После слов герцога Рохана в гостиной повисла тишина, тяжёлая, как камень. Щёки герцогини вспыхнули румянцем — атмосфера резко накалилась из-за слов мужа. Она нахмурилась и попыталась его остановить:

— О чём ты говоришь?

Герцог, игнорируя её, перевёл взгляд с неё на Теренса.

— Я служу Его Величеству Императору, а также Его Светлости Великому Герцогу. Второму принцу и Его Королевскому Высочеству наследному принцу. Я не намерен становиться на чью-либо сторону.

«Да, я знала, что этот разговор всплывёт…»

Перед свадьбой она просила герцогиню стать свидетельницей дела, связанного с Императрицей. Герцогиня Рохан была известна как мягкая и добродушная дворянка, а их семья придерживалась нейтралитета. Это делало её идеальным свидетелем. К тому же герцогиня предусмотрительно привлекла пожилую маркизу Коннелл, что позволило завершить дело без подозрений.

Однако герцог имел полное право считать, что она использовала его жену. И, если честно, он был недалёк от истины.

Герцог посмотрел на неё прямо и твёрдо сказал:

— Считаю, что, помогая в этом деле, я уже отплатил за прошлое. Прошу больше не использовать нашу семью под предлогом родства.

Формально это звучало вежливо, но по сути означало: «держитесь подальше». В его карих глазах мелькнуло скрытое отвращение. Он явно был зол, полагая, что она обманом втянула его жену в это дело. Лишь её статус принцессы удерживал его от открытого гнева.

Она понимала его чувства. Как глава семьи, он прежде всего думал о безопасности близких. После прошлого инцидента герцогиня оказалась под вниманием Императрицы, Биллоса и даже самого Императора. Для человека, стремящегося к нейтралитету, это было недопустимо.

«Интересно, сможет ли он вообще сохранить нейтралитет…»

В будущем, которое она видела, разразится гражданская война и императорская семья падёт. Смогла бы семья Рохан остаться в стороне? Даже сейчас было непонятно, кто станет следующим Императором — Арентин или Биллос.

Упрямо держаться нейтралитета в такой ситуации было скорее опасно.

К тому же герцог время от времени приглашал Арентина в своё поместье.

«А ведь Диане нравится Арентин…»

И как бы он ни отрицал, он всё же был дядей Теренса. Какой смысл в таком положении настаивать на нейтралитете?

Она уже собиралась ответить, что понимает, но Теренс, до этого молчавший, спокойно вмешался:

— Герцог слишком оптимистичен.

— Великий Герцог, что вы имеете в виду?..

— Император пытался использовать принцессу Сорель и Императрицу, чтобы уничтожить меня и мою жену. Он использует всё, что угодно, ради своих целей. Вы правда думаете, что нейтралитет защитит вас до конца?

Герцог не нашёлся с ответом.

Теренс посмотрел на него холодным взглядом:

— И теперь вы приходите в мой дом и позволяете себе угрожать моей жене. Думаете, я закрою на это глаза только потому, что мы родственники?

— Великий герцог, я…

— Прежде чем оправдываться, сначала извинитесь перед моей женой.

Голос Теренса был тихим, но в нём звучала жёсткая требовательность. В комнате повисло напряжение.

Герцогиня, до этого молчавшая, наконец вмешалась:

— Да, прошу тебя, немедленно извинись перед принцессой.

— Ты…!

— Теренс — мой племянник, а принцесса помогла Диане. Неужели для тебя политика важнее благодарности тем, кто помог твоей дочери?

Она говорила спокойно, но холодно.

— И если тебе что-то не нравится в моих поступках — говори мне. Не критикуй Теренса и принцессу.

Герцог выглядел одновременно раздражённым и смущённым. Он понимал правоту слов, но ситуация его унижала. К тому же жена не поддержала его. На мгновение на его лице мелькнула печаль — и исчезла.

Наконец он произнёс:

— Я был слишком груб. Прошу прощения, Ваша Светлость Великая Герцогиня.

— …Ничего страшного.

Она ответила быстро — она действительно понимала его чувства.

— Тогда позвольте откланяться.

Герцог поднялся, не давая возможности его остановить. Визит был окончен. Герцогиня сжала её руку и тихо извинилась, после чего последовала за мужем.

— Простите за грубость, принцесса.

— Ничего, не переживайте.

Они направились к выходу.

— Отец?

С лестничной площадки раздался голос Дианы. Услышав, что гости уходят, она поспешила вниз.

— Мы уже уходим? Я одолжила Ротту куклу… можно забрать её в следующий раз?

— Не нужно. Оставь. Мы больше не будем сюда приходить.

— …Что?

Диана испуганно ускорила шаг.

— Отец, что ты имеешь в виду?

— То, что сказал. Мы больше сюда не придём.

Лицо Дианы побледнело ещё сильнее.

— Это… ах…!

Спускаясь по лестнице, она внезапно пошатнулась — у неё закружилась голова. Она оступилась и начала падать.

— Диана!

К счастью, служанка рядом успела её подхватить. Диану помогли спустить вниз. Герцог бросился к ней и обнял. Она тоже подошла ближе.

— Диана, ты в порядке?

Лоб девушки был покрыт холодным потом. Лицо стало ещё бледнее.

Неужели её состояние ухудшилось?

В этот момент в голове всплыло видение её смерти. Она с тревогой взяла Диану за руку.

И вдруг…

Мир исказился, и её накрыла тьма.

С первым мгновением тьмы в нос ударил горький запах травы. Когда она открыла глаза, перед ней оказалась роскошная спальня. Она показалась знакомой.

Но вся комната была заполнена сухой травой. Связки висели повсюду — на столе, на полу, даже на потолке.

Она поняла — это спальня Дианы.

Впереди стояли герцог и герцогиня Рохан.

— Ах… Диана…

Герцогиня плакала, глядя на кровать.

Она подошла ближе.

На кровете лежала мёртвая Диана.

Сквозь тонкую ночную рубашку была видна её шея. На белоснежной коже оставались ярко-красные пятна.

Герцогиня сжимала её руку, рыдая.

— Диана…

Герцог отвернулся, его глаза покраснели. Слёзы капали на пол.

— Мы только нашли лекарство… почему так поздно…

«Неужели… Диана умерла?..»

Она лежала бледная и холодная. Пятен стало меньше — значит, лечение уже шло.

Она умерла во время лечения.

Она огляделась. Сухая трава повсюду…

«Это и есть лекарство?»

Листья напоминали высушенную иву. Горький запах наполнял воздух.

Она глубоко вдохнула.

«Этот запах… где-то я уже чувствовала его…»

Вдруг герцог с отчаянием закричал:

— Всё из-за принцессы! Она заставляла Диану помогать на свадьбе! Как можно было так использовать больного ребёнка?!

Герцогиня остановила его:

— Не говори так… Диана пережила эту зиму благодаря принцессе. Она была так счастлива… хотя бы в конце…

И снова разрыдалась.

Слова герцогини пронзили её сильнее обвинений герцога.

«Эту зиму…»

Мир снова погрузился во тьму.

Она резко вздрогнула и открыла глаза.

Перед ней снова был холл поместья.

Диана стояла на лестнице, поддерживаемая герцогом.

— Диана…

— …Принцесса, всё в порядке. Я просто споткнулась…

Она пыталась улыбнуться, но выглядела как бледный призрак.

— Хорошо, что ты не пострадала.

Герцог осторожно поднял её на руки.

— Нужно срочно возвращаться. Я говорил — нельзя выходить в холод.

Он попрощался с ними.

— Тогда мы уходим.

Диана слабо помахала рукой:

— …Принцесса, до встречи…

Она стояла, не двигаясь, глядя им вслед.

И вдруг пришло холодное осознание.

Будущее изменилось.

Теперь Диана умрёт сразу после этой зимы.