— Не успел всё-таки…

— А? Ты чего там бормочешь, сынок? И вообще, шуровал бы уже умываться-одеваться, пока не продрог. Медицинские услуги здесь не оказывают так-то.

— Ой, д-да, конечно… простите.

Что ж, здравствуй знакомые лаборатория, холодный душ и раздевался с однообразными комплектами синтетической-пластмассовой одеждой, давно не виделись. Хотел бы я так сказать, но по факту прошло несколько внутриигровых недель и пара настоящих дней — и ещё столько же не видал бы их. Одно радовало: «ад» пролетел значительно быстрее и легче. Ну, насчёт первого не ручаюсь, а второе однозначно — новых «приколов» моё подсознание отчего-то не подкинуло, а старые вызвали разве что редкие мурашки. Можно сказать, даже некое тёмное возбуждение, далёкое от наслаждения, но и без ярого отвращения. Я уже понемногу привыкаю к этому? Или во мне «проснулись» ранее чуждые фетиши? Блин, авось это не мазохистские наклонности какие.

Впрочем, при покидании раздевалки и преодолении винтовой лестницы голову занимали более насущные мысли. Не знаю, что именно тогда сообщил напарник, но речь шла о минутах. Одна или более — не имело значения, ведь тварь пожрала меня куда как быстрее. Хм, а может, процесс переваривания занял ещё какое-то время и «таймер» клинической смерти ещё не успел запуститься? А клиническая смерть вообще считается за смерть? Или для «фрага» нужно бесповоротно добить? Сплошные вопросы и ни единого ответа. Ну ладно, в любом случае скоро всё выяснится. Надеюсь, компаньон внесёт оплату за репликацию даже при неудачном исходе вылазки. Хотя с этого ушлого типа станется — может и «кинуть». Этот мир жесток, доверие здесь — ценная роскошь, её требуется заработать потом и кровью.

«Ч-чего?.. А где?..»

Как чуяло беспокойное сердце — этого плута в вестибюле не было. Зато рядом со знакомой администраторшей, облокотившись на регистрационную стойку, стоял незнакомый тип, но в раздражающе узнаваемой чёрной с вкраплением красного амуниции. Приплыли. Неужто история норовит повториться?

— Подходим, не задерживаемся!

Повздыхав, я послушно двинулся навстречу кличущей во всё горло судьбе, чьё миловидное личико привычно отдавало холодной строгостью. Интересно, помнит ли она меня? Хотя будто это как-то поможет.

— Д-добрый день, — натужно выдавил я, понуро подкравшись к столу.

— Ещё утро, — небрежно процедил мужик, обдав меня чудной «палитрой» спиртного и острого.

Что ж, зато бодрит.

— Ваш ай-ди, будьте добры, — в свою очередь вежливо, но разочаровывающе дежурно «попросила» администратор.

— Эм… — Я невольно запнулся, украдкой косясь на… Даже не знаю, кто он тут. Охранник? Ловчий должников? Или просто ждёт кого-то? В любом случае… — Я бы не хотел озвучивать конфиденциальную информацию… при посторонних.

— Кто тут ещё посторонний, шкет? — натурально задавил меня тяжёлым взглядом исподлобья мужчина.

Спасибо хоть с места не сдвинулся, а то я ненароком дёрнулся бы, окончательно теряя последние капли стойкости… и самоуважения. Всё-таки я на их территории, а от отморозков чего угодно стоило ожидать — как тут не струхнуть?

— Валя, дорогой, будь снисходительнее к нашим клиентам, — неожиданно легко и беззаботно протянула девушка, без тени опасения одарив «кровавого» миловидной… и малость нахальной улыбкой. — Почему бы тебе не прогуляться? Твоему напарнику ещё полчаса реплицироваться — незачем здесь топтаться и мешать мне работать.

— Я просил не кличать меня так при всякой шелупони, — бросил мужчина, едва заметно взыграв желваками.

— А я просила не отвлекать меня в рабочее время. Так что, пожалуйста, освободи помещение… Валерьян.

Издав приглушённый вздох — хотя больше походило на животный рык, — «кровавый» нехотя выпрямился, напоследок угрожающе хрустнул шеей — при его-то скромненьком телосложении: комбез буквально висел мятым мешком, недвусмысленно говоря об отсутствии внушительной мышечной массы — и развалисто потопал к выходу. Боевик из какой-никакой, но всё же властной группировки, а его «построила» какая-то девчонка? Чего?

Зародившееся было подозрение тотчас отмёл беглый «осмотр»: это был игрок. Девушку «осматривать» смысла никакого — только неписи выдержат заниматься административной волокитой в видеоигре. Чтобы непись помыкал… ну ладно, осаждал игрока? Да ещё отмороженного бандита? Удивительный мирок…

Стоп, или же они… того… встречаются? Человек с набором кода? Пусть даже полноценно имитирующим человеческие сознание и личность? И не просто на часик в борделе уединиться, а прям с настоящими чувствами?.. Н-не то чтобы я осуждал, просто это как-то…

— Уважаемый, вы меня слышите?

— А?..

Тьфу, опять меня увело куда-то не туда, что напрочь выпал из реальности… виртуальной, и всё же. Ладно, в любом случае это не моего ума дела. Вернёмся к нашим баранам.

— Простите, задумался, — встряхнув головой, в неловкости пробормотал я.

— Ваш ай-ди, пожалуйста.

И озорного настроения как не бывало — вновь это строгое с ровной линией губ лицо. Словно два разных человека.

В предвкушении очередной каторги со скрипом на сердце "пробудил" коммуникатор, залез в «статистику» и тихо зачитал роковые двенадцать цифр. Беглое выстукивание девичьих пальчиков по физической клавиатуре…

— Так, это у вас уже третья репликация… О, и вторая за последние две недели?..

Сказано это было весьма нейтрально, даже прохладно, лишь с ноткой праздного любопытства. Но кроющийся за ними жестокий опыт болезненно пронзил сердце. До чего паршивое чувство. Особенно уязвляло то, что пережитые боль и лишения, по крайней мере последние, оказались напрас…

— Хорошо, подтвердите транзакцию и можете быть свободны.

— …Ч-чего?

Мы обменялись взглядами. Я — ошалелым. Она… недоумённо-умилительным?

— Для снятия средств со счёта обязательно личное подтверждение владельца, — наконец со вздохом пояснила девушка. — Вы не знали?

— Нет, это я понял… — В конце концов, я со средней школы свободно пользуюсь семейным счётом: с банковской системой знаком. Но… — А у меня есть счёт?

М-да, прозвучало до нелепого глупо. Но это и правда неожиданно… Вернее, я этого ждал, но, прямо скажем, сомнения успели взлететь до небес.

— Подтверждайте, — последовал холодный, грозящийся перейти на грубость "ответ".

И мне тяжело её осуждать: сидеть по восемь — двенадцать часов к ряду, монотонно возясь с бумажками или компьютерными таблицами, периодически отвлекаясь на оформление очередного "смертника", небось сильно выматывает. Как физически, так и эмоционально. Пусть даже эти энергия и эмоции искусственны.

Не желая трать ни своё, ни чужое время, тыкнул на экране мигающий значок конверта, бегло пробежался глазами по дежурному сообщению о запросе на перевод средств… и секунд с десять протупил, пытаясь найти знакомую графу с вводом пин-кода. Который, кстати, я не знал.

И уже было запаниковал, когда наконец приметил выделенную синим цветом надпись «одобрить запрос»… Прямо, мать его, в тексте сообщения! Причём рядом с «отклонить». Ну ладно, не совсем — вопрос о подтверждении/отклонении вынесен отдельной строкой, это я уже сам дурак. Но почему нельзя было оформить их в виде крупных кнопок? Что за издевательство? Кто занимался дизайном?..

А, точно, тот игрок, заведующий мастерской, ведь говорил, что подавляющая часть инфраструктуры построена самими игроками. Может, и банковскую систему программировали они внутри самой игры, а не разработчики извне?.. Но всё равно — руки бы пообломать таким кодерам.

— Приятной вам жизни, — с удовлетворительным кивком взглянув на экран компьютера, наконец «вознаградила» меня тёплым прощанием администратор. И на том спасибо.

И снова здравствуй, палящее и выжигающее сетчатку яркое солнце. И не скажешь, что ещё только утро. Проверять время в комме не было никакого желания — хотелось поскорее вновь оказаться в тенёчке. В кабак, что ли, нагрянуть? Поесть бы не помешало… да и выпить, чего кривляться: к пиву быстро привыкаешь, а раз это виртуал, то физиологических последствий никаких. И психологических, надеюсь, тоже. Ладно, главное, чтоб онлайн-оплата там работала. Или придётся сперва наличку идти сни…

Так, стоп. А сколько у меня вообще на счету?.. Н-нет, что более важно — сперва надо найти Лукара и выяснить, чем закончилась наша авантюра. Репликацию он оплатил, как и обещал. Славно. Но финансовый вопрос ещё не закрыт. Эх, а ведь мы не оговорили, где встречаемся. Думал, он встретит меня на выходе со станции репликации. Ну и где теперь его искать прикажете?..

— Вот же ж… — процедил я, чуть не влепив себе по лбу.

Ну конечно. Мы ведь обменялись ай-ди для радиосвязи. Осталось понять, как по нему писать сообщения. Блин, надо было просто в друзья добавить. Ну и гемор…

***

— Не пялься на меня так, пацан, — дыру прожжёшь.

«Да тебя и по голове чем потяжелее огреть было бы не лишним за такое…»

Конечно же, вслух озвучивать я поостерёгся и лишь с хмурым видом, весь взмокший и красный плюхнулся на соседний стул, в блаженстве откидываясь на спинку и вольготно протягивая ноги: жара просто убивала наповал, от выданных тряпок защиты никакой, просто издевательство сущее — пока до дома добежишь, будешь прожаренным и высушенным, что твоя закуска под пиво. Кстати о последнем. Иди к папочке, холодненькое и пенистое чудо науки…

И ведь моё взвинченное состояние более чем оправдано. В ответ на запрос о местоположении — которое я и так с трудом отправил, протупив добрые минуты над местной системой коммуникации — пришло до безобразия краткое и сухое: «В таверне». Ни тебе «с воскрешением», ни как прошла ходка, ни почему этот ушлый тип не соизволил встретить… ладно, хотя бы известить о заведении счёта на моё имя — ни-че-го. А я ведь здорово понервничал! Думал, опять в рабство угожу! Никакой заботы или просто человеческого обращения! Я ему скот или подручный инструмент, что ли?!

Но что ещё важнее!..

— Мы же, вроде, договаривались сперва оценить лут, а затем уж делить, — кое-как уняв разыгравшиеся нервы, со вздохом, ровно проговорил я. — А вы без меня уже всё сбыли. Какого вообще…

Даже больше — он успел закинуть мою долю на свеженький счёт. Спасибо, конечно, за услугу, тем более счёт привязывается к ай-ди коммуникатора, доступ левым лицам получить невозможно, даже если они этот самый счёт и открывали. Но тогда напрашивается одна неприятная мысля: расходы на репликацию вполне могли быть оплачены целиком из моей части! А ведь это считается «деловыми издержками» так-то! Разве не справедливо распределять их поровну между всеми участниками? И самое поганое: никак не проверить, какая вышла итоговая ценность добычи, а соответственно, и размер доли. Только поверить на слово!

Кое, к слову, я ему так и не дал. Ну ладно, просто ради приличия…

— Так, сколько всего мы нагребли с вылазки?

— Ты математику в школе не изучал? Сам подсчитать не мочь? — криво ухмыльнулся Лукар, как бы случайно выпустив кольцо дыма прямо мне в лицо, в чём имелись сомнения.

— Имеются некоторые погрешности, — бесстрастно парировал я. — Зависит от того, участвовала ли ваша часть доли в покрытии расходов на репликацию. Как и гипотетическая стоимость энергоячеек, которые, как я понял, продавать вы не планировали.

— Какой ты памятливый… — И без того лукавый взгляд сузился. — Что ж, скажу лишь одно: я обещал не обидеть при разделе добычи и своё обещание сдержал. В остальные тонкости вдаваться незачем.

— Прежде всего вы обещали равные доли, — не спешил отступать я. — Пятьдесят тысяч? Неужто это всё, что можно вынести из наверняка высокоуровневого данжа? Да ни в жизнь не поверю.

— Во-первых, пятьдесят четыре с мелочью — не округляй до удобных тебе чисел, — укоризненно покачал тот самокруткой. — А во-вторых, чему ты удивляешься, пацан? Из дажней в первую очередь тянут редкие расходники, которые используют сами же игроки — неписям, особенно в такой дыре, они не шибко-то и нужны, поэтому продавать их приходится по заниженным ценам. Ну или сливать на аукцион, где, во-первых, не факт, что всё раскупят быстро, а во-вторых, придётся каждую безделушку доставлять, либо лично, либо почтой, что, опять же, драгоценное время. И да, ты всерьёз ожидал целый кландайк за одну несчастную ходку? На экзу и плазму, конечно, не хватит… да и хрен ты их здесь найдёшь в продаже. Но на добротный комбез с СИЗ третьего-второго класса и медкомплектом — вполне. А если ужать расходы на жильё и пропитание — и на автомат с амуницией. Хочешь верь, хочешь нет, но это более чем хороший улов за одну ночь.

— Но… эм…

Блин, и возразить-то нечем. Цены на воду несколько вскружили голову, но там и понятно — закономерно дефицитный ресурс в окружении выжженной радиацией и всякими мутагенами пустоши: раскопка грунтовых вод, фильтры… ещё на полив сельхозугодий уходит немало. И тот же «мусорщик» мне обошёлся в скромные — как мне кажется — пару тысяч, причём сравнительно новенький, уж всяко не штопанный. Конечно, это с «небольшой» скидкой за сдачу старого костюма на разборку, и всё же. А на двадцать семь вполне можно разгуляться, даже при условии затрат на пропитание и ночлег: «отключаться» на улице, исходя из предположений, не самое безопасное предприятие.

— Ладно, как скажете, — наконец сдался и со звучным вздохом пробежался по залу, выискивая «гуляющую» меж столиков девчушку-официантку. Да где же?.. Ай, авось и так услышит. На всякий случай предварительно поднял руку. — Будьте добры подать один завтрак на этот столик! Любой, на усмотрение хозяина! Спасибо!

Не хотелось запрягать работников почём зря, но, по ощущениям, выносливости у меня после беготни по жарящим улочкам остались несчастные крупицы — хоть ложись да помирай.

— Не будь таким вежливым, пацан, — угрюмо покосился на меня Лукар, выбросив истлевший окурок… прямо на пол?!. и доставая свеженькую самокрутку из жестяного простенького футляра. — Здесь так не принято.

— Плевать, — ответил не менее строгим взглядом. — Я человек, а не животное. Уподобляться всякой грязи не желаю. У кого возникнут с этим проблемы — порешаем на месте.

— Смотри-ка, ещё «клыками» не обзавёлся, а уже ищешь, кому бы «в глотку вцепиться». Что ж, деньжата на репликацию у тебя теперь имеются, поступай как знаешь, не моя головная боль.

Проигнорировав нелестное замечание вкупе с раздражающим, спасибо хоть сдержанным, гоготом, я с удовлетворением отметил «посигналившую» мне, выглянувшую откуда-то из-за угла официантку и в ожидании блаженно откинулся головой, прикрыв глаза.

Счастье. Как освежающая прохлада от работающих под потолком кондиционеров, так и прошедшая авантюра. Да, вторая сожгла немало нервных клеток, но кулёк тёмно-синих кругляшков в кармане и пятизначное число в банковском приложении на коммуникаторе приятно сглаживали послевкусие. Теперь всё, что занимало трещащую по швам головушку — разумеется, помимо предвкушения плотного завтрака, — это грамотный подбор снаряжения и амуниции. Пора бы уже заняться настоящим делом, хватит отвлекаться на всякую дурь… да простят меня дети из приюта и фермерская девочка-мутант.

Хм, к слову о приюте. Та заварушка с грёбаными «шакалами» — вернее, последовавшая за ней «контртеррористическая операция» в нашем исполнении — вопреки ожиданиям обернулась нешуточной эскалацией конфликта. И вот самая главная причина моего нежелания оставаться на улице ночью: узнают в лицо — и пырнут-пристрелят не задумываясь как кровного врага, порешавшего их «собратьев» пачками. Алекс-то сейчас в поселении «безопасников» — даже надумай эти отбросы выслать группу по его голову, шороху навести не выйдет: либо силовики скрутят, либо местные бандиты порешают, просто из конкурентного инстинкта. Нет, жизни мне здесь явно не видать. Ублюдки либо уже знают, что я здесь, либо скоро заметят — трущобы, конечно, на приличном удалении от центра, но пополнять запасы-то всё равно будут захаживать сюда, вряд ли у них организована своя сеть поставок вообще всего, включая банальную еду и воду. Прибиться, что ли, опять к ближайшему каравану и отчалить подобру-поздорову? Если и не удастся подрядиться охранником, то в качестве пассажира за оплату — звучит…

Так, стоп. А ведь если подумать, то…

— Яичница с грибами, — будто ударом тока одёрнул меня нежный, но резковатый голос над самым ухом. — Выпить что-нибудь надо?

— А, да, пива, пожа… — Впрочем, если я всё-таки планирую заняться делом сразу, то… — Хотя лучше просто воду, спасибо.

Отчего-то хмыкнув и слегка приподняв бровь, девушка с уже опустевшим подносом виртуозно развернулась на месте и неспешно удалилась под сопровождение моего расплывчатого, но неотрывного взгляда. Ритмично покачивающиеся бёдра в самую малость обтягивающем платьице натурально гипнотизировали. Я до сей поры как-то и не придавал значения красоте и изящности женских форм…

«Так, отставить глупости! — мысленно влепил себе оплеуху, с трудом удержавшись от воплощения образа в явь: не стоит привлекать ещё большее внимание. — На чём я там остановился?..»

Но опустив глаза к тарелке, сразу же позабыл обо всём. Грибы, значит? Больно уж здоровенные, если мысленно собрать порезанные толстенькие ломтики в цельную шляпку, — размером эдак с мою голову, вряд ли меньше. Ох, надеюсь, они не радиоактивные или мутагенные… или хотя бы очищенные от всякой заразы. А впрочем, ту же рыбу и мясо ведь уже ел, и ничего, бодрячком. Разве что разок в туалете «пронесло», но причин тому виделось множество. Л-ладно, чего гадать? Как любил говаривать Ал: «Итадакимас!»

Ну, вкус непривычно сладковатый для яиц и грибов, но вполне съедобно, даже приятно. Закусил хлебом — предпочтя на этот раз проигнорировать его подозрительно желтушный с зеленоватым оттенком цвет — и вовсе растаял. Не удивлюсь, если сразу по «возрождению» вкусовые рецепторы банально «сбрасываются» и всякая пища будет казаться изумительной. Впрочем, как некоторые говорят даже в наш научный век, счастье в неведении.

— К слову, а вы чего тут сидите?

Прожевав очередной кусок, я невольно поинтересовался меж делом, запоздало отметив десяток давно как пустых пивных бутылок, одну из которых я нагло «позаимствовал» ранее… и забитую доверху пепельницу. Что ж, это хотя бы объясняет недавнюю выходку с выбрасыванием «бычка» на пол. Но не прощает — свинство оно всегда свинство. Не нужно быть гением, чтобы догадаться: Лукар сидит тут по меньшей мере несколько часов, а то и с рассвета. И очень сомневаюсь, что предметом ожидания была моя скромная персона.

— Жду.

До безобразия лаконичный и ниочёмный ответ! Даже не посмотрел на меня! Я для него уже пустое место, что ли?!

Так, ладно, спокойнее. В конце концов, он со мной уже рассчитался, мы друг другу ничего не должны, такую реакцию можно понять.

— Кого, если не секрет?

— Секрет.

Не знаю почему, но такое отношение жутко раздражает. Мы всё-таки компаньоны, хоть и временные, да ещё и за одним столиком сидим — мог бы из вежливости поддержать разговор. Вопреки народной мудрости «когда я ем — я глух и нем» мне было тяжело сидеть в тишине, когда рядом есть хоть кто-то. Мама всегда о чём-то расспрашивала, да и сама охотно делилась произошедшим за день или соседскими слухами. А затем и Алекс в школе на обеденных переменах обязательно трещал о чём-то по соседству. Глубоко укоренившаяся привычка.

— Ладно, тогда не буду мешать.

Как раз почти доел. Одним махом заглотив непомерно широкий кусок и запив оставшейся водой, со вздохом — и чуть было не вырвавшейся отрыжкой — демонстративно невозмутимо поднялся из-за стола и с посудой в руках потопал к барной стойке: всё равно расплачиваться, так облегчу работу официантке.

— Сорок месс, — шустро отозвался перебиравший что-то на нижних полках бармен-хозяин. Однако стоило мне выложить аккуратненькую «башенку» десятизначных монеток, тут же с кряхтеньем и бурчанием казал хмурое с подёргивающимся глазом заветренное лицо. — Эй, ты ведь странник? Можешь выпроводить своего дружка отсюда? Или хотя бы попросить не мусорить?

— Он не мой… — машинально пробормотал, а уже после задумался. — А почему сами до сих пор не выпроводили?

— Ремул, охранник наш, уже пытался… — Хозяин поёжился, украдкой глянув за плечо, в сторону кухни или подсобки, точнее не скажу. — Теперь врача дожидаемся.

— Чего?

— Рёбра твой дружок ему все пересчитал, вот чего. И руку сломал, кажись. Хоть дышит ещё, и то ладно…

— Стоп, — чуть не выпал в осадок. — А это, типа, нормально? Контролирующий поселение клан разве не должен вмешаться, если кто-то хулиганит на их территории?

— Ага, если это «хулиганство» влетит им в кругленькую сумму, — поморщился тот. — До мелкого дебоша им дела нет. Сами, мол, разруливайте. А этот вот… Эх, связываться — себе дороже. Но раз вы оба странники, то, может, найдёте общий язык. Хотя бы попытайся — уже буду благодарен. На вот, презент небольшой.

— Да не стоит…

И опомниться не успел, как обе ладони уже приятно морозили пол-литровые бутылочки… ох, конечно же пива. Сколько ни бегай от пагубных пристрастий — сами норовят догнать. Впрочем, ладно, раз предложили, чего отказываться? Алкоголь тут дешевле воды, так что авось не обеднеет. Да и после услышанного меня также пробрали опасения разделить участь бедолаги-охранника, так что цена за риск, хоть и малый, вполне оправдана. Блин, кто бы мог подумать, что бывший напарничек окажется таким вспыльчивым. А по виду и не скажешь. Хотя, припоминая ту «дуэль»…

— Эм, Лукар, — осторожно подал я голос, подобравшись к столику и на всякий случай недвусмысленно подставив одну из бутылок поближе к Лукару: авось радушный жест немного сгладит углы. — Тут такое дело…

— Наконец-то! — неожиданно рявкнул он… при этом глядя на дрогнувшие парадные дверцы-половинки. Моё же присутствие, видимо, осталось вовсе незамеченным. — Ты чё, собака сутулая, опять заворачивал куда по пути? Условились же к семи утра! А щас сколько?

— Не бухти, старый, — донёсся усмешливый с нотками изнеможения мужской голос. — На гоп-компанию чуть не нарвался, а патронов опять нема — пришлось отсиживаться, пока не уберутся.

— Это уже который раз за неделю. На тебя, часом, контракт не оформил кто?

— До кто ж его разберёт. Но с моей удачей на лут оно и не удивительно, ха-ха-ха.

— Эм… а вы?..

Мне с самого начала этот голос показался знакомым. А по мере того, как обладатель оного покидал залитую белым солнцем входную зону, моему взору детальней вырисовывались уже видимая раньше амуниция с множеством нагрудных подсумок, как и поясных, и покачивающееся за спиной дуло с узнаваемой продолговатой деревянной ложей…

Да, так и есть — винтовка Мосина! Да ладно?! А если приглядеться в овальную тень капюшона…

— О, брат-суицидник, здоровеньки, а ты какими судьбами? — перёд меня отреагировал… теперь уже «знакомец», выходит. — Разве ты не должен был реплицироваться в соседнем поселении?

— Ну, это долгая и, прямо скажем, весёлая история, — криво улыбнулся, почёсывая затылок.

— Так вот, значит, с чего встреча назначена тут, — мужчина тут же перевёл взгляд на Лукара. — Всё-таки подрядил мальчонку на свои шалости?

— Ты его так нахваливал, что я не мог устоять, — театрально развёл тот руками.

— Ха-х, «наивный безбашенный сердобольный олух» — это у нас теперь комплимент? Ладно, так и запишем.

— Что-то я вообще не догнал, — глухо пробормотал я, перебрасывая обескураженный взор с одного на другого.

— Я тебе уже говорил, пацан, — Лукар обратил ко мне хитро сощуренные глаза, — земля слухами полнится. И вот их основной источник во плоти — его языкачество Докс. Созвучно с «догс», потому и псина плешивая.

— Выкуси, трухлявый, — без всякой безобидны в голосе отреагировал мужчина, но тут же перебросил внимание на меня, протягивая руку. — Вообще-то мой ник Рэддокс, но можешь звать и просто Докс, уже привычен.

— Квайдо… и не знаю, как тут упрощать, так что решайте сами, — неуклюже отшутился, ответив на рукопожатие.

— Добро. — Отпустив руку, он вновь обратился к Лукару. — Так, сколько удалось раздобыть?

— Тебе, думаю, хватит, — усмехнулся тот, выдвигая из-под стола рюкзак. — Давай, делись уже, что новенького.

Со стойким ощущением «третьего лишнего» я тем не менее взял стул от соседнего столика и подсел рядом. Возражений не поступило — на меня даже особо не глядели. Немного обидно. Но, полагаю, это нормально, когда вливаешься в новый коллектив. Да и спешить сейчас некуда, а вот так уходить, когда только познакомились, казалось невежливым.

Ох, ну и странный же денёк. Прям щедр на удивительные совпадения. Хотя, судя по услышанному, не совсем. Такое чувство, будто меня одновременно похвалили, унизили… да вдобавок ещё и использовали. Какая-то странная цепочка событий выстраивается. Что это всё только значит?