Сквозь звуки камней, попадающихся под ноги, и вой ветра я разобрал голос позади меня:

– Эй, эй! Черт тебя дери, стой! Лекс, остановись наконец!

Я почувствовал руку, хватающую меня сзади, и обернулся, увидев злое и уставшее лицо Киши.

– Ну? Что тебе надо, мы даже ещё не на половине пути к вершине, Киши! А я хотел бы успеть добраться туда до заката, понимаешь?

– Я не могу больше, окей? Дай отдохнуть, давай устроим привал? Ну хотя бы минут двадцать, пожалуйста, Лекс?

– Черт с тобой, отдыхаем. Но если мы всё-таки опоздаем, я буду тебя ненавидеть до конца моей жизни, поняла?

Я увидел слабый кивок с ее стороны и сам сел на удачно подвернувшийся ствол дерева.

«Мда, а я и правда устал... Но ничего, мы же вместе, так? Значит все будет в порядке, Киши со мной».

Я вытряхнул треклятый камень из моего ботинка и понял, что готов продолжать идти, хотя на призывы встать мое тело никак не реагировало.

«Я полагаю, надо отдохнуть подольше». Я вытянул ноги вперёд, и мне стало так хорошо, что я чуть было не упал назад, но, слава богу, рефлексы ещё те...

Остальные пятнадцать минут мы провели в тишине наедине со своими мыслями; я даже посчитал, сколько облаков пронеслось мимо, - вышло где-то семнадцать.

– Вроде успели, Киши! Смотри!

Я достал фотоаппарат и сделал несколько снимков, потрясенный видом.

– Я, сказать честно, даже не думал, что это будет так красиво! Ну просто глянь! Киши? Не спать, посмотри!

– Да, да, Лекс... Очень красиво...

– Ну-ка иди сюда, щёлкну тебя на фоне, а?

– Не, ты знаешь, что я на фотографиях стрёмная...

– Да ладно, ну только одну? Я ее никому не покажу, обещаю!

– Ты же не отвяжешься, да?

Она подошла и встала на фоне заходящего над горами солнца; я сделал несколько снимков и отошёл в сторону, чувствуя, как дышать мне стало труднее.

– Ты сказал: только одну...

– Ну, знаешь, чтобы наверняка!

Я отшутился и сделал вид, что это пустяк; хорошо хоть она не придирается к мелочам, да и к тому же она сонная.

«Придется разбить лагерь, но не здесь: тут трудно дышать из-за разряженного воздуха».

– Долина просто бесподобна, я не верю, что мой родной город может быть таким красивым, правда.

– Ага, как скажешь...

Так мы разбили лагерь на ровном участке склона.

Я не особо помню что и как, но уснул я быстро и легко, чему я впоследствии был удивлен, ибо сон на новых местах у меня обычно не шел.

Я верю, что тут сыграла роль усталость - как физическая, так и моральная.

Во сне я и Киши были на вершине какой-то горы и вроде чему-то радовались, но произошел оползень, и нас завалило камнями; я умер мучительной смертью.

Я проснулся резко, и от этого у меня сразу потемнело в глазах; я хватал ртом воздух, когда до меня наконец дошли фразы:

– Да успокойся ты, бешеный, что ли?

Вставай, не ты ли говорил, что много спать нехорошо?

– Да, да, встаю... Киши, перестань меня тыкать!

– Ладно-ладно, только не обижайся. Я жду снаружи.

Я кивнул и поднялся; всё-таки хорошо, что я потратил больше на хороший спальный мешок, это огромный плюс...

Как и ожидалось, спуск был намного легче подъёма, хоть и опаснее.

Но мы сдали палатки обратно арендатору и направились к остановке. Поезд приехал быстро, и мы сели, всё ещё без разговоров.

Иногда мне это нравится: без болтовни проще заниматься рефлексией, но от этого мне лучше не станет, поэтому я наклонился к Киши и спросил вполтона:

– Ну что, как тебе?

Понравилось? Я же говорил, что кемпинг - это офигенно! А ты не хотела идти, зря!

– Зря. Наверное.

Ну, вроде поднялись, вроде красиво, и что?

– Тебе не понять... "Ты слишком черствая и безразличная, Киши!"

Сказал я, передразнивая её мать, и Киши, как было ожидаемо, засмеялась.

– Ну хватит, ты же знаешь, я не люблю, когда ты так делаешь! Но можешь, пожалуйста, ещё разок?

– Хорошо, если просишь... "Киши, что это значит - уходишь с этим странным парнем, Лексом?! Что ты думаешь, я тебя отпущу? Да ещё и на ночь? Нет, нет и нет!"

Киши опять залилась смехом, и я немного посмеялся, чтобы не вызвать дискомфорт для нее.

Когда она вытерла глаза и подняла их на меня, она сказала со всё ещё слышимым смехом в голосе:

– Блин, Лекс... Ты... Ух... Ну ты даёшь! Ты не думал там идти в комики, хм?

Она ткнула меня в плечо, и я не дёрнулся.

– Чего дёргаешься? Ой, прости, наверное, мой маникюр...

– Да нет, все в порядке. Не обращай внимания, просто все ещё смешно.

Я зевнул и откинул голову назад; я был ещё сонный, так что час-полтора отдыха точно не помешают, и я закрыл глаза, игнорируя смешки со стороны Киши...