Глава 9. Меньше знаешь — крепче спишь

Что же, приготовьтесь услышать две новости: одну хорошую и одну плохую. С чего бы начать? Давайте с хорошей. Лиза осталась в порядке. Слабость пронеслась по всему телу, будто резкая стремительная волна, однако затем снова перетекла в штиль. Что в таком случае не так? А то, что причина подобному чуду не найдена. Хотя объяснения бы оказались крайне полезными! Проклятие Вермандо до сих пор не поддавалось никакому анализу, вело себя хаотично. Хотя… нет, некоторые закономерности все-таки были: например, слабость, желание валиться с ног, звон в ушах, головокружение и, наконец, непонятные галлюцинации с таящейся в темноте девушкой. М-да, навряд ли, вернувшись в свою вселенную, жертва одного жестокого шутника сможет найти подходящие витаминки от всех этих «болезней», потому решать проблему надо здесь и поскорее.

Вот только… сегодня с этим придется повременить. С Вермандо о подобном говорить бесполезно, а отказавшаяся от ужина Нисса казалась ещё более подавленной и закрытой, чем вчера вечером. Не мог не волновать вопрос: «Это из-за подслушанного разговора с Кагуцучи или чего-то другого?». Но, конечно, пока что такие вопросы приходилось попридержать в себе.

Однако, даже несмотря на отказ от ужина и свой вид, Нисса все равно спустилась вниз и предложила свою помощь с мытьем посуды. Её тотчас же стали отговаривать. Ещё бы. Богиня будет мыть посуду? Но тогда в разговор Ниссы и Хиды встряла подошедшая в этот момент Мира:

— Так сильно желаете помочь?

— Да, я бы хотела что-нибудь сделать… — тихо и несколько скомкано ответила Нисса, чем вызвала странную задумчивость на чужом лице.

— Надо же… Хм, Хида, а разве даже подобные мелкие прихоти — не воля божья?

— Но… Да разве так можно?!

Хозяйка храма была в полнейшем недоумении, однако в конечном счете слова помощницы заставили её передумать. Нисса на это молча кивнула и сразу отправилась к умывальнику.

Конечно, сама по себе посуда не имела никакого значения, однако процесс заставлял погрузиться во что-то похожее на медитацию. Лишь бы не сидеть без дела, лишь бы не оставаться наедине с собой.

Холодная вода тоже играла на руку. Конечно, неприятно щипала кожу и заставляла неметь руки, однако вдобавок неплохо отрезвляла. Хах, даже забавно. Впервые Нисса ловила себя на мысли о том, как хорошо мыть посуду. Как давно она этого не делала? Даже не вспомнит точно… Но где теперь то место, что таило в себе память о столь простых денёчках и бытовых делах? Ну вот, и снова мысли уходят не в то направление.

Однако же, когда посуда была перемыта, рядом тут же оказалась Хида. Перед этим она намывала и вытирала ручки самой младшей трехлетней воспитаннице храма, а теперь решила позаботиться и о гостье. Протянула сухое полотенце, только было хотела взяться за руку Ниссы, как ей резко попрепятствовали, рефлекторно отдернув руку. Безжизненный ранее взгляд в момент наполнился страхом и боеготовностью, но, кажется, потерянный вид Хиды помог немного приостановить развитие потенциальной атаки.

— Ой, прошу, простите! Я напугала вас? Мне очень жаль! Вот, возьмите полотенце. Ваши руки мокрые…

— А… Ну да, мокрые… Спасибо.

И все-таки гостья приняла чужую заботу. Вытерла руки, но оставалась начеку, пока Хида тем временем убедилась в том, что Мира возьмет на себя всю остальную работу по укладыванию детей спать, и решилась на более серьезный разговор. Об этой серьезности не забывал сказать и её переменившийся взгляд.

— Госпожа, пока все остальные отходят ко сну, сможете ли уделить мне ещё немного времени?

Такие вопросы и перемены в поведении напрягали ещё больше, однако, недолго поколебавшись, Нисса согласилась:

— Да… конечно. Вас что-то беспокоит?

— Пройдемте со мной.

И всё, ни слова более. Хида тут же повела девушку за лестницу, а там, как оказалось, крылась маленькая деревянная дверца подвала. Разговор собирался проходить там. Подобное не могло не вызвать новых подозрений, однако Нисса приняла приглашение и спустилась вниз. Только не подумайте, что всё так просто. Руки сами собой начали по-тихому накапливать больше и больше энергии: из земли, из воздуха — да всю, что попадалась! Лишь бы в случае чего успеть создать мощную контратаку.

Внизу темнота — оно и понятно. Но стоило зажечь свечи, как вид подвала несколько удивил Ниссу. Множество книг, письменный стол, полноценное рабочее место и очередные религиозные фрески.

Кто-нибудь вроде Лизы наверняка бы тут же отвлекся на интерьер, с интересом бы рассмотрел те же фрески, но Ниссе от одного лишь взгляда на них становилось тошно, а потому и задерживаться здесь точно не хотелось.

— О чём вы хотели поговорить? И зачем мы здесь?

— Здесь мы можем остаться наедине. Госпожа Нисса, вы в смятении? — неожиданно проницательно спросила Хида.

— Что? Не совсем понимаю, о чем вы…

— Можете не скрывать. Я вижу. А уж особенно сегодня. Вы бледны, измотаны… Подобное так просто не скрыть. Скажите, пожалуйста, ваши спутники ничего вам не говорили?

— О чем не говорили? Я… не понимаю.

— О вас и вашем происхождении.

С самого начала нетрудно было догадаться, что Нисса — так себе актриса. Да, надо, но вот не может она отыграть спокойную и мудрую богиню — тот образ, который желают увидеть верующие. Чувства, то и дело терзающие грудь, — тоже те ещё помощники. Вот и сейчас они предательски отражаются в резко округлившихся глазах.

Происхождение… Да только о нем Нисса и думает! Мир будто сошел с ума, но она же помнит! И Альнилам, и лагерь, и преданного друга, и названного брата, и бойкую соседку. Память хранила всё: от шелеста листьев излюбленного студентами лесочка до вкуса сладостей, продающихся через дорогу. Всё это не может быть ложью. Не может Нисса быть главной сумасшедшей! Или может? А если так, то что, если и сейчас всё не такое, каким видится?

Но во взгляде Хиды не читалась ожидаемая альниламовкой ненависть, хотя и то бездумное благоговение ушло на задний план. Честно говоря, складывалось такое ощущение, будто в миг перед Ниссой возник совсем иной человек. Даже жутко…

— О происхождении? Не припоминаю ничего тако…

Но в памяти резко всплыл образ Вермандо с его сомнительными бреднями, а также нечитаемая Логан. Оба этих человека по-своему внушали страх своим резко отличающимся от остальных поведением. Их непредсказуемость то и дело заставляла ждать какого-то подвоха. Но… может, они что-то знают?

— Как я и думала. В таком случае вы имеете право знать. Ещё когда я была маленькой, бывший хозяин храма, мой наставник, рассказывал историю об одной верховной богине, создающей новые миры. Занимаясь своим делом, она порой приглядывала за жизнью появляющихся там созданий, среди которых оказалась одна крайне одаренная и выдающаяся девушка. Эта девушка отличалась как спокойным нравом, так и неудержимой тягой к знаниям и открытиям. Однако миров становилось все больше, и присматривать за ними оказалось непросто. Из-за этого верховная богиня избрала своих помощников и наделила их выдающимися силами. Каждый этот помощник стал богом поменьше и оказался ответственным за свой мир. Думаю, нетрудно догадаться, что той самой девушкой, о которой я говорила ранее, были вы. И вы стали нашей богиней.

Желание начать все отрицать было не просто сильным, а… Да словами не описать! Рвалось наружу и всё! Но, поборов этот порыв, Нисса отметила: была в этом рассказе часть известной ей правды. Спокойный нрав и тяга к открытиям… Пожалуй, это весьма точное описание той Ниссы, которая все ещё оставалась в её же собственной памяти. Жаль лишь, что сейчас привычный ход мыслей туманят страх и смутная тревога…

— Должно быть, вы всего этого не помните, верно? Ваш взгляд выдает некое… недоумение. Однако все проще, чем кажется.

Наконец, все обдумав и дав волю любопытству, альниламовка приняла более серьезный и уверенный вид.

— Откуда вся эта информация?

— Эти знания передаются в нашем храме уже не одно поколение. Насколько мне известно, его основатель достиг немыслимой точки просветления, что позволило ему удостоиться чести не только узнать правду о вашем происхождении, но и встретиться с верховной богиней.

— Но почему тогда я ничего не помню?! Это же полнейший бред!

Всё, не выдержала. Голос стал тверже, а с тем и громче. Ранний испуг начал перерастать в раздражение и даже негодование. И нет, ни в коем случае не на Хиду, скорее на ситуацию в общем. Ведь во всех этих перипетиях сюжета черт ногу сломит. Хотя... крайней всё равно волей-неволей оказалась она.

— Это ещё не всё, — невозмутимо продолжила просветительница. — Про память… Тут все не так просто, и именно тут сокрыто предназначение нашего храма. Наделяя своих помощников особыми силами, верховная богиня более всего боялась, что эта сила развратит вас и в дальнейшем станет причиной вашего отрыва от людей и человеческих чувств. Потому всякий раз, когда в мире наступает хаос, вам суждено снова и снова перерождаться в человеческом обличии, не помня божественного могущества. Снова и снова взрослеть, меняться, общаться с людьми и познавать их страхи и радости, мечты и надежды. В полной мере познав всё это и выполнив свою миссию, вы сможете снова вернуть воспоминания и отправиться на небеса. Мой же долг — помочь вам в этом непростом деле. Не беспокойтесь, с вами все в порядке. Вы не сходите с ума. Всё так, как и должно быть.

Конечно, до конца поверить в подобное трудно, однако... данной ситуации объяснение подходило. Сама Нисса притихла, задумалась. Что ж, её с самого начала напрягала такая наивность и покладистость Хиды, а тут вот оно... Не такая уж она и глупенькая, какой может показаться на первый взгляд.

— Хорошо, но если даже все это и правда, то... — Нисса явно думала, как подобрать слова, но потом решилась не сдерживаться и говорить уже то, что думает: — Если это всё правда, то для чего тебе такая богиня? Чем я полезна? У меня ни памяти, ни толковой силы, ни власти, ни гроша за спиной — ты всё это знаешь. Я не понимаю, что происходит, в моих глазах весь мир буквально сошёл с ума! Я сейчас — ничего не ведающий ребёнок. Так зачем со мною нянчиться? Тем более здесь и так полно детей, нуждающихся во внимании.

— Просто вы — это вы. И я в вас верю, — ни секунды не думая, ответила Хида. — Как себя ни ведите, как к себе не относитесь, но вы же Нисса, верно? И вы останетесь ею хоть через сто, хоть через тысячу лет. Что я получу со всего этого? Знаете, кое-что, чего мне сильно не хватало, — новый лучик надежды. Если есть хотя бы малейший шанс сделать наш мир хоть чуточку лучше, я буду за него хвататься.

После этих слов повисла тишина. Нисса не спешила ничего отвечать, скорее обдумывала всё сказанное ранее. Верить человеку из Альнитака? Такая себе идея. Однако пока что, увы, альтернатив было маловато.

— Итак, сегодня у вас был непростой день верно? — вдруг продолжила Хида, не дожидаясь никакого ответа. — Вам пора бы спать. Спасибо большое, что уделили мне время. Надеюсь, эта информация поможет вам в разгадке собственной миссии и секрета того, как вернуть память.

За сим разговор был окончен. Поклонившись, хозяйка храма ушла, а Нисса осталась одна наедине с фресками и какими-то бумагами.

Всё еще обдумывая чужие слова, она взяла пару бумаг, захотела их рассмотреть и заметила целый набор небольших зарисовок. И везде её лицо... Да кто же может быть автором всей этой великой шутки?

— Жуть какая... — проронила девушка. Но нет, не подумайте, нарисовано красиво, однако это начинало походить на какую-то одержимость. Правда жуть.

Но тут взгляд зацепился за кое-что другое, что-то более интересное: небольшие записи в уголке одной из бумажек. И что же в них такого примечательного? Письменность! Писал точно альниламовец! Хотя содержание не такое интересное. Маленький стишок о цветах, скорее даже детский, однако Нисса, только завидев знакомую письменность, тут же схватилась за неё, как за крайне весомую улику. Но… увы, она ничего не объяснит и не расскажет. Так, намекнет. А на что намек — догадайся сам.

Более ничего интересного под руку не попалось — и бог с ним. И так есть, о чем подумать. А сейчас поздно, пора бы ложиться спать, набираться сил, но как с таким уснешь? С большим-пребольшим трудом. Неудивительно, что при покидании таинственного подвала Ниссе пришла в голову одна очень напрашивающаяся мысль: «Меньше знаешь — крепче спишь».