Война, война никогда не меняется, ненависть порождает лишь больше ненависти, создавая тем самым бесконечный цикл. Казалось, что жизнь без нее невозможна в мире ниндзя, где каждый был готов убить ради своего клана. Вспоминая о нелюбви ниндзя, почти всегда неизбежно вспоминают два сильнейших клана среди шиноби - Сенджу и Учиха. Никто уже и не помнит, с чего началась вражда этих кланов, что длится уже сотни лет. Да и какая разница, с чего все началось, если почти у каждого кто-то погиб от руки противоположной стороны, имеет ли значение здесь история? В конечном итоге каждый неизбежно захочет отомстить другой стороне, но эта месть за смерть ближнего приводит лишь к большей ненависти, создавая тем самым замкнутый круг, из которого эти два клана уже не могут выйти уже долгое время.

Порождением этой эпохи мести стал глава клана Сенджу - Бацума. Его вдохновляли старые убеждения всех прошлых поколений: бесконечный цикл ненависти между кланами оборвется лишь в тот момент, когда в живых останется лишь один клан. И так думали многие среди Сенджу, но так не думал третий сын главы клана - Итама. Несмотря на свой молодой возраст, он начал задавать вопросы, над которыми многие в его клане лишь посмеются. Его стало интересовать: почему же мы должны умирать на поле боя? Ради клана? Но почему тогда нельзя просто сесть и договориться о мире между кланами? Эти мысли все чаще посещали его, и как оказалось, он не был единственным, кто так думал. После смерти младшего брата Каварамы, Хаширама, старший брат, показал, что разделял мысли Итамы о мире среди шиноби. Вместе они начали часто обсуждать сценарий, при котором их клан наконец должен прийти к миру с другими кланами, в особенности с Учиха. Позже, к ним присоединился и средний брат Тобирама, он считал своих братьев слишком мягкими в достижении цели, но разделял саму идею мира. Смерть младшего брата лишь убедила их, что обычные дети не должны умирать в глупой войне взрослых.

Многим бы не понравились такие идеи в клане, в особенности их отцу и старейшинам, поэтому пока они держали все в секрете, никак не показывая свой бунтарский дух. Братья знали, какие последствия их ждут в случае раскрытие тайны. При лучшем сценарии, все это закончится показательной поркой, в худшем же... даже представлять для них было страшно. Но они понимали, что достичь мира между Сенджу и Учиха, да и другими кланами будет не легко, нельзя просто сидеть и нечего не делать. Клан сейчас никак не движется к миру, напротив, вражда с кланом Учиха лишь усиливается, а количество смертей все растет. Стоит ли говорить, что молодым Сенджу все это не нравится? Но придут ли эти кланы к миру? Или же история пойдет по совсем другому руслу? Думаю, что время нам покажет.

***

Мальчишка, совсем еще ребенок сидел, оперившись спиной о камень. Первое, что обычно замечают в нем, это его странные волосы: одна половина была белой, он их унаследовал от ныне покойной матери, вторая же более темная, словно сама ночь, досталась ему от отца. Однако сейчас, многие бы обратили внимание вовсе не на его заметную внешность, а на тяжелое положение, в котором он оказался. А выглядело оно крайне плачевным. Одежда мальчишки пропиталась его собственной кровью, а в пластинах брони зияла здоровенная дыра с воткнутым кунаем, что был глубоко в грудной клетке. Дыхание мальчика было затруднённым, каждый вздох ему давался с большим трудом. Очередной вздох, заставил мальчика харкнуть кровью на землю, все это вызвало очередную вспышку боли. Раздались тихие всхлипы, что лишь ухудшили его состояние.

Глубоко внутри себя он испытывал презрение к собственной слабости. Не в состоянии вести себя как настоящий шиноби, он не сдержал свои чувства и снова заплакал. Еще год назад он казался слабохарактерным ребенком, что хоть и преуспевал в искусстве шиноби, но был очень ранимым мальчишкой. Даже умерший младший брат Итамы - Каварама, представлялся намного сильнее на его фоне. В клане Сенджу плакать не было табу, вовсе нет, однако это считалось как минимум слабостью, которую нужно скорее искоренить, в особенности для ребенка главы клана. Конечно, ему было лишь 8 лет, но времена были такие, что даже до такого молодого возраста не доживал в их клане каждый четвёртый. Практически все они погибли на поле боя год назад.

Всегда считалось, что клан Учиха и Сенджу были равны в силах, но это было не совсем правдой. Клан Учиха всегда был немного малочисленнее клана Сенджу по количеству шиноби. В небольших стычках это было практически не заметно, однако в более крупных битвах это изрядно давило на них, не везде удавалось противостоять более превосходящему по численности врагу. Это заставило их искать союзников, чтобы ударить по врагу посильнее, с целью ослабить и наконец сравнять силы двух кланов. Благо для Учих, врагов у клана Сенджу было много, а потому осталось лишь ждать нужного момента. И год назад они дождались этого времени, Учихи заключили альянс с кланом Хагарома и начали совместную операцию по уничтожению сил Сенджу, что закончилась полным успехом для них. Вместе они устроили десятки засад на отряды Сенджу, пострадал даже союзный клан Узумаки, а также мирные жители, что были за пределами селения. Это вызвало множество смертей, где также погиб и младший отпрыск главы клана - Каварама.

Несколько десятков гробов, в том числе и тело умершего брата вызвали тогда слезы у Итамы. Отец обвинил его в слабости, но старший брат решил заступиться за него. Его слезы привели к спору Хаширамы и отца о смерти детях в таких войнах, все чуть не закончилось показательной поркой брата. Хаширама считал, что дети не должны умирать из-за амбиций взрослых и Каварама умер напрасно, в то время как отец считал своим долгом вырастить настоящего шиноби, что сможет отдать жизнь за клан. Смерть брата и споры близких для него людей заставила Итаму переосмыслить себя.

Он долго думал о произошедшем, его и самого часто посещали такие же мысли что и брата, так что он был согласен с Хаширамой: дети не должны бессмысленно умирать в войнах взрослых. Но он также решил дать обещание Тобираме и себе, что больше не даст взять эмоциям вверх над собой и наконец перестанет плакать. Почти год он действительно сдерживал свои эмоции, не позволяя себе проявлять слабость ни перед строгим отцом, ни даже в тот момент, когда ему пришлось впервые лишить жизни другого человека. Хоть отец и не показывал, однако Итама видел, как тот был рад перемене в сыне.

Однако сейчас , когда его окружили, убили весь его отряд, и затем оставили на грани смерти, он не смог держать все в себе. Его разум оказался погружен в гендзюдцу, где он и его соклановцы умирали бесчисленное количество раз. Трудно было упрекнуть его за слезы в такой ситуации. Может он и был шиноби, что психически уже был взрослой личностью, но в тоже время он был и невинным ребенком, который не был готов к такому неожиданному повороту событий.

Местный дайме нанял клан Сенджу чтобы захватить власть в небольшой стране, было неясно, что они такого не поделили, скорей всего это была обычная экспансия одной страны другой. Для клана Сенджу не особо были важны такие детали, главное было успешное завершение и выгода. Всего было сформировано три отряда по шесть человек, в один из которых и вошел и Итама. Изначально все шло по заданному плану: немногочисленные самураи и придворные слуги Дайме, не могли противостоять опытным шиноби. Итама и еще шестеро членов отряда успешно продвигались вглубь страны, надеясь наконец завершить первую, серьезную миссию за долгое время и устранить дайме. Во главе этого небольшого отряда стоял опытный шиноби в рассвете сил, что также являлся одним из старейшин клана Сенджу. Вместе с ним был его тринадцатилетний сын, выполняющий роль ирьенина в отряде, он был внуком знаменитого Ирьянина клана. Остальные четверо членов команды были также не старше тринадцати лет. Итама, среди них и вовсе выделялся, как самый младший в отряде. Хоть Итама этого и не поймет уже никогда, но это вовсе не случайность, что его отряд был намного старше его и значительнее опытнее. Бацума, отец Итамы никогда не признается, но очень любил своих сыновей и всегда пытался уберечь их. Он назначал Итаму в этот отряд, с надеждой на то, что они защитят и научат его многому, но ему было неизвестно, что именно этот отряд ждала беда.

Все шло хорошо, даже слишком, но не успели они подойти к самому городу, где предположительно должен был быть находится Дайме, как из засады на них напал отряд из семи Учих, в котором каждый имел знаменитое клановое дзюдцу - шаринган. Побег был бесполезен, практически сразу весь отряд Сенджу был скован неожиданной атакой. Самого первого устранили командира отряда. Напор сразу нескольких Учих было тяжело выдержать даже такому опытному шиноби как старейшине клана. Несмотря на неожиданность, враг также понес небольшие потери. Ценной своей жизни командир отряда успел активировал взрывную печать, забрав с собой на тот свет пару Учих.

Потеряв командира, молодые ребята не смогли быстро скоординироваться, что позволило врагу немедля перебить их поодиночке. Еще утром они громко смеялись и веселились на привале, но у судьбы на них явно были свои планы. Что же до Итамы… его решили оставить напоследок, расценив как слабое звено отряда, что в одиночку не представлял никакой угрозы. И это действительно было так, Итама хоть и показывал выдающееся результаты для его возраста: неплохую технику тайдздюдцу, владение двумя стихиями, а также большим объёмом чакры, но взрослым шиноби, что владели клановым кеккай генкай он противостоять просто не мог. Все его тело было пропитано страхом, он просто наблюдал, как к нему медленно подходили оставшихся в живых Учихи, погружая в гендюздцу, где убивали раз за разом. Итама думал, что это был конец для него, но враги не стали добивать мальца, решив оставить на грани смерти. Было ли милосердием то, что его не стали убивать? Медленную и мучительную смерть едва ли можно назвать милосердием. Скорее ему и всему клану Сенджу хотели показать, что бывает, когда встречаешь их главного врага - клан Учиха.

Жизнь в плаксивых глазах Итамы медленно угасала, потихоньку подходя к закономерному концу. Силы с каждой минутой словно покидали его тело, было тяжело даже просто оставаться в сознании. Несмотря на скорую смерть от рук Учих в его взгляде не было ненависти, лишь отчаяние и вселенская грусть. Ему было жалко погибших старших товарищей, с которыми он многое пережил и которые успели стать ему друзьями. Глаза мальчика медленно закрывались, готовясь к вечному сну, дыхание становилось все более редким и тяжелым, а сердце казалось уже и вовсе не бьется. Как известно, люди с дырой в груди долго не живут, даже шиноби.

Последними мыслями мальчика были лишь вопросы: почему? Почему шиноби убивают других шиноби? Неужели нельзя поступить по-другому и заключить мир? Закончится ли вражда между Учиха и Сенджу хоть когда-нибудь? Тобирама, Хаширама простите, видимо Каварама уже ждет меня...

Секунда... две, более никаких признаков жизни мальчик не подавал, грудь уже перестала вздыматься, а тело стало медленно остывать. В это же время происходило что-то странное для Итамы, он не ощущал себя мертвым. Сознание, а возможно и сама душа мальчика видела множество картин, словно красочные ведения со стороны: все началось на реке, где двое мальчишек кидают блинчики, соревнуясь между собой, лица для Итамы были размытыми и было непонятно кто за ними скрывается. Затем он увидел юношу, подозрительно похожего на Хашираму в окружении клана Сенджу, что жмет руку... Учихе?! Мальчику было тяжело такое представить, разве такое возможно в нашем мире, где кланы бесконечно враждуют? Но время на раздумья не было, снова новое видение, уже более четкое для Итамы. Город, большой город, но живут в нём необычные люди, а по всей видимости шиноби разных кланов, они прыгают по крышам, тренируются вместе и смеются. Для юного Сенджу было удивительно видеть столько ниндзя в одном месте. Перед ними выступает длинноволосый юноша, словно копия молодого отца, снова Хаширама! Неужели брат как-то связан с этим селением?

Видение были словно взглядом со стороны, но как бы мальчик не пытался двигаться и повернуть головой, у него не получалось, он словно просто смотрел чье-то дальнее воспоминание, которого у него быть не должно. Итама видел великую по масштабам битву между Хаширамой и его уже недругом Учихой в долине, смерть последнего. Мальчик думал, что сильнее его отец это практически вершина того, чего может достичь шиноби, но эти двоя, казалось что отец и рядом с ними не стоит. Своими техниками они просто меняли окружающий ландшафт, не оставляя ничего живого на несколько километров. Неужели снова произошла война между кланами Учиха и Сенджу? Но где в таком случае другие члены клана? Следующее ведение: множество шиноби сражаются между собой, казалось их было тысячи. Итама узнавал некоторые знамена среди десятков кланов. Следующая картина была не из приятных для мальчика. Смерть на поле боя его брата - Хаширамы, а вскоре и Тобирамы. У души не должно быть сердца, но у мальчика в это время точно что-то сжалось. Дальше воспоминания были обрывочными и размытыми, что-то было совсем непонятно для него, другое было слишком размыто. Войны сменяли другие войны, забавная шляпа, которая была изначально на братьях переходила то одному, то другому шиноби, а последнее, что он увидел это битва между желтоволосым юношей и тем самым Учихой, который остался каким-то образом жив. Между ними завязался разговор, но как бы не пытался, он просто не мог его услышать. Вскоре неизвестный Учиха был повержен, но битва на этом явно не заканчивается, к сожалению, видения обрываются, так и не показывая, чем же все заканчивается.

Эти ведения оставили слишком много вопросов для Итамы: "что только что произошло? Неужели это будущее? Почему брат подружился с тем Учихой? Что это за селение такое, где живут и Сенджу, и Учиха в мире. И как же тот Учиха оказался жив? Вопросы, вопросы, но нет ответа ни на один из них. В конце концов, почему он все это видел? Возможно, он просто в предсмертном бреду, а его сознание просто показывает странные ведения, да, так оно и есть..." - убежденно закончил он про себя, ожидая своей смерти.

Странные видения наконец закончились, наступила непроглядная тьма. Сознание медленно угасало, погружаясь в сон. Наверное, это и есть смерть - было последней мыслью мальчика или не последней.

-И..ма! Ита..! Итама очнись! - глаза медленно открылись, перед ним был темноволосый юноша, с белой повязкой на голове, он сразу узнал голос Хаширамы. Он активно водил рукой по телу мальчика, по всей видимости пытаясь помочь своей жизненной силой. Итама попытался привстать, но, это было глупой попыткой, по его телу прокатилась новая волна боли, заставляя его снова болезненно упасть опять на землю и харкнуть кровью.

- Не шевелись - еще один знакомый голос прозвучал для раненого мальчика. Тобирама тоже был рядом, он стоял чуть в стороне, приложив руки к земле, по всей видимости проверяя местность на наличие врагов. Для Итамы было удивительно видеть на лице обычно серьёзного брата такую сильную тревогу. Это было все так странно для него, его переполняли смешанные чувства, он был рад видеть, что его братья все еще живые, а не мертвые как он видел в том бреду. Но был ли это предсмертный бред?

Хаширама тем временем продолжил манипуляции рукой, при этом сильно напрягаясь. Итама знал о силе брата, его жизненная энергия была сильна, настолько, что даже могла лечить раны, а также пробуждала силу мокутона. Но он не знал, может ли она действительно помочь ему сейчас, когда он был на волоске от смерти, лицо брата было очень сосредоточенным, было видно, как нелегко ему даются такие манипуляции чакрой. По всей видимости рана на груди была очень серьезной. Тобирама тем временем встал, сжав руки в кулаки:

- Снова Учиха, они уже убили Кавараму, а теперь они напали на Итаму, а мы просто вынуждены просто это терпеть. - были слышно, как он недоволен произошедшем. Наверное из всех братьев он больше всех был похож на отца характером, в том числе и ненавистью к Учихам. Может и он поддерживал идею о вечном мире, но он видел другой путь к этому.

Самое главное, что в этот раз мы успели вовремя – отрезал Хаширама, ему сейчас было это вовсе не важно. Братья продолжили свой разговор, а Итама подавив боль по всему телу, впал в раздумья, не обращая на их диалог никакого внимания. А ему было о чем подумать: ведения, что с ними ему делать. Он не мог сказать точно, были ли они правдивы. Тяжело поверить во все то, что он видел. Как Учиха могут заключить альянс с Сенджу? Каким образом все забыли о мести и пришли к этому соглашению? Почему его нет в этом будущем? Эти видения слишком размыты, чтобы разобрать что-то из них. Но может ли быть бред таким реальным?

Возможно, это все правда, появится селение, а его брат заключит альянс с этим Учихой. Это еще хоть как-то можно понять, но дальнейшие войны остаются непонятны. Почему? Ведь шиноби уже объединились в союз, почему войны бессмысленно продолжаются? Ведь не должно быть больше никакой ненависти. Возможно что-то помешало этому или кто-то. Особенно вызывает вопросы тот Учиха.

Пока он размышлял братья приняли решение вернуться в селение, где Итаме смогут оказать более профессиональную помощь. Хаширама был очень истощен поверхностным лечением брата, он потратил много жизненно необходимой чакры, поэтому нести тело Итамы пришлось Тобираме. Старшие братья были сильными шиноби для их возраста. Угрозы они почувствуют заранее благодаря среднему брату, об этом Итама не беспокоился. Но даже так путь до дома был не близкий. Раненый Итама хотел было еще поразмышлять о видениях, но Тобирама прервал его:

- Отцу следует доложить об произошедшем, скорей всего он соберет собрание, чтобы обсудить дальнейшие действия. Что тебе известно о нападавших – Тобирама был прав, ему следует не думать об этом, а рассказать побольше информации.

- Их было семь человек – начал Итама, при этом поморщившись от боли в груди – они напали неожиданно, перебив почти сразу весь отряд… - Итама продолжил свой рассказ, пока в конце концов не уснул от истощения.

Проснулся он ближе к концу пути. Тобирама и Хаширама уже замедлились и перешли на обычный бег. Конечно же, стоит учесть, что обычный бег шиноби в разы превосходил обычного человека. Раны Итамы все еще болели, а сознание было словно в тумане. Вот, за очередным кустом Итама заметил первый дом, по всей видимости они почти пришли. На душе стало намного легче. Конечно, просто так попасть на территорию клана нельзя. Для начала территория клана была очень хорошо спрятана природой, густые леса и удачное расположение в долине этому сопутствовало. Ну, а тесное сотрудничество с Узумаки дало доступ к их секретным техникам фуиндзюдцу, в том числе и барьерам, через которые они успели пройти. И хоть клан Узумаки не делились на прямую своими секретами, но установкой и обслуживанием занимались они сами. Было два типа барьера, что укрывали Сенджу. Первый был очень простым в работе и использовался для обнаружения чакры незваных гостей. Глава клана и старейшины немедленно узнавали, если человек, чья чакра не зарегистрирована проходили сквозь него.

Второй барьер был скрывающим. Принципы его работы почти никому неизвестны, даже своему близкому союзнику Узумаки не доверяли её. Оно и понятно, кто захочет делится такими техниками, пусть даже и с самым близким кланом. Без этого барьера их небольшое селение (если конечно сравнивать с видениями Итамы) давно бы обнаружили. Все-таки в мире существуют довольно много кланов, чьи глазки видят дальше, чем клану Сенджу хотелось, особенно это касается клана Учиха.

Всего в клане было примерно несколько сотен домов. Много? Порядком, но, конечно, не все эти люди были шиноби. Среди них были и обычные люди, большинство конечно женщин, что воспитывали детей. Для мужчин, что не отдают свою жизнь за клан, тоже работа найдётся. Оружие, вроде кунаев и катан, одежда — все это производили прямо здесь, в селении. Было бы глупо доверять такие вещи чужому клану или стране. Закупал же клан Сенджу в основном еду и искусство фундзюдцу у Узумаки: взрыв-печати, обслуживание барьеров, свитки для хранения. Конечно, бывают и другие закупки, вроде лекарственных трав, руды и шкур, но этим занимались купцы клана, а также старейшины.

Тройка братьев двигались в сторону самого большого здания в селении, что принадлежал главе клана - Буцуме Сенджу, по совместительству также сильнейший шиноби клана и их отец. Здесь они решили разделиться:

- Тобирама, я доложу отцу о случившемся, ты же позаботься об Итаме – средний брат лишь кивнул на такую инициативу Хаширамы. Обычно отцу докладывал он, старший брат, по его мнению, никогда не умел сдерживать эмоции при докладе. Но раз он сам вызвался, то отговаривать он его не стал.

- В таком случае я отведу Итаму к дедушке Хитаме, ему следует отдохнуть. Я также расскажу все о произошедшем, можешь не переживать - с грустным выражением Тобирама двинулся в сторону другого здания, что был на окраине селения. Может быть, Хаширама и смог залечить тяжелые раны у Итамы, но лечение и отдых все еще требовался их младшему брату. Ирьянины у клана есть, в особенности старик Хитама, он свое дело знал хорошо, не раз доставая людей с того света. Хаширама не просто так вызвался доложить отцу о случившемся, он просто не знал, как рассказать дедушке о смерти его сына и внука. По его мнению Тобирама справится с этим намного лучше.

С этими мыслями он двинулся в сторону их дома, чтобы все доложить отцу. Здание было двухэтажным, в типичном для Сенджу стиле: фундамент был выложен из камня, а стены и внутренний интерьер были преимущественно сделаны из дерева. Ко многому руку приложил сам Хаширама. Все таки стихия дерева давала преимущество не только в бою, но и в повседневных делах. Поднявшись по ступенькам, Хаширама раздвинул двери-седзи и вошел. Отец сидел на подушке(дзабутон) при этом что-то записывая в свиток, на звуки вошедшего сына он никак не отреагировал, словно и не замечая его. Все-таки титул главы клана не освобождает от бумажной работы, помимо силы, глава клана также должен обладать немалой усидчивостью, иначе все эти бумажки было и не перебрать.

Хаширама молча зашел и сел напротив отца. Он хотел было начать доклад, но вовремя осекся, по традициям первый говорит всегда глава клана, не стоило гневать отца просто так. Молчание затягивалось, время шло, молчание затягивалось, отец, казалось, даже не замечал своего сына, продолжая заниматься своими делами. Терпение у Хаширамы лопнуло, он решил разорвать тишину первым, начав с самой важной по его мнению информации:

- Итама сейчас у ирьенинов клана - на секунду отец остановил перо, не изменяясь в лице, а затем снова принялся писать. Хаширама знал, что отец дорожит своими детьми, но традиции и воспитание не давало ему показать свои чувства к ним. Хаширама был не очень доволен такой реакцией. Может они и были детьми, но по мнению отца братья были и шиноби, а долг каждого шиноби сделать все ради клана, даже умереть. Дописав до конца свитка, отец отложил перо:

- Что известно о нападавших? – Хаширама незаметно сжал руку в кулак от злости, отца в первую очередь волновало не состояние его младшего сына, а информация о нападении. Он сдержал свою злость, все-таки он знал, к чему приведет его несдержанность:

- Это был клан Учиха, что нанял другой дайме против нас. Отряд был из семи человек, все владели клановым дзюдцу. Враг понес небольшие потери, наш отряд потерял всех кроме Итамы. По другим нашим отрядам информации нет. Скорей всего враг отступил для перегруппировки.

- Значит Иоши мертв, очень жаль, хороший был шиноби – без эмоций сказал Бацума, потирая переносицу от наступающих проблем. Потеря старейшины принесет множество проблем для него, – ты можешь идти, я соберу совет старейшин, где мы решим, что с этим делать. Хаширама послушал отца, встал и зашагал в сторону выхода. Уже подходя к дверям, он услышал то, что хотел услышать еще с самого начала:

- Пригляди за младшим братом – Хаширама кивнул и вышел, Итаме уже ничего не угрожает, а отдохнуть ему стоило.