— Что ж… — начал говорить верховный понтифик, обратив на себя всеобщее внимание, — мне пора. Меня ждёт представитель от императорской семьи. Тейлор расскажет вам всё, что надо знать и отведёт в гостевое крыло собора. Прощайте, — сказал верховный понтифик, после чего быстро покинул церковь, уйдя в неизвестном направлении…

Тейлор, увидев, как призванные герои смотрят на него, слегка вспотел. В его голове начался мозговой штурм относительно выхода из внезапно сложившейся ситуации, которая, тем не менее была обговорена заранее. Не придумав ничего лучше, он попросил призванных героев следовать за ним.

Покинув церковь, холодный воздух окружающей среды остудил голову Тейлора и он, рассказывая призванным героям историю мира, нынешнюю политическую ситуацию, а также иную важную информацию, повёл их в гостевое крыло собора.

В это же время верховный понтифик дошёл до своего рабочего кабинета, сильно запыхавшись. Уже долгое время состояние его здоровья оставляло желать лучшего, но после проведения ритуала призыва героев оно ухудшилось в разы.

Открыв дверь, из-за ухудшенного восприятия, и лишь после того как он дошёл до середины своего кабинета, он увидел представителя от королевской семьи. Сев в кресло возле рабочего стола, он посмотрел на своего гостя, который разлёгся на диване, держа яблоко в руке. Он был одет в строгий чёрный костюм, белые перчатки и маску.

— Зим–Зим… Сколько лет, сколько зим? Или мне обращаться к тебе как к Верховному Понтифику, или же по имени – Зимнгвун? Ну и имечко, конечно, при каждой встрече оно веселит меня… Зимнгвун Болдуин, а как звучит-то, — из-под маски прозвучал ехидный смешок, — Кстати, диван твой… из чего он сделан? Я моментально провалился в него, но не буду лукавить – чувство интересное, в новинку для меня.

— Из таких крыс как ты, Гектор. Чего разлёгся в такой позе, будто тебя околдовали? Ты сейчас смахиваешь на чучело, которое, кстати, я так хочу из тебя сделать.

— Не бери в голову, это я готовлюсь к кое-какому заданию. Через месяц состоится аукцион рабов в Тсильге и мне надо будет на него проникнуть. Я буду изображать одного дворянина, которого парализовало. Не очень-то и удобно всё время сидеть в такой позе, знаешь ли. Впрочем, я отошёл от темы, — Гектор начал подбрасывать яблоко вверх и вниз, не меняя позу, — Перед тем как я задам вопрос, ответь-ка ты мне на парочку… Во-первых, зачем ты продолжаешь эти ритуалы призыва каких-то там героев, истязая себя? Только посмотри на себя, твоё состояние всё хуже и хуже с каждым разом, остепенись уже. Посланница заточена в подземелье, а связь со стервой разорвана, у тебя ничего не получится. Во-вторых, ответь уже, из какого материала всё-таки сделан этот шикарный диван?

— Откуда ты знаешь о… неважно, — верховный понтифик вздохнул, — Если так хочется узнать, то иди к императорским подмастерьям, они его и сделали. Я уже знаю, что у тебя вертится в голове, мол, зачем я тебя сюда позвал. Так вот… у меня получилось.

— Что получилось?

— Призвать героев. «Наконец-таки, иначе бы пришлось сменить тему, как и в прошлые разы…»

После этих двух слов Гектор уронил яблоко, начав сильно кашлять от удивления, отчего его концентрация была нарушена, и он сел в обычную позу.

— Ч-чего? К-как? — спросил он растерянным голосом.

— Ну надо же, — понтифик рассмеялся, — я-то думал, что ты не человек, а нечто инородное этому миру. Всегда такой серьёзный, да всё знаешь… Вот ты и попался, дружок, — сказал он Гектору, улыбнувшись.

— Ты действительно удивил меня, совершив, казалось бы, невозможное. Значит все твои потуги были не зря, поздравляю, наверное… Однако, что ты намерен делать дальше? Если я расскажу это императору, то он явно захочет прибрать их к своим рукам. А ты меня знаешь – я ведь расскажу. Да и слухи, через огромное количество времени, поползут…

— Не делай этого, пока что…

— Пока что?

— Я не знаю, что за этим последует. Они не подростки, которых можно было бы обязать к чему-то. И рабский ошейник на них тоже не повесить. Тем более, если ты расскажешь об этом императору, то герцог о них обязательно узнает… Он не дурак, и поймёт, что контролировать их не получится, а потому попытается их устранить. И ресурсы у него для этого имеются. Они способны спасти не только империю, но и весь континент, а то и мир, поверь мне.

— Ладно, это не моя забота. Я дам тебе один месяц отсрочки, а после проведения аукциона расскажу обо всём императору. Либо император, либо герцог их, рано или поздно, убьют, — Гектор приблизился к понтифику, поставив руки на стол, — а потому обучи их всему, что знаешь к тому моменту. Скажу лишь одно – ты сам ввязался, а также их втянул в очень плохую и опасную игру, и не знаешь всего того, что в ней происходит, и тех последствий, которые будут после. Сделай их верными псами империи или же будут тяжёлые последствия.

Сев обратно на диван, Гектор достал из внутреннего кармана медаль, которая была создана из неизвестного материала, после чего бросил её на стол. Ещё раз напомнив о том, что герои обязаны стать имперскими псами, он покинул кабинет верховного понтифика.

∆

Тейлор, за время разговора верховного понтифика и Гектора, вкратце рассказал о мироустройстве, политической обстановке и всему прочему призванным героям. Подумав, что нечего их селить в гостевом крыле собора, он отдал им в пользование целый этаж общежития, который всё равно не использовался. Несмотря на это, там было всё необходимое.

Посвятив призванных героев в детали пользования общежитием, он быстро покинул его, оставив их самих на себя. В итоге, спустя некоторое время, герои собрались в одной большой комнате с панорамным окном, дабы более детально пообщаться между собою, ибо во время проведения, так сказать, экскурсии никто и слова не произнёс.

Первым решил заговорить Альфред, который стоял у панорамного окна, смотря на снежные виды. Остальные особо не хотели говорить первыми, ибо занимались своими делами. Грэм полировал меч, сидя в кресле. Кинкейд пыталась расшифровать, что написано в книге, которую она подобрала со стола. Хоть система и решила проблему с языковым барьером в плане общения, но обучить их самому языку она не способна. Дария же лежала на диване, играясь со своей способностью.

— Итак… «Катись оно всё к чёрту, верните меня домой, хотя нет...» Давайте знакомиться. Я Альфред, мне 27, я родился в Гуане, Гвинея. Там, откуда я прибыл, на дворе 1778-й год, — представившись таким образом, он привлёк внимание остальных.

Кинкейд, положив книгу обратно на стол, подошла к окну и посмотрела на Альфреда, слегка наклонившись и улыбнувшись. Не поняв, что произошло, Альфред удивился такому действию.

— Я Кики, родом из королевства, которое называется Алмания, надеюсь мы все подружимся, ведь мы в одной лодке, — сказала она милым голосом, всё также улыбаясь, и начала осматривать других по неизвестной причине.

После небольшой тишины, Грэм решил также представиться. Встав с кресла, и сложив меч в ножны, он заговорил, удивив всех остальных своим говором.

— Именовать меня Грэм. Сей господин состоит в отряде Белых Рыцарей, защищающих империю Герс от вторженцев. В месте откуда родом сей господин 1629-й год по календарю Гриндевальда происходит.

Дария была единственной кто не представился. Играясь с огнём в руках, превращая его в огромное количество нитей, из которых она создавала различные фигуры, она коротко и холодно представилась, тем самым показав, что не заинтересована в общении с остальной группой.

— Дария, 23, город Тобольск, УрФО, 21-й век.

После такого холодного представления к ней подошла Кинкейд, которая смотрела на неё сверху вниз, как в прямом, так и в метафорическом смысле. Из-за чего обстановка в комнате слегка обострилась.

—  Что с тобой не так? — спросила она с лёгкой улыбкой, хотя в вопросе явно чувствовалась открытая агрессия.

Услышав вопрос такого рода, Дария встала с дивана, засунув руки в карманы своей куртки. Теперь уже она смотрела на Кинкейд сверху вниз, правда лишь в прямом смысле. Смотря на неё около минуты, не проронив и слова, она вздохнула, после чего проигнорировала её и пошла к книжному шкафу, дабы найти хотя бы одну книгу с иллюстрациями.

— Серьёзно, не проронишь и слова? Считаешь себя лучше остальных?

— Нет, но уж точно лучше тебя, старушенция, — ответила Дария с улыбкой.

Понимая, что Кинкейд специально скрыла свой возраст при представлении себя остальным, она решила проверить насколько та совладает с собою, ведь её возраст явно превышал всех присутствующих в комнате. А также не скрывает ли она ещё что-то от остальных.

Альфред, облокотившись на подоконник, стал с интересом наблюдать за предстоящим конфликтом. Грэм же, наоборот, захотел их разнять до того, как дело дойдёт до драки. Тем не менее он не смог реализовать задуманное, ибо был резко связан еле видными фиолетовыми нитями, упав на пол с громким звуком.

Волосы Кинкейд начали переливаться, а атмосфера в комнате накалилась до предела. Дария же продолжила искать книгу с иллюстрациями, не оборачиваясь. Однако, спустя некоторое время, она, пролистав уже три книги, бросила эту затею, а потому развернулась, встретившись с разъярённой Кинкейд лицом к лицу.

— Извинись… немедленно, — сказала грозным голосом Кинкейд, пока в её правой руке медленно начало материализовываться прозрачное копьё фиолетового оттенка.

Не получив никаких извинений, копьё Кинкейд полностью сформировалось. Только она захотела им замахнуться, как Дария заблокировала его на месте своим пламенем, которое по структуре больше напоминало железо.

— «Чего? Не могу сдвинуть», — подумала Кинкейд, смотря на своё копьё, которое обволокло пламя уже металлического оттенка.

— Тебя не учили, что копьём нельзя пользоваться вблизи? — ответила Дария.

Из-за чрезмерной злобы лицо Кинкейд сильно исказилось, пока Дария наслаждалась процессом, ибо притворной улыбки более не было. Видя, как в её сопернице кипела злость, а концентрация постепенно угасала, она нанесла быстрый удар ногой с разворота, отчего та упала на землю, лишившись сознания. Из-за этого еле видные фиолетовые нити исчезли и Грэм вновь мог спокойно двигаться, пока Альфред сдерживал свой смех.

— Вот, так-то лучше, — сказала Дария, поправив причёску рукой, — теперь можно и нормально пообщаться. Я Даша, ветеран боевых действий, родом из Тобольска, который расположен в Российской Федерации. Побывала во многих горячих точках, от Центральной Африканской Республики и до самой Сирии, но вам это явно ни о чём не говорит. До того, как я попала сюда, находилась в Сирии в 2017-м году, то есть в 21-м веке.

— А нельзя было сказать это раньше, ну, там, по нормальному, нет? — спросил Альфред, чуть ли не смеясь.

— Нет, нельзя было, — ответила она, смотря на лежащую на полу Кинкейд, — как раз таки из-за неё, ненавижу притворство...

— Не гоже девушке с девушкой обращаться так. Не время презренности в команде нашей, — встрял Грэм.

— Да-да, мистер справедливость, — Дария вновь легла на диван, — Итак, что мы имеем сейчас? Нас четверых, из разных миров, призвали, дабы защитить этот мир. Мир, в котором идёт жёсткая политическая борьба и континент на грани войны. Не говоря уже о каких-то там демонах. Лично мне не охота ввязываться во всё это, но это не отменяет того факта, что вернуться обратно нам не суждено. В общем и целом, у кого какие мысли?

— Герцог планы строит немыслимые, а потому императору обязаны помочь мы. Ради мира были призваны мы, и долг наш выполнить мы обязаны.

— Действительно мистер справедливость, — вздохнул Альфред, — у меня тоже нет никакого желания, но выбора у нас-то и нет особого. Сама посуди, мы тут застряли. Да и возвращаться я не горю желанием, потому что меня должны были расстрелять за убийство чиновника и воровство в особо крупных размерах. Так что уж лучше тут побуду, нежели стану живой мишенью.

— Странно нынче ситуация сложилась. Станция где пребывал сей господин также на грани уничтожения находилась. Видимо умереть должны были мы до сего момента.

Закончив говорить, Грэм приложил руку к подбородку, полностью погрузившись в свои мысли. Своими размышлениями он подал остальным идею для рассуждения. В итоге, вскоре, все пришли к выводу, что они должны были умереть в своих мирах.

— То-то он сказал, что выбора у нас нету и вернуться мы не сможем, — тихо сказала Дария себе под нос.

За всем этим, из-за угла, наблюдал Гектор, который решил взглянуть на героев воочию. Он убедился, что слова о невозможности контроля императором или герцогом над ними были правдивы.

— Действительно, они точно не герои, — сказал он, после чего растворился в воздухе.

∆

— Направляйся в деревню, что за Тсильгом расположена. Отыщи там кузнеца и приведи его сюда.

— Да, отец.

∆

— Чёрт, голова трещит, где я? Нет… только не снова…