок, равный тому, что она потеряла, но...

— В любом случае, ей нужно оружие, — сказал Иарумас бесстрастным тоном. — Может, это и крайний аргумент, но бывают случаи, когда доспехи бессмысленны.

Айникки слушала, погружённая в море своих мыслей. С её точки зрения, для этого человека снаряжение было просто снаряжением — не более того. Если Иарумас когда-либо и испытывал привязанность к чему-либо, то только к приключениям, и ни к чему больше.

— И по мере того, как мы будем спускаться глубже и враги станут круче, мы тоже станем круче.

— Вы имели в виду «сильнее», а не «круче»? Хотя, это неважно.

Айникки со вздохом пропустила мимо ушей бессмыслицу Иарумаса.

«Ну вот, честное слово...»

Каждый раз, когда ей казалось, что он становится лучше, он вёл себя как прежде. И всё же, были в нём черты, которые действительно изменились. Эта двойственность и делала жизнь трудной, увлекательной и полной счастья.

«Мы движемся вперёд шаг за шагом».

Она должна вести Иарумаса, пока он не сможет встретить свою последнюю смерть.

— Чего бы это ни стоило, — прошептала сестра Айникки, подтверждая свою миссию. Затем, громче, она сказала: — Мы все должны найти своё оружие собственными руками.

«Будем молиться Богу, чтобы рыжеволосая девушка смогла заполучить своё».

§

— Ару-у-у!!

Гарбэйдж взвизгнула и отбросила меч с выражением крайнего отвращения на лице.

— Привередливая, не так ли? — проворчал Кэтлоб, невидящими глазами взглянув на меч на прилавке. — Это, между прочим, Клинок Кузинарт.

«Тогда это, должно быть, довольно известное оружие, да?»

В тусклом свете лавки Рараджа уставился на старый меч. Да, он видел, что это прекрасный образец мастерства. Хоть и странной формы, клинок был заточен до остроты бритвы. Но подобных клинков было сколько угодно. В конце концов, это же лавка Кэтлоба.

Однако одного он не понимал.

Рараджа легонько ткнул Берканану локтем в бок — её рёбра были слишком высоко — и спросил: — Кто или что такое этот Кузинарт?

— Эм, — прошептала Берканана, съёжившись, насколько это было возможно. — Я слышала, что... э-э... Кузинарт был удивительным кузнецом из далёкого прошлого... Но, в общем...

— Это не совсем так.

Берканана тихо пискнула, когда слепой эльф поправил её. Её реакция была похожа на реакцию проказливого ребёнка, пойманного с поличным, но Кэтлоб не обратил на это внимания.

— Некоторые говорят, что Кузинарт — это имя кузнеца, клана или даже мастерской. Однако, единственное, что мы можем сказать наверняка — это то, что имя это древнее.

Этот загадочный лавочник всегда становился весьма красноречивым, когда дело касалось снаряжения, особенно древнего.

«Он прямо как Иарумас», — подумал Рараджа, с сомнением глядя на слепого эльфа. — Так вы не знаете?

— Существует так много работ, носящих это имя, и все они — мастерские клинки, но ни один из них не похож на другой по конструкции.

Смотрите. Мистер Кэтлоб поднял клинок, который только что отбросила Гарбэйдж. На первый взгляд, это был обычный меч, но, что странно, лезвие на конце было разделено, словно нося корону. Даже Рараджа мог заметить эту особенность, отличавшую этот клинок от всех остальных.

— Взять, к примеру, вот это. — Кэтлоб схватил рукоять и сжал, издав лёгкое кряхтение.

— Гав!

Клинок внезапно завертелся с пронзительным жужжанием. Гарбэйдж яростно нахмурилась.

Берканана не сдержалась и выпалила: — Что это вообще такое? — И кто бы мог её винить за любопытство? Рараджа тоже не верил своим глазам.

Клинок вращался с такой скоростью, что мог измельчить всё, к чему прикоснётся. Всё это казалось злой шуткой.

Но Кэтлоб ответил совершенно серьёзно: — Это Клинок Кузинарт, которого боятся многие воины.

«Да уж, держу пари, они его боятся». Рараджа представил рыцаря, сражающегося с огромным монстром этим вращающимся мечом. Да, клинок, несомненно, порежет и изрубит врага, но... «Э-э, да, я не уверен насчёт этой штуки».

— А можно что-нибудь нормальное? — спросил Рараджа.

Кэтлоб хмыкнул. — Глупец. Это достойное оружие.

— Если позволите, эм... — Берканана перевела взгляд с Убийцы Драконов у своего бедра на Гарбэйдж, которая сверлила взглядом вращающийся клинок.

— Может, лучше тот, что не вращается?..

§

— Ву-у-уф...

Гарбэйдж недовольно тявкнула, оглянувшись на меч, теперь пристёгнутый к её спине.

В конечном итоге, она выбрала Меч Кузинарт. Этот образец работы легендарного кузнеца был однолезвийным мечом, острым как бритва. Но было в нём нечто более важное — клинок не вращался.

Пока их группа шла по улицам Скейла, Рараджа не мог удержаться от ворчания в адрес девушки. — Ну ты и привереда...

Гарбэйдж представили столько невероятного оружия, и всё же она умудрилась остаться недовольной. Словно она считала, что ни одно из них не сравнится с её старым палашом.

— Ну, ей же им пользоваться... — прошептала Берканана, слегка ссутулившись. Рараджа шёл слева от неё, а на её бедре в ножнах висел Убийца Драконов. Берканана погладила его своей большой ладонью. — Думаю... я её отчасти понимаю.

— Я не говорю, что не понимаю, — проворчал Рараджа. — Просто она привередничает.

— Ну, да... Да.

Не то чтобы Рараджа был мастером своего дела, который мог бы быть безразличен к своим инструментам. Он смог встать в один ряд с лучшими только потому, что тщательно подбирал своё снаряжение — или, по крайней мере, он наконец-то оказался в положении, когда мог выбирать, какие инструменты использовать. Этот факт радовал его больше всего на свете.

Новый нож. Инструменты для взлома замков. Сумка для карт, подаренная Иарумасом. Всё это заставляло его сердце трепетать.

«Хоть меня это и бесит».

Он хотел перестать вести себя по-детски, когда ему дарили такие вещи. Перестать так радоваться. И да, он знал, что это тоже было своего рода привередливостью к инструментам, как у Гарбэйдж с её мечом.

Рараджа старался смотреть вперёд и не зацикливаться на своём прошлом. Его мысли блуждали, пока он плёлся за рыжеволосой девушкой. Она шагала вперёд без колебаний, а он и Берканана следовали за ней.

«Мы как будто её приспешники... Нет, — поправил себя Рараджа, — только я».

Герой, сразивший дракона, и объедки, которые даже дракон не стал бы есть.

То, как люди смотрели на Гарбэйдж, изменилось. Она больше не была грязной рабыней, а настоящим авантюристом. О ней говорили шёпотом, сплетничая о её достижениях.

То же самое было и с Беркананой. Девушка-переросток стала магом, владеющим Убийцей Драконов. Однако она всё так же робко съёживалась каждый раз, когда кто-то называл её Убийцей Драконов. Не то чтобы она могла так спрятаться, конечно. А прятаться за Рараджей было тщетной затеей.

Что касается того, как мальчик относился к тому, что его использовали как щит...

«Я кто? Её спутник-вор?»

В легендах и балладах о героях редко можно было увидеть вора, сопровождающего героя, в положительном свете. Почему-то Рараджу забавляло оказаться в таком положении сейчас. Истощённый мальчишка, сбежавший из родного города, теперь жил на широкую ногу, хоть и не был особо богат.

— Тяв! Тяв!

Гарбэйдж несколько раз тявкнула, не оставляя ему больше времени на раздумья. «Быстрее», — говорила она. Сообщение доходило без слов.

«Знаю». Рараджа ускорил шаг, и Берканана неуклюже поплелась за ними.

— Так, эм, скажи мне...

Даже в людных улицах было легко узнать голос Беркананы, доносившийся сверху. Он поднял взгляд, мимо её пышной груди, на её золотые глаза, которые многократно моргали, словно пытаясь спрятаться.

— Ты... ищешь кого-то, Рараджа-кун?

— А?

— В подземелье?..

— О-о-о...

«А, да. Я же ей так и не рассказал, да?»

Ну, они все были такими. Он не знал о происхождении Иарумаса. Не знал прошлого Гарбэйдж. И он почти ничего не знал о Берканане. Она приехала прямиком из деревни на востоке, вошла в подземелье, а затем была убита драконом.

Это было всё, что он знал, но этой истории было недостаточно, чтобы объяснить всё о ней.

«Когда она умрёт, превратится в пепел и исчезнет — и когда то же самое в конце концов случится со мной — я хочу, чтобы что-то осталось. Даже если этого будет недостаточно, чтобы полностью рассказать наши истории».

Глаза Рараджи сузились, когда он посмотрел на меч на спине Гарбэйдж.

— Эй. Я же говорил тебе, что раньше был в другом отряде, верно?

— О, да. — Берканана кивнула, её голова качалась вверх-вниз размашистыми движениями, хотя ей самой этот жест казался довольно скромным. Затем, словно вспомнив важную деталь, она добавила: — В конюшнях.

— Они были не самыми добродушными ребятами.

— Значит, их мировоззрение было злым... — пробормотала Берканана. — Так?

— Ну... Может быть.

Рараджа уклонился от ответа. В конечном счёте, доброе или злое мировоззрение просто означало, ставишь ли ты других на первое место, или себя. Истинное зло — это как предложить помочь старушке нести сумки, а потом бросить её посреди улицы.

Но к какому мировоззрению относился его бывший клан, у Рараджи не было ответа.

— Пока я был с ними, одна из нас... — Рараджа на мгновение запнулся, колеблясь. — Одна из нас умерла.

Ещё одна пауза. — Понятно, — сказала Берканана.

— Они оставили её тело гнить.

Вот почему он её искал...

Когда Рараджа сказал ей это, Берканана выглядела так, будто очень хотела что-то ответить. Она несколько раз открывала и закрывала рот, раз за разом проглатывая слова. Наконец, она пробормотала: — Надеюсь, ты её найдёшь.

— Ага.

Странно, но разговор на этом оборвался. Берканана молчала, и это не давало Рарадже повода говорить что-либо ещё.

Через некоторое время Берканана внезапно пошла быстрее, опередив мальчика. Её заплетённые волосы качались в такт её движениям, когда она шла вперёд — чтобы встать рядом с Гарбэйдж.

— Гав...

Девушка бросила на неё взгляд, который говорил: «Чего?». Берканана наклонилась, приблизив своё лицо к лицу Гарбэйдж.

— Гарбэйдж-тян, может, мы найдём для тебя другой меч в подземелье.

— Грррр...

— Да... Так что давай поищем вместе, хорошо? Я помогу...

— Гав.

Рараджа не знал, удалось ли им на самом деле нормально поговорить, но ему было приятно видеть их двоих в таком виде — Гарбэйдж, смотрящую вверх, и Берканану, присевшую на корточки.

Сокровища подземелья манили их. Возможно, они даже смогут найти оружие, подобное старому палашу Гарбэйдж. Их отряд убил красного дракона. Так что же такого в поиске трупа — или меча?

«Может, мне стоит спросить совета у верховного жреца Така».

Рараджа всё ещё немного колебался, стоит ли заводить разговор с Сезмаром и Олл-старс, но их жрец казался тем, кто его выслушает.

Мальчик почувствовал, что его точка зрения несколько изменилась. Его шаги стали легче, и он погнался за двумя девушками.

§

— Давай уже, делай.

— Заткнись. Я знаю... Хорошо?

Пальцы девушки болели. Она подняла сокровище, которое уронила, когда мужчина нетерпеливо толкнул её в затылок.

Оно было ужасно холодным.

Они были на первом этаже подземелья, и там собралось много авантюристов. Это было почти как маленький городок... но всё же это было подземелье. Полы и стены были из камня.

Жалкого одеяла было недостаточно, чтобы холод не проникал в тело девушки, вторгаясь в каждую пору. Как же ужасно она тосковала по тёплым норам своего родного города. Пьют ли её родители сейчас чай? Это место — подземелье — не было пригодно для жизни. Тем не менее, другого места для неё не осталось.

Девушка... Она изо всех сил прищурила свой единственный мутный глаз, и её пальцы поползли по сокровищу, которое она держала.

Её мёртвый глаз, выбитый арбалетным болтом, был забинтован. Тело под её похожей на тряпьё одеждой было не в лучшем состоянии. Если бы она неосторожно коснулась проклятого предмета, его проклятие, несомненно, пожрало бы её тело. Всемогущие чудеса Бога не даровались всем людям в равной мере.

«Так холодно...»

Её многочисленные ноющие раны должны были гореть, но холод поселился глубоко в её внутренностях. Это было чувство смерти, и она хорошо его знала — по личному опыту. Жрецы в Храме Канта, по-видимому, говорили, что смерть нужно праздновать. Она не могла так на это смотреть.

«О, но...»

Если она умрёт, исчезнут ли её раны? Исчезнет ли её проклятие?

Каждый раз, когда она слышала этот искушающий шёпот в глубине своего сознания, девушка стискивала зубы и прикусывала губу. Тем не менее, любой бунтарский дух, которым она когда-то обладала, давно был сломлен.

Она коснулась меча-сокровища — да, это был меч — любовно, нежно, словно ласкала чьё-то мужское достоинство. Она перетрогала их так много, что её тошнило. Но она привыкла к этому. Все мелкие порезы, которые они ей нанесли, ужасно болели.

— Простите, — слабым голосом произнесла девушка. — Это не Меч Кузинарт.

Внезапный удар пришёлся девушке по голове. Её разум опустел, прежде чем успел осознать боль, и она упала на каменные плиты, её шея опасно изогнулась.

Глухой звук удара лба о камень — её череп затрясся, а вместе с ним и сознание.

Затем последовала жгучая боль в щеке.

— Э... т... о... н... е... м... о... я... в... и... н... а...

Её язык заплетался. Она не могла говорить внятно. Это было как в тот раз, когда он прокрутил винную бутылку внутри неё.

— Нет, это твоя вина, — усмехнулся мужчина. — Это твоя вина, что у меня плохое настроение.

Раздался влажный звук, когда он плюнул на девушку — на повязку, закрывавшую её выбитый глаз. Она ненавидела это даже больше, чем если бы он плюнул ей в лицо. Ей казалось, что слюна просочится сквозь повязку, оскверняя её тело через глазницу.

Хотя в её нынешнем состоянии это казалось мелочью, на которую можно было бы жаловаться.

— Нгх, ах...

Сапог мужчины вонзился ей в лицо, когда она попыталась встать. Словно умирающее насекомое, пришпиленное и вскрытое, она вяло замахала руками и ногами. Её движения были судорогами больного человека. Единственное, чем она могла свободно двигать, был её оставшийся глаз.

— Ух, не выношу эту девчонку...

Именно тогда девушка-рея это увидела. Своим единственным, затуманенным глазом.

Там, идущий с одетым в чёрное мужчиной и двумя девушками, был тот мальчик.

Больше глав?

1~5 томов уже переведены (с картинками)

Tg - @TheEternalWorker

(розыгрыш на полный доступ к тайтлам)

Boosty - https://boosty.to/the_lost_nota/about

(более 25 завершенных работ)