Лукас увидел лицо королевского рыцаря, что, до этого момента, было под шлемом. Оно было усеяно шрамами от прошедших битв. На вид, Ярвуду не менее 35 лет. Густые брови практически срастались, цельная борода, местами рыжая, была аккуратна подстрижена и закрывала большую часть лица. Утончённые бакенбарды плавно переходили в чёрные, коротко подстриженные волосы. Пронзительный, внимательный взгляд. Его образ выдавал в нём сурового, возможно даже жёсткого человека.

Оставив животных у конюха, группа миновала пропускной пункт, и Лукас наконец смог лицезреть то, что ранее скрывали стены. Сотни, возможно тысячи домов, выстроенные в ряд по обе стороны от дороги, на которой спокойно смогут разминуться две кареты. Гул голосов, тянущийся отовсюду, настолько громок, что не позволял расслышать рядом стоящего человека. Люди были везде: проглядывались в окнах кабаков и гостиниц, стояли у лавок и торцов домов, спешным шагом двигались по улице, заполняя её и без того душным воздухом. Многие курили табак, также насыщая воздух специфичным запахом. Здесь повсюду кипела жизнь.

Лукаса схватили за плечо. Обернувшись, парень увидел Ярвуда, смотрящего ему в глаза. - Нам придётся протискиваться! Держитесь рядом! И держите одну руку на кошельке, воришек тут хоть отбавляй! - Он кричал во всё горло, пытаясь перебить гул.

Диего кивнул ему в ответ и пропустил вперёд, давая ему координировать их передвижение. Рыцарь, словно танк, шёл впереди, слегка расталкивая толпу, стараясь не прикладывать лишних усилий. Сейчас они проходили главную площадь, место, где расположилось большая часть магазинов и гостиниц. Сегодня был последний день траура в честь Альберта, отчего здесь создавалась невероятная давка.

Следом шёл Лукас, успевая параллельно оглядываться по сторонам и дивиться своеобразной красоте. Хоть он и видел город в воспоминаниях Диего, воочию находиться здесь, прогуливаться по этим улицам…Его душа трепещет. Наверное, именно этого он желал, загадывая желания. Находиться вдали от дома, не быть скованным из-за языкового барьера, не волноваться о затратах, и запечатлеть то, что не удалось ни одному человеку его мира. Так что, он не обращал внимания на внешние раздражители.

Замыкающим, соответственно, стал Карл, которому выпала ноша сдерживать свою агрессию, ведь на его пятки часто наступали те, кто шёл позади, но ещё чаще прослеживались лёгкие пинки вскользь, пачкая доспехи грязью и пылью. С каждым метром скрежет его зубов всё отчётливее слышался сквозь толпу.

Так продолжалось вплоть до момента, пока Ярвуд не свернул в тёмный переулок, где все, наконец, смогли вдохнуть полной грудью.

- Как бы из-за траура не последовало ещё больше жертв. – Пробурчал Карл, оглядывая свой низ.

- Пока несчастных случаев не наблюдалось. – Сказал рыцарь из-за плеча.

- Прошу простить, если покажусь грубым. А не несчастных? – Диего вклинился в разговор.

Ярвуд остановился и развернулся к парню, насупив брови. - Что ты под этим подразумеваешь?

- Использовать толпу для отвода глаз, это же идеальная возможность для совершения злодеяний. Не зря говорят, хочешь спрятаться получше – спрячься у всех на виду.

Юноша с наигранностью поглядел по сторонам, после чего вернул взгляд на рыцаря. Выдержав паузу, тот тяжело вздохнул.

- Совру, если скажу, что всё проходит гладко. Нам не хватает бойцов для охраны столь огромного города. Однако, никому не хватало наглости убивать кого-либо прямо в толпе. Но, пару дней назад, в западной части четвертого кольца был взрыв. Судя по всему, местные группировки что-то друг с другом не поделили.

«Местные группировки? То есть, главная защита королевства знает о них, но ничего не делает?»

- Я вновь извиняюсь, но, как будущий рыцарь и ваш сослуживец, вынужден спросить. Что вы предприняли? Или предпримете?

У Лукаса возникли сомнения, есть ли в рыцарских кругах силы для борьбы со сколопендрами? Хватит ли их? Если нет, то о мести и речи быть не может.

Ярвуд разозлился, но скорее это было знаком беспомощности. - Как и говорил, нам не хватает рук...

«Теперь ясно. Это также и причина, по которой Диего, простолюдина, нарекают в рыцари. Они беспомощны. Но, по крайней мере, им хватает сил засунуть свою гордость в задницу и принять этот факт».

Юноша не продолжил говорить. Вместо этого он просто прошёл мимо рыцаря, углубляясь в тёмный переулок.

Ситуация за стенами третьего кольца мало чем отличалась, так что пришлось действовать по такому же принципу. Дома здесь выглядели более ухоженно, как и большинство людей. Прошло некоторое время прежде, чем они достигли третьих ворот. Увидев Ярвуда, стража, охранявшая вход, выстроилась в линию, пропуская их вперёд.

- Благодарю за службу. – Рявкнул тяжёлый голос, проходя мимо них.

Диего, для которого это было обыденно, спокойно шёл следом, а Карл кивал каждому головой, выражая своё почтение. Обстановка за стенами в корне изменилась.

Поместья, заполняющие улицу, были громадными и величественными. Людей практически не было, большинство находилось в своих домах, судя по дыму, выходящим из труб. Изредка по дороге проезжали кареты, поднимая в воздух пыль и заставляя дрожать близстоящие факела. Лавки и магазины уже закрывались или были закрыты. Те, что ещё работали, обслуживали детей или людей, по внешнему виду которых можно сразу сказать, что они явно кому-то принадлежали. Это не значит, что они были одеты в лохмотья и тряпки, нет, просто одежда для третьего кольца была не так изысканна, как это здесь принято.

Хоть рабство и было запрещено, но окончательно искоренить его в Королевстве не удалось, так что были предприняты некоторые меры. К примеру, сироты или люди, которым нечего терять, могли уйти на постоянную службу кому-либо либо в качестве прислуги. Всё это документировалась и выходило так, что это стало обычной профессией. Документы и становления подписей делались в специально построенном и функционирующем для этого здании – паноптизуме. Для тех, кто не обучен грамматике, всё озвучивалось, так что, поставив подпись, уже не отвертишься. Своего рода продажа души, только не дьяволу, а местному богатею. Естественно, были некоторые условия, делая жизнь «законных рабов» лучше, чем это раньше.

Изнасилование, избиение, да и в целом, чрезмерное плохое обращение каралось штрафами, лишением прислуги или заточением в тюрьму. Раз в две-три недели к каждому имеющему подобною прислугу наведывались люди паноптизума, которые общались со слугами, осматривали их и проверяли достоверность слов дворянина. Люди эти чередовались между собой во избежание коррупции. Но возникает вопрос: зачем идти на служение какому-то господину, когда есть приюты для детей, или же работа с ночлегом?

Всё ради лучшей жизни. Хороший хозяин может и одеть, и хорошо накормить, и защитить, а также всегда будет крыша над головой и сенная кровать. В обмен лишь служение и рабочая сила.

Для детей же ситуация немного иная. Девушки, коих взрастил хозяин, могут с его помощью отыскать приличного жениха, а парни и вовсе унаследовать владения, если у дворянина нет детей, но таких случаев единицы. Чаще всего, они остаются верной дворянской семье вплоть до старости. Девушки горничными и поварихами, а парни дворецким, личными воинами, или работниками. К слову, Нойз – управляющий замком Альберта, также является связанным подобным документом. Обычный сирота, но ныне занимающий ответственную и высокую должность.

То есть, если говорить в таком ключе, рабство практически укоренилось, и теперь они действительно многого могут добиться в жизни.

Троица добралась до четвёртого, центрального кольца. Вообще, на протяжении всего похода виднелся королевский дворец, но чем ближе ты подходил к нему, тем впечатляюще он начинал выглядеть. Белый, будто бы полностью из мрамора, достигающий размеров в несколько поместий, а башни, расположившиеся по краям, достигали в высоту, наверное, этажей эдак 8.

«Уверен, вид, который они открывали, невероятен».

Лишь два слова крутилось в голове Лукаса при виде замка:

- Белоснежный дворец.

Парни спешно прошли внутрь и их сразу же встретила прислуга. До замка оставалось около пяти сотен метров. Справа виднелись конюшни, хлева, вдали виднелось какое-то величественное здание, наверное, сенат. Слева практически всю площадь занимал военный гарнизон, также спрятанный за стенами.

- Рады видеть вас в добром здравии, сэр Ярвуд. Надеюсь, поездка не доставила вам хлопот.

Они склонились над рыцарем.

- Поднимите головы. Сопроводите гостей вовнутрь, накормите, предоставьте купальни и место отдыха. – Мужчина повернулся к Диего с Карлом. – Отныне, я вынужден покинуть вас.

- Искренне благодарим за вашу доброту. Не смеем вас задерживать. - Диего поклонился. Карл, увидев это, слегка замешкался, отчего поклон показался несколько неловким.

Слуги дождались ухода Ярвуда за стены гарнизона прежде, чем поднять головы.

- Прошу, следуйте за нами.

Лукас прошёл во дворец. Отполированные полы, дорогие ковры, золотое шитьё, различные скульптуры, бюсты, стоящие на аккуратно сделанных колоннах. Пахло богатством. С эхом продвигаясь по длиннющим коридорам, слуги неожиданно остановились и упали на одно колено, благодаря чему юноша смог увидеть, кто шёл им навстречу.

- Лион? – Диего не смог сдержать улыбку.