На третий день с самого утра над академией висела напряжённая тишина, словно даже воздух затаил дыхание в ожидании начала экзамена.

За эти дни команда Семи не теряла времени зря.

Луи оттачивал выносливость, бегая вокруг комплекса по утрам и ночам, поднимая мешки с песком и тренируя дыхание, пока не падал от изнеможения. Его главная цель — укрепить тело и научиться держать темп под давлением.

Шизу… занимался по-своему: он лазал по крышам академии, прыгал с уступов, нырял в пруд, пугая студентов и лягушек, и устраивал себе дуэли с отражением в зеркале. Ему нужно было быть ловким, непредсказуемым — и это у него получалось.

Семи же тренировалась методично и точно: отжимания, подтягивания, силовые упражнения, боевая практика. Она часами стояла в позе, удерживая равновесие на одной ноге с грузами на плечах — всё для того, чтобы быть лидером, способным не только отдавать приказы, но и подавать пример.

Ник тренировал гибкость и реакцию. Он каждый день ставил себе цель: 500 уклонений. Он носил с собой мешочек с галькой и кидал камешки сам в себя, чтобы научиться предугадывать траекторию.

А Мира… Мира практиковала всё понемногу. Хотя казалась хрупкой и тихой.

И вот, всех учеников собрали на главной площади. Толпа из двухсот человек гудела как ульи в жаркий день. Атмосфера была напряжённой. Кто-то переминался с ноги на ногу, кто-то тихо переговаривался, а кто-то просто молчал, будто уже мысленно бился за выживание.

На деревянной сцене по очереди выходили учителя. Каждый — как отдельный мир, со своей странной аурой и совершенно разной манерой речи.

Первым шагнул вперёд Дирк. Он лениво жевал спичку и выглядел так, будто пришёл по ошибке.

— Знаете, что интересно? — его голос был хриплым, но цепляющим. — Меня каждый год спрашивают: «А если я никогда не дрался?». Так вот… Это ничего не меняет. Потому что после первой же тренировки вы все будете выглядеть одинаково: как отбивные.

Он оглядел толпу прищуренными глазами.

— Ударьте первыми — и, возможно, останетесь красивыми. Возможно.

Шагнула вперёд Луна. На ней сиял плащ, будто сотканный из радуги. Её голос был певучим, но опасным.

— В этом мире важно не только то, что вы делаете, но и что вы чувствуете.

Она провела пальцем по воздуху, и кто-то в толпе внезапно хихикнул без причины.

— Иногда эмоции — хуже любого оружия. Я научу вас, как с этим жить. Или хотя бы не умереть сразу.

Следующей появилась Виола. Ухмылка на её лице была слишком уверенной.

— Некоторые из вас считают, что их невозможно сломать, — её голос был колючим, как наждак. — А некоторые надеются, что их никто не тронет.

Она медленно провела взглядом по ученикам.

— Что ж. Разрушу обе эти иллюзии. Сначала морально. Потом — кто знает?

Базиль, будто появившись из тени, вышел вперёд. Он выглядел, как живой призрак с голосом шелеста сухих страниц.

— Яды, алхимия, химические реакции души…

Он тихо усмехнулся.

— То, что вы считаете невинным, может убить вас за секунды. А то, что вы считаете смертью — иногда лечит.

Он замолчал, будто забыл, где находится.

— …впрочем, вы это поймёте на практике. Если конечно не умрете.

Среди прочих особенно выделялся Грегор Харт. Высокий, бородатый, он держал в руках потрёпанную тетрадь.

— Выживание — это не наука. Это инстинкт. Но я научу вас думать даже тогда, когда кричит тело.

Он громко хлопнул тетрадью.

— Здесь, — постучал он по обложке, — записано более трёхсот способов умереть. Я покажу, как избежать хотя бы половины из них.

И наконец, шагнула вперёд Леди Исольда. Всё её существо дышало холодом. Голос был ровным, почти шёпотом, но каждый услышал.

— Мозг — самая хрупкая часть вашего тела. Потому что он лжёт вам каждую секунду.

Она смотрела куда-то сквозь толпу.

— Я вскрою каждую вашу мысль. Если вы боитесь, что кто-то узнает, кто вы есть на самом деле… Вы правы. Я узнаю.

Толпа притихла. Казалось, даже ветер решил больше не дуть.

Но тут…

— ХА! — крикнул Шизу, поднимая руку. — А можно я сразу проиграю, но стану их менеджером? Я круто организую вам корпоратив на могиле!

Мира невольно прыснула.

— Шизу…

— Ну а что? Смотри: одни хотят нас убить, другие свести с ума. Это ж как встреча с родственниками на Новый год. Только без салата!

Шизу подмигнул Нику:

— Эй, а если я сдамся, но притворюсь деревом, они меня примут в лесной факультет?

— Ты и так палка, — буркнул Ник. — Только ещё и шумная.

— Ребята, — прошептала Семи, стоя сзади, — сохраняем фокус. Это всего лишь физподготовка. Первый экзамен.

— Физподготовка… — переспросил Ник, глядя на небо. — Я морально не готов даже к подъёму по лестнице.

— Ты морально не готов к жизни, — хором отозвались все.

Учитель Дирк лениво потянулся, будто только что проснулся, и выплюнул жеваную спичку прямо на мостовую.

— Хм… — хрипло начал он. — Когда я был моложе, мне нравилось смотреть, как люди ломают друг другу носы. Сейчас… мне всё ещё это нравится. — Он усмехнулся и оглядел толпу прищуром. — Ваша задача — не просто выжить. А показать, насколько вы готовы потерять всё ради победы. Плечо, палец, честь… — он задумался. — Хотя, кому я вру, чести у вас тут ни у кого и нет.

Следом вперёд вышла Леди Исольда. Она двигалась плавно, будто не ступала по земле, а скользила.

— Ваш разум — стекло. Тонкое, хрупкое… а я люблю звук его треска. — Её белые глаза будто смотрели сквозь людей. — Уверена, многие из вас уже носят трещины. Посмотрим, кто первым расколется.

Грегор Харт в это время рывком выхватил из-за пояса блокнот, смахнул с него пыль и, не глядя, начал говорить:

— Вы, щенки, хотите стать лучшими? Тогда слушайте. Мир не делится на слабых и сильных. Он делится на тех, кто готов жрать грязь, и тех, кто умеет подавиться ею. Вам придётся бежать, ползти, драться, терпеть. Кто сдохнет первым — ну, в общем, спасибо за участие.

Учительница Луна, та самая с золотыми серьгами и в ярком наряде, вальяжно откинула прядь волос и рассмеялась:

— Какая драматичность. Как будто вы не на вступительных, а на собственных похоронах. Расслабьтесь. Наслаждайтесь иллюзией победы… пока она не рассыпалась под вашими ногами.

Базиль и Виола молча переглянулись.

— Я приготовил кое-что особенное… — прошептал Базиль, проводя костлявыми пальцами по запястью. — Несколько растений. Пару жидкостей. Маленькую смерть в бутылке.

— А я — несколько психологических ловушек. — усмехнулась Виола, подкрашивая губы. — О, как мне нравится ваше напряжение. Пахнет страхом. Почти возбуждает.

Толпа замерла.

Шизу прошептал, наклоняясь к Семи:

— А знаешь, у меня теперь фобия на училок. Особенно тех, кто возбуждается от страха… Интересно, у них есть клуб по интересам?

Луи добавил, едва сдерживая смех:

— Надеюсь, там есть абонемент и чай по пятницам…

Семи закатила глаза, но тоже усмехнулась.

Все учителя медленно начали расходиться, кроме одного — Грегор Харт остался.

Он шагнул вперёд, хлопнул ладонями, словно пробуждая всех от оцепенения:

— Итак! Время перестать слушать, пора действовать. Сегодняшнее испытание — бой на выживание. Вы будете разделены по группам. Каждая группа получит сектор — лес, болото, развалины или горы. Цель — выжить до заката. Победит группа, которая удержится, сохранив хотя бы двух человек на ногах.

— Можно ли… — начала кто-то из учеников.

— Убивать? — перебил Грегор. — Можно. Если готовы за это ответить. Но напоминаю — у вас на униформе есть кнопка вызова докторов. Нажмёшь — и ты вне игры. Или вне жизни. Зависит от скорости врачей.

Толпа зашевелилась, кто-то начал переглядываться с испугом, кто-то — с адреналином в глазах.

— Из 200 вас останется 100, — продолжил он. — Остальные — либо на носилках, либо за воротами.

Где-то в стороне, под тенью навеса, пятеро парней переговаривались шепотом.

— План в силе? — прошептал один, щурясь на солнце.

— Да. Главное — заманить их в старые руины. Там наши ловушки.

— А если что-то пойдёт не так?

— Тогда «друг» из нашей группы активирует кнопку. И всё по-честному. Хе-хе.

Тем временем, команда Луи, Шизу, Семи, Ника и Миры уже стояла у своего сектора — лес с густыми зарослями и холмистой местностью.

— Пять человек, одна цель, куча проблем, — пробормотал Луи. — Звучит как мой обычный вторник.

— Кто первым нажмёт кнопку — тот слабак, — заявил Шизу. — Я лично прослежу. Или оторву руку.

— Спокойно, — сказала Семи, расправляя плечи. — Держимся вместе. Следим за обстановкой. Думаем — потом бьём. Ник, прикрытие. Мира, наблюдение. Луи, с тобой — разведка. Шизу… будь… Шизу.

— О, спасибо! — улыбнулся он. — Я как швейцарский нож — полезен и смертельно опасен!

Вскоре в воздухе прозвучал громкий гонг.

Экзамен начался.

Лес встретил их влажным дыханием тумана и глухим шорохом листвы.

Ветки скрипели, будто лес шептал: «Добро пожаловать…»

— Видимость почти нулевая, — пробормотала Мира, ощупывая ближайшее дерево.

— Прямо как у меня после четырёх чашек кофе, — пошутил Шизу, и в этот момент, как будто в ответ, вдалеке что-то хрустнуло.

Семи подняла кулак. Группа остановилась.

— Проверка местности. Шизу, вверх на дерево. Мира, наблюдай тыл. Ник — наготове. Луи, за мной.

— Вы слышали, как она мной командует? — хмыкнул Луи. — Я бы женился, если бы не знал, что она способна отрезать мне язык во сне.

Шизу молча залез на дерево, как белка, и замер в ветвях.

— Вижу движение. Далеко. Но не похоже на зверей. Слишком… аккуратные.

— Нас тоже, вероятно, уже видят, — пробормотал Ник, проверяя нож в кобуре.

Тем временем, в другом секторе.

Пятеро парней сидели в полуразрушенном сторожевом посту, окружённые картами, схемами и — да, настоящими ловушками.

— Группа Семи должна быть в лесу, — сказал один из них, тощий, с рыжими волосами и глазами, полными злобы. — Я лично проверил список распределения.

— План прост: выдавить их в западную часть. Там мы подготовили «зону развлечений». — сказал второй, с бритой головой и татуировкой змея на шее.

— Я активирую «медвежью ложу» — чуть изменённую, с шипами. Они туда сунутся — один минус. Остальные растеряются, и мы добьём.

— Главное, чтобы эта команда не объединилась с кем-то ещё. Они умные. Особенно эта Семи. — сказал четвёртый, крепкого телосложения.

Назад к главным героям.

Группа вышла на поляну. Всё было тихо. Слишком тихо.

— Что-то здесь не так, — сказала Семи, приседая, осматривая траву. — Недавние следы. Довольно крупные. Нас ведут.

— То есть мы — приманка? — Ник склонил голову. — Чувствую себя булочкой в зоопарке.

— А я как раз голодный, — добавил Шизу. — Кто у нас тут с начинкой?

Вдруг из кустов раздался глухой хлопок.

Ник среагировал первым — бросил дымовую, Семи рванула в сторону звука, Луи и Мира нырнули в укрытие.

— ЛОВУШКА! — крикнула Семи, но было поздно: раздался металлический щелчок, и Мира едва не угодила в яму, набитую кольями.

Её спас Луи, вовремя схватив за руку.

— Ох, Мира, я конечно люблю острые ощущения, но не такие острые!

— Спасибо… — выдохнула она, дрожа.

Шизу спрыгнул с дерева и крикнул:

— Враг близко! Видел пятерых, двое с арбалетами, один устанавливает ещё ловушки!

Семи коротко кивнула:

— Меняем стратегию. Засада на засаду. Сейчас не атакуем — заманиваем.

Луи выскочил вперёд, громко крича:

— Эй! Вы там, за кустами! Я знаю, что вы злодеи! Давайте по-честному: вы пятеро, мы пятеро, у нас один псих, у вас пятеро. Шансы равны!

— Это кого ты психом назвал?.. — пробормотал Шизу, но зловеще улыбнулся.

Враг не выдержал — один из них метнул арбалетный болт, который Шизу, к своему собственному удивлению, избежал… споткнувшись.

— ХА! Видали? Я неуклюж, но живуч!

Семи метнула нож, ранив одного из нападавших в плечо. Началась боевая неразбериха.:

Пятеро парней с хищными улыбками и самодельным оружием из веток, острых камней и даже железных прутьев, сплетённых в подобие кастета, медленно приближались. Они явно наслаждались моментом, как шакалы, учуявшие кровь. Один из них ухмыльнулся:

— Ну что, голубки, не хотите просто сдаться? Мы быстро, честно. Может, даже не покалечим.

Луи шагнул вперёд, холодно и спокойно. Его глаза — чёрные, как бездонные омуты — не дрогнули.

— Говори меньше. Я не люблю ждать.

Он выхватил свой клинок — простой, но острый, как его взгляд, и двинулся на врагов без предупреждения. Его движения были точны, выверены — он не сражался, он резал, ломал, подавлял. Не как человек. Как машина.

Шизу же, стоявший чуть поодаль, с ленцой усмехнулся:

— Эй, эй, Луи, подожди! Не оставляй мне только ошмётки, я тоже хочу поиграть! — и, повернувшись к врагам, сказал, наклоняя голову, будто щенок, — А у вас, кстати, аллергия на сарказм есть? Потому что сейчас будет сильно!

Он подпрыгнул, словно клоун в боевом безумии, и вмазал ногой одному из противников в грудь, сбив его с ног. В это же время достал метательные ножи — ржавые, но смертоносные — и швырнул в другого. Один из ножей чиркнул по щеке врага, оставляя след.

— Вот тебе автограф, друг. Храни на память!

Семи в это время уже выкрикивала команды:

— Ник, Мира, в тыл, прикрытие! Шизу, держись ближе к деревьям! Луи — ты знаешь, что делать…

— Знаю, — прошипел Луи, вонзая нож в бедро одного из нападавших. — Уничтожить.

— Да ладно тебе, Луи! Дай им шанс хоть пошутить! — рассмеялся Шизу, увернувшись от удара и со смехом ткнув противника пальцем в глаз. — Не так уж они и плохи. Один, кстати, пахнет как прокисший суп. Возможно, он лидер.

Ник действовал сдержанно, но уверенно, накрывая Миру, которая уже создавала слабое магическое поле — её силы были ограничены, но хватало, чтобы сбить с толку.

Мира шептала:

— Зачем они напали первыми… Они же не знали, с кем связались.

Ник:

— Потому что они идиоты. Сейчас узнают.

Через минуту бой стал настоящим хаосом. Один из врагов, в ярости, нажал на кнопку сигнала — тотчас раздался звук, и спустя мгновения из леса появились двое медиков, забравшие его тело прочь.

Из пятерых остались трое. Они начали пятиться, осознавая, что выбрали не тех.

— Вы… вы… — пробормотал один.

— Мы — те, кого стоило обходить стороной, — проговорил Луи, облизнув лезвие ножа.

Шизу добавил:

— А мы вообще-то добрые… особенно когда сыты. А сегодня — не тот день.

Оставшиеся трое пытались отползти, один хромал, другой держался за пробитую грудь, третий рыдал от боли. Они уже не были угрозой — скорее, живыми напоминаниями о неудачном плане. Но Луи не собирался оставлять их живыми.

— Не… не надо… — прохрипел один, поднимая руки. — Я… я нажму кнопку…

— Не успеешь, — холодно бросил Луи и одним движением вогнал клинок в его горло. Кровь брызнула фонтаном, пропитывая землю.

Второй попытался побежать, но Луи швырнул нож ему в спину. Он рухнул, вскрикнув, а затем затих. Последний, тот самый лидер с длинными светлыми волосами, лишь смотрел, бледный, в ужасе. Луи медленно подошёл, и тот зашептал:

— Пожалуйста… я… у меня семья…

— Теперь уже нет, — ответил Луи, воткнув нож в сердце.

Он вытер лезвие о траву, повернулся — и увидел взгляды своих товарищей.

Семи была в шоке, её глаза дрожали от ярости.

— Что это было, Луи?! Они же были уже неопасны! Ты… ты просто…

— Я завершил бой, — холодно ответил он. — Они напали. Они проиграли.

— Ты монстр! — выкрикнул Ник, подходя ближе. — Мы могли просто оставить их, вызвать медиков! Это не война!

— А если бы они успели подняться? Ударить в спину? — Луи чуть наклонил голову, наблюдая за Ником, как за целью. — Я не играю в доброту, Ник. Я выживаю.

— Луи всё сделал правильно, — вмешался Шизу, почесав затылок. — Слишком много доброты — и ты труп. Как бы ты ни надеялся, что мир справедлив. Он не такой.

— Ты защищаешь его?! — повернулась к нему Семи.

— Ну, он хоть весело убивает. В этом есть эстетика. — Шизу пожал плечами. — И давай честно: мы в экзамене на выживание. Убивать — это часть правил.

— Довольно! — резко крикнула Мира, став между ними. — Мы — команда. Мы не должны ссориться. Хотите сражаться друг с другом — делайте это после заката. Сейчас — заткнитесь и соберитесь. Мы ещё не прошли испытание!

На мгновение повисла гробовая тишина. Только ветер гулял в зарослях.

И тут этот ветер изменился.

Слева от них раздался странный рык. Затем ещё один. Потом — целый хор хриплых, хищных звуков.

Из кустов вышли… шакалы.

Но не обычные — эти были вдвое крупнее, с чёрными глазами, будто затянутыми дымом, и вспухшими жилами. Их пасти были неестественно широки, а шерсть торчала клочьями. Они казались созданными из страха.

— Ну, прекрасно, — вздохнул Шизу. — Собаки Ада. Кто-то явно не на ту кнопку нажал.

Семи тут же вскинула меч, а Мира уже шептала заклинание.

— Ник! Левый фланг! Шизу — в центр! Луи, будь… полезен.

— Всегда, — прошипел Луи, обнажив кровавое лезвие.

Шакалы рванулись вперёд. Один метнулся к Мире, но Шизу прыгнул наперерез, вонзив клинок прямо в пасть зверя.

— У кого-то завоняло изо рта! Чувствуешь, Луи, это твои фанаты!

— Шутки позже, — ответил Луи, поворачивая шею и уклоняясь от удара когтя. — Сейчас — бойня.

Семи врезалась в двух шакалов сразу, ловко работая мечом — она двигалась, как танцовщица, смертоносная и точная. Ник же стоял на защите, отражая удары и прикрывая Миру, которая закончила своё заклинание и ударила световым импульсом, ослепив часть врагов.

Бой был жестоким. Когти рвали воздух, земля уже напиталась свежей кровью. Шакалы не отступали — но и команда стояла насмерть.

— Если мы выберемся, — тяжело дыша, выдохнул Шизу, — я первым делом завожу щенка. Маленького. Нежного. Чтобы вспомнить, что собаки могут быть милыми.

— Я его убью, — отозвался Луи, пронзая последнего шакала.

— Именно поэтому я и сказал “маленького”.

Шакалы лежали поверженные. Земля была усеяна их телами, кровь стекала в почву, запах железа витал в воздухе. Каждый из пятерых участников стоял, тяжело дыша, измотанный, уставший, с одеждой, изорванной в бою. Некоторым даже казалось, что экзамен закончился не победой, а чудом.

Первым заговорил Шизу:

— Ну… Если кто-то ещё хочет обвинить Луи в жестокости — милости прошу. Мы только что сражались с демоническими псами, которые пытались отгрызть мне лицо. Думаю, в таких условиях “лишняя доброта” — это как нюхать цветы на поле битвы.

Он пнул мёртвого шакала.

— Хотя… если один из них воскреснет, я первый сбегу. Без обид, ребята, но я не герой. Я — выживающий клоун.

— Ты и без битвы как клоун, — пробурчал Ник, отряхивая пыль с рукавов. — Это не отменяет того, что Луи… перебарщивает.

— Ник… — начал Семи с мрачным видом, — сейчас не время для споров. Но в чём-то ты прав. — Она повернулась к Луи. — Убивать — часть экзамена. Но ты это делаешь с каким-то… удовольствием. Это пугает.

— Мне всё равно, пугает это или нет, — отрезал Луи. — Я здесь, чтобы побеждать. А не быть удобным.

— Ох, снова ты со своей философией бойни, — пробормотал Шизу, закатив глаза. — Ты как тёмный рыцарь, только без брони и харизмы. Хотя нет, прости, харизма у тебя есть… только гейская что ли)

— Тебе весело, да? — резко бросил Луи.

— Ага, всегда, когда кто-то бросается на меня с клыками. Я это называю “вторник”.

— Мы только что убили не меньше десяти зверей… и ты всё ещё шутишь, — вздохнула Мира. — Серьёзно, как у тебя не заканчивается энергия?

— А ты думаешь, почему я худой, как мёртвый кактус? Вся энергия уходит на болтовню. Остальное — на бег от ответственности.

— Чудесно, — проворчала Семи. — В команде — убийца, клоун, нытик, сверхмозг и я. Я — это, видимо, отчаяние, собранное в одну фигуру.

— Ты ещё и командир, не забывай, — подмигнул Шизу. — Великая и ужасная Семи, устраивающая худсовет на поле боя. Давайте ещё стулья поставим, чаю попьём и обсудим мораль!

— Чай был бы кстати, — устало сказала Мира, сев на валун.

Ник выдохнул и сел рядом.

— Честно? Я просто хочу ванну и забыть, что сегодня кого-то убивали. Мы ведь даже не знаем, прошли мы или нет…

— Да уж, — добавил Шизу. — Прикиньте, если не прошли? Такая драма. Луи расчленяет врагов, Мира спасает, я шучу, и всё это ради того, чтобы вернуться домой и сказать: “Извините, ваша команда слишком странная.”

— Эй, — пробасил знакомый голос.

Из кустов вышел преподаватель — Дирк. Он как обычно лениво жевал спичку и выглядел так, будто ему было всё равно.

— Экзамен завершён. Выжили. Поздравляю. Идите в общежитие. Результаты — завтра.

— Серьёзно? — Ник встал. — Вот так просто? Даже без “молодцы”?

— Молодцы, если вам от этого теплее. — Дирк пожал плечами. — Вы не умерли — и это уже достижение. Остальное неважно.

— Мы чуть не сдохли, убивали шакалов, подрались с другими учениками, — выпалил Шизу. — А нам просто “идите обратно”? Где драматизм? Где аплодисменты? Где мой фан-клуб?!

— В твоём воображении, — буркнул Луи.

— Звучит как целый фанфик, — усмехнулась Мира.

— А теперь валите отсюда, — добавил Дирк, разворачиваясь. — Остальных надо вытаскивать. Поле всё ещё опасное. И не пытайтесь заблудиться — система сама направит вас.

Он скрылся в кустах.

На мгновение повисла тишина. Потом Ник указал на дерево:

— Эм… это только у меня галлюцинации, или тут висит табличка с надписью “В Академию — сюда”?

Все посмотрели вверх — и действительно, на деревьях, будто из ниоткуда, начали появляться деревянные указатели с выжженной надписью: “Возвращение в Академию”.

— Ну, теперь это официально жутко, — пробормотал Шизу. — У академии есть магические деревья-указатели. Скоро они будут с нами болтать.

— Заткнись и пошли, — бросила Семи, уже направляясь по тропе.

— А можно я на тебя пожалуюсь в профсоюз командира? — Шизу догонял её, с притворно обиженным лицом.

— Он у нас есть?

— Нет. Но я его создам. Назову его “Общество тех, кому мешают шутить”.

Так, обменявшись колкими репликами, они двинулись в путь назад. Каждый шаг напоминал им о боли, усталости и том, что они сделали. Но в этом — и была их победа.