— … — поочерёдно моргая, Стелла пыталась осознать то, что совсем недавно показалось бы ей чушью.

Мало того, что новым членом «команды» оказалась очередная девушка, так она ещё и была ангелом! По её же словам, когда-то командующим целым подразделением пернатых.

Люди к новости отнеслись нейтрально и в какой-то мере даже испытали облегчение – их страх перед тем, что они могут попасть на закуску демонам, заметно уменьшился.

Морфи на собрании не присутствовал и Рид настоятельно попросил всех, включая Стеллу, не упоминать о происхождении и способностях Анны. Для него она будет простой девушкой-агентом с Земли.

***

Две недели спустя.

Морфи, уже как-то привыкший к этой странной жизни, сидел в личном кабинете Рида. Малинуа, как и всегда, перед их диалогом, выпивал небольшую кружку чёрного кофе. Его запах напоминал грешнику о прошлом.

Жизнь во Франции 19 века нельзя было назвать лёгкой. Частые войны и нестабильная политическая обстановка в стране осложняли жизнь простых людей. Морфи служил в армии Наполеона III и Рид уже знал это.

Не благодаря Анне, которая скрыто наблюдала за грешником, но личным беседам. В конце концов спустя недели незадачливых диалогов, Морфи начал раскрываться. При жизни он был обычным солдатом.

Когда разгорелась Франко-прусская война, его ранило, и он оказался на оккупированной территории. Из проблем со здоровьем, мужчина не мог и не хотел вступать в сопротивление.

Вместо этого, он решил попытаться стать лучиком надежды для жителей небольшого городка в районе Дижона. Да, он стал артистом, клоуном. Люди, знавшие его, как солдата, отвернусь от него, считая, что Морфи предал Францию, выступая в цирке для пруссов, как клоун.

Но если говорить честно? Грешнику было наплевать на них. Когда он видел детские улыбки и смех, которые вызвало представление, ему было достаточно и этого. В какой-то момент времени, мужчина даже думал, что удача повернулась к нему лицом.

Вместе с ним в цирке работала молодая девушка. Лишь на вчерашнем сеансе Рид узнал, что Морфи полюбил её с первого взгляда. Она была не опытной артисткой, поэтому мужчина помогал ей всем, чем мог.

За несколько месяцев совместных тренировок и работы, пара сблизилась, поэтому новость об их помолвке не произвела большого шока в кругу «друзей». И вот, когда до свадьбы оставалось меньше месяца…

Морфи застал её с директором цирка. В тот день весь радужный фасад, что он так долго выстраивал рухнул. Они расстались, поскольку мужчина более не мог её видеть.

Всё началось с пьянства, но алкоголь не помогал, лишь ухудшал его состояние. В намеченный день свадьбы Морфи было настолько плохо, что парень потерял волю жить.

Купить морфий в аптеке в то время не было большой проблемой, поэтому спустя менее, чем через час, мужчина, дрожащими руками, ввёл смертельную дозу яда. Он просто хотел, чтобы боль затихла.

…

— Как насчёт того, чтобы мы сегодня поговорили о том, что ты чувствовал, когда видел чью-то радость? — как и всегда предлагая Морфи чашку с горячим кофе, предложил Рид. — Ещё до того, как ты попал сюда?

— Ты знаешь, — на миг красноватые глаза демона подобрели. В них словно появилось давно забытое тепло. — мне нравилось. Я пока не могу объяснить, но было приятно видеть чью-то улыбку.

— Хорошо, — Рид продолжил. — В таком случае, не сделаешь мне одно одолжение?

— Какое именно? — Морфи приподнял бровь. Подобную тему малинуа поднимал впервые.

— Прочти потом эту книгу, — Рид протянул ему небольшой сборник с тематикой шуток для мимов 21 века.

— Ладно? — неуверенно приняв книгу, Морфи положил её поблизости.

— Мы остановились на твоих чувствах к ней, верно…? — начал малинуа и взор грешника помрачнел.

— Да, — нехотя признал он.

— Тогда давай продолжим.

…

Три недели спустя.

— Я всё ещё не понимаю и не думаю, что это хорошая идея, — попытался откреститься от очевидно провальной задумки Морфи.

— А давай всё-таки попробуем? — Рид никогда не принимал отказа. Грешник это знал и только и мог, что тяжело вздохнуть.

— Хорошо. Ладно. Если так этого хочешь, — постанывая, признал демон.

— Отлично, тогда прошу за мной, — малинуа открыл невидимый портал на землю.

***

Хоспис Святого Антония. Сан-Диего.

В месте, где смех разбивается о мрачные серые стены, произошло что-то неожиданное. Охранники и медперсонал никак не могли вспомнить почему именно они разрешили странному дуэту остаться.

Их было двое. Белый мужчина европейской внешности, в костюме мима, который смешил детей и больных резко контрастировал с суровым на вид азиатом, взгляд которого пронзал и видел души на сквозь.

Кто бы мог подумать, что после их визита начнут происходить настоящие чудеса…? Дети с лейкемией и другими онкологическими заболеваниями начали поправляться.

Врачи попросту не могли в это поверить. И всё же это была реальность.

***

Кабинет Рида.

— Ты знаешь, я до сих пор не понимаю, почему ты потащил меня именно туда, — возмущался Морфи. — Меня до сих пор колотит от вида иголок…

— Дети так не считали, — Рид, находящийся в своей привычной форме малинуа, запротестовал. — Я думаю, что смех помог им намного больше, чем ты сам это осознаёшь.

— Что имеешь ввиду? — грешник прищурил глаза.

— Я слышал, что смех продлевает жизнь, — малинуа пожал плечами. — Тем более, в кое-то веки я увидел твоё представление. Ты действительно хорошо играешь.

— Спасибо, — Морфи неловко потёр шею. — В следующий раз мы пойдём туда же?

— А ты хочешь? — Рид приподнял бровь. В его словах как будто бы было удивление.

— Нет, просто мне нужен хоть какой-то реквизит… Не могу же я вечно таскать перчатки и стетоскопы, — отводя взгляд в сторону, попытался оправдаться Морфи. В какой-то мере их смех действительно помог ему, хотя он и не понимал их слов…

— Кто знает, — Рид пожал плечами. — Подождём до завтра.

…

В следующий день они посетили больницу Святого Бернарда в Йоркшире.

…

Шли дни. За последний месяц многое изменилось. Морфи стал тщательнее готовиться к выступлениям. Даже просил Рида купить некоторый реквизит. Грешник, столь ненавидящий собственную жизнь стал намного жизнерадостнее.

Чего он не знал, так этого того, сколько сотен спец агентов Анне пришлось «загипнотизировать», чтобы маленькие чудеса не прошли дальше локальных ведомств ЦРУ, Пентагона, МИ – 6, ФСБ и многих других служб.

***

Кабинет Рида.

— Смотрю тебе не терпится отправиться наверх, — с толикой интриги в голосе, заметил малинуа. — В таком случае, думаю, ты найдёшь в себе силы ответить на один мой вопрос.

— ... — Морфи, уже привыкший к чуть отстранённой манере поведения Рида, решил подыграть ему. – Конечно. И какой же?

— Теперь, когда нашёл новую цель в «жизни», ты сожалеешь о том, что более не можешь принадлежать к их миру? — этот удар надо было нанести, чтобы шагнуть дальше.

— … — Морфи открывал и закрывал рот, пытаясь подобрать слова. На глазах начали появляться слёзы. — Т-ты… З-зачем ты так?

— Ответь на мой вопрос, и я отвечу на твой, как мы и договаривались в начале, — напомнил малинуа. Его голос был лишён игривости, более того, он звучал весьма серьёзно, что само по себе было редким явлением.

— Я… — Морфи опустил взгляд. Слова давались ему тяжело. — Я… я сожалею…

— Хорошо. В там случае, ты готов к тому, чтобы увидеться с сегодняшним гостем, — подхватив демона с кресла, Рид мгновенно перенёс Морфи на Землю.

…

Тремя минутами ранее. Голливуд.

Успешный актёр второго плана Ричард Джей Менстрейм, мужчина, чей возраст совсем недавно перевалил рубеж в тридцать лет остался без работы. Коллега обвинила его в домогательствах.

Проблемой не было осуждение со стороны студии. Те сукины сыновья и дочери трахали и будут трахать симпотные мордашки до тех пор, пока им не надоест.

Проблемой было общественное мнение. Его машину сожги, в доме разбили все окна. Из-за нападок от него ушла жена с ребёнком. Даже банковские счета заморозили – чтобы он не мог «сбежать» из страны.

Более ничто не держало Ричарда на этом свете. Он всё потерял.

Стоя на самой вершине некогда великого знака, означающего надежду для актёров любых мастей и полов, мужчина смотрел на погрязший в наркотиках и гнили город. Чёрт, он и сам не был святым, но до наркоты не скатывался. Никогда. За этого его и любила жена. Он умел говорить «нет».

И вот Ричард стоял и смотрел на город. Его жизнь была кончена. И прежде, чем он успел сделать решительный шаг и превратить свое тело в груду костей и мяса, он услышал молящий голос.

— ХЕЙ! СТОЙ! — не веря собственным глазам и ушам, Ричард повернул голову в сторону кричавшего мужчины. Если бы два литра виски, выпитые им перед подъёмом, он бы в серьёз подумал, что перед ним был мим.

Совершенно наплевав на свой образ, он махал руками и всячески пытался подозвать Ричарда к себе, пытаясь притянуть его к себе. Дальше от края.

— Знаешь, если ты моя галлюцинация… — покачиваясь, Ричард посмотрел за спину. Падение с такой высоты будет конечной. — А в жопу. Похеру. Я тебя послушаю.

***

Прошло несколько дней.

— Это Харпер Хилт я нахожусь в больнице Святой Ольги в Массачусетсе, — начала типичная блондинка-репортёр. — Скандально известный актёр Ричард Менстрейм, после вынесения оправдательного приговора резко ударился в религию? За последние два дня это уже вторая больница, которую он посещает… А вот и он!

Кадр сменился. Вместо пьяницы и алкоголика на свет вышел гладковыбритый мужчина в элегантном чёрно-белом костюме клоуна. У него был простой, чем-то отдающий старой Францией, грим.

Вместо пропитых глаз, которые можно было увидеть у большинства сломленных людей, его глаза сияли жизнью. Конечно столь резкая перемена не могла ни привлечь внимание прессы.

— Мистер Менстрейм, — репортёр чуть ли не ткнула в него микрофоном. — Скажите пару слов. Это уже вторая больница, которую вы посетили на этой неделе, более того, это второй хоспис. В чём кроется ваш выбор? Вам нравиться наблюдать за неминуемой смертью обычных людей и детей?

Услышав её последние слова, мужчина поморщился и посмотрел на неё так, словно видел кусок мусора, а не человека перед собой.

— В отличие от вас я пришёл сюда без камер или какого-либо записывающего оборудования, — его голос был твёрд. Настолько, что мисс Менстрейм, тоже следящая за новостями, на секунду не могла поверить собственным глазам. — Я просто хочу, чтобы людям стало легче и верю в то, что смех продлит им жизнь. На день или на минуту… Это не важно. Я просто хочу, чтобы они тоже улыбнулись.

Скривив лицо от столь слащавого ответа, Хареп одёрнула его за плечо и спросила прямо.

— Ходят слухи, что недавно ударились в религию. Это правда?

— Не знаю на счёт религии и Бога, — мужчина задумчиво посмотрел на небо. — Но я почти уверен, что со мной говорил ангел.

…

Каждая посещённая больница. Каждый взрослый или ребёнок. Каждый, кого встречали резко «изменившиеся» люди, выздоравливал. Из-за общих черт гардероба, а именно клоунских нарядов и шуточного похода к помощи людям, их стали называть «шутниками Рая»…

Как и всегда, общественность перепутала знак. То не были посланники Рая, но грешники, пытающиеся искупить и очистить свои души.

***

Шестьдесят дней с момента начала искупления Морфи.

Карманное измерение.

Рид сидел в одиночестве в своём кабинете. Взгляд малинуа был направлен на глубокое озеро, наполненное кристально-чистой водой. Иногда он боялся того, что станет чудовищем сродни тому, что убило его.

Эти мысли не давали ему покоя настолько давно, что мужчина практически перестал спать. И всё же события последних месяцев резко изменили его взгляд на мир.

Плохое необязательно будет оставаться плохим, а хорошее – хорошим. Вчера вечером, в тот день, когда Морфи смог помочь и достучаться до Ричарда, квест был выполнен. Даже перевыполнен.

[От: Администратор Вайфу-Копр]

[Тема: Превосходное выполнение основного задания!]

[Сообщение:]

[Уважаемый Фредерик Блейк,

Впервые за долгое время, ваши зрители увидели что-то настолько чистое и честное. Многие покровители страждущих душ проявили к вам интерес и симпатию. Ваша репутация улучшена.

В награду и в качестве «аванса» за продолжение поддержания более благородного отношения к существам, чья судьба обделила их справедливостью, вы получите дополнительные 300 кредитов.

Вы нас удивили, и мы хотели бы, чтобы вы продолжили в том же духе.

С уважением,

Администратор Корпорации Вайфу.]

[Текущий баланс: 2 Билета воображения. 306 кредитов.]

Рид испытывал сложные чувства. Когда он собирался в очередной раз тяжело вздохнуть в дверь постучали. Даже без голоса, мужчина знал, кто это.

— Входи Морфи, — не отворачиваясь от окна и стараясь поддерживать голос максимально обыденным, ответил Рид.

В комнату послушно зашёл молодой мужчина. Его клоунская одежда, ранее рваная изменилась. Серо-чёрный и серо-белый сменили яркие чёрный и белые краски.

Нездоровая краснота щёк мужчины также сменилась идеальной белизной. Растрёпанные и не ухоженные волосы, теперь кудрями лежали по обе стороны жизнерадостного лица.

— Я хотел спросить, могу ли я продолжить наше занятие, теперь, когда вы рассказали и показали мне всё, что делали? — его тон был наполнен уважением и овацией, тем, что Рид считал, он не заслуживал.

— Конечно, — так и не поворачиваясь к нему лицом, ответил малинуа. — Уже привык к крыльям?

— Да! Они замечательны! — распустив пару кристально белых крыльев, Морфи взлетел и закружился на месте. — Спасибо огромное, что помог мне!

— Рад, что ты рад, — стараясь звучать искренне, Рид не мог не вспомнить событий прошлого вечера. Он в который раз прокручивал их в памяти.

…

Когда Морфи смог отговорить Ричарда прыгать, они направились в ближайшую больницу. Анна, как всегда, «подготовила» персонал, поэтому проблем не было. Всё прошло, как обычно.

Исцелив детей и взрослых, и, конечно же, в который раз посмотрев представление Морфи, Рид и ожидать не мог, что в какой-то момент всю больницу зальёт чистый, первозданный свет.

Не будучи уверенным в своих силах на сто процентов, малинуа решил не рисковать и позволить столпу скрыть Морфи от его глаз. Удивительным было то, что грешник не был напуган. Он принял свою судьбу.

В какой-то момент произошла лёгкая, едва заметная вспышка, в которой мелькнули остатки чёрного и серого, но, судя по собственному впечатлению, они быстро сгорели в лучистом свете.

Когда сияние рассеялось, Рид увидел нового Морфи. Молодого мужчину лет тридцати в простом, не менее элегантном чёрно-белом клоунском костюме и парой кристально-белых крыльев за спиной. Над головой Морфи горел ярко-белый нимб, лишённый каких-либо украшений.

…

— Ну… Тогда я пойду, — решив не отрывать Рида от собственных мыслей, мим скрылся за дверью, оставив малинуа в одиночестве.