Из всего выбора оружий, Лаки в этот раз остановился на топоре Анри. Приспособление с полотном, которое образовало своей широтой полукруг, имело острое не только лезвие, но и носок с пяткой. Так же, если средство развернуть заточенной гранью к себе, то врагу представляется не обух, а жестокий кол, который только своим присутствием нагоняет боль.

Оружие огромное, даже слишком. Если вспомнить телосложение Анри, то до сих пор в голове Лаки не вязалось то, как маленький мальчик, лет десяти, с ним ходит. Он сам по себе не был плотным, а по сравнению с топором и вовсе терялся. Но об этом думать следует потом.

Сейчас они заходят вглубь леса. Деревья армии не за чем, за ними ходят другие люди. Им нужно кое-что более особое, даже "кое-кто". Заметить этого Кеэрши будет просто, по сообщениям он большой, и никакие горизонты с зеленью его не скроют. Команда наготове, все внимательны, как в прочем и всегда, но немного все же напряжены.

Лика рассказывала, что этот подвид Кеэрш способен на род. Кеэрши в целом существа такие, что большинство живут лишь одной жизнью. Не реинкарнации, не деления тела на бо́льшее количество организмов. Из-за маленького тельца, они ничего собой и не представляют. А вот большие... Им не жалко себя порубить.

Вдали где-то послышался шорох, и слышен он был чуть ли не из самого верха деревьев. Как только Лаки вскинул голову к небу, то увидел как ветки метались между собой, качаясь из стороны в сторону, заменяя друг друга и демонстрируя передвижение объекта, которое их потревожило.

Он будет здесь. Он будет сейчас. И то, что именно будет, никто не знает. Да и не особо важно, потому что... СЕЙЧАС!

В то же мгновение, из-за широкой полосы темных деревьев высунулось огромное тело. Головы на нем Лаки изначально даже не заметил, наверное, потому что её по сути и не было. Был лишь крупный глаз, который парил над сутулыми плечами твари.

Первым на него набросился Икура. Он вел всю команду, и держал строй под присмотром, и, как только выдалась возможность, кинулся неимоверно быстрым движением к Кеэрши. Выпадом он дал сигнал о том, что нападение начинается.

Сразу на что нужно обратить внимание, это то, что живот находится слишком высоко для прыжка. Это значит, что если Лаки хочет вспороть брюхо, то все равно придется заняться сначала конечностями. Можно их отрубить, чтобы враг был более доступным. А можно наоборот опираться на них, чтобы подняться по выше. Икура учил его тому, что нужно с самого начала выбрать либо голову, либо грудь. На голову лаки решил не надеяться, высоко и опоры нет, а вот туловище уже более реально.

Осмотреть чудовище времени особо не было, Лаки основывался, пока что, лишь на то, что работало всегда, не в зависимости от врага.

На ноги бросились Нойя и Юрна. Видимо и здесь они выбрали действовать сообща. По изуродованным рукам, которые напоминали клешни, решил передвигаться капитан. Лаки же, набросился на крысиный хвост. Собой он представлял позвонки, окутанные лысой кожей. Возможно, из-за этого будет легче опираться, словно на лестницу.

Лаки старался делать все как можно быстрее. Если предположить, что хвост этого Кеэрши не особо отличается от реальной крысы, то он будет активно реагировать на внешние раздражители. А если Лаки не хочет оказаться в открытом полете, то реакцию нужно опередить. Именно это Лаки и сделал, отрыв, возможно, был меньше секунды, но он успел применить кол топора. Он глубоко вонзил острие в деформированное тело, воспользовавшись оружием, словно ледорубом. А позже повис на рукояти, как только хвост ушёл из-под ног. Сразу же после этого послышался рёв Кеэрши. Лаки заметил, что на него обратил внимание Икура. Тот одобрительно кивнул, будто понял, что именно он собирается сделать, а после с локтей длинных рук ловко перепрыгнул на бедро. Гордиться собой сейчас времени нет, он сделает это попозже, как только они обратно вернутся в офис. На данный момент лишь одна задача: как из поясницы добраться до груди?

На самом деле Лаки уже уверен в том, что Икура с этим справится раньше, ведь он, хотя-бы, на верной стороне туловища. Но ему бы все равно хотелось доказать то, что и он в силах справиться с подобным громилой. Как бы быстро Лаки не рос, но он всегда останется тем же малым подростком, который ищет поддержку в старших. У него пока ещё есть шанс, Кеэрши метается и активно размахивает лапами, а тем временем спина, все же, является более устойчивой поверхностью. Если подняться выше, на плечи, то можно будет рискнуть, прыгнуть...

Как вдруг случилось то, чего Лаки больше всего не хотел ожидать. Зверь, словно кошка с игрушкой, совершил резкий выпад вперед. Из-за этого Лаки, все же, отправился в полет. Он чуть позже вспомнит, что игрушкой послужила Нойя, которая, составив план, кинулась вдаль, чтобы его реализовать. Вот только этим самым попала в открытое поле зрения, и Кеэрши захотел ее раздавить передними лапами.

Все это произошло в считаные секунды. То, что существу удалось его сбросить с себя, означало, что придется все начать заново. Но вот только, возможно, и не придётся.

С самого начала какие-либо идеи, связанные с "головой" Кеэрши, Лаки отмахнул сразу же. Она была слишком высоко. Она была настолько высоко, что добираться до нее это пустая трата времени, грудь ближе. А с "головой", можно будет расправиться тогда, когда противник потеряет равновесие. Но сейчас, когда в поисках свободного места для приземления, он обнаружил в каком положении находится, планы поменялись сразу же. Глаз был прямо под ним! Из-за своего размера радиус шара был велик, поэтому, как бы он не вытягивал руки, объект все равно был доступен.

Целиться лезвием затея плохая, велика вероятность, что и он сам после атаки напорется на кол с обратной стороны. Но и он здесь не для чая. Поэтому, решив, что идея ему вполне подходит, Лаки приготовился. Вытянув топор перед собой, он совершил замах с такой силой, что почувствовал как разрубил не только оболочки, но и воздух. Кеэрши в тот же момент взревело. Лаки знал, что задел больно́е, знал, что будет горд собой, и так же знал, что ему сейчас нужно хотя бы приземлиться.

Почувствовав почву под ногами, Лаки стал оглядываться. Нойя все ещё была придавлена лапами, а Юрна старалась ей помочь выбраться, дробя своим тяжёлым молотом что-то, наподобие пальцев. Он сделал половину работы, вторую сейчас должен выполнить Икура, ибо тот находится ближе всех к груди. Существо, после потери зрения, встретилось с дезориентацией. Оно чувствовало, что что-то соприкасается с ним. Чувствовало, что кто-то лезет по нему, но избавиться от проблемы так и не могло. В совокупности с невыносимой болью, Кеэрши сейчас было почти что беспомощным. Икура наконец вонзил в грудь противника меч, после вдавил его хорошенько, чтобы не особо длинные рога, как у трезубца, вошли в тело полностью, а следом прокрутил оружие.

Зрелище не приятное, но зато эффективное.

Следом за этой атакой, Кеэрши покрылось густой черной дымкой, вблизи было похоже даже больше на туман. Это означало что зверь мертв, и запустился процесс гниения.

— Что Лика просила принести ?— протягивая мощную руку Нойе, спросила Юрна.

Разложение в глубинах леса развивается стремительно. Если они будут таскать тело по частям, то, примерно, на третьем заходе они вернутся уже к пустой поляне. Лаки попросил у сестры требовать не слишком много, только самое главное, без чего исследования точно проходить не смогут. В случае, если чего-то будет не доставать, то можно повторно напасть, но уже на другого.

— Что-то типо сердца. Сказала если его не будет, то просто вырежьте куб плоти из груди. Ещё думаю стоит голову... В нашем случае глаз. — осматривая то, что они только что завалили сообщил Лаки.

***

Двери распахнулись. Лика предупредила всех, что в лабораторию должен был зайти отряд.

Пара людей с обеих сторон держали дверцы, пропуская четырех гостей, идущих друг за другом. Икура, как глава, идёт самый первый, после него Юрна, а совсем рядом с ней Нойя. Юрна боялась, что девушка как-то сильно поранилась, поэтому запретила той передвигаться без ее ведома, пока они не зайдут к Славу. Последним же шел Лаки, он рассматривал помещение так, будто видел его в первые. На самом деле ему не особо часто удавалось сюда заходить. Люди здесь занимаются не обычным делом, от того стараются лишних гостей не приглашать. Исключением являются Х-А, король, стража и Кейни. Правда Лаки до сих пор не знал почему Кейни имеет расширенные возможности.

Как и в прошлый визит команды, Лаки словил на себе небольшое количество взглядов. Планировка, как оказалось, почти во всех помещениях открытая. Изменения в проектировку зданий начали вносить только в прошлом году. Первый этаж лаборатории был сделан раньше, поэтому все так же делился лишь мебельными перегородками. Покидать рабочее место, без веской причины, было запрещено, поэтому все нужное пытались обустроить прямо здесь. По левую сторону от двери, была размещена кухня, а по правую уголок отдыха, где стояла доска с формулами и чертежами. И там, и там были замечены люди, пространство так и было забито жизнью.

Куб и обе половины глаза бойцы собирались заверить тем людям, которым обычно отдают подобные материалы. Лаки не знал всех поимённо, поэтому и с этими познакомиться не успел. Да и не планировал, если честно он уже давно назвал из по своему. "Шустрые". Именно эта кличка показалась Лаки подходящей для данного трио. Они были вечно торопливыми, и всегда резко и быстро реагировали на его приход. Из-за того, что Нойя была, возможно, ранена, что-либо доверять ей не стали. Из-за этого шустрым делить было особо нечего. Три предмета, три армейца и трое их.

Пока Лаки ждал когда те закончат свои конспекты насчёт того, что к ним занесли, он продолжил осматриваться дальше. Огромные окна. Место само по себе было светлым и приятным глазу. Кухня, уголок, а сразу напротив двери громадная лестница, ведущая на второй этаж. Именно эта лестница была первой в истории Хоткеймера, и то, что она стоит именно здесь, можно считать достопримечательностью лаборатории. Ступени широкие, а перила надёжные. Поднимая свой взгляд выше, Лаки увидел, что на ней кто-то стоит.

Стройные ноги, на которые надеты странные ботинки. Двухъярусная каштановая юбка, что выше колена, а под ней облегающие черные шорты. Персиковый корсет, который оставляет расстояние между ним и юбкой. А на верх накинута шаль с длинным рукавом и манжетами. Она любила рюши. Но в этот раз их на ней было не найти. Белые волосы собраны, как обычно, в два хвоста с резинками на концах, а челка оставалась по-прежнему непослушной, и ее пряди торчали во все стороны.

Лаки увидел, что она его заметила. И так же увидел то, что она предстала перед ним в ожидании. Неаккуратным движением, едва дождавшись того, что бы один из шустрых закончил делать заметки, он кинул половину "головы" ему в руки, а сам направился наверх. Прошло три года, с момента как они пообещали друг другу больше не разделяться. Многое пошло против их желаний. Их отправили в разные бытовые ветви, запретили общаться когда им только заблагорассудится. Но они смирились. Они смирились с границами, что поставили перед ними, и все равно нашли компромисс. При любой удачной возможности они бросали все дела и кидались в такие объятия, которые были похожи на последние.

Он обнимал уже не тринадцатилетнюю девочку, а юную девушку, что в своей работе была внимательна, в речах пряма, а перед публикой изящна.

— Как справились? — поинтересовалась Лика — Я надеюсь не сильно вас напрягла. Нойя выглядит не очень.

После приема гостя они поднялись на верх, чтобы не привлекать к себе сильно внимания. Следом, прислонившись к перилам, принялись наблюдать за остальными.

Как только речь зашла о Нойе, та сразу же заметила взгляд на себе, которым окутала ее Лика.

— У нас все равно сейчас толком работы нет. А за нее не переживай, слабых к нам не берут. — отмахнувшись от остальных, сказал Лаки. — У тебя как дела? Чем занимаетесь сейчас? Что нового происходило?

— Нового ничего нет. Все по старому, Кеэрши, Кеэрши, и ещё раз Кеэрши, чем нам ещё заниматься... Надеюсь то, что вы нам принесли, даст нам хоть что-то новое. Кстати, а что с головой?

— А? — Лаки подумал что она про его собственную, и даже начал себя ощупывать, но после направил взгляд туда, куда указывала сестра.

— Больше ничего не осталось после поединка? Или она была настолько большой, что получилось взять с собой лишь глаз? Забрали бы мозг...

— Не совсем.

На лице Лики появился немой вопрос.

— Там не было головы, видимо, она что-то не так поняла. Я решил, что все равно стоит тебе это принесли, может не сильно будет видна разница.

— Странно... Я сообщу об этом Кейни, пусть она поговорит с Тианой.

Тиана и ее родственница проживали в лесу. Это была единственная маленькая семья, которая смогла решиться на проживания вдали от города. Родственница Тианы - колдунья. Делает расклады на самодельных картах и отвечает на назойливые вопросы, связанные с судьбой людей. Изначально ей никто не верил, да и дальше бы не верили, если бы ее расклады не стали сбываться. Когда ее в первые отвергли она даже бровью не повела, лишь сказала что ждёт их следующего визита с нетерпением. И, как странно, следующий визит действительно произошел.

Тиана входила в состав армии, но ей запретили рассказывать о том, какой расклад получился у родственницы. Но запрет не равно беспамятство. Тиана знала о том, что сказали карты, и когда слишком часто начала замечать, что те не врали, чуть ли не на коленях просила Икуру довериться им хоть раз. Капитан спросил разрешение у власти, и те сообщили ему, что если колдунья ничего подозрительного просить не станет, то можно и прислушаться. Для народа она оставалась странноватой, но на самом деле не на долго. Король после всех отчётов, что ему предоставили, понял что она очень важный человек. А позже и вовсе сказал, что чего бы это не стоило, родственницу нужно принудить к благому делу. К насилию никто приступать не собирался. Поэтому, идя всем отрядом Х-А с письмом в руках от короля, прямиком к жилищу колдуньи, армия стала наглядно, для всего Хоткеймера, извиняться перед ней.

В сотрудничестве глава семьи выгоду не нашла, а поэтому собиралась закрыть дверь. Но Тиана всеми силами пыталась добиться признания окружающих, а поэтому попросила дать им шанс. Родственница, с надменным видом потребовала дом за пределами Хоткеймера, ссылаясь на то, что в округе много неприятных людей. Лаки, если честно, до сих пор думал, что все это было сделано лишь из вредности. Но на тот момент никто спорить с ней не стал, просто взяли и выполнили то, что было велено. А в ответ колдунья начала предсказывать поверхностное описание врагов, то где их можно будет встретить и на что обратить внимание при исследовании.

Лаки в этом всем не разбирается. Ему больше нравилось то, что в бою с предсказаниями у него есть преимущество. Но почему-то он был уверен в колдунье, и хотел того же и от Лики. Он было открыл рот для продолжения разговора, как вдруг его окликнул Икура.

— Лаки!

Услышав свое имя глаза невольно закатились, а рот цыкнул, на что Лика засмеялась.

— Я тебя всегда буду ждать. — успокаивающе сказала она. — В любом случае, мне внезапно могут понадобиться для работы листья с деревьев, — дожидаясь ответа, она улыбнулась, а позже добавила: — именно от тебя.

Их и раньше ловили за подобным преступлением. Многие коллеги Лики заметили, что Лаки слишком часто заглядывает к ним в лабораторию. От того они сказали не отвлекаться, иначе потребуется вмешательство более серьезных людей. Часто заглядывать Лаки перестал. Вот только кто говорил, что навсегда? Это было давно, а поэтому, наверняка, получится несколько раз провернуть эту аферу повторно.

— Лаки! — повторно крикнул Икура. Его голос который раз привлек внимание окружающих, и те, снова и снова, раздражались этому.

Они попрощались, и он наконец спустился с лестницы, помахал в последний раз и оказался за закрытыми дверьми.

Лаки был расстроен тем, что его общение прервалось слишком быстро. Но, неожиданно для себя, он заметил недостачу.

— А где Нойя и Юрна? Я думал мы вместе пойдем.

— Юрна не сильно горела желанием тебя дожидаться, а поэтому спросила у меня разрешение на отдельный поход к Славу. Я дал согласие. — в ответ Лаки просто промолчал, поэтому, чтобы скрасить обстановку, он продолжил. — Ты молодец.

Глаза сразу же после этих слов заблестели. Лаки знал, что его похвалят, но слышать эту похвалу, а не представлять, намного приятнее.

— Я очень рад, что твои навыки с каждым разом совершенствуются.

И он был прав. К нему пришел совсем не знавший ничего о борьбе мальчик. Мальчик, который за всю свою историю из ударов совершил лишь пару или тройку. И эти удары были посвящены девочке, которая застряла в его памяти, как мерзкое пятно. Он научился жить заново. Он поменял принципы, мировоззрение и отношение к Хоткеймеру. Это больше не пугающее его место, не кошмар, не неудача, а то, что заслужено несёт имя "дом".

Блеск незаметно потух, но не надолго, потому что позже Лаки услышал:

— В качестве награды, можешь взять несколько пирожных из буфета — смотря в перед, сказал капитан.

С его стороны это было очень даже щедро, учитывая то, что Икура не особо любит когда его бойцы объедаются сладким до бессилия. Но вот только, он, пока что, не знает о том, что Лаки съел всё ещё рано утром.

— Спасибо. — невинно сказал тот.

Видимо, оставшийся путь он будет прибывать в раздумьях о том, как соврать на суровый взгляд старшего. Времени оставалось не так много, поэтому начинать думать нужно уже сейчас.