До отправки в Сирию у 10-ти тысячной группировки оставалось менее 40-ка часов. Вследствие чего абсолютно каждый отдавался по полной своей тренировке. Они должны были не просто оттачивать свои навыки, но и сделать так будто они рождались с ними и совершенствовали их до сего периода. Как полигон, так и территория вокруг были наполнены криками и звуками выстрелов, взрывов, а также было слышно, как тяжёлые стальные гусеницы рассекали землю и небо рассекалось под натиском винтов вертолётов всех возможных назначений. В это же время, если так можно сказать, величайшие стратеги этой группировки, находясь в штабе, разрабатывали план операции. А также любые моменты, что шли в разрез с планом.

На полигоне, что был отведён под городские условия, многие группы, в том числе и Тихого, отрабатывали как штурм, так и оборону различных строений. Тренировка заключалась в том, чтобы посеять среди всех групп чувство непонимания и усталости с целью того чтобы они к ним адаптировались и умели их либо игнорировать, либо решать в кратчайшие минуты. Но была одна группа, что до сих пор удерживала одно двухэтажное здание — группа Тихого.

Эта группа не только в глазах наёмников, штурмовавших здания без передышек, но и в глазах инструкторов была бельмом на глазу. Только у первых она вызывала чувство, граничащее с гневом, и они совершенствовали свои навыки с одной лишь целью — во чтобы то не стало захватить это здание. У вторых же эта группа вызывало чувство отвращения и, одновременно с этим, восхищения. Они не просто смогли отбить здание у инструкторов, чей опыт был немалым, но и удерживать его уже очень длительное время.

В этот же момент группа Тихого, которая без перерыва отбивала атаки на их здание, была не в лучшем состоянии. Из-за усталости они не только потеряли одного из членов группы, Столба, но и были на грани того, что мысль о том, чтобы сдать здание захлестнёт их. Благо их боевой дух не давал данной мысли поглотить их, и они продержались необходимое время, отведённое на тренировку.

Инструктора, дав им почти час времени для отдыха, доложили об этом инциденте высшему руководству. Он ненамного, но всё же изменил одну из частей плана, отведённого под мнимое удержание главной улицы. Они быстро создали особую, взяв из каждой понемногу, тренировку, которая включала в себя абсолютно всё. Суть этой тренировки была в том, чтобы создать отряд способный координироваться в абсолютно любых условиях, и ретироваться в случае крайней необходимости, то бишь идеальной слаженности команды. Также одной из целей данной тренировки было обучение владения любым как стрелковым оружием и прочим, так и бронированной техникой врага. Поскольку было известно о любой технике, что была у трёх противостоящих армий, им требовалось изучить о ней всё. Если с русским оружием у них  не было никаких проблем, ибо они дислоцировались в России, то с другим им за это время нужно было построить кирпичик за кирпичиком теоретические познания о вооружении американской и британской армий.

Как только время, отведённое под отдых, закончилось, практически мгновенно, группа Тихого была перенаправлена на специальную часть полигона. Состав, который слегка восстановил свои силы, был вынужден полностью изучить владение оружием британской и американской армий. Более 10-ти часов они впитывали знания о вражеском вооружении и самосовершенствовались во владении русского оружия. Наконец им было дано время, которое отводилось не просто под передышку, а целый отдых, что безусловно их порадовало, хоть это было лишь 4-е часа.

Вернувшись в свою комнату, каждый разлёгся там, где мог. Тихий резко, с отдышкой, сел в кресло, что стояло перед читальным столиком. Сзади него Торт упал на огромный пуфик, практически мгновенно заснув. Пирог лёг на лавочку, смотря в потолок. А Столб и Дейт сели на обычные стулья, что стояли недалеко от лавочки. Казалось бы, обычная мебель, но приносящая небывалое удовольствие после адских тренировок.

— Я сейчас умру-у-у… — сказал Пирог еле слышным голом.

— Никогда не дума… думал, что буду согласен с… с этим шкетом… — говорил Столб, пялясь в потолок.

— Как же жарко… — сказала Дейт, сняв с себя практически всю одежду.

Несмотря на то, что в комнате находилась практически голая девушка, никому не было до этого дела. Даже низкой температуре, которая будто обтекала девушку, не беря её в свои ледяные объятия. Внезапно для всех Тихий начал рассказывать о себе.

— «Никогда не думал, что испытаю подобное вновь». Знаете, — он начал говорить, немного улыбаясь, — а ведь я уже испытывал подобное чувство. В прошлом, до того, как встретился с вами… Не думал, что смогу почувствовать нечто такое с кем-то другим. Значит я и правда возвращаюсь к истокам, всё возвращается к ним… Семья, да, — он поднял руку в воздух и начал её рассматривать, — вы теперь моя семья. Значит вы в праве знать мою историю? От семьи не надо скрывать что-либо, верно? Когда я был ещё юнцом, я пришёл сюда по следу своих амбиций. Огонь в моих глазах горел, а сердце трепетало. Тогда-то я и встретил свою семью. Конечно, были моменты, когда мы ругались между собой и прочее. Но настал один переломный момент, когда я потерял голову и разрушил отношения с ними. Они все отвернулись от меня и я их не виню, но был один кто продолжил стоять подле меня. Я был ему безмерно благодарен. Тем не менее огонь в моих глазах медленно затухал, а я отстранялся от всех. И вот настал момент когда я погубил своим отстранением от мира сего тех кого я любил. И может это не так, я понимал, что это не я их погубил и что не мог бы их спасти в любом случае. Но внутренние терзания не давали мне покоя. Я часто перечитываю свой альбом, но в котором нету фотографий. Лишь воспоминания воссоздают картины с нуля… Но теперь, всё же небольшой огонёк жизни воспылал в моих глазах, вырываясь из души, всё станет иначе. Я поведаю вам историю о парне, чьё тщеславие не знало границ, а пустота в душе медленно заполнялась чем-то неизвестным, вроде это нечто называли любовью. Чем больше заполнялась пустота в его сердце, тем меньше в его глазах становился огонь тщеславия. И, наконец-то, любовь заполнило ту тьму, что таилась в сердце парнишки. Огонь тщеславия заменялся медленно растущим огоньком любви. Но случилось нечто ужасное и морок чего-то страшного посеял семя раздора в его сердце. Огонь любви сменялся чёрным пламенем, что пожинало всё вокруг. Из-за этого парень погубил всё чем так дорожил… Он, отпустив то, чем дорожил, покинул мир, где эти чувства овладевали им, и он вернулся на большую землю. Но, хоть парень и думал, что отринул эти чувства, они не покинули его и стали медленно раздирать сердце изнутри. Он вернулся обратно чтобы развеять эти чувства и ему это удалось. Теперь у него в душе была пустота, а глаза смотрели в никуда, полностью потухшие. Но он нашёл тех, кто подкинул спичку в его сердце и так мало по малу, ежесекундно подкидывая спички, в нём снова возникло знакомое чувство. Чувство любви. А глаза его наполнились огнём, чьё предназначение было в том, чтобы защитить тех, кто подкидывал эти спички.

Договорив свой монолог, Тихий медленно опустил руку, положив её на своё лицо. Рука начала медленно снимать маску, под которой скрывалось лицо обычного парня. Оно не было ни прекрасным, ни уродливым. Тихий положил маску на столик, после чего на его лице появились слёзы то ли радости, то ли печали. Он наконец-то отринул прошлое, заменив его настоящим. Ныне маска ему более была не нужна. Он медленно встал из-за стула и, открыв книгу, одетую в белый переплёт, на первой странице, направился к двери. До конца отдыха оставалось менее 20-ти минут. Он открыл дверь и, обернувшись, кое-что сказал.

— В книге есть продолжение той истории. Если же оно вам не интересно закройте книгу, пожалуйста… — голос его наполнился печалью, а дверь была закрыта.

В комнате повисла неловкая пауза. Каждый смотрел на книгу, думая о своём. Даже Торт, который лежал в полудрёме, обернулся чтобы посмотреть на неё. Вскоре Пирог развеял гробовую тишину.

— Ну так что, будем смотреть?

В комнате по-прежнему стояла гробовая тишина, но вскоре она развеялась скрипом стула. Это Дейт встала и подошла к книге. Она уже забыла, что находилась в нижнем белье. Неизмеримый интерес одолевал её, впрочем, как и остальных. Она взглянула на первую страницу, что шла сразу после форзаца. Она оказалась пустой. Она медленно переворачивала страницы одна за другой, пока на середине книги не появились первые предложения. Каждое было идентично другому и гласило о сожалении. Спустя пару страниц шёл детальный рассказ той миссии, о которой говорил Тихий. Дейт начала читать его вслух.

— Сегодня утром нас отправили на задание по захвату цели. Это будет пятым, юбилейным, заданием за моими плечами. «Да уж, вроде какого-нибудь влога». Через пару часов мы будем у цели… — дальше несколько страниц были вырваны или зачёркнуты, — …у нас появились раненые. Такого не должно было случиться. Нас под… — дальше страница оборвалась по касательной, — …американцы явились. Попробую задержать. В воздухе витает густой туман, который мешает приборам, придётся стрелять на глаз…

На этих словах книга закончилась. Последующие страницы были такими же белыми, как и сам переплёт. Дейт положила книгу на стол. После чего начала одеваться. Она случайно порвала футболку по неосторожности после чего её посетила одна мысль. Одевшись полностью, она подошла к книге и, внимательно её осмотрев, начала отрывать переплёт, что был приклеен к истинному обличию книги. Как оказалось, переплёт был хорошо приклеен лишь к внешним сторонам тогда как название и описание под ним оставалось нетронутым. Отодрав всю обложку ей предстало истинное название книги.

— «История Сокола. История о подмене личности. Как Грегори стал предателем.» Кто такой Грегори? — задалась она вопросом вслух, увидев, что автором книги также значился Грегори.

До окончания отдыха оставалось около пяти минут. Она, накинув на себя куртку, резко выбежала из комнаты, направляясь к старожилу, который ранее встрял в их разговор. Быстро найдя его, она спросила о том, кто такой Грегори и кем он был, а также вскользь упомянула Сокола.

— Грегори, да? — он почесал свой подбородок, — Был тут один такой… А, вспомнил. Он был одним из членов отряда, где Тихий был снайпером. А, я тебе рассказывал об отряде Тихого с эмблемой в виде противогаза. Так вот, отряд назывался соколом, а Грегори был в нём разведчиком. Не знаю откуда ты о нём прознала, но он уже давно в могиле. Хотя, если вспомнить… Его тело так и не было найдено. А, также у одного из членов было имя Грегори. Иначе говоря, два Грегори в одном отряде. Один настоящий, а второй его клон в качестве позывного. Интересно…

После странного диалога Дейт вернулась в комнату к остальным. Комната где было четыре человека казалась опустошённой. Они собрали вещи и только хотели покинуть комнату, как Тихий открыл дверь. Он также собрал свои вещи и, напрочь позабыв о книге, отправился со своими товарищами на очередную тренировку.

∆

Аэродром, что раньше пустовал, был заполнен грузовыми самолётами. В каждый из них грузили либо технику и вооружение, либо личный состав. К семи часам утра аэропорт начал медленно опустошаться. Вся техника была уже погружена и отправлена, а также, практически, весь состав. В последнем самолёте, который взлетал с взлётно-посадочной полосы, был отряд Тихого в окружении техники. Их группа вылетела последней, так как ей проводили очередной брифинг до последней возможности. Каждый из этих самолётов направлялся в Сирию. Всеми известную как Выжженная войной земля. Каждый кто туда едет или летает знает, что его там ожидает.