По просьбе Мэй мы отправились за дом, к гаражу. Оказавшись внутри, я почувствовал странное облегчение. Возможно, дневной свет всё же не слишком подходит призракам.

Когда Мэй заглянула в окно автомобиля, я сказал со вздохом: — Я уже посмотрел там. И на сидениях, и в багажнике, и под машиной...

— Когда ты в последний раз её использовал?

— Машину? Не уверен… не могу вспомнить…

— Ты ездил на ней к своей сестре?

— Другого транспорта у меня нет. А идти пешком слишком долго, так что…

— А Соу часто в неё садился?

— Ну...

Я попытался вспомнить последний подобный случай, но вместо этого припомнил нечто другое

— Я никому не позволял в неё садиться. Если честно, мне и самому не очень-то нравилось ею пользоваться…

— Почему?

— Я боялся её. Даже сидеть в ней было страшно. А когда со мной ехал кто-то ещё, я не мог этого вынести…

Мэй прищурила свой единственный глаз, окинув меня оценивающим взглядом.

— Это из-за той автобусной аварии?

Я кивнул. Мои воспоминания не были цельными, но здесь ответ напрашивался сам собой.

— Я никогда её не забуду...

И я действительно не забыл. То был один из немногих моментов моей жизни, которые я помню во всех подробностях.

— Мне говорили, это произошло из-за проклятия класса. Но ведь аварии случаются и в обычной жизни…

— ...Да, случаются… — ответила она.

— Одно дело, если я разобьюсь сам. Но когда мне приходится ехать с кем-то из близких, я просто…

Если умру только я, всё будет хорошо.

Если умру только я...

— Поэтому ты не позволял никому ездить с тобой? — спросила она, перебив.

— Да, поэтому.

Мей повернулась ко мне лицом и посмотрела на мою ногу. Её глаз блеснул пробившимся в гараж лучом летнего солнца, и она обошла меня, подойдя к нагромождению инструментов на столе.

— …У тебя всегда была эта хромота…?

Я не ответил. Вопрос не предназначался мне: Мэй говорила сама с собой. Она проверила панель с ключами и осмотрела полки, где лежали инструменты и различный хлам. Как и ожидалось, она ничего не нашла.

— Я уже проверил это место. Моё тело не здесь. — сказал я, чтобы поторопить Мэй. — Давай посмотрим где-нибудь ещё…

После этих слов раздался странный дребезжащий звук. Может, Мэй что-то задела? Или…

— А-а-а!

Короткий вскрик — и она оказалась в ловушке под упавшими полками. Я не успел отреагировать: стоило мне обернуться, и передо мной предстал силуэт её миниатюрного тела. Придавленный к земле кусками ржавого металла.

— Мэй!

В комнате поднялся клуб пыли. Прикрывая глаза, я ринулся вперёд в надежде помочь подруге. Мэй лежала на полу за обвалившимися полками, посреди кучи инструментов.

— Мэй! Ты в порядке?!

Она не ответила.

Её рюкзак был покрыт пылью, панама лежала на полу, и острие кирки находилось в непосредственной близости от её головы. Если бы оно упало хоть на дюйм ближе… Чёрт…

— Мэй!

Я подбежал к ней, и лишь в этот момент осознал, что ничего не могу для неё сделать. Я призрак, я не смогу вытащить её из-под завала. Не смогу вызвать скорую помощь. Я даже кирку убрать не смогу…

Что? Что мне делать?!

Я был сбит с толку. Поддавшись эмоциям, я решил использовать все свои «призрачные» силы и вытащить её, когда…

Она пошевелилась.

Оттолкнулась руками, упала на колени, и медленно, своими силами, поднялась на ноги.

— О-ох…

Вздох облегчения пронёсся по стенам гаража вместе с болезненным стоном.

— Ты в порядке?

— Да… Кажется, да…

— Не ранена?

— Нет… Не думаю.

Мэй стряхнула пыль с одежды и подняла свою панаму. Затем, увидев, как развязывается повязка вокруг её правого локтя, она оставила её на полу.

— Это… было страшно… — пробормотала она со вздохом. — Хорошо, что мы не в Ёмияме…