Поле. Очередное поле и таких ,возможно, он видел десятки раз. Оно бы и не поражало Лаки, если бы он не помнил то, как секундой ранее находился в комнате родителей.

Он застал тот момент когда тело матери перестало пульсировать.

Застал тот момент, когда чавканье оглушило его настолько, что хруст костей не являлся больше пыткой.

Он стоял посреди пустого, даже мертвого, поля, при этом громко и прерывисто дышал. Руки окутала дрожь, да и все тело в целом то и дело подрагивало. Он не поднимал взгляда, схватился за голову ещё до того как попал сюда, и после этого даже мысли не было, что бы опустить руки. Голос наконец вернулся, хоть и поздно, но он смог закричать так, как только позволили ему голосовые связки. Слезы покатились по щекам, скопились у подбородка и капля за каплей падали на мягкую траву. В конечном итоге Лаки последовал в след за ними. Он упал на землю. Ноги все время казались ватными, но сейчас колени наконец почувствовали твердую, устойчивую платформу. Ветер то и дело принимался заглушать стук его сердца.

Все без толку.

Оно настолько громко барабанило, будто вот-вот выпрыгнет из грудной клетки. А ещё громче был его собственный крик. Им уже никто не поможет. Никто. И осознание этого с невероятной силой било в голову.

Его родители мертвы, и чем раньше он это осознает, тем будет проще в дальнейшей жизни. Но можно ли считать то, что последует после этого момента жизнью? Наверняка он просто будет существовать, перестанет себя чувствовать человеком, а в какой-то момент и вовсе начнет корить за гибель родных.

Глаза намокли резко и из-за этого снова защипали. Появились новые дорожки, хотя старые даже не успели высохнуть.

Возможно, их никто и не найдет. Тварь сожрёт их до конца, и никто даже не узнает о том, что там, в двух этажном доме, не далеко от школы, жила их семья. Никто не узнает о том, что у него был отец, бывший любитель подделок собственных рук. Мать, ответственная женщина с медалями. И сестра, девочка, что подаёт великие надежды на многообещающее будущее...

Сестра? Лика!

Хоть родители давно и были перемолоты в кашу, но среди двух тел лаки не заметил третьего! Лики не было в комнате, и он даже собирался ее позвать, а это значит она где-то в доме. Она где-то в доме, а он... Лаки не знал сколько времени прошло, но за весь период, что он находился тут, он даже не обратил внимание на то, где именно находиться.

Снова же, мертвое поле, а в дали был виден березовый лес, светлый, как будто все лучи солнца направлены были именно туда. Равнина, кстати, тоже ничем не отличалась от светлого леса. Тоже выглядела как что-то благоприятное, что-то лёгкое, что-то, куда он бы стремился при любой прогулке.

Лика где-то в доме, а он — здесь.

Лаки поднялся с колен, вытер слезы, после чего начал выбирать дальнейший маршрут. Не может же быть такого, что подобное действительно существует, а об этом никто никогда и никому не рассказывал. Не может. Он с великим удовольствием читал комиксы в жанре фэнтези, но не верил во вселенные настолько, что б забывать о настоящем.

Путь он направил прямиком к берёзовому лесу, тот казался безобидным, хотя, даже несмотря на внешний вид, у него выбора не было. Ничего кроме леса он и не видел вовсе, и принял это знаком судьбы.

***

По ощущениям он блуждал около трех часов. Лес изначально казался не особо далёким, но добраться до него было трудно, да ещё и насколько. Однако это уже было не важно, Лаки наконец достиг своей цели, и, пройдя несколько метров, наткнулся на ворота. Те были громадными, своим видом внушали уверенность в прочности, а над ними табличка:

"Добро пожаловать в Хоткеймер."

Надпись была аккуратной, привлекала внимание, но несмотря на это, не понятной.

Хоткеймер? За свои годы обучения он никогда не слышал о такой стране, городе, поселке, деревне и далее. Ничего подобного в целом не звучало от знакомых и взрослых.

Деваться было некуда, он схватился за кольцо, что служило ручкой, и несколько раз постучал им об дубовые доски.

Ничего не произошло.

Он так же стоял перед закрытыми дверьми; все так же держал в своей руке кольцо и все так же прислушивался к звукам, что могут доноситься изнутри.

Стоял и прислушивался, находя в себе силы и смелость войти ... Воспоминания комом нахлынули, и резким потоком, будто камнем, опять ударили в голову, да так, что та разболелась сильнее, чем прежде.

Его кисть по-прежнему лежала на ручке.

" Всего одно движение, одно, резкое, движение" — пронеслось в голове Лаки. Именно это резкое движение он и хотел совершить, хотел опередить себя прошлого, и в кои-то веки действовать не задумываясь о том, что может его ждать за дверьми.

В раздумьях нет смысла, он даже не знает где находится. Он не знает что можно представлять; не знает что может стать реальностью. Пока Лаки пересекал равнину и направлялся сюда, он понял, что тут все по другому. И понял, что если заживёт новой жизнью, то главным правилом будет: никогда не загадывать на перед. Не строить планы на дальнейшее будущее и действовать спонтанно.

И сейчас, встретив первую преграду, он не готов нарушать его. Не так быстро. Не сразу.

Лаки резким движением потянул ручку на себя и звуки, которых не было слышно, наконец начали доноситься.

Люди. Это были голоса людей; стук копыт животных; скрип колес, что служили опорой для повозок; смех детей; где-то вдалеке удивление.

Шум понемногу начал стихать, а взор каждого был направлен прямиком на Лаки, от этого ему стало не по себе.

Его посетила мысль, что он сейчас ворвался в чью-то собственность, даже поспешил закрыть ворота, и уйти прочь, но его вовремя остановили.

Это была женщина, лет тридцати, возможно тридцати пяти, хотя с ходу и не скажешь. На лицо приятная, имеет родинку между бровями, не большую. Губы алые, глаза темные, обворожительные, то и дело манили к себе. Волосы переливались на свету зелёным, были достаточно длинными и ровными, несмотря на то, что на концах была заметна волна. Стройная, одета она была в лёгкое, короткое платье с большими вырезами, которое подчёркивало ее фигуру.

Она немножко хмуро посмотрела на Лаки, но на лице не было злобы.

— Куда ? Ну куда ты пошел! Ещё и потерянный такой, неверное, заблудился. — Женщина рассматривала лицо Лаки, параллельно все крепче хватая его за руку.

— Не помню что б выезжали из города такие. Нам не сообщали о приезде! —голос в этот раз был мужским, а в интонации был заметен интерес.

— Господи !... А заплаканный то какой, в этот раз действительно что-то ужасное увиделось.

— Да он же совсем ребенок. Твари в край обнаглели, раньше хоть какие-то принципы имели, детей да беременных не трогали, а сейчас...

— Да что уж говорить. Им то что? Кеэрши то и не люди вовсе, им и дела нет до того, кого сожрать.

"Сожрать"? Лаки все это время молча слушал то, что доносилось из толпы, а взгляд его был направлен в землю. Но когда кто-то высказался о тварях, он понял, что народ явно что-то знает. Его глаза расширились, резким рывком он подался вперёд, и начал обращаться ко всем подряд.

— Сожрали? Кого ? И что ? Кто это был ! Где мои родители ?

После криков никто ему ничего так и не объяснил. Те, что стояли дальше всего опять зашептались, а те с кем он был намерен поговорить опустили взгляд.

"Родители... И впрямь сволочи, вовсе разум в своим халупах потеряли."

"Они и раньше были монстрами. Что поделать, некоторые из нас здесь с такой же историей."

Глаза Лаки опять начали пощипывать и наполняться слезами. Но внезапно заговорила женщина, что стояла ближе всего. Та, что держала Лаки за руку.

— Не нам это рассказывать. Не здесь. Не сейчас. Но ты главное не переживай, теперь ты в безопасности, теперь тебе ничего не грозит. — женщина всем своим добродушием напомнила ему маму. Которая говорила сыну, что если сейчас ему не везёт, то это означает, что судьба оставила все хорошее на будущее. — Ты только не бойся.

Не бойся? Не бойся ! Да как тут не бояться? Он сейчас находится в невесть где ! Он даже толком и не знает что произошло ! Он не знает, где Лика, мама, папа, да вообще все! А ему говорят не бояться.

Лаки в очередной раз схватился за голову, и вроде бы даже вырвал пару прядей с головы.

— Вы издеваетесь ? — рот перекосило от крика. Он чувствовал себя крайне паршиво. Складывалось и впрямь такое ощущение, будто все ничего не понимают. — Вы явно что-то знаете... Что-то знаете ! И были бы вы на моей стороне ! Действительно понимали меня, вы бы давно... Давно все рассказали!

Все, кто окружал его, просто продолжали стоять и смотреть, опуская голову. А кто-то даже попытался подойти по ближе, что бы хоть немного поддержать мальчишку, но тех всё время останавливали.

В целом и хорошо, Лаки нуждался в серьезном разговоре. В разговоре, что называется "по душам", но вовсе не от этих людей. От тех, кто стоял перед ним он требовал лишь объяснений. Со всем остальным он попробует разобраться сам. Без их помощи.

Но сколько бы Лаки не пребывал в ожиданиях, он так и не услышал пояснений. Поэтому быстро пришел к решению, что так продолжаться дальше не может.

Если никто ничего ему не расскажет, то и оставаться, ожидая чуда, здесь и не нужно. Ему давно казалось это все сном. Давно казалось что это все бред, и наяву такого произойти не могло. А когда он увидел нож на прилавке, за которой стояла женщина с зелёными волосами, то сразу сообразил что сделает.

Если это сон, то он не почувствует боли, или даже проснется от страха.

Его взгляд, что был направлен на лезвие, заметили почти сразу. Но Лаки был чуть быстрее. Как только оттолкнул женщину, что немного ослабила хватку на его руке, он в то же мгновение направился к ножу. Его зажимали и схватывали за: ноги, руки, живот, всё подряд. Но из-за не синхронности действий, тот все же успевал отбиваться, где-то выкручиваться и ускользать. Но в конечном итоге он все же упал на землю.

После перевернулся, и теперь лежал на боку, облокотившись на одну руку. Подогнул ноги так, что левая позволяла отталкивать тех, кто продолжал его хватать, а правая лежала не подвижно.

Лаки все же успел схватить нож за рукоять, и теперь, обнаружив подходящий момент, он резким жестом полоснул пару раз именно ту ногу, что лежала не подвижно. Движения были быстрыми, а лезвие острым, и поэтому порезы начали ныть только после того, как кровь выступила, каплями, из раны.

В то же мгновение Лаки понял что произошло. Взгляд его стал пустым. Он откинул нож, сомкнул со всей силы челюсть, и просто смотрел на ногу.

Он почувствовал боль, а значит все наяву. Но как то, что с ним сейчас происходит, может быть правдой ? Это похоже на бред, похоже на то, что видят психи.

К нему подбежала женщина с родинкой меж бровей. Она в туже минуту кинулась искать бинты и все остальное, а позже с крайней нежностью обработала рану, что Лаки нанес сам себе.

— Я многое видела, пока проживала здесь, но что б ребенок убиться был готов перед мной –это в первые.

В этот момент Лаки почувствовал щипание, именно оно заставило его вернуться в неприятную реальность.

— Вы сказали, что многое видели, пока проживали здесь, а значит знаете эти места довольно давно. Где я...? — слова ему давались трудно.

— Ты не сердись на них, не знают они как общаться с теми, кто только что прибыл. Вы же все разные, вы все можете такое сотворить, что черт ногу сломит в ваших раздумьях. — она отвела взгляд, вздохнула, а позже снова заговорила. —Ты мне одно скажи, задумывался ли ты когда-нибудь о том, что происходит с теми, кто потерял смысл своей жизни ? Того, кто являлся авторитетом, или даже больше, наставлял, да так сильно, что зубы от гордости сводило. — не дожидаясь ответа, она продолжила. — А с ними все же что-то происходит. Это Хоткеймер, город, который таким, как ты и я находит применение. Все мы здесь собраны для того, что бы отомстить, или спасти тех, кто нас даже не видел.

—Спасти ? — Лаки и до этого был озадачен вопросом по поводу смысла ее слов, но когда женщина, с родинкой меж бровей, выложила все разом, вопросов стало в разы больше.

— Кеэрши, ты их или то, что они умеют, явно видел, раз оказался здесь. Эти твари готовы на многое. — она немного замялась, будто вспомнив о чем-то. — Слушай, я кое-что заметила. Напомни позже отвести тебя к нужным людям.

"Нужным людям"? Звучит странно, но почему-то Лаки доверяет ей. А пока, он решил спросить о том что волновало его с самого начала маршрута.

— К вам не заходила девочка моего возраста? Белые волосы, персиковые глаза...

Женщина сначала рассмотрела его, а позже спросила:

— А ты ее видел, перед тем как попал сюда? — ее вопросы были крайне странными. Не сразу и поймёшь что именно она хочет услышать в ответ, но после того, как Лаки покачал головой, она продолжила. — Тут все не так просто. Если она любила так же, как и ты, то должна быть здесь. Вопрос только во времени, у всех препятствия по пути сюда разные.

— Должна быть здесь... — эхом повторил он.

"... Если она любила так же, как и ты...". Лаки не знал о ком именно идёт речь. Но смотря на Лику, у него всегда складывалось впечатление, будто та привязана ко всему, и любит всех. Поэтому, несомненно, Лика должна скоро быть тут. Она скоро придёт, увидит его и они, наконец, будут в спокойствии.

Осталась только ждать.