Хотя из-за расстояния это было не очень отчётливо видно, сходство было настолько сильным, что сразу бросалось в глаза. Как раз в тот момент, когда ребёнок слезал с дерева, Теренс подхватил его. Ребёнок оказался у него на руках, обняв его за шею. Держа его, Теренс с упрёком сказал:

— Я же говорил не поднимать его так высоко.

Она огляделась, пытаясь понять, к кому он обращается, но поблизости никого не было. И тут с дерева раздался знакомый высокомерный голос:

[Мальчик в безопасности, потому что я с ним. Ты мне не доверяешь?]

Из листвы медленно вышел кот с угольно-чёрной шерстью. В тот момент, когда она его увидела, ей показалось, будто её ударили по голове.

«Ты… Почему ты здесь?»

Кот, сидевший на ветке, был Шинсу.

— Да, не верю. В прошлый раз ты чуть не уронил его, когда держал над водой, верно?

[Я просто слишком сосредоточился и на мгновение чуть не выронил его.]

Шинсу неловко оправдывался. Наблюдая за этим, она поняла ещё одну вещь.

«Что? Вы двое понимаете друг друга?»

Значит, в будущем она научится управлять святой силой? И сможет наделить Шинсу этой силой? Похоже, он обретёт достаточно духовной энергии, чтобы поднимать ребёнка на дерево. Если Шинсу здесь, значит ли это, что в тот момент она всё ещё живёт в столице? С тех пор как они стали жить вместе, они сильно привязались друг к другу, и Шинсу часто играет с ребёнком Теренса. Так она попыталась упорядочить происходящее в своих растеряных мыслях — другого объяснения не находилось.

В этот момент ребёнок невинно улыбнулся и сказал:

— Папа, давай теперь пойдём к маме!

Когда он поднял голову, стало отчётливо видно его милое, пухленькое личико. Большие сияющие глаза. И в тот момент, когда она разглядела их цвет, она замерла в шоке.

«…Пожалуй, нет.»

В этом мире было бесчисленное количество людей с голубыми глазами. Примерно у половины из тех, кого она видела, глаза были голубыми или зелёными.

— Ладно, нам пора идти.

С этими словами Теренс пошёл по садовой дорожке, держа ребёнка на руках. Шинсу, сидевший на ветке, тоже последовал за ним.

«Ты сказал, что идёшь к маме, да?»

Ей было любопытно, кто мать этого ребёнка, но одновременно она не хотела этого знать.

«…Но всё же придётся посмотреть.»

Она медленно пошла за ними. Теренс направился в северную часть сада. Она бывала в этом особняке несколько раз, но северный сад всё ещё казался ей незнакомым. Однако это место она узнала. Она была здесь лишь однажды, но запомнила очень ясно.

«Это… кладбище при особняке Великого Герцога.»

Однажды она приходила сюда к могиле покойной Великой Герцогини. Кладбище выглядело почти так же, как тогда, но было одно заметное отличие: каменные плиты под ногами были почерневшими, будто покрыты сажей.

«Что? Здесь был пожар?»

Теренс остановился перед мраморным надгробием и опустил ребёнка на землю. Это была ещё одна могила рядом с могилой бывшей Великой Герцогини. Чувствуя недоброе предчувствие, она подошла ближе, чтобы разглядеть надпись. На мраморе были высечены имя и даты рождения и смерти.

В тот момент, когда она прочитала эти слова, её будто окатили ледяной водой с головы до ног.

[Принцесса Империи Альбион. Великая Герцогиня Ленц. Ева Альбион.]

«…Я? Это… моя могила?»

Помутнившимся взглядом она посмотрела на дату смерти. Это была официальная дата — день её гибели. Согласно надгробию, она умерла примерно через два года после свадьбы.

«Значит… я умру через два года?»

— Можно я подарю маме цветы?

— Конечно. Ты ведь готовил их несколько дней.

Услышав ответ Теренса, ребёнок достал из кармана маленький сложенный бумажный цветок.

Это был неуклюже сделанный цветок растаны. Ребёнок положил его перед надгробием.

«…Подожди. Значит, это мой сын? И это моя могила?»

Маленький цветок перед камнем выглядел особенно одиноко. Ребёнок посмотрел на Теренса.

— Можно я пойду туда и сорву ещё цветов?

— Можно, только далеко не уходи.

Ребёнок побежал к клумбам за пределами кладбища. Как только он скрылся, улыбка медленно исчезла с лица Теренса. Он снова посмотрел на надгробие. Лицо, лишённое всякого тепла, стало холодным, как у мертвеца. А ведь совсем недавно он выглядел таким спокойным, держа ребёнка.

Шинсу, стоявший рядом, поднял лапу и слегка коснулся его ноги.

[Не вини себя. Благодаря твоим усилиям Святая смогла прожить ещё год.]

— Что я мог сделать? Бог нашёл её слишком быстро, поэтому она прожила так долго.

[Я обнаружил это зло слишком поздно. Я и представить не мог, что он поступит так жестоко с беременной.]

Что это было за зло? Кто это сделал? Она подошла ближе, чтобы услышать их разговор.

Чем ближе она подходила, тем гуще становилась чёрная «сажа» на плитах. Но почему здесь так темно? Огонь начался у её могилы?

Тихий голос Теренса продолжил:

— Но времени почти не осталось.

Шинсу печально посмотрел на него.

[Даже после всего этого — всё ещё недостаточно?]

Сначала она не поняла, о чём он говорит. Лишь через мгновение заметила, что Шинсу смотрит на землю — точнее, на чёрные плиты перед её могилой.

— …Недостаточно.

Фиолетовые глаза Теренса, устремлённые на могилу, потемнели ещё сильнее. В них читалась бездонная ярость и отчаяние.

— Я приведу сюда всех, кто связан с семьёй Альбион. Никого не оставлю. Я поклялся.

И только тогда она поняла: эти чёрные следы — не сажа. Это была кровь. Кровь, проливавшаяся бесчисленное количество раз перед её могилой. Прежде чем кровь смывали, она снова проливалась. И так снова и снова — пока весь камень не почернел.

— Папа!

Ребёнок снова бежал к ним с маленьким букетом. Позади него появился знакомый мужчина — Камион в военной форме.

Теренс улыбнулся и протянул руку сыну. Его лицо мгновенно стало мягким и тёплым — лицом любящего отца. От прежней холодной тоски не осталось и следа.

«…Точно. Я забыла.»

Какой же он всё-таки актёр…

Ребёнок аккуратно положил букет перед могилой.

— Маме понравится?

— …Думаю, да.

Теренс обнял ребёнка и поцеловал его в лоб. Камион осторожно обратился к нему:

— Из императорского дворца пришёл вызов. Вам нужно вернуться.

Он позвал Теренса по имени, которого она не ожидала услышать:

— Ваше Величество.

В этот момент её сердце словно сжалось от холода. Мир перед глазами потемнел.

На этом видение закончилось.

Когда она снова открыла глаза, она была в спальне. Увиденное будущее всё ещё кружило ей голову.

Но времени приходить в себя не было. Открыв глаза, она сразу встретилась с тёмным взглядом Теренса.

Холодное, бесстрастное лицо — совсем не то, что минуту назад улыбалось ребёнку.

— Я…

Сколько она так сидела? Секунды? Минуты? Она, наверное, застыла, как статуя.

Фиолетовые глаза Теренса стали ещё темнее.

«Я только что увидела будущее. Оказывается я таки усерла, а ты отомстил и уничтожил всю императорскую семью. О, и у нас был сын.»

…Сказать это вслух было невозможно.

— Почему принцесса так одержима разводом?

— …Что?

— Ты говорила, что хочешь жить спокойно и избежать покушений. Но даже если ты покинешь столицу, Император или второй принц не оставят тебя в покое.

И это было правдой. Её план — «выйти замуж и тихо уйти через несколько лет» — больше не работал. Семья Императрицы разрушена, жизнь самой Императрица под угрозой. И Сорель, и Биллос наверняка затаили на неё ненависть. Теперь тихая жизнь после развода стала невозможной.

Теренс тихо спросил:

— Находиться рядом со мной тебе будет безопаснее. Почему ты всё ещё настаиваешь на разводе?

— Это…

Она хотела развестись не только ради спокойной жизни. Она думала, что так будет лучше для него.

— Я думала, что Теренс сам хочет развода.

Зная оригинальную историю, она была уверена, что он ненавидит Еву.

— А если я скажу, что не хочу развода, что ты будешь делать?

Она замерла. Его взгляд был серьёзным.

Теренс… не хочет развода?

Она вспомнила его из видения — одинокого, опустошённого у её могилы.

«Я думала, что после моей смерти он встретит кого-то другого и будет счастлив.»

Но всё оказалось иначе.

Самое шокирующее — они стали настолько близки, что у них появился ребёнок.

Всего несколько минут назад она думала о расставании… а через год у них уже будет сын.

«Разве это не слишком резкая перемена?»