Чувствуя боль по всему телу, Айвор скривился, глядя на свои способности.

— Контроль направления: вы свободны, словно птица в небесах, выбирайте собственный путь, по которому вольны ходить, но будьте осторожны с тем, чтобы ваша дорога не привела вас к собственной гибели.

«И что же это, чёрт побери, вообще значит?! Свободен, словно птица в небесах? Да я буквально прикован к стулу и лежу на чёртовом потолке! Что не так с этими описаниями?!»

Мысленно выругавшись, он попытался вспомнить те немногие события, разрозненные в его голове.

Казалось, что воспоминания были чуждыми, отчего приходилось сосредотачиваться, чтобы понять их.

Картины перед глазами раз за разом проносились мимо, не задерживаясь ни на секунду.

Но всё же некоторые из них он смог отчётливо увидеть.

В одном из них он, словно профессиональный бегун, мчался по стене, будто сама гравитация работала на него.

В другом же видении он с грохотом «упал» на огромную тварь, отдалённо напоминавшую хищную птицу с туловищем монструозного чудовища. И ведь она была в небе!

«Может ли быть так, что я могу самостоятельно решать, в какой позиции я буду находиться?»

Дело было не только в ходьбе: казалось, его способность буквально меняла для него поверхность притяжения — будь то вертикальная скала или даже ничего не подозревающий человек.

В частности, в одном из воспоминаний была неприятная картина, где он «падал» по горизонтали, пока не наткнулся на густые древесные кроны.

«…Похоже, я не могу изменить выбранное направление, пока не коснусь какой-либо поверхности…»

Безусловно, данная способность была очень сильной и даже полезной, но даже так можно было сразу выявить её коварный недостаток.

«Если я выберу направлением небо, то это будет означать, что моё „падение" станет бесконечным, пока я не врежусь во что-нибудь…»

Это значило, что необдуманное использование способности буквально может убить от высотного падения или же напрямую швырнуть его в просторы космоса, пока он не задохнётся.

Стиснув зубы при этой мысли, Айвор попытался встать со своего места, когда внезапно полетел в сторону стены.

— …Чёрт.

Одна только мысль о поверхности заставила его способность сработать, тут же швырнув его к стене.

Благо, тело, во много раз превосходящее человеческие возможности, было присуще всем мутантам. Возможно, только благодаря этому юноша ещё не разбился в лепёшку от очередного падения.

— Х-а-а.

Устало выдохнув, он вновь представил, как падает на пол, и с грохотом оказался на бетонной поверхности.

Благо, этот шум не привлёк внимания людей снаружи комнаты, отчего Айвор испытал облегчение.

«Так, с этим разобрались, что дальше?»

— Ощущение пустоты: благодаря благословению звёзд вы можете свободно чувствовать связь с потусторонним миром. Загляните в своё сердце и отыщите ключ к самопожертвованию. Но держите в уме, что благословение столь желанно и ценно, что за ним могут начать охоту. Ваше присутствие раздражает существ по ту сторону.

Внимательно прочитав детали второй способности, Айвор на миг потерял дар речи.

«Эта штука вообще может нормально объяснять вещи своими словами?!»

Как бы он на это ни смотрел, само описание больше походило на бред умалишённого.

Собравшись с мыслями, юноша всё же сосредоточился, выискивая подсказки в своей изрешечённой памяти.

Но на этот раз деталей использования способности было куда меньше.

В частности, один из фрагментов был смутно тревожным. Настолько, что у него невольно пробежали мурашки по телу.

В нём, по всей видимости, он сам стоял посреди богато украшенного зала. Высокие колонны, удерживающие купол исполинских размеров, были испещрены градом пуль, в то время как пол был усыпан сотнями трупов.

Окружённый, раненный и обезоруженный, он стоял посреди вооружённых людей в тяжёлой броне.

Напротив него же, совершенно невредимый, стоял человек с золотистыми волосами и богато украшенной короной. На вид ему было не более сорока лет, а одежда с инкрустированными драгоценными камнями никак не мешала ему держать в руках грозное копьё, переливающееся кроваво-красными оттенками.

Несмотря на свой жалкий вид, Айвор будто и не замечал ран и не чувствовал боли.

Грозно ухмыльнувшись, он сплюнул на пол подступившую к горлу кровь, после чего медленно прошептал:

— Я утащу тебя с собой в ад.

В следующее мгновение окружающее пространство будто дрогнуло под чьим-то взором.

Чёрные клубы дыма вырвались из-под ног Айвора, погружая зал в кромешную тьму.

Следом за этим в воздухе прогремели выстрелы, направленные прямо на юношу. Но было слишком поздно.

Испарившись среди мрака, Айвор оказался прямо позади фигуры с короной, а следом за ним, разрывая воздух бритвенно-острыми когтями, возникли существа, которых можно описать лишь как демонов из преисподней.

Жадные до крови, они разрывали солдат в тяжёлой броне, устремляясь к врагам Айвора.

На этом моменте воспоминание обрывалось.

Но даже так перепугавшийся Айвор ясно вспомнил, почему он так редко использовал эту способность.

«…Она буквально призывает тех тварей, чтобы убить меня».

С содроганием вспоминая их полные ненависти взгляды, юноша судорожно сглотнул застрявший в горле ком.

— Эту штуку ни за что и никогда нельзя использовать.

Успокоив бешено колотящееся сердце, Айвор попытался вспомнить увиденное, но воспоминания ускользали, как песок сквозь пальцы.

«Кем был тот человек с копьём? И почему я так сильно хотел его смерти, что даже будучи в окружении решился на такой отчаянный шаг? И что самое главное — как я вообще умудрился выжить в этой заварушке?»

Смутные сомнения закрадывались в его сердце. Вспоминая описание титула — «Цареубийца» — он с трудом мог поверить в него.

«…Что за чёрт, чем я вообще занимался в прошлом?»

Несомненно, его досье, зафиксированное в Алгоритмах Рока, заслуживало того, чтобы сказать наверняка — он был самым настоящим психом и преступником.

«Не удивительно, что меня тут заперли…»

С сожалением выдохнув, он пытался перебирать в уме свои другие «достижения» до того, как потерял память.

Но результат мягко говоря шокировал его.

«Сжёг собственный город, собственноручно перерезал горло своему брату, грабил и убивал ни в чём не повинных людей, продавал в рабство детей и женщин, занимался контрабандой…»

Айвора Хартли действительно следовало казнить на месте.

С ужасом оглядываясь назад, юноша на миг замолчал, пока в его голове не возник силуэт одной-единственной девушки.

Фара — одна из немногих, кого он так отчаянно защищал в прошлом. Девушка с чёрными, как смоль, волосами и бездонными, словно озёра, голубыми глазами.

«…Кажется, те люди искали её? Зачем им она? Нет, я не могу допустить, чтобы её схватили. Не могу? Это ещё почему? Кто она вообще такая, чтобы я так заботился о ней?..»

Смешанные чувства терзали его изнутри, будто сотни крюков. Но даже так он не мог отделаться от мысли, что Фара была дорога ему.

Возможно, она была единственной девушкой, которая была ему небезразлична.

«И кажется, она единственная, кто хорошо знал меня прежнего».

Мрачно улыбнувшись, Айвор вновь скривился от боли. Прошлые удары током не прошли без следа.

Мрачно выдохнув, он позволил гравитации вновь изменить своё положение, «рухнув» на стену.

По крайней мере, теперь стул стоял ровно.

«Хотя если учитывать то, что я лежу на стене, то стул тоже лежит? Или же он подвешен?»

Ненадолго забавляясь нелепой мыслью, он всё же с горечью осознавал своё положение.

Вот уже третьи сутки его морили голодом и жаждой. Даже с учётом его нечеловеческого метаболизма подобное в скором времени приведёт к тяжёлым последствиям.

«Значит, мне срочно нужно бежать отсюда. Стой, зачем мне вообще бежать? Оно мне надо? Надо, сильно надо. Неужели я сошёл с ума?.. Да нет же, я вроде и раньше был таким, правда же?»

Перебирая в голове разные вещи, юноша всё же остановился на решении о побеге.

С этими мыслями он наконец вызвал последнюю способность, которую ранее никогда не видел.

— Знак постоянства: вы — один из немногих, кто замечал неправильность мира и желал исправить её. Своими деяниями вы привлекли внимание Великого Художника Железной Крови. В качестве награды он даровал вам своё благословение — так примите же дар и переделайте мир так, как сами того захотите.

Возможно, эта способность была самой странной в его арсенале, но даже так Айвор не мог ничего с этим поделать.

Медленно выдохнув, юноша внутренне молился, чтобы эта способность не привела к его гибели.

Крепко зажмурившись, он интуитивно ощутил до того неизвестный дар, который жаром пронёсся по всему телу.

От макушки головы до кончиков пальцев прошёл ток, приятно отдаваясь в сознании. На миг он будто увидел себя со стороны.

Болезненно бледная кожа с множеством шрамов показалась ему гладкой и шелковистой, в то же время под ней он ясно ощутил плотные, перекатывающиеся мышцы со сложной структурой.

На посиневшей от пыток груди из-под порванной рубашки ясно выглядывала татуировка в виде чёрного солнца.

Тонкие брови с прямыми концами, казалось, придавали его лицу хитрые тени, что в сочетании с узкими чёрными зрачками делало его похожим на безумца.

Чёрные сальные волосы до плеч ещё больше подчёркивали этот образ, скрывая небольшой шрам над бровью.

Но было кое-что другое, что он ощущал помимо этого. Руки, скованные цепями за спиной, нащупали шероховатую поверхность стены, различая малейшие детали.

Отчего-то создавалось впечатление, что пожелай он того — и бетонная поверхность подчинится его воле.

Стараясь как следует ухватить эту мысль, Айвор с удивлением обнаружил, что твёрдая поверхность начала плавиться, словно воск. За считанные секунды стена будто растаяла и стала зеркально гладкой.

«А вот с этим уже можно работать».

Лукаво ухмыльнувшись, он схватил края цепей, тут же ощутив, как они плавятся в его руках. При этом никакого жара он не почувствовал.

С характерным лязгом цепи сползли с его запястий, позволяя наконец ощутить лёгкость.

Протирая ноющие руки, юноша также быстро снял с ног оковы.

— Ну, можно сказать, что полдела уже сделано.

В этот момент в его голове начал формироваться план побега.