# 241

Мифический предмет (2)

Меня беспокоило то, как разгребать эту в край запутанную ситуацию в будущем, но прямо сейчас на моем лице расплылась довольная улыбка.

Ким Хёнсон, омываемый светом, исходящим от меча мифического ранга, выглядел точь-в-точь как герой или рыцарь из сказки.

‘Ох...’

С самой первой встречи с Ким Хёнсоном я решил, что должен присосаться к нему намертво, и действительно так и поступал, но еще никогда я не чувствовал такой радости от того, что последовал за ним, как в этот момент.

‘Захватывает дух! Хёнсон! Твой хён сейчас просто обмочится от восторга!’

Обычно именно такие парни становятся главными героями.

Почему-то мне вспомнилось, как меня самого выбрала Юлиена, но это были две совершенно разные картины. Приходилось признать: Ким Хёнсон определенно отличался от меня.

Белоснежный свет устремился к Ким Хёнсону, словно притягивая его, и тот медленно протянул руку. Так, словно эта вещь с самого начала принадлежала ему.

Не я один не мог оторвать взгляда.

Древняя архитектура. Разрушенный во многих местах под влиянием древнего бога фон. И посреди всего этого — мужчина с великолепной внешностью. Женщины из Черного Лебедя невольно ахнули от восхищения.

Я и так знал, что мир несправедлив, но сейчас осознал это еще раз. Это зрелище напоминало какой-то религиозный обряд, заставляя поверить, будто бог лично избрал этого человека.

Меч, паривший в воздухе, медленно опустился в его ладонь, и в то же мгновение комнату заполнило яркое сияние.

Ву-у-у-ух!

Спрятав меч на поясе так, будто ничего и не произошло, Ким Хёнсон с легким смущением огляделся по сторонам и заговорил. Ответила ему Пак Ёнджу. В отличие от меня, видевшего информацию о мече с самого начала, остальным наверняка было безумно любопытно.

— Кажется, признание владельца прошло успешно.

— Так и есть... Неужели это меч мифического ранга?

— Да. Это меч мифического ранга. Кажется, пока мне не хватает способностей пользователя, чтобы использовать все его функции... Но даже в сравнении с предметами легендарного ранга он ни в чем не уступает. Прежде всего, я хотел бы извиниться перед всеми членами Черного Лебедя.

— Нет. Вам совсем не за что извиняться, Хёнсон-сси. Признание владельца — это не то, что можно сделать просто по желанию, и никто другой не вправе этому препятствовать. Тем более если артефакт сам потянулся к вам... К тому же вы помогаете нам в этой экспедиции, так что я и не думала делать из этого проблему. Сказать, что мне совсем не завидно, было бы ложью, но видеть ваш успех даже приятно.

— Благодарю за понимание.

Честно говоря, здесь вполне мог возникнуть спор.

‘Повезло’.

Хотя Паран и помогал Черному Лебедю, это было равносильно тому, что мы без всякого согласия забрали вещь, ценность которой невозможно измерить деньгами. При желании они могли бы легко к этому придраться.

Но Пак Ёнджу, глава гильдии Черный Лебедь, испытывала симпатию к Ким Хёнсону, и благодаря специфике признания владельца этот вопрос удалось уладить без лишних проблем.

‘Раз уж мы его заграбастали, значит, он наш’.

Какой бы высокой ни была ценность, без пользователя вещь не лучше обычного булыжника. Жаль, конечно, но я понимал, что присвоить еще и легендарный щит, который лапал Пак Докку, и легендарный посох, на который во все глаза пялилась Чон Хаян, будет перебором. И тут я увидел, как Чон Хаян окутало золотое сияние.

‘Молодец, Хаян!’

Она тоже успешно прошла признание владельца.

— И-извините, — Чон Хаян склонила голову, но на ее лице уже играла едва заметная улыбка.

Как только она увидела посох, сразу же радостно к нему рванула, влила ману и в итоге «натворила дел». Формально это была ошибка нашей стороны, не уследившей за ней.

Но, если честно, мне было чертовски приятно. С трудом подавляя желание довольно ухмыльнуться, я заговорил строгим тоном.

— Чон Хаян.

— Прости... Оппа.

— Докку, ты тоже пока положи щит.

‘Не клади’.

— Докку.

‘Быстрее начинай признание владельца! Свинья ты эдакая. Влей ману и хапай! Хён всё уладит! В таких делах главное — сначала съесть’.

— А, понял, хён-ним.

‘Я же сказал: ешь!’

К сожалению, мои мысли до него не дошли. Не сообразив, что к чему, Пак Докку положил щит на пол и с сожалением облизнулся, отступив на пару шагов. Было досадно, но, проглотив горечь, мне пришлось продолжить:

— Хиён-сси, вам тоже лучше пока отложить это. И вам, Гимо-сси. Я понимаю ваше возбуждение, но мы здесь не одни. Распределение предметов — это исключительное право лидера экспедиции, а сейчас лидером является Пак Ёнджу-ним. С Хёнсоном-сси ситуация была безвыходной, но даже ты, Хаян...

— Простите.

‘За что ты извиняешься? Отлично сработала. В следующий раз делай так же’.

Пожалуй, после выхода из подземелья стоит наградить Чон Хаян.

— Ну, нуна ведь не знала, что так получится. Не ругай ее слишком сильно... В такой ситуации сохранять хладнокровие под силу только такому человеку, как я, Пак Докку. О да, именно так!

Недалекий Пак Докку принялся усердно защищать Чон Хаян, тайно гордясь собственной выдержкой, но этому кабану нужна не награда, а наказание.

‘Вернемся — я тебе устрою’.

Однако сейчас подавать виду было нельзя. Сглотнув готовое сорваться слово «тупица», я посмотрел на Пак Ёнджу и тихо произнес:

— Приношу свои извинения за них.

— Всё в порядке, Киён-сси. Всё уже произошло... Думаю, в такой ситуации правильнее будет поздравить вас, а не злиться.

— Мне действительно очень жаль.

— Не нужно постоянно извиняться. В текущей ситуации повышение боевой мощи важнее всего. Правильно, если вещь забирает тот, кто может использовать ее прямо сейчас. Прежде всего я хочу думать о выживании. Тот факт, что признание владельца прошло успешно, означает, что Хаян-сси справится с этим оружием лучше всех. Кажется, наши маги тоже не против... Поздравляю, Хаян-сси.

— С-спасибо...

‘Вот именно’.

Я был уверен. Пак Ёнджу — настоящий ангел. Хотя такая чрезмерная доброта явно была вызвана желанием угодить Ким Хёнсону, видя, как она идет на максимальные уступки, я снова начал ему завидовать. Похоже, его любовный фронт ждет очень светлое будущее.

‘И слова ее имеют смысл’.

Мне очень понравилось, что она поставила выживание выше сиюминутной жадности. Теперь понятно, почему она наняла Ли Джихё, у которой ничего не было, и дала ей право решать важные дела гильдии.

— Конечно, могу ли я попросить сначала проверить оставшиеся предметы на предмет того, сможем ли мы их использовать?

— Да. Так будет лучше всего.

То, что она не забывает о своей выгоде даже в такой ситуации, тоже внушало уважение.

‘Завидую Ким Хёнсону’.

Он слегка улыбался, принимая поздравления от Чо Хеджин и Пак Ёнджу, что резко контрастировало со мной — мою руку намертво заблокировала Чон Хаян.

Тем временем Юлиена, не зная такта, снова начала вибрировать и пытаться заговорить со мной. Возможно, из-за того, что она только недавно пробудилась, она вскоре затихла, но, скорее всего, меч мифического ранга, который получил Ким Хёнсон, сильно отличался от нее.

Так или иначе, если подвести итоги со стороны, гильдия Паран фактически заграбастала мифический и легендарный предметы. Из легендарных вещей остался только щит, который вертел в руках Пак Докку, и несколько качественных предметов геройского ранга.

Щит — это предмет, требующий признания владельца, так что у нас еще есть шанс, но вот предметы геройского ранга Черный Лебедь, скорее всего, заберет себе полностью.

Я заметил бегающий взгляд Сон Хиён, которая явно заглядывалась на вспомогательный артефакт геройского ранга в виде священного писания, но даже мне было трудно сейчас просить об этой вещи. В экспедиции было четыре жреца. Хотя у всех было снаряжение геройского ранга, нет никакой гарантии, что они не захотят и это писание.

Поскольку это не основное оружие, а вспомогательное, жрецам, обычно использующим двуручные посохи, будет сложно его применить, но человеческая жадность, как известно, не знает границ. Я решил, что лучше пока подождать.

Потому что...

[Меч 12 рыцарей — Дюрандаль — Мифический ранг]

[Знаменитый меч, которым пользовался глава 12 рыцарей в мифах. Говорят, что этот легендарный клинок способен разрубить что угодно; несмотря на неисчислимые века, его блеск не угас. Доступ к более детальной информации невозможен.

— Дюрандаль невозможно сломать.]

[Омытый кровью красный самоцвет — Анемон — Легендарный ранг]

[Посох, созданный богиней, ослепленной ревностью, которая после убийства любимой наложницы своего мужа превратила ее кровь в самоцвет для украшения. Он не только усиливает магию пользователя, но и пробуждает знания уникальных заклинаний, заложенных в камне. Из-за низкого уровня роста пользователя доступ к знаниям уникальных заклинаний ограничен. Мана повышается на 10 единиц.

— Будь проклята Анемона! Грязная шлюха Анемона! Ты навеки останешься запертой внутри этого камня.]

Заграбастав такие предметы, было бы верхом бессовестности претендовать еще и на вещи геройского ранга. Как и в случае с осколком древнего бога или тем зеленым монстром, которого я видел раньше, я не мог полностью проанализировать предмет мифического ранга своим глазом, но некоторые вещи чувствуются и без описаний.

‘Это настоящее сокровище’.

Меч Ким Хёнсона — величайшее сокровище. В окне статуса я видел лишь то, что этот меч нельзя сломать. Но и этого было более чем достаточно.

Мастерство фехтования Ким Хёнсона уже было на уровне, достойном признания одним из 8 Престолов Континента. В свете ходили слухи, что Ким Хёнсону не хватает опыта, но это была лишь болтовня глупцов, не знавших, что он — регрессор.

Не знаю, какие еще функции в нем скрыты, но если наш и без того выдающийся Хёнсон будет использовать меч, который может разрезать всё что угодно и никогда не сломается, он более чем окупит свою стоимость. Посох легендарного ранга, доставшийся Чон Хаян, тоже не нуждался в комментариях.

‘Описание какое-то... тревожное...’

Радость, конечно, была. В целом уровень Парана поднялся еще на одну ступень. Описание того, как обезумевшая от ревности богиня убила любовницу мужа и сделала из ее крови украшение, звучало зловеще для любого, кто его прочтет, но пока это считалось хорошим событием.

‘Анемон...’

Можно сказать, что этот посох идеально подходил Чон Хаян, но у меня было предчувствие, что возникнут проблемы. На самом деле, после того как признание владельца завершилось, огромный посох ее, кажется, перестал интересовать. Я увидел, как посох с красным камнем был небрежно отброшен в сторону.

‘Если он ей не нужен, зачем было так быстро к нему нестись?’

Всего мгновение назад она с бешеным восторгом бежала к нему, чтобы занять первой. А теперь, как только связь установилась, она выплюнула его, словно жвачку, потерявшую вкус. Это выглядело нелепо. Похоже, ее интересовал не сам посох, а характеристики, которые он давал. Мне стало любопытно, ради чего она пошла на риск получить от меня нагоняй, лишь бы заполучить этот предмет.

Взглянув на расплывшуюся в глупой ухмылке Чон Хаян, я мгновенно понял, чего она добивалась.

‘Стат маны... 97...’

Прошло чуть больше года. Это был момент, когда Чон Хаян — пусть и неофициально — обрела силу, сопоставимую с 8 Престолами Континента.

‘Подождите, секунду...’