Руководство пользователя для регрессора — Глава 753 (753/1785)

< Глава 753. В конце концов (12) >

Каждый раз, когда проносилась черная линия, в поле моего зрения попадали разрубленные на куски голуби, падающие на землю.

Издалека была видна лишь эта картина.

Полагаю, зрителям, наблюдавшим за этим зрелищем, Ким Хёнсон тоже казался лишь смазанной линией.

Стоило мне провести пальцем по огромному зеркалу богини прямо перед глазами, как в нем отразился Ким Хёнсон, в точности следовавший за движением моей руки.

Конечно, у этого зеркала не появилось никаких новых функций.

— Подтвердил.

— Да.

Ким Хёнсон всё знал. Он прекрасно понимал, чего я хочу и куда ему нужно двигаться.

На самом деле, ему даже не нужно было вслух подтверждать приказы. Еще до того, как я успевал озвучить свои мысли, этот парень уже всё схватывал.

Я понятия не имел, каким образом до него доходит информация, но он совершенно точно читал мои мысли.

«Черт, он же не читает вообще всё, о чем я думаю?»

Нет, это невозможно. В конце концов, моя новая характеристика называлась «Руководство пользователя для регрессора», а не «Руководство по эксплуатации Ли Киёна».

Это означало, что не Ким Хёнсон использует меня, а я использую его. Я мог чувствовать всё то же, что чувствовал он.

Поле зрения Ким Хёнсона. Его состояние. Как я и хотел, я ощущал абсолютно всё, что ощущал он.

«Черт…»

Наверное, именно поэтому в кровь выбрасывалось столько адреналина, что голова шла кругом.

Представьте себе самого обычного, лишенного всяких сил человека, который внезапно стал сверхчеловеком.

Пусть сам я не мог применять эту силу, зато я испытывал те же ощущения, что и ее обладатель.

Скорость, разрывающая воздух, и физическая мощь, способная сокрушить скалу.

Достигшее абсолютного совершенства искусство мечника и переполняющая его энергия. Жар и враждебность поля боя, обоняние и осязание сверхчеловека, пьянящий восторг и обостренные чувства — я ощущал всё.

Ким Хёнсон же чувствовал лишь то, что я связан с ним, и интуитивно понимал, какие приказы я хочу ему отдать.

Для Ким Хёнсона с его извечными страхами и низкой самооценкой даже этого оказалось более чем достаточно. Могу поспорить, одно лишь осознание того, что кто-то незримо находится с ним на поле боя, имело для него колоссальное значение.

Тем более если этот кто-то — Светлый Киён, единственный человек, который по-настоящему его понимает.

«Еще бы. А как иначе?»

Я всегда это замечал: Ким Хёнсон до ужаса боится делать выбор.

Не знаю, врожденная ли это черта характера или приобретенная, но, скорее всего, второе.

Испытания, которые Герой в маске обрушил на регрессора, с одной стороны, закалили его, а с другой — сделали невероятно уязвимым.

Если вспомнить Ким Хёнсона в первом раунде, всё становится очевидно.

Он провалил абсолютно всё. Начиная с туториала и до самого горького конца он стабильно выбирал наихудшие варианты развития событий.

Каждый его выбор приводил к тому, что товарищи либо погибали, либо оставались калеками. И в конце концов он сломался под гнетом испытаний Героя в маске.

Такая травма не могла просто бесследно исчезнуть.

Вот почему он боится принимать решения.

Как бы он ни притворялся, что всё в порядке, как бы ни делал вид, что не придает этому значения — он в ужасе от необходимости делать выбор. Этот осадок, въевшийся глубоко в его сердце, нет, в саму его душу... не давал Ким Хёнсону раскрыть свою истинную силу.

Если попытаться подобрать сравнение, он походил на дикого зверя в кандалах. Зверя, который даже не подозревает, что к его лапам прикованы тяжеленные стальные гири.

— Ха... ха-ха!

Похоже, Ким Хёнсон думал, будто это я наделяю его силой, но та сокрушительная боевая мощь, которую он сейчас демонстрировал, изначально принадлежала только ему. На самом деле он был способен на гораздо большее, чем могло показаться на первый взгляд.

Ким Хёнсон...

«Охренеть какой сильный. Просто монстр».

Его реальная сила далеко превосходила те показатели боевой мощи, которые я лично оценивал ранее.

КРА-А-А-АХ!!!

КР-Р-Р-З-З-Щ!

БА-Б-А-А-Х!!!

Вы только посмотрите на этого парня, сметающего всё на своем пути. Черт, разве это не сцена прямиком из комиксов?

— Подтверждаю!

— Сосредоточься.

— Да!

Я видел его лицо, искаженное чистым восторгом. С каждым взмахом меча врагов накрывала черная волна.

Слова регрессора о том, что он может сражаться сутками напролет, отнюдь не были преувеличением.

Ради Ким Хёнсона не было нужды привлекать другие отряды. Не требовалось ни поддерживать его защитными барьерами от летящих заклинаний и стрел, ни отправлять других героев расчищать для него путь.

Даже в одиночку он справлялся так легко, что совершенно не казалось, будто он работает на пределе возможностей.

Я видел, как со всех сторон на него обрушиваются массивные сгустки света, ливень стрел и копий. Но я намеренно не стал запрашивать огневую поддержку у магов.

Почему?

Потому что он всё видел.

Если раньше он смотрел только вперед, то теперь его обзор охватывал все триста шестьдесят градусов.

Разумеется, анализировал обстановку не сам Ким Хёнсон. Все решения принимал я, сидя в своей ситуационной комнате.

Куда уклониться, по какому маршруту прорваться — всё это рассчитывал я.

И это были не слепые догадки, а точный расчет, основанный на колоссальном потоке поступающей информации.

«И нельзя сказать, что эти расчеты такие уж эгоистичные».

Состояние Ким Хёнсона, его боевой опыт, его собственные намерения. Добавив к этому личное мнение Ли Киёна, я выстраивал идеальный, самый рациональный маршрут.

На анализ всего этого уходили сотые доли секунды.

Как именно это работает, я и сам не до конца понимал. Это всё равно что спросить: «Почему человек способен мыслить?».

Сформированная цепочка команд мгновенно впечатывалась в разум Ким Хёнсона. Казалось, будто наши мозги слились воедино.

Я увидел, как Ким Хёнсон кивнул. Он отбил летящее в него копье высоко в небо.

Мою руку слегка кольнуло.

Сквозь летящие сгустки света он прорвался, укрывшись крыльями. А тучи стрел разметал мощным порывом ветра, резко расправив их.

Он устремился в самую тактически выгодную точку. Стоило ему взмахнуть Дюрендалем, как несколько десятков голубей были сметены подчистую. Черная линия вновь распорола небеса.

«Черт! Охренеть как быстро! Твою мать!»

Черная полоса, только что парившая в небе, уже вычерчивала смертоносные узоры на земле.

«Хёнсон, это слишком быстро. Черт».

Впереди показался старик Викторхардт, отчаянно отбивающийся от врагов. Слишком ценный кадр, чтобы позволить ему умереть прямо здесь, так что стоит сохранить ему жизнь.

Как только я скорректировал маршрут, Ким Хёнсон тут же сменил направление. Лицо старика, секунду назад видневшееся вдалеке, в одно мгновение оказалось прямо перед нами.

Ким Хёнсон схватил за головы нескольких голубей, нацеливших копья на Викторхардта, и с силой впечатал их в землю.

БА-Б-А-А-А-Х!!

Звук удара раздался лишь спустя мгновение.

— Т-ты...

— Давно не виделись, старик.

— Давно не виделись, старик.

— Я не говорил повторять за мной, Хёнсон.

— А... Да.

Неужели гетерохромия с золотым и красным глазом выглядела настолько круто? Старик, неотрывно смотревший в лицо Ким Хёнсона, с опустошенным видом пробормотал:

— Ха... ха-ха... Вот оно что. Так вот как всё обернулось... Похоже, избранник бога был не один.

— ...

— ...

— Нет. Избранник бога лишь один.

— ?

— Я... человек, которого выбрал избранник бога.

«Ой, какой же наш Хёнсон молодец. Всё верно. Это я тебя выбрал».

— Нет... это не так... Ты...

Фигура старика мгновенно отдалилась. Я почувствовал, как стремительно рванувший вперед Ким Хёнсон снова занес клинок.

Движение руки непревзойденного мечника с идеальной точностью отдалось в моих собственных кистях.

«Воу, черт, так я же тоже смогу стать сильнее?»

Искусство фехтования Ким Хёнсона теперь буквально отпечаталось в моей голове. Уж местных-то гопников я с таким навыком точно раскидаю, да?

Он продолжал прорубаться сквозь вражеские ряды. Там, где проносилась черная линия, оставались лишь изрубленные тела голубей, с запозданием падающие на землю.

«Погнали! Жги!»

БА-Б-А-А-А-Х!!

КР-Р-З-Щ!

БА-Д-У-У-У-М!!

«Я-то думал, он только мечом махать умеет, а он и в рукопашную хорош. Почему же ты раньше этим не пользовался? Слишком зациклился на фехтовании? Или вообще забыл?»

Я видел, как Ким Хёнсон, с размаху вогнав меч в землю, начал разбрасывать голубей мощными ударами кулаков и ног.

БА-А-АМ!

С пугающе неестественным хрустом враги, чьи кости превратились в крошево, отлетали от Ким Хёнсона как тряпичные куклы.

«Концептуально это, конечно, немного выбивается, но боднуть кого-нибудь рогами тоже смотрелось бы эпично. Всё равно после сегодняшнего дня они вряд ли понадобятся, так что грех не попробовать разок».

Стоило этой абсурдной команде пронестись у меня в мыслях, как Ким Хёнсон тут же протаранил ангела своими рогами.

— А...

Зрелище, прямо скажем, вышло специфическое, но в целом неплохо.

«Ах... да это же проще простого».

Мы настолько контролировали ситуацию, что могли позволить себе заниматься подобными глупостями.

Разница в силе была просто подавляющей. Среди демонов Ким Хёнсон чувствовал себя словно волк, ворвавшийся в овечий загон. И именно в этот момент мое плечо пронзила острая боль.

— А-а-а-а-ах!!

Я повернул голову и увидел именного голубя, вновь натягивающего тетиву.

«Беру свои слова назад. Черт, расслабляться ни в коем случае нельзя».

Похоже, у него был особый навык скрытной стрельбы.

Я буквально на секунду отвлекся и пропустил невидимую стрелу.

Ким Хёнсон, кажется, тоже растерялся. Стрела торчала из его собственного плеча, так чего он так перепугался?

Этому ублюдку вообще не больно? Настолько привык к ранениям? Блин, мне вот было чертовски больно...

— Вы... вы в порядке?

— А... да. В поряд...

— П-простите... простите... Простите меня. Простите...

— Ничего страшного.

«Ах... этот придурок опять запаниковал».

— Кажется, я могу немного снизить передачу боли. Успокойся. Ты слишком переволновался.

Разум мгновенно затопила слепая ярость. Не успел я отдать приказ, как лицо пустившего стрелу именного голубя превратилось в кровавое месиво.

Мало того, что его череп был смят всмятку, так Хёнсон еще и изрубил его конечности в капусту. Зрелище вышло слегка тошнотворным.

— Ублюдок! Тварь!

«Понял я, хватит уже. Дум Хёнсон такой вспыльчивый, черт...»

«Может, я смогу контролировать и его эмоции?» Я заставил себя успокоиться, и вскоре увидел, как Ким Хёнсон тяжело выдохнул, возвращая самообладание.

«Ого, это реально работает».

Ощущение было такое, словно закипевшая в голове кровь медленно остывает. Хёнсон, видимо, и сам осознал, что немного перегнул палку, и виновато опустил голову.

— Прошу прощения.

— Ничего. Кажется, я тоже на мгновение потерял концентрацию. Тогда...

— Нет... мне правда очень жаль.

— Сосредоточься на битве.

— Да.

Война еще не закончилась. Плечо противно ныло, но не настолько, чтобы замедлить смертоносную черную линию.

Прикусив губу до крови, Ким Хёнсон стал двигаться еще стремительнее.

Вокруг не стихал грохот взрывов. Он был настолько сосредоточен, что больше не тратил время даже на короткое «Подтверждаю».

Я увидел, как Ким Хёнсон заносит клинок. Я мысленно приказал ему использовать меч цвета заката, но, к сожалению, в состоянии Дум Хёнсона он не сработал. Вместо этого вражеские ряды смела гигантская волна кромешной тьмы.

Всё это... всё произошло в мгновение ока.

«Твою мать, до чего же круто. Реально».

Зрелище было таким пробирающим, что по спине толпами бегали мурашки. Кто бы не содрогнулся, увидев подобное? Если в этом мире и существует человек, чье сердце не забилось бы быстрее от такой картины...

«Значит, этот ублюдок — приспешник демонов».

Такого точно стоит отдать на допрос инквизиторам. От Хёнсона невозможно было оторвать взгляд, даже когда я свободной рукой хватался за раскалывающуюся голову.

Вскоре я увидел, как он, молча кивнув, посмотрел на свои руки.

— Отличная работа. Переходим к следующему шагу. Думаю, мы закончим эту войну совсем скоро.

— Да.

Он снова коротко кивнул. Лицо Ким Хёнсона озарила искренняя, яркая улыбка, да и по эмпатической связи я чувствовал его радость... И всё же на душе внезапно стало тревожно.

Где-то на самом дне его сознания пульсировали ледяной страх и непоколебимая решимость. Это промелькнуло лишь на долю секунды, но я отчетливо уловил эти эмоции.

«Что такое? Чего ты испугался? Это из-за той стрелы?»

Думаешь, сможешь меня обмануть?

Взломать установленный им ментальный блок не составило труда. Стоило мне захотеть копнуть глубже, как я безошибочно распознал истинную природу его чувств.

— ...

— Куда мне двигаться дальше?

— ...

— Я хочу как можно скорее закончить эту войну, Киён. Вот так...

— ...

— Я выдвигаюсь.

«Ха... вы только посмотрите на этого засранца».

Особой проблемы в этом не было.

«Вот же сукин сын».

Лично для меня это не представляло особой проблемы.

Ким Хёнсон...

Ким Хёнсон всерьез задумывался о собственной смерти.

Он намеревался завершить всё это, пожертвовав собой.

Он уже принял окончательное решение.