Глава 389. Высокомерие

Кхм!

Дыхание Янь Фу сперло, а в душе царил сумбур.

«Чжо Фань не винит его, и он должен бы радоваться, но почему же его слова звучат так… неправильно? Словно он подобрал какой-то мусор, который выбросили за ненадобностью. Неужели он просто… запасной вариант?»

Слова Чжо Фаня оставили горький привкус и у Сяо Даньдань. Ее пылкое сердце охватило разочарование.

Своим поведением Чжо Фань недвусмысленно показал всем, что Сяо Даньдань никогда не была в его сердце. Он не воспринимал ее всерьез, в лучшем случае считая обузой.

Увидев удрученный взгляд своей ученицы, Госпожа Пион тут же вспылила — ее материнский инстинкт взял верх, и она набросилась на Чжо Фаня:

— Эй, Чжо Фань, что это значит? Неужели ты совсем не дорожил нашей Даньдань? Какой же ты бессердечный!

При этих словах все как один обернулись к ней с немым укором.

Оставалось лишь качать головами, вздыхая. Чужая душа — потемки, а женская — и подавно.

Госпожа Павильона Голубого Цветка, стоявшая рядом, смущенно потянула Госпожу Пион за рукав и тихо отчитала:

— Когда он проявлял к Даньдань интерес и не хотел отпускать — ты его ругала. Теперь, когда он не держит на нее зла и не придает этому значения, ты его снова ругаешь. Как, по-твоему, он должен поступать? Неужели ты успокоишься, только когда они устроят дуэль из-за прекрасной дамы и будут биться насмерть?

— Но…

Госпожа Пион запнулась, не находя слов для ответа.

Дуэль? Разве Янь Фу ровня Чжо Фаню? Если бы дошло до настоящей борьбы, кто смог бы одолеть этого парня?

Ей просто было обидно, что такой безразличный ответ Чжо Фаня ранил сердце ее ученицы. В конце концов, та преданно ждала его больше семи лет, и если бы не история с Цинчэн, возможно…

— Эх, может, оно и к лучшему! — вздохнув, Госпожа Пион, казалось, все поняла. Она похлопала Сяо Даньдань по плечу, чтобы утешить, а затем подозвала к себе Янь Фу для серьезного разговора.

Янь Фу взглянул на управляющего Чжо, ища одобрения. Чжо Фань поспешно замахал руками:

— Иди скорее, будущая теща тебя зовет! Слушай внимательно, что тебе скажут!

— Заткнись! — рявкнула Госпожа Пион, свирепо зыркнув на Чжо Фаня.

Чжо Фань, ничуть не смутившись, как ни в чем не бывало отвернулся и посмотрел на улицу внизу, а в душе ликовал.

В его глазах Сяо Даньдань была всего лишь влюбленной дурочкой, прилипалой, что ходила за ним по пятам. Теперь, когда кто-то взял ее на себя, он мог наконец от нее избавиться, и это было просто прекрасно.

Принцесса Юннин, ставшая свидетельницей этой сцены, расспросила Ло Юньшан о предыстории и лишь вздохнула. Взгляд, которым она смотрела на Чжо Фаня, стал необычайно серьезным.

«Похоже, заполучить такого завидного жениха будет очень непросто…»

Рев!

Внезапно раздался сотрясающий небо рев, и массивные ворота столицы с грохотом отворились. Вслед за этим в город, ступая ровным шагом, медленно вошла вереница свирепых зверей.

Горожане при виде этого зрелища пришли в еще большее возбуждение.

Многие из них, вероятно, никогда не видели даже духовных зверей, не говоря уже о зверях пятого уровня.

Шум на балконе мгновенно стих. Чжо Фань и остальные, сосредоточившись, устремили взгляды вперед. Во главе процессии ехали пятеро мужчин и одна женщина, все верхом на духовных зверях пятого уровня, и вид у них был весьма внушительный.

Их мощная аура заставила стоявших рядом людей отступить назад, не смея смотреть прямо. Зато те, кто был дальше, могли отчетливо разглядеть их чужеземные черты, немного отличавшиеся от внешности жителей Тяньюй.

Особенно выделялась женщина — ослепительно красивая, она обладала каким-то дьявольским очарованием, не свойственным женщинам Тяньюй. Многие мужчины не могли отвести от нее взгляд, теряя голову и пуская слюни.

Глоть!

Сглотнув слюну, Лун Синюнь прищурился и, покачивая головой, произнес:

— Прекрасная дева — достойная пара для благородного мужа!

— Похотливый болван!

Стоявшие рядом женщины дружно закатили глаза и смерили его презрительными взглядами.

— Я слышал, Цюаньжун славятся искусством управления зверями. Очень хочу увидеть, какой силой они обладают, когда человек и зверь действуют как одно целое!

Дзынь! На рукояти меча Се Тяньшана вспыхнул устрашающий блеск, а в его глазах разгорелось пламя битвы, словно он был готов немедленно ринуться в бой.

Все посмотрели на него и безнадежно покачали головами. Помешанный на битвах!

Лун Синюнь поспешил его образумить:

— Эй-эй-эй, это дипломатическая миссия, нельзя затевать драку! Особенно нельзя нападать на эту красавицу, хе-хе-хе…

Чжо Фань не слушал их болтовню, а лишь пристально смотрел на отряды, размышляя про себя.

«Во главе — трое практиков сферы Небесной Тайны и трое с уровнем Просветления. Тысяча всадников на стадии Закалки Костей. Плюс тысяча духовных зверей третьего уровня и шесть — пятого. Неужели такая сила действительно может угрожать семье Ло?»

Прищурившись, Чжо Фань вздохнул. Он ничего не понимал.

— Чжо Фань, на что ты смотришь? — спросила Принцесса, заметив, что он то качает головой и вздыхает, то становится серьезным.

— На подвох, — не поднимая век, тихо ответил Чжо Фань.

Эти слова еще больше озадачили Принцессу.

— Подвох? Какой еще подвох?

— Хм, раз это подвох, его не так-то просто разглядеть. Если бы я знал, в чем он, то не стал бы и смотреть, идиотка! — Чжо Фань с досадой закатил глаза и фыркнул.

Принцесса покраснела, злобно посмотрела на него и надула губы.

Рев!

Внезапно небо пронзил яростный рев, и вся колонна посольства Цюаньжун остановилась. Чжо Фань и остальные посмотрели вперед и увидели, как во главе процессии духовный зверь пятого уровня под одним из здоровяков мотает головой и хвостом и беспрестанно ревет.

А прямо перед ним на земле сидел и плакал навзрыд ребенок лет пяти-шести.

Через мгновение из толпы выбежал седовласый старик, поспешно поднял ребенка на руки и, кланяясь всем, запричитал:

— Простите, простите, дитя неразумное, помешало вам! Я сейчас же его унесу!

— Ничего страшного, дедушка… — единственная женщина в посольстве мягко улыбнулась и махнула рукой.

Но не успела она договорить, как тот здоровяк ухмыльнулся и заявил:

— У людей Тяньюй совсем нет манер? Я — генерал государства Цюаньжун! Ты, букашка, смеешь преграждать мне путь, а значит, проявляешь неуважение ко всему нашему государству! Если между нашими странами начнется война, ты возьмешь на себя ответственность?

— Тьфу, выпендривается. Если бы война могла начаться так легко, она бы уже давно, черт возьми, шла, а не ждала этого момента, — презрительно скривился Чжо Фань и холодно фыркнул.

Принцесса прикрыла рот рукой и, смеясь, закивала.

Молодые господа из других семей тоже слегка кивнули, с презрением глядя на здоровяка. Его россказни могли напугать разве что простых крестьян.

А они, отпрыски знатных семей с широким кругозором, ни за что не поверили бы в эту чушь!

Однако старик был как раз из простых, и, услышав, что сегодняшний случай может привести к войне, он так испугался, что у него подкосились ноги. Если это правда, то он станет проклятым на века злодеем, виновным в гибели бесчисленных жизней!

Поэтому он, не говоря ни слова, бросился на колени и взмолился:

— Господин, пощадите! Вся вина лежит на мне, простолюдине, не раздувайте из этого большое дело!

Здоровяк злобно рассмеялся, его глаза наполнились презрением. Женщина же нахмурилась, бросила на него строгий взгляд и отчитала:

— Чалахань, прекрати!

— Хе-хе-хе… Госпожа, не волнуйтесь, я просто немного повеселюсь с этими ничтожествами из Тяньюй, это не повлияет на общую картину! — небрежно отмахнулся здоровяк и снова посмотрел на старика. — Чтобы я не стал искать неприятностей с Тяньюй… ладно, я великодушен. Но у моего скакуна есть одна странность. Все, что ему мешает, он должен сожрать, иначе будет капризничать, а это портит мне настроение. Что скажешь, как нам быть?

При этих словах старик побледнел от ужаса. Ведь это означало, что он должен скормить своего внука этому духовному зверю! И, более того, он должен был сам дать на это согласие.

Как он мог на такое пойти?

Женщина, казалось, тоже больше не могла на это смотреть и сердито сказала:

— Чалахань, знай меру, не переходи черту!

— Хе-хе-хе… Госпожа, это просто игра, ничего серьезного! — Здоровяк пренебрежительно усмехнулся, не сводя своих злых глаз со старика, и ждал, как тот скормит собственного внука его зверю.

Зверь тоже скалил зубы и, облизывая алые губы, смотрел на них кровожадным взглядом.

— Хм, что за наглость! Приехать в нашу Тяньюй и так бесчинствовать! Совсем никого не боятся!

Бам! Ударив по столу, Се Тяньшан, сверкая глазами, уже готов был выхватить свой меч. Но Лун Синюнь поспешно остановил его:

— Брат Се, они прибыли по приглашению. Даже двор не вмешивается, с какой стати мы полезем? Не наживай себе неприятностей.

— Хех… Неужели великие семьи, подвластные императору, боятся неприятностей?

Услышав это, Принцесса язвительно усмехнулась.

— Обычно вы их ищете, а теперь вдруг испугались? Трусливый Демон! Чжо Фань, пойдем со мной, проучим их!

— Хочешь — иди, мне лень, — Чжо Фань медленно отмахнулся и равнодушно добавил:

— Ты сама сказала, семьи нашей семерки и сами нередко творят подобное. За всеми не уследишь. Кстати, Сяо Даньдань, ты ведь раньше тоже была той еще злодейкой?

— Я… — Сяо Даньдань покраснела, стыдливо опустила голову и пробормотала:

— Я же тогда была не в себе от злости, сглупила… Зачем ты опять это вспоминаешь…

— И ты, Янь Фу, тоже не ангел, верно? — Чжо Фань бросил на него взгляд и спокойно произнес.

Янь Фу, однако, был совершенно спокоен и понимающе кивнул:

— Верно, раньше, когда я путешествовал с учителем, бывало, вел себя высокомерно. Но с тех пор, как я попал в семью Ло, где строгие правила, таких возможностей стало меньше!

— Отлично сказано! Как-нибудь свожу тебя повыпендриваться.

Щелкнув пальцами, Чжо Фань криво усмехнулся:

— Видите, Принцесса? Неважно, какими благородными мы кажемся, будь то семьи, подвластные императору, или кто-то еще — в душе мы все злодеи, ничем не лучше тех, что внизу. Вы хотите, чтобы мы, шайка злодеев, разбирались с проделками других злодеев? Не слишком ли многого вы хотите?

Принцесса опешила, ее лицо залилось краской от гнева.

— Ты не пойдешь — я пойду!

Но не успела она договорить, как внизу, пока старик, обнимая рыдающего внука, мучился в нерешительности, раздался звонкий и холодный окрик, который услышали все.

— Вы — почетные гости из Цюаньжун, но гость остается гостем. Разве есть такой закон, по которому гость может вести себя как хозяин?

Вжух!

Мимо пронеслась изящная фигура. Юнь Шуан внезапно оказалась перед стариком и его внуком, гневно глядя на чужеземцев.

Увидев это, Чжо Фань на мгновение замер, а затем беспомощно вздохнул.

Он мог не вмешиваться в чужие дела, но дела своих людей — это совсем другое.

В его глазах промелькнул острый блеск, а на губах появилась хищная усмешка. Что ж, это хороший шанс проверить, на что способны эти Цюаньжун…