Пока все гражданские и военные чиновники были охвачены страхом и тревогой, Сяхоу Дань, которого они считали воплощением дьявола, трупом лежал в постели.

Сильнодействующего лекарства, приготовленного Сяо Тяньцаем, едва хватило, чтобы дотянуть до конца утреннего приема, но как только его действие ослабло, он снова вернулся в своё прежнее бессильное состояние.

В тот день было необычно холодно. После нескольких дней осенних дождей северный ветер принёс с собой дыхание зимы. Бэй Чжоу суетился, отдавая распоряжения слугам подогреть полы и сменить одеяла на более теплые, при этом совершенно игнорируя Сяхоу Даня.

После того как все ушли, он, не обращая внимания на умирающего, занялся проверкой личной охраны.

Сяхоу Дань, полумертвый и съежившийся под одеялами, тихо простонал:

— Дядя Бэй…

— …

— Дядя Бэй, дай мне воды.

Бэй Чжоу с каменным выражением лица демонстративно поставил чашку с горячей водой у края постели, да так резко, что несколько капель пролилось.

Сяхоу Дань:

— …

***

Тем временем Ю Вань Инь продолжала разыгрывать перед окружающими святую невинность.

Покинув дворец, она позволила другим перепуганным наложницам отвести ее в сторону, чтобы пошептаться и посплетничать. Затем той же толпой они направились к покоям вдовствующей императрицы, но так и не смогли попасть на прием, чтобы выразить своё почтение. Затем они направились к покоям императора, но стража вежливо попросила их удалиться.

После того как все действия в рамках дворцового этикета были выполнены, Ю Вань Инь так замёрзла, что уже не чувствовала пальцы на ногах. Потирая замёрзшие руки, она произнесла заключительную реплику:

— Похоже, сегодня мы ничего не узнаем. Давайте разойдёмся.

Но тут одна из юных красавиц ухватила её за руку и с очаровательной улыбкой прошептала:

— Сестра Ю, не волнуйся, самое позднее к вечеру мы должны услышать новости.

Ю Вань Инь:

— А?

Все заговорщически переглянулись и засмеялись. Затем кто-то другой взял её за другую руку и прошептал:

— Сестра, императрица-мать слегла. Теперь некому присылать отвар против зачатия. Самое время постараться, чтобы подарить императору наследника.

— Верно, позавчера я выучила модный пионовый макияж, могу сделать его для сестрицы.

— Что вы такое говорите? Сестра Ю и так прекрасна, густой макияж только скроет её природную красоту! На празднике цветов наложница Се сколько ни белилась и ни румянилась, а рядом с сестрицей всё равно выглядела посмешищем! Зато у моей розовой воды такой тонкий аромат, сестрица, смотри…

Ю Вань Инь:

— …

Она вспомнила, что перед инцидентом на горе Бэйшань дворцовые интриги как раз достигли того момента, когда она снова вернула расположение императора.

Вдовствующая императрица, некогда обладавшая огромной властью, пала. Это вызвало потрясение не только при дворе, но и в гареме. Теперь все наложницы стремились завоевать расположение Ю Вань Инь.

Семья юной красавицы, что шла с ней под руку, принадлежала к фракции вдовствующей императрицы. Сама она раньше прислуживала Добродетельной супруге, и вместе с ней унижала Ю Вань Инь. Теперь же, бледная от страха, она опасалась, что Ю Вань Инь, придя к власти, нашепчет императору ей отомстить, а то и вовсе погубит её семью. Поэтому она поспешила выразить свои добрые намерения.

Но были и стойкие, считавшие Ю Вань Инь выскочкой, и язвительно заметили:

— Сердце императора всегда было изменчивым. По-моему, тебе следует быть осторожнее, сестра.

Ю Вань Инь снова вспомнила, что это был роман о дворцовых интригах.

Но до сих пор она не запомнила всех их имен.

«Роковая наложница, которая погубит страну» Ю Вань Инь, долго стояла, подбирая слова и, наконец, выдала:

— Знаете, при дворе всегда сравнивали внешность и происхождение. Атмосфера, прямо скажем, недружелюбная.

Наложницы:

—?

— Более того, средняя продолжительность жизни женщин в императорском гареме всегда была слишком короткой. Такое положение вещей невыгодно ни для кого. У меня есть предложение: что, если нам ввести нечто вроде игры в пинг-понг? Это поможет направить соревновательный дух в полезное русло. Дружба на первом месте, соревнование на втором, к тому же это поможет улучшить физическую форму и позаботиться о психическом здоровье.

Повисла мертвая тишина.

После долгой паузы юная красавица, державшая её за руку, осторожно спросила:

— А что такое пинг-понг?

***

Когда все женщины разошлись, Ю Вань Инь через потайной ход вернулась под кровать Сяхоу Даня.

Едва она высунула голову, как её обдало волной тепла.

Подпольная система обогрева раскалила покои до весенней температуры, а сверху донёсся тихий голос Сяхоу Даня:

— …Если придворные лекари не справятся, подключишься ты. Лучше всего, чтобы она продержалась месяц.

— Я сделаю всё возможное, — ответил Сяо Тяньцай.

Раздался голос Се Юнэр:

— Могу я спросить, зачем?

В ее голосе чувствовалась ненависть, она все еще помнила, как вдовствующая императрица её отравила, чтобы спровоцировать выкидыш.

— Нет.

Ю Вань Инь лежала под кроватью, погруженная в раздумья.

Сторонники вдовствующей императрицы в последние дни завалили императорский кабинет докладами: среди них были и мольбы о пощаде, и заверения в покорности, и прошения об отставке, а также попытки обвинить других и устранить соперников — настоящее сборище демонов и разгул нечисти. Сяхоу Дань все их внимательно прочёл и назначил групповые аудиенции.

Теперь, оглядываясь назад, она наконец поняла, что у Сяхоу Даня была и другая причина не убивать вдовствующую императрицу сразу: оставить переходный период, чтобы плавно прибрать к рукам её власть.

Перед лицом такого могущественного врага, как принц Дуань, они все ещё были слишком слабы,и самой насущной задачей стало быстрое усиление своих рядов. А самыми лёгкими союзниками для привлечения были как раз те, кто вот-вот лишится своих привилегий, — облечённые властью сторонники вдовствующей императрицы, чьё поражение было подобно обвалу горы.

Тронуть их сейчас было бы слишком рискованно и невыгодно, ведь, в конечном итоге, он бы только расчистил дорогу для принца Дуаня. Идеальную чистку политической арены придется отложить на будущее, когда ситуация стабилизируется.

Хотя Ю Вань Инь лично не сталкивалась с этими сановниками, она читала о них. Эта компания то обманывала и льстила Сяхоу Даню, то лицемерно соглашалась с ним, а затем, прикрываясь именем императора, вымогала взятки и набивала карманы, не прекращая своих грязных игр. Даже как наблюдатель, она мечтала ускорить приход возмездия.

Но Сяхоу Дань сдержался.

Будь то на горе Бэйшань, когда его жизнь висела на волоске, или сейчас, когда его репутация значительно возросла, все его решения, если подумать, были наилучшими из возможных.

С точки зрения характера и кругозора, его можно было считать выдающимся правителем.

…Пожалуй, даже слишком выдающимся.

Кто бы поверил, что он всего лишь актер, попавший сюда год назад?

Се Юнэр помолчала, осмысливая происходящее, и пробормотала:

— Жестокий человек.

Жесткий к другим, и еще более жесткий к себе.

— Кто из сторонников вдовствующей императрицы является шпионом принца Дуаня?

Се Юнэр:

— …

— Хватит думать. Составь список и передай его мне. Мы уже в одной лодке. Если на этом этапе принц Дуань не умрёт, умрёшь ты. Так что прояви инициативу.

Се Юнэр подавила свой гнев и ответила:

— Поняла.

Сяо Тяньцай вышел вслед за Се Юнэр и, когда они остались одни, замедлил шаг, не отрывая взгляда от её спины.

— Госпожа.

Се Юнэр обернулась.

Юноша долго колебался, прежде чем заговорить:

— Разве вы не говорили, что тронуты искренними чувствами Его Величества?

Только что Сяхоу Дань своим поведением ясно дал понять, что видит в ней лишь инструмент.

Се Юнэр взглянув на наивное лицо Сяо Тяньцая, не знакомое со страданиями этого мира, горько усмехнулась:

— О какой искренности речь? Я просто переметнулась, чтобы выжить, пока они не определят победителя.

Эти слова прозвучали так уныло, что ей самой стало неловко. Сяо Тяньцай застыл на месте, явно не зная, как реагировать.

Се Юнэр, собрав остатки своей растоптанной гордости, вздохнула:

— Пошли.

— Когда они определят победителя… что потом? — донёсся вслед голос, в котором она уловила скрытую надежду.

Но её пыл уже угас, и у неё не осталось настроения вести какие-либо игры с мужчинами. Она пожала плечами:

— Наверное, попытаюсь сбежать.

Сяо Тяньцай замолчал.

Се Юнэр в тоске подняла голову, глядя на небо, ограниченное дворцовыми карнизами.

— Смешно, правда? Я всем сердцем жаждала обладать этим миром, но даже не знаю, как он выглядит.

***

Внутренние покои.

Ю Вань Инь выбралась из-под кровати:

— Встреча окончена?

— Окончена, — Сяхоу Дань откинулся на подушки.

Ю Вань Инь, чувствуя, как тепло возвращается к её конечностям, полностью ожила. Она присела на край кровати, сделала глоток чая и, нахмурилась, глядя на Сяхоу Даня

— Мне кажется, или ты выглядишь ещё хуже, чем с утра?

Сяхоу Дань не успел ответить, как Бэй Чжоу, стоявший у стены, фыркнул.

Сяхоу Дань быстро бросил на него взгляд, ясно говоривший: «Не вздумай рассказывать про лекарство».

Бэй Чжоу фыркнул ещё громче и ушёл.

Ю Вань Инь:

— ?

— Ничего, просто рана медленно заживает. Яд царства Цян слишком силён. То, что я выжил, уже чудо.

Ю Вань Инь прищурилась, разглядывая его, и протянула:

— Господин Дань, ну почему ты вечно что-то от меня скрываешь?

Был ли в этих словах скрытый подтекст — знала лишь сама Ю Вань Инь.

Сяхоу Дань натянуто улыбнулся:

— Ни в коем случае.

Незаметно для себя Ю Вань Инь обнаружила, что может многое прочитать по его выражению лица и даже взгляду.

Вчера, едва вернувшись с того света, он был в удивительно спокойном состоянии духа. Но сейчас его глаза, словно начерченные тушью, вновь померкли, словно он безмолвно терпел какую-то боль.

— У тебя снова голова болит?

Сяхоу Дань:

— …

— Как ты узнала?

— Я знаю куда больше, чем ты думаешь.

Ю Вань Инь не получила ожидаемую реакцию. Сяхоу Дань даже не стал подыгрывать, лишь притворно-безмятежно улыбнулся:

— Как и ожидалось от тебя.

Ю Вань Инь потерпела неудачу в своей попытке выудить информацию и сдалась:

— Ложись, помассирую.

На самом деле массаж не мог облегчить его головную боль. Но ему понравилось это предложение, и он с готовностью подставил голову. Ю Вань Инь растёрла ладони, чтобы согреть их, и умело надавила на его виски:

— Закрой глаза.

Сяхоу Дань послушно закрыл глаза, притворяясь спящим.

За окном завывал ветер, отчего в комнате казалось ещё тише.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Сяхоу Дань тихо заговорил:

— Ты в порядке?

— Я?

— Те люди, что погибли в горах… — Он не открывал глаз, тщательно подбирая слова. — Они в любом случае были обречены. Даже если бы они выполнили свою миссию, принц Дуань заставил бы их замолчать. Так что их смерть — не твоя вина.

Движения Ю Вань Инь замедлились.

Она была одновременно удивлена и раздражена:

— Ты решил оказать мне психологическую помощь?

Сяхоу Дань открыл глаза и посмотрел на неё сложным взглядом.

— Мы ведь прошли через одно и то же, так что если кому и нужна помощь, то нам обоим. — Она нежно погладила его по лбу. — И не твоя вина тоже.

Сяхоу Дань по-прежнему не сводил с неё глаз, так долго, что Ю Вань Инь почувствовала смущение.

Она потрогала своё лицо:

— Что-то не так?

— Нет, — Сяхоу Дань наконец отвел взгляд: — От тебя пахнет чем-то сладким....

— Пахнет? — Ю Вань Инь наклонилась, понюхала себя и рассмеялась. — Это твои прекрасные наложницы опрыскали меня розовой водой.

— Зачем они тебя опрыскали?

Ю Вань Инь вспомнила фразу «постарайся подарить императору наследника», и её лицо залилось краской:

— Без понятия.

— Ну скажи.

— Голова больше не болит? Тогда я пойду.

Сяхоу Дань тут же ухватился за край её платья:

— Нет-нет, не уходи, я не буду спрашивать...

Когда тайный страж с секретным письмом прибыл ко входу, ему открылась такая картина: тяжелораненый император не щадя собственной жизни заигрывал со своей роковой наложницей.

Страж замер на пороге и уже собрался ретироваться тем же путём, но Сяхоу Дань заметил его.

— В чём дело?

Ю Вань Инь тут же выпрямилась.

— Письмо от господина Бая.

— А-Бай? — спросила Ю Вань Инь.

Тайный страж вручил письмо и с удивлением посмотрел на Ю Вань Инь. Та даже не подумала уйти, а Сяхоу Дань и не собирался её прогонять. Тайный страж не мог не задуматься. Он отвечал за доставку писем, и каждый раз, возвращаясь во дворец спустя месяц-другой, замечал, что статус этой наложницы неизменно поднимался.

Что же в ней было такого, что затмило разум Его Величества, столько лет избегавшего женщин?

Сяхоу Дань уже вскрыл конверт, вытащил письмо и пробежал по нему глазами.

К удивлению стража, император принялся объяснять Ю Вань Инь:

— Я просил А-Бая послать кого-нибудь помочь Туэру. Он пишет, что выполнил.

— Послать кого-нибудь?

— …Его товарищей из мира Цзянху.

Ю Вань Инь вдруг всё поняла:

— Так это и было твоё задание для А-Бая? Ты пообещал Туэру помощь в виде группы людей из Цзянху? Погоди, но А-Бай лишь в этом году завершил обучение. Как он собрал столько людей?

Сяхоу Дань:

— …

Сяхоу Дань ответил уклончиво :

— Наверное, у него свои методы.

— А-Бай и впрямь способный.

Сяхоу Дань поджал губы, ничего не ответил и потряс конверт. Как обычно, сначала выпало несколько пилюль, а затем нечто неожиданное.

Серебряная заколка в виде птицы с расправленными крыльями, но с концов свисали не кисточки, а два длинных пера.

Подарок явно предназначался не императору.

Лицо Сяхоу Даня помрачнело:

— Жаворонок.

Он передал заколку Ю Вань Инь:

— Тебе. Говорит, скоро твой день рождения. Это его подарок.

Глаза тайного стража округлились. Неужели ему дозволено лицезреть нечто настолько вызывающее? При императоре делать подарки его женщине?

Тайный страж, затаив дыхание, покосился на Ю Вань Инь.

Та не знала, плакать ей или смеяться:

— Он и впрямь смерти не боится.

«Нет, госпожа наложница, как у вас может быть время беспокоиться о том, боятся ли другие смерти? Разве вы сами не боитесь смерти?»

Ю Вань Инь покрутила заколку в руках, заметив на лице Сяхоу Даня выражение «если ты её наденешь, я убью А-Бая», поспешно отложила её в сторону и попыталась успокоить:

— Не сердись. У него и в мыслях ничего такого не было. Люди из мира Цзянху не знают правил. Он считает меня другом…

Сяхоу Дань мрачно пробормотал:

— Всего несколько дней провели вместе — и уже друзья.

Ю Вань Инь, учуяв запах ревности, вдруг развеселилась, подумав:

«Ага, раньше так старательно изображал великодушие, а теперь сдулся».

Тайный страж, увидев улыбку на её губах, чуть не схватился за сердце.

Ю Вань Инь наклонилась и приблизилась к самому уху Сяхоу Даня:

— Ваше Величество…

Сяхоу Дань, почувствовав, как ее дыхание щекочет ухо, отвернулся. Ю Вань Инь, словно тысячелетняя лиса-оборотень, томно прошептала:

— Ваше Величество… он мне как сестра.

Сяхоу Дань:

— …

Тайный страж:

— ?

«Что она сейчас сказала?»

Её демонический голос продолжил терзать слух:

— Он говорит, что пурпурный цвет полон очарования.

Сяхоу Дань:

— …….

— Пффф.

Тайный страж с онемевшим сердцем подумал:

«Это, должно быть, какая-то форма колдовства!»