«Фуфу, Оджи-кун, я немного рада, что ты не такой, как говорят в школе».

«Эм, ты имеешь в виду то смущающее прозвище?»

После одного инцидента одноклассники стали дразнить меня «Жалким принцем».

«О, я тебя обидела?»

«Если бы я сказал, что меня это не беспокоило, это было бы ложью, но не до такой степени, чтобы обижаться».

«Ну, я была ошеломлена «Правильный ответ - тот, кто защищает принцессу — это принц», и еще твой кошелек меня разочаровал».

Вот что она сказала.

Кажется, она совсем не понимает достоинства этого кошелька на липучке.

И тут перед нами останавливается знакомая черная иномарка.

Это роскошная машина, на которой Химеги-сан всегда приезжает в школу и покидает ее.

С водительского сиденья роскошного автомобиля выходит женщина в наряде горничной, тоже знакомое зрелище.

«Одзе-сама*, я приехала за вами».

*п.п.: Одзе-сама – барышня. Часто так называют богатых, красивых, но заносчивых и требовательных девушек.

Произнося это спокойным тоном, горничная склоняет голову перед Химеги-сан.

Как обычно, она бесстрастна.

Что, если она на самом деле андроид?

Как только я подумал об этом, горничная-блондинка бросила на меня быстрый взгляд.

«Добрый вечер».

Я поздоровался с горничной, но она проигнорировала меня. ...Наверное, не расслышала. Да, должно быть, так оно и есть.

«Если хочешь, могу подвезти тебя домой, Оджи-кун».

«Ах, нет, спасибо. Я ценю твое предложение, но сегодня я поеду домой на автобусе».

«...Понятно. Что ж, тогда до свидания.»

«Я отлично провел время сегодня. Увидимся».

«Да, увидимся в понедельник».

Мне не хотелось расставаться, но на сегодня это все.

Я слегка машу Химеги-сан, когда она садится на заднее сиденье машины и прощается.

Она открывает окно машины и тоже слегка машет мне.

...Ах, я так и знал, она такая милая!

«Увидимся позже, мистер японо-шумерский человек, Мак Хаджио-кун».

Говорит она с саркастической улыбкой, это замечание было трудно проигнорировать.

«...К-Как ты это узнала?»

«Ну, это просто звучало так, как будто я слышала этот голос раньше».

«Эм, да. Я Мак Хаджио, японо-шумерский парень».

Я подумал, что, если совру, меня немедленно разоблачат, поэтому я честно признался.

«Я знала это. Ты узнал номер у Чикады или Такаши?»

«...Ну, что-то в этом роде. Мне жаль. Это все моя вина, так что, пожалуйста, не вини их».

Если бы я назвал ей настоящий источник информации, все бы очень усложнилось, так что мне жаль их обоих, но я должен позволить им взять часть вины на себя.

Что еще более важно, Та-Такаши?

Почему ты называешь Такаши Харукаву по имени?

Какие отношения между вами двумя?

Мне действительно любопытно, супер любопытно, но сейчас неподходящее время спрашивать.

«На самом деле я не сержусь».

Верная своим словам, Химеги-сан, похоже, не сердится.

«На этот раз я прощу тебя, но я хочу, чтобы ты не раздавал номер без разрешения».

«...Хорошо, я понимаю. Я ничего не буду делать без разрешения Химеги-сан».

«Я поверю тебе на слово. До сегодняшнего дня я мало что знала об Оджи-куне, но для меня ты человек, которому можно доверять».

«Спасибо».

Я был глубоко тронут ее словами.

С другой стороны, я чувствую легкий укол вины за то, что скрываю от нее кое-что.

...Действительно ли я заслуживающий доверия человек?

«Я сохраню твой номер».

«Можно я тоже так сделаю?»

«Да, потому что могут наступить времена, когда мне нужно будет поговорить о моей сестре. Так что сохрани его».

Химеги-сан разрешает мне сохранить ее номер.

Как только я вернусь домой, я сразу же сохраню его.

И затем машина с Химеги-сан выехала с парковки торгового центра.

Я продолжаю махать рукой, пока не перестаю ее видеть.

«Понятно. Значит, вот на что похоже счастье...»

В конце я слегка вспотел, но в целом это правда был счастливый момент.

«Твой нос становится длиннее»*.

«…!!!»

*п.п.: Японское идиоматическое выражение, которое подразумевает, что кто-то откровенно говорит о своих желаниях или чувствах.

Я дернулся. Это было потому, что я услышал голос человека, с которым я только что болтал, доносящийся из-за моей спины.

«Ты не пошла домой?»

«Что, ты хотел, чтобы я ушла?»

«Нет, дело не в этом...»

«Ну, ты, должно быть, хотел пообщаться с более молодой версией меня».

«...Ты все это время наблюдала?»

«Да, я наблюдала со стороны».

«Разве это не больше похоже на то, чтобы лезть не в свое дело, чем наблюдать?»

«Назвать меня назойливой — это уже перебор. Я просто наблюдала за своей судьбой».

Почему-то я чувствую, что мне дают довольно запутанное оправдание…

«В любом случае, вместо этого оставить меня и устроить веселое свидание — такого рода унижение для меня впервые».

«Я действительно сожалею об этом. Подожди, ты ревнуешь к самой себе?»

«Это запрещено?»

«Я не думаю, что это запрещено, но...»

Оказывается, временами она довольно взбалмошная.

«Что ж, я должна признать, что ты заслуживаешь некоторой похвалы за то, что защитил меня от этого парня. Как и ожидалось от моего Ха-куна».

«Спасибо».

«Но я действительно не могу согласиться с этой последней фразой: «Правильный ответ - тот, кто защищает принцессу, это - принц!», у меня мурашки побежали по коже!»

Говоря это, Тоука-сан показывает свою руку.

Кстати, ни единого мурашка не видно.

«Кстати, я раздумывала, говорить тебе или нет, но твой кошелек действительно ужасен».

Как и ожидалось от одного и того же человека, ее критика и замечания точно такие же…

«Кстати, что это за сумки?»

У Тоуки-сан в руках было так много бумажных пакетов, что она их еле держала.

«Я увлеклась, поэтому сделала несколько импульсивных покупок!»

«Что?! Может быть... ты использовала сегодняшние деньги?»

«У меня не осталось ни единой иены».

Тоука-сан твердо заявляет об этом.

Я никогда не видел кого-то настолько откровенно безалаберного, как она.

«Ах… Я так устала сегодня. Пойдем домой?»

«Верно. Я тоже устал. Давай поедем домой на автобусе».

С этими словами я забираю больше половины сумок, которые несет Тоука-сан, и мы медленно идем к автобусной остановке.

Когда мы подошли к автобусной остановке, нас уже ждал автобус, и мы поспешно сели в него.

Внутри автобуса было тесно, но, к счастью, нашлось одно свободное место.

Я проверяю, нет ли среди стоящих пожилых или беременных людей. Кажется, таких людей нет.

Затем я позволил Тоуке-сан сесть на свободное место.

«Спасибо».

«Это вполне естественно».

И с этими словами автобус начинает движение по маршруту.

Почти сразу же, как автобус трогается с места, Тоука-сан широко зевает.

«Если ты хочешь спать - поспи. Я разбужу тебя позже».

«Я действительно могу это сделать? Я была полна энтузиазма с утра... Возможно, я перестаралась...»

Она закрывает глаза, и через некоторое время я слышу ее ровное дыхание.

Кажется, Тоука-сан ушла в мир грез.

«...Спокойной ночи».

Я говорю ей это тихо, чтобы не потревожить окружающих нас людей.

Пока мы не доберемся до места назначения, я буду присматривать за ней.